Этот предмет будет рассмотрен с двух точек зрения:
   1. Устранение помех, препятствующих общему погружению
   2. Устранение прочих внешних или внутренних препятствий
    2Устранение помех, препятствующих общему погружению
   В общем, к какому бы медитационному погружению не стремились, должно быть такое, кое объединяет в себе два качества. Удерживаемый ментальный образ должен быть очень ясным, ни чуть не тусклым, и он должен сохраняться твердо и без рассеяния. Нарушение ясности происходит от тупости, в то время как преградой к нерассеянию является поток мыслей. Тупость и поток мыслей, следовательно, составляют корень всевозможных препятствий медитационному погружению. Тупость включает другие аспекты, такие как оцепенение, безразличие и сонливость. Разные аспекты потока мыслей - негодование, скептицизм, желание, тоска и злоба. Поскольку эти ментальные условия задерживают прогресс медитации начинающего, их необходимо убрать. Я объяснил методы распознования их и применения контрмер в главе об общем успокоении и постижении.
   Медитатор, который воспринимает присущую всем вещам природу, поймет не только истинную природу тупости и потока мыслей, но и превратит их в медитацию.
   Преподобный Миларепа разъясняет:
   Не удаляй тупость и поток мыслей,
   Дай им стать медитационным состоянием.
   Убирать дефекты вроде оцепенения, тупости и потка мыслей
   Все равно, что зажигать лампу в ясный день.
   Дже Гампопа призывает:
   Следи за всякой возникающей тупостью или потоком мыслей!
    2Устранение иных внешних или внутренних помех
    1Вайрочанабхисамбодхи 0 перечисляет:
   Два вида помех [для медитации]
   Суть внешние и внутренние.
   Далее в тексте советуется:
   Знай внутренние помехи:
   Простуда, астма, инфлюэнца, холера, гастрит,
   Осложненные высоким жаром, неврозом, гонореей и пр.
   Внешние помехи могут приходить от людей или нелюдей.
   Эти помехи осознаванию терзают как заноза;
   Проявляясь в разннобразных видах,
   Они подрывают мир медитаторов,
   Впрочем медитаторы могут уничтожить их, сохраняя
   Внутреннее спокойствие в непреклонном стремлении.
   Причиной внешних помех могут явиться родственники или близкие, принуждающие медитатора к материалистическому взгляду на жизнь, или в насильственной форме - враги или грабители. Вероятно он уступит им и легко поддастся этим преградам. Из помех, исходящих от нелюдского источника, сюда относятся невидимые препятствующие силы, вредоносные или голодные духи, кои ищут как бы подорвать медитацию своими сверхъестественными деяниями, и еще силы в форме утомления из-за обезьян или иных диких животных.
   Внутренние помехи могут возникать вследствие дисгармонии четырех первичных элементов или из-за всей психофизической конституции в форме болезней таких как неврозы, желтуха или чахотка. [Другие] внутренние помехи могут приходить в форме неуправляемых мыслей, представляющих собой каждое из пяти ментальных загрязнений, или в виде неумеренного увлечения любыми из восьми мирских первоначал после неудачной попытки очистить взгляд и медитацию по ходу реализации. Эти преграды следует воспринять и затем уничтожить.
   Согласно святому-схоласту Чегомпе, "сила, коя мешает вызывая депрессию," приводит ум в состояние апатии, портя его ясность; "сила, коя мешает используя речь," делает медитатора чересчур болтливым настолько, что он перестает следить за внутренним обязательством молчать о своих собственных переживаниях; "сила, коя препятствует через беспокойный ум," делает ум слишком энергичным, неспособным уняться в спокойном состоянии; "сила, коя препятствует через физическое беспокойство" делает медитатора слишком активным и стремящимся по быстрее выбраться из уединения.
   Медитатор должен уметь справиться с каждой преградой, визуализируя своего гуру сидящимм над макушкой, в горле, или в сердце соответственно, и обращаясь к нему с чувством, с просьбой очиститься. Таким образом он достигнет умиротворения. Вкратце, коль скоро осуществленные духовные заслуги и простая психическая сила затрудняют совершенствование видения медитатора и мидетации, они задержат наступление реализации высочайшей цели. Эти проблемы надо лечить прибегнув к духовным контрмерам и к методам поднятия практики на уровень духовного пути.
   На этом завершается раздел, посвященный методам удаления медитационных отклонений. .
    3Г Л А В А В О С Ь М А Я
    _ 3Закрепление опыта через медитацию:
    _ 3Как определить ум в качестве непроисходящей
    _ 3[пустоты] и улучшить медитацию
   Это будет рассметрено двумя способами:
   1. Определение ума как пространственного, открытого и неприсходящего
   2. Совершенствование действенности [осознавания] посредством возвыше
   ния пути
    2ОПРЕДЕЛЕНИЕ УМА КАК ПРОСТРАНСТВЕННОГО,
    2ОТКРЫТОГО И НЕПРОИСХОДЯЩЕГО
   Этот раздел следует объяснять по пяти пунктам:
   1. Эпитет, значение и время определения ума
   2. Определение постоянной природы ума
   3. Слежение за внутренней гранью ума как базисом определения
   4. Осознавание непроисходящей открытости ума
   5. Пребывание в состоянии определенного осознавания в течение всего
   дня и ночи
    2Эпитет, значение и время определения ума
   Термин "лада" обозначает осознавание уверенности вне всяких сомнений, [кое достигается в процессе определения]. В данном случае он имеет смысл разрешения [в ходе аналитического определения] того, что присущая уму природа являет собой непроисхождение [пустоты], великую открытость, обособленную от любых концептуальных расновидностей абсолютного происхождения, прекращения или растворения, и которую не задевают три периода времени. Тилопа точно все поясняет:
   Наблюдай то, что было определено,
   Без какой бы то ни было ментальной активности.
   Сараха описывает его:
   Подобающими средствами для созерцания
   Не имеющей основания присущей уму реальности
   Является получение живых наставлений от своего гуру.
   Он добавляет:
   Это изначально непроисходящая [пустота].
   Сегодня реализация рассвела [во мне]
   Благодаря объяснению моего великолепного гуру.
   Шавари советует:
   Находись в состоянии неразличения, непонятийности и первозданной
   чистоты
   В продолжение всех промежутков времени.
   Тилопа заявляет:
   Ум без направляемого фокуса есть махамудра.
   Майтрипа резюмирует:
   Все вещи внутренне одинаковы, словно пространство;
   Отсюда обозначение махамудры.
   Эти изречения демонстрируют [эпитет махамудры и ее значение]. Что соответствует традиции данного Медитационного Ордена, который придерживается [первоначального] намерения несравненного Такпопы в том виде, как оно было раскрыто в его "развертывании тайных наставлений". В последнее время приверженцами этой медитации были изложены разнообразные методы фокусировки на осознавании уверенности.
   Что касается удобного для поддержания осознавания уверенности времени, оно наступает, когда медитатор, убрав сильные ощущения блаженства, ясности и неразличения, добивается ясного осознавания вкупе с пустотностью, коя точь-в-точь как пространство и тянется в течение всего дня и ночи или по меньшей мере в продолжении целого дня. Либо оно наступает, когда медитатор познает с четким вниманием каждую вытекающую мысль в ее [неделимой] пустоте и ясности или пустоте и движении, и познает каждое явление шести чувств как соединение видимости и пустоты. Короче говоря, медитатор в совершенстве определяет [постоянную природу внешних и внутренних реальностей], когда испытывает зарождение определенного осознавания ее вкупе с иллюзорным ощущением, воспринимая всякую мысль как союз ясности и пустоты, а каждое явление как союз кажимости и пустоты.
   Если медитатор начинает процесс определения преждевременно, у него не только не получится построить надежного основания духовного опыта и не удастся обрести осознавание уверенности, но возможно также что он скатиться к простому схватыванию доктрины и тем самым станет выродившимся учеником дхармы, хвастливым и тщеславным. Потом его победят страсть и заблуждение. Даже если другие и воспринимают его как реализовавшигося человека, он останется тем же человеком, с обманчивой наружностью без содержания, вроде привлекательного, но брошенного дома. Так ему не удастся осознать истинной цели дхармы и он будет обманывать других.
   Если же медитатор слишком опоздал, чтобы начать процесс определения присущей мышлению и видимости природы, скорее всего он не достигнет знания о ней. Предуготовленные медитаторы реализуют внутреннее освобождение глядя на свой ум как на духовного проводника и смиряя его стремление и прилипание к возвышенным ощущениям и переживаниям. Но многие медитаторы могут быть снесены в сторону отклонения, характеризуемого выражением "великие медитаторы скованные томлением по переживаниям", вследствие их всевозрастающего цепляния к мысли о хорошем переживании. Дже Гъяре поясняет:
   Многие медитаторы знают как медитировать,
   Но лишь немногие знают как сбросить [ментально прилипание].
   В прцесс определения включены особые наставления. Коль скоро они применены в правильное время, они станут наиболее эффективным средством, следуя которому медитаторы мгновенно достигают освобождения. Они будут помогать другим медитаторам быстрее продвигаться с нижнего на верхние уровни четырех йог махамудры. Сказано, что эти методы помогут и медитаторам с безразличным отношением или даже заблуждающимся умом осознать смысл медитации за несколько дней, что при других условиях потребовало бы многих лет практики.
    2Определение постоянной природы ума
   Предметом определения является непроисхождение [пустота] как постоянная природа экзистенциальных феноменов. Фактически, это уже ранее объяснялось на этапе определения сути или присущей уму природы. Я, однако, напомню кратко. Все феномены причастные сансаре и нирване - в сущности проявления ума. Сущность или природа ума лишены выделенной сущности; его нельзя помыслить как обладающего субстанцией или несубстанцией, видимостью или пустотностью, реальностью или нереальностью. Он изолирован от всевозможных воспринимаемых признаков субъекта и объекта и не поддается никаким передвижениям, перенесениям или преобразованию, уходу или приходу. Поскольку он - непрестанный поток, на него не влияют три периода времени. Подобно пространству, он - безупречен и неизменен. Сараха поясняет:
   Эта совозникающая уму природа
   Не является ни субстанциональной ни несубстанциональной.
   Так Стрелок об этом всегда говорил.
   Шавари подробно описывает:
   Она - не движущаяся ни стоящая на месте,
   Ни статичная ни динамичная,
   Ни субстанция ни несубстанция,
   Ни видимость ни пустота.
   Природа всех вещей, словно пространство,
   Не тронута ни каким движением.
   Можно называть ее "пространством",
   Но она лишена какой-либо сущности
   И как таковая находится вне определений,
   Вроде как реальная или нереальная,
   Существующая или несуществующая,
   Или каких-нибудь еще.
   Потому не существует ни малейшей разницы
   Между пространством, умом и внутренней реальностью.
   Только их обозначения отличаются,
   Но все они недействительны и ложны.
   Вирупа подтверждает:
   Но по определению ум - пуст
   И непонятиен, что означает махамудру.
   Он изначально пуст, подобно пространству.
   Сущность ума нерожденная [пустота],
   Она лишена всякой самостоятельной реальности.
   Вроде пространства, она всепроникающа.
   Ни перемещающаяся ни преобразующаяся,
   Она всегда была пустой и бессамостной
   С самого начала.
   Будучи таковой с самого начала, природа ума никогда не была обусловленна и не менялась. Подобно природе пространства она не поддается определению, пусть даже и пускались в обращение такие квалификационные термины, как "пустота" или "не пустота". Вот почему Тилопа говорит:
   Пространство обозначается как пустое,
   И все же его точная природа не может быть выражена словами.
   Подобно этому хотя ум и обозначается сияюще ясным,
   Его точная природа пуста, и не имеет почвы для определения.
   Тогда самоприрода ума есть и была
   С самого начала сродни самоприроде пространства.
   В виду того природа ума и все, что проявляется из него, изначально лишено какой бы то ни было самоприроды, всякого необусловленного происхождения, пребывания, или прекращения и не подвижно, не изменяемо, ум не нечто приобретаемое посредством внимательности и утрачиваемое из-за рассеяния. Он, в самом деле, громадное протяжение и непроисходящая [пустота]. Шавари разъясняет:
   Если бы ум был реален, все прочие феномены были бы реальными.
   Коль скоро ум нереален, кто может понять,
   Что реальные вещи существуют?
   Ни ум ни явления
   Ни исследователя нельзя обнаружить.
   Будучи нереальными, они нерождены и непрекращаются
   На протяжении всех трех периодов времени.
   Присущая [уму] природа - неизменяемое, постоянное великое
   блаженство.
   Он еще говорит:
   Первозданная чистота ума
   Имеет природу пространства;
   Нет ничего, что можно получить или оставить.
    2Наблюдение внутреннего лика ума как основы определения
   Будет объясняться двумя путями:
   1. Наблюдение природы ума и явлений
   2. Природа медитации и медитатора
    3Наблюдение природы ума и явлений
   Коль скоро это, в общем, путь благословения, медитатору следует усиливать свою веру и благоговение перед гуру, потому как продвижение вперед в медитации особенно зависит от веры. Все сторонники нашего ордена согласны с этим. Дже Дрикхунгпа объясняет:
   Вера в святого гуру - это средство
   Улучшения медитации махамудры.
   Далее он говорит:
   Если солнце веры не касается
   Заснеженных гор гуру,
   Который олицетворяет собой четыре просветленных аспекта /169/,
   То поток его благословения не заструится.
   Усиливай веру в своего гуру!
   Сараха умоляет в  1Дохе Царицы 0:
   Лишь святой гуру может привести к пониманию того,
   Что в пустоте все разнообразные феномены
   Суть одно и то же.
   Этот высочайший благородный - словно вода для лебедей.
   Превозноси его с глубоким почтением!
   На данном этапе, прежде чем приступить к основной медитации, медитатор должен посвятить себя соответствующей подготовительной практике. Особенно ему надо практиковать гуру йогу, взращивая веру в своего гуру как в воплощение дхармакаи. Он должен обращаться к нему за благословениями, с тем чтобы смочь осознать все явления и существования как дхармакаю.
   Как говорилось ранее, когда медитатор начинает [основную] медитацию, он должен уничтожить всякое черное настроение и кристаллизовать сияние осознавания, сосредоточенно установив ум в равновесном погружении. Ему следует удерживать это нерассеиваемое осознавание в расслабленном состоянии, не управляя фокусом ума. Затем ему надо продуцировать едва заметную мысль, не связанную ни с приятным ни с болезненным, и наблюдать присущую этой мысли ясность. Такая [нейтральная] мысль затем должна быть заменена на безудержно радостную или мучительно страшную эмоцию. Ему надо внимательно рассмотреть все это и тогда провести различие между присущей природой такой сильной мысли и природой - слабой. Коль скоро оно было определено, ему следует попытаться найти отличие природы данных разных мыслей от успокоенного состояния ума. Подобным же образом ему надо пронаблюдать каждую из восьми мирских мыслей - желание и прочие загрязнения. Временами он должен прекращать думать вовсе, иногда же он должен производить множество мыслей или же следить за единственным течением мысли. Он должен наблюдать их с намерением получить определенное осознавание ума и его проявлений. Таким же образом ему следует наблюдать каждое чувственное явление, включая сюда формы разнообразных размеров, фигур, и видов, а также звуки разных тембров, высот, октав и интонаций.
   В ходе таких наблюдений медитатор должен создавать и наблюдать различные явления каждой из форм, изменяя свою позу тела и способ рассмотрения, держа глаза иногда открытыми, временами закрытыми, иногда смотря в сторону то вправо, то влево. Медитатор должен наблюдать всякое чувственное явление в течение нескольких дней зараз, для того чтобы определить присущую ему природу, а затем проверить воспринимается ли хоть одно отличие между природой каждой мыслей и каждым чувственным явлением. Такое наблюдение и определение должно привести к тому, что медитатор обретет абсолютную уверенность относительно того, что присущая всем мыслям природа представляет собой союз ясности и пустоты и что присущая всем явлениям природа представляет собой союз видимости и пустоты. Поскольку медитатор таким образом осознает спонтанную ясность всякой мысли или всякого чувственного явления, чья внутренняя сущность остается лишенной тождества, у него нет необходимости контролировать или подавлять ее. Это уже объяснялось прежде в разделе о совозникающих уму мышлении и видимости. Теперь я процитирую блестящее высказывание Сарахи:
   Согласовывай все, что возникает перед тобой,
   С его фундаментальной природой пустоты.
   Шавари учит:
   Ганг и все иные реки
   Текут в соленный океан, становясь одного вкуса.
   Ум и ментальные события
   Покоятся в просторе внутренней реальности
   Называемой один вкус. Пойми это!
   Согласно Вирупе:
   В точности как мираж - без воды,
   Так и память и мышление - без реальности.
   Не связанные и не раскрепощенные,
   Они нерасторжимы с их исконной чистотой.
   Тилопа сообщает:
   Подобно дымке и облакам, кои возникают в небе
   И кои не движутся к своей участи и нигде не останавливаются,
   Так и разнообразные мысли, возникающие в уме,
   Текут словно волны по реализованному состоянию.
   Майтрипа делает наблюдение:
   Преходящие мысли происходят из нерожденной [пустоты],
   И потому пребывают в просторе реальности.
   И он добавляет:
   Махамудра - это присущая уму природа,
   Коя проявляется в разных восприятиях,
   И тем не менее она свободна от взаимодействия причин и условий.
    3Природа медитации и медитатора
   Предмет медитации в данном случае - это присущая уму природа. Медитатору не стоит довольствоваться простым интеллектуальным познанием и схватыванием того, что природа ума обособленна от необусловленного происхождения, пребывания, или прекращения и что, будучи лишенной распознаваемой сущности, она выходит по ту сторону измерения интеллекта. Вместо этого, он должен добиться осознавания несомненности относительно ощущений и переживаний через кои ум, настроенный на присущую ему чистоту непосредственно воспринимает [предельную реальность]. Для того чтобы осуществить это, медитатор сперва должен в расслабленной манере поддерживать нерассеиваемое осознавание, как он проделывал это в ранних медитациях. После того как он отчетливо фокусировался снова и снова на присущей медитационному субъекту природе, в отсутствии рассеяния или прилипания, медитатор должен переместить фокус на природу его сознания. Делая это, раз он воспринимает какие-либо дуальности, вроде двух протвоположностей или внешнего/внутреннего, то это значит, что медитатор все еще не уничтожил сомнения и предрассудки. Посему ему надо повторять процесс определения до тех пор пока он не реализует определенное осознавание.
   Короче говоря, медитатор должен добиться четкого сознания нерасторжимого и нераздельного союза медитации и медитатора, кои должны быть на подобие эфемерной иллюзии. В то же самое время он должен быть уверен, что это четкое сознание не является ничем иным как обозначением и что в действительности оно совершенно лишено всякой идентифицируемой сущности или сути. Это все равно как сказать, что не существует ни какой реальности, даже величиной с крохотную частичку волоска.
   Раз такое состояние достигнуто, медитатор сменяет [предмет медитации]. Он теперь фокусируется на мыслях о трех промежутках времени и размышляет о них с тем чтобы выяснить, существует ли какая-нибудь заметная разница между ними. Кроме этого, он изучает каждую временную фазу отдельно так чтобы проследить исход прошлой мысли, природу настоящей мысли и источник будущей мысли. Коль скоро он воспринимает эти мысли о трех промежутках времени как объективные реальности происхождения, пребывания, или прекращения, он все еще не не достиг определенной уверенности. Поэтому он должен продолжать медитацию до тех пор пока полностью не обретет чувство уверенности, что эти мысли - лишь неразрывный поток, не только недифференцируемый на языке трех временных фаз, но и подобный пространству - уникально чистому и открытому - во всех временах.
   Двойственность сознания должна быть исследована похожим образом: сперва то, что липнет к "я" или "себе", а потом то, что липнет к другим. Когда, в ходе их изучения, медитатор воспринимает двойственные явления, внешние и внутренние или две противоположные реальности, это показывает, что он не вычистил свои сомнения и предрассудки. Тогда ему следует продолжать наблюдать и исследовать, как прежде, до тех пор пока он не станет способен достичь сокровенной уверенности в том, что все эти двойственные восприятия - лишь манифестации ума и что ум сам с самого начала был свободен от субстанции, основания, или опоры и что он - это единый поток, самовозникающий и самораскрывающийся. Далее, медитатору следует добиться осознавания уверенности в том, что двойственные сознания себя и других, медитации и медитатора, и мыслей в трех промежутках времени суть лишь различные названия или обозначения. Эти разные проявления не отделены от потока сознания, чья присущая природа лишена действительной сущности и чье естественное состояние [чистоты и пустотности] не находится под влиянием ни преходящего заблуждения ни достигнутого освобождения. Присущая природа выходит по ту сторону хорошего и плохого, обретения и утери, объединения и разделения. Для того чтобы реализовать осознавание уверенности, медитатору надо фокусироваться в течение многих дней на всякой возникшей мысли или явлении, оставляя их находиться в естественном расслабленном виде, не вмешиваясь и не меняя, без какого бы то ни было утверждения относительно их, отказа от них, или прилипания к ним.
   Сараха поясняет:
   Не претендуй на медитацию на внутренней реальности,
   Коя лишена самоприроды.
   Когда разумеют медитацию и медитатора как дуальность,
   Тогда оставляют дух просветления
   И тем самым обрекают себя на многие мучения.
   Он далее разъясняет:
   Ум, не имеющий самоприроды,
   Должен освободиться от двойственности
   Медитации и медитатора,
   Ибо предельной свободой от упования и страха
   Является неразрушимый ум [ваджрачитта].
   Наконец, он говорит:
   Ум в его грандиозном высочайшем блаженстве
   Не раздвоен, ни на себя ни на других,
   Ибо он воспринимает присущую реальность,
   Коя перед, сзади и вокруг во всех десяти направлениях.
   Шавари сообщает:
   Для реализовавшегося ума двойственности
   Медитации и медитатора не существует.
   Точно как пространство не может воспринять себя в качестве объекта,
   Так и пустота не может медитировать на себе.
   В состоянии недвойственного осознавания
   Разные восприятия смешиваются не замирая,
   Как молоко и вода, в один аромат великого блаженства.
   Вирупа соглашается:
   Не существует никакого раздвоения медитации и медитатора
   В просторе присущей уму реальности,
   Коя лишена тождества.
   И он продолжает:
   Отстраняясь от двойственности наблюдения и наблюдателя,
   Ум достигает самоосвобождения от разделения;
   Сокрушив таким образом [выдуманного] практикующего,
   Ум освобождается от стремления и страстного желания;
   Отбрасывая [заботу о] плоде внутреннего развития,
   Медитатор лишается оков упования и страха;
   Уничтожая [чувство] "себя" и "я",
   Ум выходит победителем в битве с внутренними противниками;
   Стряхивая цепляние к субстанции,
   Медитатор обретает освобождение и от сансары и от нирваны.
    2Осознавание непроисходящей открытости ума
   Коль скоро медитатор добивается осознавания уверенности относительно объектов исследования упомянутых выше, он должен сбросить врожденное цепляние к субъекту медитации, облегчить свое внимание, отказаться от своего томления по переживанию, ослабить свое старание, оставить объект реализации, и сгладить направленность ума к самореализации. Короче говоря, такой [продвинутый] медитатор должен отказаться от всякого познания и представления о том, что такое это или то; ему надо совсем отказаться от своего желания медитировать, помнить, переживать, осознавать и т.п. Ему не следует даже и думать о том, чтобы связываться с какими-либо мыслями, но следует дать своему уму оставаться в нормальном, расслабленном состоянии, не вмешиваясь и не меняя его. Сделав так, медитатор должен позволить всякой мысли или явлению свободно течь, не отвергая, не изменяя, и не дробя ее. Ему не надо следить ни за какими мыслями, и не стоит беспокоиться, порицать, или же исследовать в случае, если даже рассеян хоть на мгновение. Когда он вновь обрел внимание, ему следует поддерживать обыкновенное осознавание в его неизменяемом состоянии, причем даже не думая о медитации, опыте или практике.