заметили, что с ним произошло?
- С ними, - поправил его Сол. - Он был с девушкой.
Преступницей.
- Да-да, я знаю, - быстро согласился посетитель. - Так что
же с ними случилось?
- Их арестовала полиция, - сообщил кассир.
- Вот как, - спокойно сказал сержант. - И давно это
произошло?
- Двадцать минут назад, - Сол посмотрел на часы. - Точнее,
двадцать две. Я, знаете ли, специально засек время, потому что
ваш приятель покупал у меня билет для этой репортерши.
- Он мне не приятель, - вдруг резко и зло процедил сержант и
тут же снова перешел на нормальный тон. - А в какую сторону их
повезли, вы не заметили?
- Заметил, - настороженный этой внезапной сменой настроения,
пробормотал Сол. - В Солт-Лейк они поехали. Куда же еще.
Солт-Лейк у нас столица штата. Туда их и повезли. Девку-то
точно упекут в кутузку, а вашего приятеля...
ГР-РУНГ! - белый от напряжения кулак с силой врезался в
стойку, Сол даже подскочил. Серде у него екнуло, когда сержант
уперся лицом в стекло и злобно проревел.
- ОН МНЕ НЕ ПРИЯТЕЛЬ! Запомни это, ослиная задница.
Глаза человека наполнились мутью. Было такое ощущение, что
сержант внезапно ослеп. Но эти слепые, подернутые туманной
поволокой глаза безумно и страшно вперились в кассира, и тому
захотелось спрятаться, нырнуть под прилавок.
- Еще раз ты скажешь эти слова, я тебе тупую башку разнесу!
Ты понял меня? Понял?!!
- Да, мистер... - от страха Сол еле разговаривал. - Конечно.
Как скажете. Если вам неприятно, я не буду...
Напряженное лицо сержанта вдруг изменилось. Теперь оно снова
приняло нормальное выражение.
- Так вы говорите, они поехали...
- В Солт-Лейк-Сити, мистер, - торопливо пролепетал Сол.
- Значит, в Солт-Лейк-Сити, - сержант оглянулся на стоящий
посреди площади черный трайлер. - И давно их увезли?
- Я же говорил... Двадцать две минуты назад.
- Ага. Значит, если я потороплюсь, то еще смогу догнать их,
не так ли?
- Да, скорее всего. Только зачем вам это. Вы можете доехать
до нашего Департамента полиции, они свяжутся с Солт-Лейком и
вашего при... простите, этого дезертира привезут сюда. Тамошние
парни тоже не любят с такими делами возиться...
- А им и не придется, - серьезно пообещал сержант, и Сол
вдруг почувствовал недоброе. - Я позабочусь об этом...
- Ну ладно, - кассиру стало несколько легче, когда он понял,
что человек собирается уходить. - Смотрите, мистер. Да, кстати,
увидите там моего приятеля Тедди - он шериф! - передайте привет
от старины Сола.
- Обязательно передам, мистер Шелдон, - сержант улыбнулся
так же тускло, как и в начале разговора. - Благодарю вас за
помощь. Вы действительно стопроцентный янки, мистер Шелдон.
Страна будет гордиться вами, когда все это дерьмо закончится, -
он обвел руками что-то вокруг себя, и хотя кассир не понял, что
имел в виду сержант, все равно усиленно закивал. - Еще раз
благодарю за содействие, мистер Шелдон. Я подам рапорт
командованию о представлении вас к ордену "Серебряная звезда".
Сол замер. Он так и не понял, полный псих этот сержант или
ему просто так кажется.
А военный спокойно развернулся, прошел через площадь к
трайлеру и забрался в кабину. Грузовик взревел, качнулся и,
набирая скорость, покатил по дороге.

Если в жизни Ронни и было более тоскливое путешествие, она
этого не помнила.
В зарешеченные окна врывались блики маячков "плимутов". Их
сопровождали две патрульных машины. Не то, чтобы полицейские
боялись, но в Кливленде давно не помнили задержания
преступников такого масштаба. Шутка ли
- четыре трупа.
Девушка вздохнула.
Между отсеком для перевозки преступников и креслом водителя
- настоящее ограждение. Стальные прутья, вдобавок обтянутые
сеткой. Прочной, отличной сеткой. Изредка на приборном щитке
начинало верещать переговорное устройство. И тогда коренастый
шофер протягивал полную руку, хватал сардельками-пальцами рацию
и с ленивой интонацией что-то бурчал.
"Представляю, как гордятся эти люди сознанием важности
выполняемой ими задачи, - подумала девушка. - Стоило выбираться
из прерии и так драпать от психопата Перри, чтобы тут же
загреметь в кутузку. Хотя сейчас мне лучше, чем полковнику.
Значительно".
Солнце начало сползать к горизонту. Оно окрашивалось в
оранжево-алый цвет и подсвечивало ватные облака, делая их
нарядными. Постепенно начала спадать и жара. Хотя в воздухе
сгустилась духота. Ронни подумала, что может быть дождь. Ей
хотелось, чтобы он обрушился с неба. Резкий, холодный. Это
больше всего соответствовало бы ее настроению.
Она вообще любила дождь. Он сужал мир до какого-то круга,
понятного и приятного только ей. Ронни любила одиночество,
подаренное дождем. На всем свете не оставалось никого, кроме
нее. И - тогда! - ее квартиры. Сейчас девушке хотелось ливня,
который отрезал бы их с Люком ото всех. От этих полицейских, от
Скотта, от его прошлого. И она бы смогла убаюкать его, прижав
голову к своей груди, обняв руками сильное тело. И он бы все
вспомнил. Но все равно они были бы вдвоем.
- Ты должна была уехать... - вдруг тихо сказал Люк.
- Что? - Ронни даже не сразу поняла, о чем он говорит.
- Тебе нужно было уехать, пока еще было можно. Ронни
улыбнулась и... взяла его ладонь в свою. И сразу почувствовала,
как сжались пальцы этой сухой незнакомой руки.
- Да? - спросила она улыбаясь. - И пропустить все это
веселье?
Он тоже улыбнулся. Девушка вдруг подумала о...
"А что если у Люка есть невеста, и она его ждет. Да нет. Ей
тогда, в лучшем случае, должно быть лет сорок пять -
пятьдесят... Господи, ну и дура. Психопатка. Знаешь, милая, ты
за два дня повидала столько сумасшедших, что, похоже, и сама
чуть-чуть тронулась".

Сержант Скотт смотрел на убегающее под колеса трайлера шоссе
и молчал. Его совершенно не волновали такие мелочи, как закат,
облака и тому подобное.
У него были другие задачи, и он предпочитал обдумывать их
молча. В последнее время Скотт начал замечать, что все больше и
больше забывает самые простые вещи. Поначалу его это очень
испугало, но скоро испуг прошел, потому что сержант выяснил: он
помнит все, что касается его задачи. Все. А "лягушатник", так
тот постоянно за спиной стоит, тут не забудешь. Пусть. Пусть.
Скотт сообразил, это - тоже их попытки сделать его
небоеспособным. Вывести из строя. Он, правда, никак не мог
понять, с помощью чего гуки проделывают с ним такое, но был
уверен. Это ОНИ. Точно. Ничего. Когда он убьет "лягушатника",
все переменится. Память вернется. Стоит лишь найти их гнездо и
разнести к чертовой матери. Но подобное станет возможным только
после того, как умрет, сдохнет ПРЕДАТЕЛЬ.
Сержант вывел для себя еще одну вещь. Мир полон гуков. Из
всех, с кем ему довелось разговаривать за эти дни, лишь один
или двое не вызвали у него подозрений. Остальные - Скотт
чувствовал это - были шпионами. Врагами.
Причем, желтож...е оказались гораздо хитрее, чем он думал
вначале. Ему даже не сразу удалось раскусить их план. Теперь-то
он все понял. Они вербуют всех, занимающих мало-мальски важные
посты. От полиции до... кого? Страшно подумать, КТО может
оказаться на верхушке этой пирамиды... И заправляет этим
"лягушатник". Сволочь. Он все понял. Штаб их находится в МЕРО!
У ПРЕДАТЕЛЯ! И эти копы везут его вовсе не в департамент, не в
Солт-Лейк-Сити, а к ним в штаб! В ШТАБ! Чтобы "лягушатник" мог
САМ руководить захватом. А эта сучка будет ему помогать. Когда
гуки захватят все ключевые посты в правительстве, она переманит
на их сторону средства массовой информации. А тех, кто
откажется сотрудничать с ними, будут обрабатывать так же, как
обрабатывают его - выстригать память...
Да. Хорошо, что он вовремя понял это. Теперь он, сержант
Вооруженных сил США Эндрю Скотт, сможет оказать сопротивление.
Сорвать дьявольские планы гуков.
Черт возьми. А ведь он мог бы долго пытаться привлечь на
свою сторону полицию, армию, а они смеялись бы ему в спину. Или
как этот ср... и доктор говорили бы, что он - псих. И так до
тех пор, пока не убили бы его. Тропической лихорадкой. Гуки
заразят этим дерьмом всю страну. Его страну. И все янки,
настоящие, стопроцентные янки, умрут, а остальным гуки дадут
противоядие. И все погибнут... погибнут... Как погиб его взвод.
Кроме них с "Кинг-Конгом". Дилланом Уотсоном.
Скотт покосился на ведущего машину унисола. Тот не отрывал
глаз от дороги. Казалось, для него не существует усталости.
"Отличный солдат", - подумал сержант и улыбнулся.

Люк осторожно перебирал звенья цепи, пробуя их на прочность,
пытаясь найти дефект, трещину, надлом. Чтонибудь, дающее шанс
на спасение. Он понимал то, чего пока еще не знала Ронни.
Полиция не сможет им помочь в случае столкновения с сержантом
Скоттом. Девушка находится в плену собственных иллюзий. Она
уверена, что полицейский - человек, способный справиться с
любой бедой. С любым врагом. Люк же был в этом не уверен.
Он тщательно исследовал цепь, звено за звеном. Ничего. Его
руки не способны разорвать легированную сталь. Сломать замок
кольца тоже не получится. За него не ухватиться. Что делать?
Люк посмотрел на решетчатую дверь. Обычный стандартный
замок. Такие в Форт-Брагге открывали за полминуты. Нужен только
кусок проволоки. Водитель один, и вряд ли он рискнет выпустить
руль и открыть прицельный огонь. А беглый ему не страшен.
Главное, чтобы не задело девушку. Но это
- проблема решаемая.
Достаточно Ронни спрятаться под сиденье, и пули ее не
достанут.
Люк внимательно осмотрел пистолет, висящий на боку
полицейского. Автоматический "дабл игл'45". Восемь патронов -
восемь выстрелов успеет сделать водитель. Не страшно. Крупный
калибр - сильная отдача. Как говорил инструктор по стрельбе:
"Мощная пушка не всегда самая лучшая". Здесь именно такой
вариант. Полицейский не сможет даже толком выстрелить. Отлично.
Где же взять проволоку?
Люк осмотрел салон, повернулся к заднему окну и замер. В
тридцати футах за полицейской машиной уверенно несся трайлер.
Он даже смог разглядеть застывшую улыбку Скотта за
бронированными пластинами.

- О, черт возьми! - выдохнула Ронни. - О, дьявол!!!
Она тоже увидела грузовик. Но больше всего ее поразило не
это, а спокойное лицо Люка. Ни одного слова, ни единого жеста,
ничего.

Сержант Скотт положил руку на тяжелый станковый пулемет,
разместившийся у него в ногах. Пальцы лениво перебирали желтые
цилиндрики патронов, заправленных в оружейную ленту. На шоссе
трайлер без труда мог обойти автобус, и Эндрю прекрасно понимал
это. Просто отлично понимал. Ему доставляла удовольствие
погоня. Уверенность, что на этот раз "лягушатнику" не скрыться,
переполняла его и растягивала тонкие губы в язвительной
усмешке.
Бело-синий патрульный "плимут" болтался перед черным
обрубленным капотом грузовика, словно лилипут, мечущийся под
ногами великана.
- Убери его! - приказал "семьдесят четвертому" сержант. -
Давай.
Дилл спокойно принял влево, обходя полицейскую машину.
Водитель "плимута" нажал на газ, испуганно глядя в сторону
надвигающейся черной стены. Машина рванулась вперед, но трайлер
без особого труда настиг ее.
Полицейский что-то орал сидящему за рулем "чертовой
колымаги, мать ее", полоумному, но того это совершенно не
волновало, 74-й выполнял данный ему приказ, потому что был
обязан выполнить его.
С утробным ревом грузовик притерся к патрульной машине, и
водитель с ужасом увидел мелькающее с бешеной скоростью перед
окном колесо. Оно наплывало, накатывалось на "плимут", как
огромная жуткая фреза.
Полицейскому на мгновение почудилось, что колесо вовсе не
резиновое, а стальное и на нем острые отточенные зубцы.
"Вот сейчас, - думал он, - сейчас раздастся страшный треск,
и в воздух брызнут ошметки капота, стекла, куски мяса и формы,
перемолотые в клочья. А безжалостная фреза будет и дальше
вращаться, пока не уничтожит всех. И машину Теда, и автобус,
всех".
Водитель судорожно схватился за рукоятку "кольта", но в эту
секунду раздался первый страшный удар...

Ронни видела, как черный тяжелый борт трайлера врезался в
патрульную машину, раздался громкий скрежет, а затем "плимут"
просел и рванулся куда-то вбок. Несколько мгновений девушка еще
могла разглядеть переворачивающиеся в воздухе темные пятна
колес... А потом грохнул взрыв.
Вместо "плимута" зацвел огромный огненный шар. Ярко-желтый с
красными прожилками.
Спустя еще секунду его заслонил корпус грузовика. Круглые,
блестящие в лучах закатного солнца фары казались горящими
глазами дикого зверя.
- О, черт!
Ронни затравленно взглянула на шофера. Тот уже заметил
грузовик и нажал на газ, стараясь оторваться. Стрелка
спидометра подползла к отметке 80 миль.
Остов горящего "плимута" остался далеко позади. Его уже
нельзя было разглядеть, но над степью поднимался извивающийся
столб жирного дыма. Хотя для людей уже не было и степи. Была
лишь светло-зеленая мутная полоса, вытянувшаяся за окнами
машин.
- Эй, водитель! - крикнула девушка. - Водитель!!!
Она хотела сказать, чтобы их выпустили из клетки, дали
возможность защищаться, что люди в грузовике - убийцы...
Но в это мгновение руки Люка обхватили Ронни и швырнули на
пол.
Шквал свинца обрушился на автобус. Девушка не успела издать
ни звука, а солдат уже толкал ее в укрытие. Она зажмурилась.
Пули рвали сиденья, пробивали окна, глухо ударялись о стены.
Если бы не укрепленные стальными листами борта, автобус бы
превратился в решето за считанные секунды. По салону плыл едкий
пороховой дым, порхали кусочки поролона, клочья дерматиновой
обивки.
Люк понимал: надо что-то предпринимать. Срочно, пока Скотт
не добрался до них.

Сержант знал, ему не достать беглецов огнем. И тем не менее
он стрелял. Развлекался. Его безумный смех смешался с влажным
харканьем пулеметных очередей.
Скотт стоял на подножке трайлера, распахнув дверцу и уложив
на нее сверху пулемет. Ему нравилась погоня. Нравился бьющий в
лицо ветер, нравилась близость жертвы, нравилось чувствовать
отдачу при стрельбе. Он ощущал себя сильным, почти всемогущим.
- Обойди их слева! - приказал он "семьдесят четвертому".
Грузовик мощно взревел и, резко забрав в сторону, пошел на
обгон.
Мимо Скотта поплыл синий борт автобуса с трафаретной
надписью: "Департамент исправительных учреждений". Он развернул
пулемет и выпустил длинную очередь по этим белым буквам, с
удовольствием глядя, как лопается и летит в стороны краска.
Еще никогда в жизни сержанту не было так хорошо и весело.
БРРРРРРРРРОНННГ! - М-60 с невероятной скоростью выплевывают
стреляные гильзы, и они отлетали, падая на черный капот,
скатываясь в пыль.
Следующая очередь прошила автобус, выбив стекла.
Кабина трайлера поравнялась с зарешеченной кабиной автобуса
и легко пошла дальше, но через секунду Джи-эр'74 сбросил
скорость. Полицейский затравленно обернулся в их сторону, и
сержант увидел белое лицо, покрытое мокрыми дорожками пота.
Водитель вдруг резко вскинул руку, и Скотт заметил зажатый в
ней пистолет.
Это развеселило его еще больше.
БРРРОНГ! РРРОНГ! - Палец надавил на гашетку, и голова
полицейского превратилась в месиво из когтей, крови и осколков
стекла.
- Прошу прощения! - заорал Скотт сидящим в клетке беглецам.
Он увидел появившуюся в окне девушку и с деланным беспокойством
сообщил. - Мэм, вам нужно проверить, как себя чувствует ваш
шофер. Он что-то неважно выглядит!
Ронни снова нырнула под сиденье.
- Что нам теперь делать? - крикнула она Люку.
- Нужно остановить машину! - прокричал он в ответ.
- Отличная мысль! Теперь бы еще осуществить ее! Эй, что ты
делаешь?!
Люк вдруг вцепился в подушку сиденья и одним движением
разорвал дерматиновую обивку, обнажая стальной каркас и...
проволочные прокладки между пружинами. Он выдернул несколько
стальных волокон и, пригибаясь, побежал к двери.
Рев грузовика переместился. Теперь он слышался сзади.
Внезапно двигатель трайлера надсадно завыл, а через секунду
бронированный капот врезался в стену автобуса. От толчка и
Ронни, и Люк снова оказались на полу.
Солдат тут же поднялся на ноги. Казалось, его совершенно не
волнует ни стрельба, ни пули, свистящие над самой головой, ни
то, что автобус летит с безумной скоростью по дороге, виляя из
стороны в сторону.
Сейчас Люк сосредоточился на единственной важной задаче -
открыть дверь клетки и добраться до руля. А для этого нужно
отомкнуть замок. Он сложил проволоку пополам, стянул один из
получившихся концов в виде петли и, просунув руку сквозь
решетку, протолкнул в замочную скважину.
Ронни жадно наблюдала за его действиями. Вот сейчас. Сейчас
дверь распахнется. Сейчас. Но дверь не открывалась.
Вместо этого одно из пробитых пулями стекол лопнуло
окончательно, и в салон влетел круглый металлический шар.
- О, черт! - крикнула Ронни.
Не нужно было хорошо разбираться в оружии, чтобы узнать в
этом предмете ручную гранату.
Она катилась по проходу к ногам девушки.
Ронни торопливо подхватила шар и швырнула его сквозь прутья
решетки на дорогу.
ГРРРООООУММ!!! - автобус тряхнуло, но на этот раз Люку
удалось удержаться на ногах. Он, не обращая внимания на взрыв,
продолжал возиться с замком. Ему почти удалось подцепить
собачку, но этот толчок свел попытку на нет.
КЛИНГ! - еще один шар влетел в салон и, звонко стукнувшись
об пол, закатился под сиденье. А следом веселый голос сержанта
осведомился:
- Ну что, поиграем в мячик?
- О, мать твою!!! - Ронни полезла под сиденье и, схватив
гранату, выкинула ее в окно.
ГРРРРРООУУУММ!!! - автобус повело в сторону. Он вылетел с
дороги и затрясся по степи, поднимая за собой густое облако
пыли.
Эти резкие толчки мешали Люку. Каждый раз, когда петля
цеплялась за собачку, автобус попадал колесом в какую-нибудь
колдобину, и все шло насмарку. Приходилось начинать сначала,
терять драгоценные секунды.
ЦОНГ! - третья граната покатилась по полу.
Да что у него там, целый арсенал, что ли, мать его? - с
отчаянием подумала Ронни, бросаясь к вертящемуся на полу шару..
- Ну как, весело? - орал сержант.
Надсадно ревели моторы машин. Тонко и упорно - автобуса,
яростно и хищно - трайлера.
Теперь Скотт швырял смертоносные мячи все чаще и чаще.
Девушка едва успевала ловить их и выбрасывать в окна.
Она понимала: так не может продолжаться долго. Вопрос в том,
кто раньше устанет - она ловить или этот полоумный маньяк
кидать. Один из них сильнее другого, и это явно была не Ронни.
- Уааааоооооооууууу! - вопил весело сержант.
Очередная граната полетела под сиденье как раз в тот момент,
когда Люку наконец удалось поддеть собачку. Он потянул
проволоку, и дверь распахнулась.
ГРРРРРРОООООУНГ!!!
Ронни успела выкинуть гранату, но она взорвалась слишком
близко. Автобус пошел юзом, выворачивая колесами глыбы песка,
оставляя за собой две глубокие канавы. В какой-то момент
девушка испугалась, что он перевернется. Колымага просела на
правый бок, накренилась... но устояла.
Люк отшвырнул труп водителя в сторону, подхватил пистолет,
засовывая его себе за пояс, и прыгнул за руль. Теперь у
беглецов появилась возможность маневра. Всякий раз, когда
сержант взмахивал рукой, швыряя гранату, Люк резко выворачивал
руль, и автобус уходил в сторону. Взрывы теперь звучали чаще.
Эта гонка напоминала какие-то дикие салочки с двумя
участниками, в которой победа означала жизнь. Все зависело от
того, кто окажется проворней.
И преследователи, и преследуемые выполняли какието одним им
понятные маневры, стараясь переиграть противника. Автобус
выписывал замысловатые зигзаги, пытаясь оторваться от трайлера,
но тот накрепко прилип к нему, словно их связывала невидимая
цепь.
Люк лихорадочно просчитывал их шансы на победу в этой
смертельной "игре", и по всему выходило, что они равны нулю.
Грузовик, конечно, проигрывал автобусу в маневренности, зато
был гораздо более быстроходным и устойчивым. На прямое
столкновение рассчитывать не приходилось - трайлер бы рассек
автобус пополам, как нож масло. А другого выхода Люк найти не
мог.
Постепенно он заметил, что слева возникла расщелина.
Огромный провал каньона тянулся параллельно движению автобуса.
Люк посмотрел вправо. Там, в миле от них, за широким пылевым
облаком темнела такая же пропасть. Правда, обе они еще были
слишком далеки, чтобы представлять какую-то опасность, но...
А что, если эти два каньона являются рукавами одной гряды?
Тогда впереди их ждет смерть в виде гигантского обрыва...
И вдруг в голове Люка возник план спасения. Он был шатким,
целиком построенным на различных "если", но все-таки это был
план. Плохой или хороший, но был!..
Солдат резко втопил педаль газа. Трайлер тоже увеличил
скорость, стараясь удержаться на хвосте у беглецов.
- Ты сейчас выпрыгнешь! - закричал Люк девушке.
- Я? - Ронни посмотрела в окно, затем на стрелку спидометра
- 100 миль в час! - и растерянно проговорила. - Постой...
Постой... Подожди... Нет, знаешь. Пожалуй, я не стану этого
делать. А мы не можем уехать на этом автобусе? Нет? Но все
равно. Я прыгать не буду.
Расщелины начали быстро сужаться, и Люк понял: они почти у
цели. Огромная, фантастически невероятно громадная пропасть
появилась впереди. Только что, секунду назад, ее скрывала трава
и вдруг...
Люк на глаз прикинул расстояние. Не больше полутора миль -
полминуты езды. Все. Времени на споры нет.
- Прыгай! - крикнул он. - Прыгай!!!
- Нет! - ответила Ронни. - Я без тебя никуда не пойду.
- Хорошо. Прыгаем вместе.
Люк рванул на себя рычаг, и узкие створки двери сложились,
открывая мелькающую траву.
- О'кей. Вместе, - торопливо сказала девушка. - Ладно.
Давай!
- Приготовиться!
Ронни выбралась на подножку и замерла, глядя на
подпрыгивающую, ходящую ходуном землю.
- О, боже!
- Когда будешь прыгать, группируйся! Прикрой руками голову!
Она собралась было спросить, что значит "когда будешь
прыгать"? А он? Но в следующее мгновение Люк подтолкнул ее.
Ронни оттолкнулась от подножки, сильный удар сбил с ног,
швырнул на траву. Девушка покатилась по земле, стараясь
понадежнее защитить голову руками, подтянув колени к груди.
Мимо нее с диким ревом промчался трайлер, и девушка услышала
выкрик сержанта Эндрю Скотта.
- Йоооооохооооооууу! - он преследовал ВРАГА. ПРЕДАТЕЛЯ.

Скотт тоже видел разверзнувшуюся впереди пропасть.
"Лягушатник" будет вынужден остановиться и вылезти из этой
дерьмовой полицейской развалюхи, иначе полетит с
семидесятифутового обрыва. Прекрасно.
Пыльный, обтерзанный автобус маячил впереди. Из строгого
синего он стал серым, ободранным. Одно колесо просело, видимо,
рессора не выдержала нагрузок.
Скотт улыбнулся. Ствол пулемета пошел вниз. Если сейчас
прострелить шины, колымага перевернется. Нет, лучше подождать,
пока "лягушатник" со своей сукой остановится и выберется
наружу.
... Пропасть надвигалась с умопомрачительной быстротой. Как
ни готовил себя Люк к этому моменту, но все равно ладони его
покрылись потом, а в голове возникла новая мысль: слишком
большая скорость, он не успеет затормозить для маневра...
Люк резко сбросил скорость и вывернул руль влево до упора.
Автобус накренился, но удержался на всех четырех колесах.
Мгновение его еще тащило к пропасти. Обрыв был настолько
близок, что Люк, высунувшись из окна, мог бы увидеть высохшее
дно каньона. Он вжал педаль газа в пол. Автобус завыл и резко
рванулся вперед, проскочив перед самым капотом трайлера.
Если бы за рулем грузовика сидел ЧЕЛОВЕК, то и сержант, и
водитель погибли бы, рухнув в пропасть. Стоило Диллу
растеряться хоть на мгновение, и все было бы кончено. Но
Джи-эр'74 не мог растеряться. Он вообще не мог испытывать
эмоций. Это и спасло преследователей. Трайлер начал
разворачиваться. Задние колеса сорвались в пропасть, но мощный
передний привод выволок грузовик. Мотор ревел, когда повисшая
над провалом лаборатория вползала на твердую почву.
Трайлер снова рванулся в погоню. Скотт выругался. Он никак
не ожидал, что беглецам удастся так просто выскользнуть из этой
западни. Но что делать, сам виноват. Опять недооценил
"лягушатника".
Сержант тщательно прицелился и надавил на гашетку. Пулемет
загрохотал в руках Скотта, выплевывая длинные языки пламени и
потоки свинца.
Пули разнесли задние колеса автобуса. Инерция тянула его
вперед. Он вдруг резко просел и пошел юзом, крутясь вокруг
собственной оси, словно раненое животное.
Внезапно автобус накренился и повалился на бок.
- Столкни его в пропасть! - крикнул сержант "семьдесят
четвертому". - Давай!
ГРООООУМ! - капот трайлера врезался в пыльное, кое-где
тронутое ржавчиной днище автобуса, сминая его, сталкивая к краю
обрыва.
Скотт не сразу понял, что произошло. Он даже не слышал
заглушаемых ревом двигателя пистолетных выстрелов. Просто Дилл
Уотсон вдруг дернулся. На его лице появилась аккуратная дыра,
из которой брызнула кровь. И еще одна. И еще. И еще...
Сержант удивленно смотрел, как унисол ткнулся головой в
руль. Стекло кабины покрылось сетью мелких трещинок, а за ними,
на качающемся борту автобуса, припав на одно колено, стоял
предатель Люк Девро, выпускающий пулю за пулей в голову Дилла
из "дабл игл", сорок пятого калибра.
А пропасть была все ближе... Автобус начал сползать с края
обрыва. Сержант Эндрю Скотт протянул руку и, схватив Джи-эр'74
за волосы, одним движением повернул к себе окровавленное
безжизненное лицо. Глаза его стали узкими, а из глотки вырвался
хриплый, полный ярости вопль:
- А ну проснись! Проснись, рядовой, мать твою!!!
Он уже не видел, как, пробежав по борту автобуса, спрыгнул
на землю Люк. Как, перевернувшись, провалился в пропасть
полицейский автобус, как нырнул с обрыва капот трайлера. Скотт