Ричард взял у меня кофе, сделал пробный глоток и удовлетворенно кивнул:
   - Отлично. Сахар как раз в меру.
   Я поставил свою чашку на журнальный столик, чтобы кофе немного остыл, а сам сел в соседнее кресло и присоединился к Ричарду, который немного рассеянно следил за трансляцией баскетбольного матча по спортивному каналу. Докурив сигарету, он раздавил ее в пепельнице и небрежно махнул рукой в сторону экрана:
   - Я, конечно, не спорю, интересный вид спорта, но до хоккея ему далеко. Не та атмосфера, не ют накал страстей. Да и когда каждая атака, как правило, заканчивается забитым голом - то есть я имею в виду попадание в кольцо, - это не приносит никакого удовольствия.
   - Полностью согласен с тобой, - кивнул я. - Тем не менее есть люди, которые балдеют от баскетбола и совершенно равнодушны к хоккею. У нас, правда, таких мало, но на других планетах они водятся в избытке.
   - Вот чокнутые! - Ричард недоуменно пожал плечами, затем сунул руку в карман и достал оттуда пластиковую карточку. - Держи. Здесь все данные на кандидатуры присяжных, что я сумел раздобыть, не злоупотребляя служебным положением.
   Я взял у него карточку, бегло осмотрел ее с обеих сторон и положил на подлокотник кресла.
   - Спасибо, Рич. Впрочем, тебе не обязательно было приносить ее. Мог бы просто прислать файлы по почте.
   - Но если я и так к тебе собирался, то какая разница. Иногда приятно для разнообразия передать что-то из рук в руки. Если бы ты знал, как меня достало это интерактивное общение на работе! В других отделах идет нормальная коллективная жизнь, а у нас... Ты только представь себе: мой коллега, который занимает соседний кабинет, вместо того чтобы зайти ко мне и поговорить лицом к лицу, связывается по видеофону. А начальник, чей кабинет этажом выше, терпеть не может совещаний "в живую", называя их "вавилонским столпотворением", и предстает перед нами во плоти лишь по большим праздникам.
   Ричард был полицейским и работал в отделе информационной безопасности. Время от времени он добывал для меня кое-какие сведения по тем делам, которыми я занимался. Это не противоречило закону, поскольку на Дамогране адвокат имел право нанимать работника полиции для проведения частного расследования в его свободное от службы время. Во многом моя удачливость была следствием сотрудничества с Ричардом - он за версту чуял ценную информацию и не пропускал ни единого ее байта. А осведомленность - залог успеха.
   - Вот что, Рич, - произнес я. - Мне нужно, чтобы ты основательно поработал над делом Алены Габровой.
   Ага, - он перевел на меня взгляд. - Понял, что вляпался? Только не говори, что я не предупреждал. Ни черта ты для девчонки не сделаешь, это факт. Ей как пить дать прочистят мозги, и видит Бог - она того заслуживает. Добро бы она, прикончив доктора, в панике убежала. Но то, с каким хладнокровием и цинизмом она все провернула, как невозмутимо вела себя до и после преступления, как расчетливо пыталась сымитировать самоубийство... Нет, Игорь, это безнадежно. Присяжные будут суровыми и безжалостными, они не посмотрят ни на ее юный возраст, ни на невинную внешность. Как раз наоборот - это сыграет против твоей подзащитной. Можно не сомневаться, обвинение приложит все силы, чтобы создать образ падшего ангела, чудовища тем более опасного, что его подлинная сущность скрывается под такой привлекательной оболочкой.
   Я вздохнул;
   - Наверное, ты прав, Рич. Я сильно сомневаюсь, что смогу что-нибудь сделать, но все равно буду пытаться. Как и любой гражданин, она имеет право на квалифицированную и, главное, непредвзятую защиту в суде. А ее прежний адвокат не только с самого начала признал ее виновной, но уже вынес ей свой приговор и занимался ее делом спустя рукава.
   Ричард достал вторую сигарету и принялся мять ее между пальцами.
   - Да, - сказал он, - Я так это и понял, когда в пятницу ты взялся защищать барышню Габрову. Но сейчас... Гм-м, только не подумай, что я обвиняю тебя в меркантильности, ты с равным усердием отстаиваешь интересы своих клиентов независимо от их финансового положения... И все же я сделал одно любопытное наблюдение: когда ты чуешь большие деньги, у тебя лихорадочно блестят глаза как у наркомана при мысли об очередной дозе. Вот и сейчас они блестят. В чем дело, Игорь? Ведь опекуны девушки не слишком богатые люди. Они, конечно, обеспечены - но не настолько же, чтобы заплатить тебе бешеный гонорар.
   Я взял чашку с уже порядком остывшим кофе и отхлебнул глоток.
   - О бешеных гонорарах речь не идет, - невозмутимо ответил я. - Но платят они прилично. Достаточно, чтобы нанять тебя. Сейчас ты очень занят на работе?
   - Нет, не очень. После нашей последней облавы большинство профессиональных хакеров затаилось, а с молодняком и любителями хлопот мало, отлавливать их легко и неинтересно.
   - Вот и хорошо. Я хочу, чтобы ты тщательно прошелся по всем материалам следствия, не пропуская ни единой, пусть и самой незначительной детали. Даже в таком простом и очевидном на первый взгляд деле должны быть свои подводные камни и скрытые течения - неувязки при отработке версии, отдельные мнения экспертов, мелкие технические ошибки, не повлиявшие на конечный результат, но при соответствующей подаче способные поколебать уверенность присяжных в несокрушимости позиции обвинения. А все сомнения, по закону, должны трактоваться в пользу обвиняемого.
   Ричард снова закурил.
   - Это чертова уйма работы, - заметил он. - К тому же может возникнуть конфликт интересов. Как-никак я работаю в полиции.
   - Тогда возьми двухнедельный неоплачиваемый отпуск. Все потери я тебе компенсирую.
   Ричард внимательно посмотрел на меня:
   - Ты серьезно?
   - Да.
   - Учти, я много зарабатываю.
   - А мне хорошо платят. Петр Габрев готов на все, лишь бы спасти внучку.
   - Гм-м. Вполне может статься, что ты обдерешь его до нитки, а девчонку все равно не спасешь.
   - Поэтому я нанимаю тебя. Уверен: ты обязательно что-нибудь раскопаешь. Добиться для нее оправдания я не рассчитываю, но посеять в головы присяжных сомнения, думаю, смогу. А этого достаточно, чтобы смягчить приговор.
   Ричард собирался что-то сказать, но как раз в этот момент трансляция баскетбольного матча была прервана, на экране появилась заставка с логотипом Национального Кубка, и голос диктора принес любителям баскетбола неискренние извинения, предложив им переключиться на вспомогательный канал. Впрочем, я сильно сомневаюсь, что нашлось много чудаков, которые последовали этому совету. Через десяток секунд заставка исчезла с экрана, и ее сменила панорама Центральной ледовой арены Нью-Монреаля, где вот-вот должен был начаться первый матч финальной серии Национального Кубка между местными "Консулами" и многократными чемпионами Дамограна, "Матадорами" из Галифакса. Мы с Ричардом, ясное дело, болели за "Консулов" и всей душой жаждали реванша за прошлогоднее поражение от "Матадоров" в четвертьфинале Кубка.
   В такой обстановке говорить о любых серьезных делах было бессмысленно. Вспомнив, что Юли дома нет, а значит, некому будет приносить нам во время матча закуски, я сбегал в кухню и на скорую руку приготовил десяток сандвичей с салями и зеленью. В гостиную я вернулся к первому вбрасыванию и на следующие два с лишним часа полностью отключился от дела Алены Габровой. Тогда я считал его всего лишь превосходной возможностью заработать фантастический гонорар и даже не подозревал, что столкнулся с самым невероятным случаем за всю мою адвокатскую практику.
   4
   Мишель Тьерри, дипломат
   - Майкл, ты здесь? - прозвучал в дверном динамике голос Келли Симпсон. Можно войти?
   Мишель Тьерри молча встал с койки, подошел к двери и открыл ее. С небрежным "Привет!" Келли впорхнула внутрь и скептически осмотрела каюту.
   - Не блеск, - констатировала она. - И так тесно, а тут еще чемоданы на полу. Ты до сих пор не разобрал вещи?
   - Позже, - проворчал Тьерри, вновь растягиваясь на широкой мягкой койке. Если эта посудина развалится при переходе в овердрайв, все мои труды окажутся напрасными.
   - Типун тебе на язык! - рассердилась Келли. - Паникер несчастный, - Она отодвинула в сторону один из чемоданов, села в кресло и закинула ногу на ногу. - Между прочим, я специально узнавала: ни один из кораблей этого типа еще ни разу не терпел аварию в гиперпространстве.
   - Ну да, конечно, - вяло обронил Тьерри. - Их сбивали раньше, чем они изнашивались. А эта рухлядь, которую ты гордо именуешь кораблем...
   - Тьфу на тебя! Прекрати немедленно! До запуска сверхсветового двигателя еще целых пять часов. Ты что, так и собираешься валяться на койке?
   - Не вижу ничего плохого в таком времяпрепровождении. Что-нибудь почитаю. Может, посплю. А что еще делать?
   - Хотя бы поесть. Сейчас по бортовому времени двадцать минут седьмого. Скоро ужин.
   - Ах да, действительно, - согласился Тьерри. - Я слышал сообщение по общей сети, но как-то выпустил это из вида... Кстати, там говорилось, что этим летающим гробом командует коммодор. Я не ослышался?
   - Нет, все верно, - подтвердила Келли. - Коммодор Марчелло Конте.
   Тьерри принял сидячее положение и энергично затряс головой. Он солгал Келли насчет своих страхов, как лгал всегда в подобных обстоятельствах, стыдясь назвать истинную причину своей подавленности. Он вовсе не боялся возможного кораблекрушения. То есть, конечно, побаивался - но не больше других. Просто в начале длительного перелета им неизменно овладевала депрессия. Перспектива провести ближайшие несколько недель в замкнутом мирке корабля угнетала его. Это была легкая, но неизлечимая форма клаустрофобии, из-за которой Тьерри в свое время не прошел по медкомиссии на инженерный факультет института гражданской астронавтики, о чем впоследствии никогда не сожалел. Он стал дипломатом и вскоре понял, что политика - его истинное призвание.
   - Коммодор Конте, - повторил Тьерри. - Интересно, что он натворил? Чем заслужил назначение капитаном этой посудины? Убил кого-нибудь? Или надавал по морде адмиралу?
   - Почти в яблочко, - усмехнулась Келли. - Наш капитан здорово насолил своему начальству. Он посадил в кутузку командира эскадры, а сам при поддержке всего личного состава взял на себя командование.
   Тьерри присвистнул:
   - Ого! Но ведь это же бунт! За такие дела в любой армии отдают под трибунал. Келли покачала головой:
   - Не все так просто, Майкл. Ты слышал о событиях на Тукумане?
   - Лишь в общих чертах. Недавно открытую планету чисто земного типа атаковал флот Четвертого Шейха, но эскадре Экспедиционного Корпуса удалось эвакуировать почти всех поселенцев и уйти с минимальными потерями. Сицилианцы провели операцию на высочайшем уровне.
   - Вот именно. А эвакуацией руководил наш капитан. Ему пришлось взять под арест командующего эскадрой, который сдуру вознамерился дать бой целому флоту.
   - Но это же чистейшее безумие! Эскадра была бы стерта в порошок, а поселенцы либо уничтожены, либо обращены в рабство.
   - Точно так же рассуждал и коммодор Конте. Поэтому он сделал то, что сделал.
   - Он поступил совершенно правильно, - заметил Тьерри, который в силу своих новых обязанностей последние недели усердно изучал все связанное с Сицилианским Экспедиционным Корпусом и Протекторатом. - В Уставе СЭК есть даже статья о неподчинении преступным приказам. А в Учредительной Хартии Протектората прямо сказано, что Корпус обязуется защищать жизнь, свободу, достоинство и благополучие граждан государств - участников договора. Я незнаком с деталями тукуманского инцидента, но если все было так, как ты говоришь, то руководство Корпуса должно было объявить коммодору Конте благодарность, а то и повысить его в чине.
   Келли хмыкнула:
   - Ну, будь на месте Конте кто-нибудь другой, скорее всего, командование так и поступило бы. Но коммодор, оказывается, с некоторых пор сильно мозолил глаза важным шишкам в Генштабе. Многих раздражала его стремительная карьера, его растущая популярность в Корпусе, нынешнее руководство видело в нем угрозу своему благополучию. Вот от него и избавились - обвинили в нарушении субординации и злоупотреблении властью, назначили капитаном этой развалины и сослали на Дамогран.
   - Н-да, понятно, обычные интриги завистников, - кивнул Тьерри и подумал о странной прихоти судьбы; и он, и Марчелло Конте на одном корабле покидали густонаселенную область Галактики и летели в какое-то захолустье, на самый край человеческой Ойкумены. Но если для коммодора это было опалой, крахом всех его честолюбивых надежд, то новый пост Тьерри был его билетом в будущее. Шуточное ли дело: в неполные тридцать лет возглавить дипломатическое представительство Земной Конфедерации - пусть и временно, пусть и на окраинной, захолустной планете. Правительство Земли ревностно блюло престиж прародины человечества во всех уголках Внеземелья, и каким бы далеким и незначительным ни был Дамогран, пост посланника Земли все равно оставался высоким и ответственным. Уже сам факт этого назначения поднимал Тьерри сразу на несколько ступеней вверх по служебной лестнице и открывал перед ним заманчивые перспективы дальнейшего роста. Очевидно, кто-то из влиятельных чиновников МИДа был заинтересован в быстром продвижении молодого талантливого дипломата.
   Тьерри взял со столика свой ноутбук, включил его и, выбрав в тематическом указателе базы данных "Сицилианский Экспедиционный Корпус", затребовал данные по Марчелло Конте. Через пару секунд поисковая система выдала сообщение, что найдены записи о двух офицерах Корпуса с таким именем - командоре в отставке и коммодоре. "Родственники., наверное", - подумал Тьерри и вызвал на дисплей сведения о последнем.
   - Коммодор Конте действительно неординарная личность, - подытожил он, пробежав взглядом, текст. - Двадцать две успешные боевые операции,; участие в четырех крупномасштабных сражениях, отмечен государственными наградами семи планет, благодарностями верховного командования, ни одного взыскания. Свою популярность в Корпусе приобрел во время Сейшейского кризиса 2629 года, когда возглавляемая им бригада крейсеров прорвалась в тыл зулусского флота и фактически переломила ход самого крупного сражения в этом столетии. Разведен, детей нет... Гм-м, увлечения - живопись, музыка, литература... Но вот что занятно. Перед посадкой на корабль я скачал самые свежие данные из инфосети Нью-Джорджии, но здесь сказано только: "В связи с последними событиями в секторе Тукумана начато следствие". Это все. Откуда у тебя такие подробные сведения?
   - Как откуда! - Келли передернула плечами. - Я же не сидела эти два часа в каюте, трясясь от страха перед овердрайвом. Осмотрела корабль, пообщалась со свободными от вахты членами экипажа - с теми, кто знает английский. Они-то мне все и рассказали.
   - Ага... - пробормотал Тьерри, мысленно выругав себя за несообразительность.
   - И между прочим, - продолжала Келли. - Наше путешествие может оказаться не таким уж и скучным. Экипаж корабля - ребята хоть куда, особенно хорош помощник главного инженера, лейтенант Костелло. Да и для тебя найдется компания, если захочешь поразвлечься. Я тут присмотрела одну молоденькую сестричку из медсанчасти - настоящая конфетка, к тому же, как по секрету шепнул мне один мичман, она безотказная.
   Отложив в сторону ноутбук, Тьерри натянуто улыбнулся:
   - Не люблю безотказных. Предпочитаю недотрог, с ними интереснее.
   - Найдется и недотрога. Пассажирка - тоже молоденькая и тоже конфетка. Но с ней будь поосторожнее.
   - А в чем дело?
   - Она из тех, о ком говорят, что в тихом омуте черти водятся. С такими лучше не связываться, потом хлопот не оберешься. Да и вообще, с твоей стороны было бы опрометчиво начинать свою карьеру на Дамогране с совращения падчерицы начальника базы... Тьерри так и подскочил на койке.
   - Да что ты говоришь?! - воскликнул он, изумленно уставившись на Келли. Ева Монтанари здесь, на корабле?
   - Да, так ее зовут. Твоя знакомая?
   - Не совсем. Прежде мы никогда не встречались, но я кое-что знаю о ней. Обязан знать по должности. Ведь ее отчим, адмирал Сантини, фактически второе лицо на Дамогране после премьер-министра Федерации. Правда, я не брал ее в расчет, поскольку три года назад она переехала с Дамограна на Терру-Сицилию и поступила в Университет Нуово-Палермо по специальности астрофизика... Интересно, почему она возвращается?
   - Может быть, у нее каникулы? - предположила Келли.
   - Ха! Хороши каникулы - два месяца туда и столько же обратно. К тому же, если не ошибаюсь, на Терре-Сицилии недавно начался новый учебный год. Очень странно.
   - Ну, мало ли что могло случиться. Возможно, ее отчислили.
   - Вряд ли. Ева Монтанари внучатая племянница самого Микеле Трапани, а в гражданских учебных заведениях Терры-Сицилии родственники донов неприкасаемы. Их могут отчислить разве что по причине хронического дебилизма, и то вряд ли. А Еву глупой назвать нельзя - хотя бы потому, что школу она окончила на три года раньше, чем обычные дети. Или Даже на четыре... - Тьерри потянулся было к ноутбуку, но затем лениво махнул рукой. - В общем, она вундеркинд.
   - Ева действительно умная, - подтвердила Келли. - И английским владеет в совершенстве. А половина команды, представь себе, совсем не знает английского. Возмутительно!
   Тьерри поморщился, услышав хорошо знакомую и давно набившую ему оскомину песенку. Келли Симпеон была типичной американкой. И внешне - густые и черные как смоль вьющиеся волосы, кожа цвета кофе с молоком, гармоничное сочетание евразийских и негроидных черт лица. И по натуре - сноб до мозга костей. Подобно многим своим соотечественникам, Келли, впервые покидая Землю, искренне верила, что вся Галактика у ее ног, но суровая действительность быстро развеяла эти иллюзии. Английский язык был родным примерно для трети населения Материнской Земли, а остальные две трети более или менее сносно изъяснялись на нем, поэтому у Келли не было особого стимула изучать другие языки, тем более что она не собиралась работать или жить во Внеземелье - ну, разве что когда-нибудь отправиться в шикарный круиз по Ойкумене. Однако волею судьбы Келли оказалась вдали от родины и стала сотрудником земного посольства на Терре-Кастилии, девяносто девять процентов населения которой знали по-английски лишь "hi", "goodbye", "O.K.", "thank you" и "fuck you". Вместо того чтобы учить испанский (как, по мнению Тьерри, поступил бы всякий нормальный человек), Келли после долгих мытарств добилась перевода на Нью-Джорджию, один из немногих англоговорящих миров Внеземелья.
   - Это не они не знают английского, Келли, - как можно мягче заметил Тьерри. - Это ты не знаешь итальянского.
   Она фыркнула:
   - А с какой это стати я должна знать их язык? Почему не они мой? Чем они лучше меня?
   - Вопрос не в том, кто лучше, - произнес Тьерри, растягиваясь на койке. Отступившая было депрессия навалилась на него с новой силой. - Вопрос в том, кто кому нужнее. В данный момент ты больше нуждаешься в общении с экипажем, чем экипаж - в общении с тобой. Все просто и логично: человек должен приспосабливаться к обстоятельствам, если не может приспособить их под себя. Понимания этой элементарной истины тебе и не хватало на Терре-Кастилии. Ты прожила там целый год, но так и не удосужилась выучить испанский. А почему? Неужели это так трудно? Вовсе нет, ты человек способный, настойчивый, упорный, трудности тебя не пугают. Просто ты пошла на принцип. Как многие американцы, ты считаешь, что самый естественный порядок вещей - когда при любых обстоятельствах окружающие подстраиваются под тебя. Такое искаженное, эгоцентричное мировосприятие осталось у вас в наследство от тех давних времен, когда вам почти удалось американизировать всю Землю. Но с началом освоения Галактики ситуация коренным образом изменилась. Североамериканцы не смогли занять лидирующие позиции во Внеземелье, их обошли другие нации.
   - Вернее сказать, облапошили, - запальчиво возразила Келли. - В Эпоху Освоения Америка единолично финансировала добрую половину всех проектов по колонизации новых миров. Мы организовывали перевозку поселенцев, обеспечивали их всем необходимым, помогали строить города, заводы, терра-формирующие станции, посылали своих лучших ученых, инженеров и администраторов, вкладывали в каждую планету огромные средства...
   - А неблагодарные латинос и азиаты одурачили доброго и доверчивого дядюшку Сэма, - вставил Тьерри с сарказмом. - Этот нелепый миф вы лелеете из поколения в поколение. В действительности же никто никому не помогал бескорыстно, это было самое грандиозное деловое предприятие всех времен и народов. И, добавлю, самое прибыльное за всю историю человечества. Америка, да и моя Франция, если на то пошло, - сторицей вернула себе все вложенные средства и стала еще богаче, чем прежде. Так чего же ты еще хочешь от жителей наших бывших колоний? Они с нами квиты. Мы предоставили им возможность построить для себя и своих детей лучшую жизнь на других планетах, а они своим трудом обеспечили нам роскошную жизнь на Земле. Нашим народам и дома было хорошо, а от добра добра не ищут. К звездам устремились лишь энтузиасты-исследователи, искатели приключений и честолюбцы всех мастей; рядовой же обыватель предпочитал участвовать в освоении Галактики косвенным образом, вкладывая свои денежки в акции инвестиционных фондов. Поэтому прошу... - Тьерри застонал, перевернулся на бок и уткнулся лицом в подушку. - Больше не доставай меня жалобами на "варварство" Внеземелья. Думай себе что хочешь, это твое право, но думай молча. Или компостируй мозги кому-нибудь другому. А будешь и дальше ныть в моем присутствии, я из принципа стану говорить с тобой на китайском, хинди или испанском. Тогда уж волей-неволей тебе придется изучить хоть один нормальный язык.
   Краем глаза он заметил, как при последних его словах щеки Келли вспыхнули румянцем негодования. Она явно собиралась сказать в ответ что-то резкое, но в последний момент все же сдержалась, встала с кресла и произнесла:
   - Ну, ладно, Майкл. Хватит хандрить. Поднимайся и приводи себя в порядок. Скоро ужин - с нашей стороны будет невежливо заставлять капитана ждать.
   Тьерри вздохнул и безропотно сполз с койки. Депрессия депрессией, но прежде всего он был дипломатом и прекрасно понимал, сколь важно произнести на человека хорошее впечатление при первой встрече.
   - Проклятый овердрайв! - проворчал он, а про себя добавил: "Чертова клаустрофобия!"
   И, едва не споткнувшись о стоявшие на полу чемоданы, побрел в душевую.
   5
   Марчелло Конте, коммодор
   - Стало быть, посланник исключается, - подытожил Конте, задумчиво глядя на свою собеседницу, высокую рыжеволосую женщину тридцати пяти лет в форме мичмана флота. - А как насчет его помощницы?
   Габриэла Джустини (на самом деле никакой не мичман, а капитан Службы Безопасности Корпуса, на счету которой было немало с блеском выполненных задании) неопределенно кивнула и откинулась на спинку своего кресла.
   - Келли Симпсон еще под подозрением. И, хотя я сильно сомневаюсь, что она каким-то образом связана с Маццарино, такой возможности пока что исключить нельзя. Ясно одно: если мисс Симпсон и есть наш киллер, то нанята со стороны и, скорее всего, понятия не имеет о личности своего нанимателя. Но, подчеркиваю, это маловероятно. Дипломатическая служба отличное прикрытие для правительственных агентов, но отнюдь не для "вольных стрелков".
   - И все-таки что-то в ней вас настораживает, - заметил Конте.
   - Да, коммодор. Ничего конкретного, но... в общем, это можно назвать профессиональным чутьем. Общаясь с мисс Симпсон, я почувствовала, что с ней что-то не так. Слишком уж естественным было ее поведение.
   - Как это? - удивился Конте.
   - Трудно объяснить. Даже в самых мельчайших деталях она вела себя именно так, как и должна была себя вести, будь она той, за кого себя выдает. Ни одного промаха, ни малейшей оплошности, ни разу не вышла из образа, адекватно реагировала на увиденное и услышанное, к месту задавала вопросы, удивлялась, когда нужно, и где нужно, переспрашивала, уточняла. Даже ее непредсказуемость оказалась, если можно так выразиться, вполне предсказуемой.
   - И что это значит?
   - Возможно, что ничего. Порой встречаются люди с настолько правильным поведением. А возможно, она играет.
   - И переигрывает?
   - Вовсе нет. Ее игра - если это игра - само совершенство.
   Конте растерянно хмыкнул.
   - Ну... Допустим, это действительно игра. Тогда на чем же она погорела"?
   - Ни на чем. Ей просто не повезло, что она сразу попала под подозрение. Если бы не это, я бы не заметила ее игры. А через пару дней ее поведение будет казаться мне полностью нормальным - я привыкну к ней, да и она освоится в новых обстоятельствах. Беда мисс Симпсон в том, что с первых же шагов на корабле она оказалась "под колпаком" у опытного контрразведчика. - Джустини скромно потупилась. - Заподозри она хоть на мгновение, что на борту этой посудины находится ее коллега, то прибегла бы к какой-нибудь уловке, которую я вряд ли бы раскусила. Вот увидите, коммодор: если моя догадка верна, по прибытии на Дамогран Келли Симпсон не станет сильно "светиться" в первые дни... Гм-м. Хотя вы все равно этого не заметите.
   - М-да, понятно, - сказал Конте. - Значит, вы подозреваете, что мисс Симпсон - ваша коллега?
   - Это не исключено. - Джустини была осторожна в выводах. - Если Келли Симпсон не только дипломат, то она скорее сотрудник правительственных спецслужб, чем наемный убийца. Возможно, она наш агент, о котором нам не положено знать и который не поставлен в известность о нашей миссии; дублирование особо важных заданий у нас в порядке вещей. А возможно, адмиралом Сантини заинтересовалась разведка со стороны - либо наших друзей, либо врагов, либо какого-нибудь нейтрального государства, например, Земной Конфедерации. Последнее наиболее вероятно - ведь она работает в дипкорпусе Земли.