В отряде четверо штатских - все мужчины. Похожи на зарданских крестьян. Еще об таких руки марать! У ехавшего первым, рядом с красноштанником, седая борода. С чего это кавалеристы Нурца охраняют крестьян? И зачем Воителю понадобилось их убивать? Но Озиона это не касалось. "Велели убить - значит, убьем".
   Вот они уже совсем близко.
   Стервятникам будет чем поживиться. "Смерть!" - тихо скомандовал Озион, давая сигнал к началу бойни.
   Ничего не произошло. Он скосил глаза на новобранца,
   Тот ошалело таращился на передового.
   - Смерть! - повторил Озион почти в полный голос.
   Новобранец не пошевелился.
   Судьбы! Придется самому. Озион схватил копье. Его мышцы напряглись.
   И тут новобранец ожил. Вскочил на ноги и швырнул копье. Взгляды жертв с ужасом обратились на внезапно возникшую перед ними смерть. Бросок копья послужил сигналом для остальных. Из осоки выскочили Череполикие, в воздухе засвистели копья. Лошади с отчаянным ржанием взвивались на дыбы. Всадники сыпались на землю. Живые схватились за сабли, за луки - но на стрелы даже не были надеты наконечники. Череполикие бежали к ним с мечами в руках. Кое-кто из нурцийцев пытался сопротивляться, но численный перевес был слишком велик. Череполикие рассекали лошадям сухожилия, те падали, и всадников тут же настигала смерть. Кровь лилась рекой. Два кавалериста вырвались из сечи и поскакали назад, на запад. Вслед полетели копья. Оба упали. Последние вопли. Одна лошадь без всадника скрылась за подъемом.
   Все!
   Неплохо. Дело заняло немногим больше минуты. Напряжение спало, Череполикие оживленно переговаривались и смеялись. Отыскав свои копья, они приканчивая лошадей и на всякий случай пронзали трупы врагов - вдруг в них еще теплится жизнь.
   Устрашитель Озион, держа щит и копье, пошел к новобранцу, который бродил между трупов и как будто вглядывался в лица штатских.
   - Убийца!
   Парень дернулся и повернулся к командиру:
   - Слушаюсь.
   Озион, который еще не решил, как с ним поступить, подошел к новобранцу и тихо сказал:
   - Ты не сразу выполнил приказ.
   Парень побелел.
   - Ну! Какие у тебя оправдания?
   - Э-э-э... Возбуждение, садж.
   Меч парня был в крови, руки и лицо тоже забрызганы кровью. Когда он наконец сдвинулся с места, он сражался достойно.
   - Ты бросил копье не в того, кто был ближе к тебе, а в офицера.
   Если он это будет отрицать, если скажет, что промахнулся, то он лжец и его песенка спета.
   Глаза парня обратились на труп седобородого. Крупный был мужик. Потом он поглядел на Озиона:
   - Ближайший был штатским, садж. У него не было лука. Мне сказали...
   Судьбы!
   - Ты решил действовать наперекор моему приказу? А ведь до сих пор вел себя образцово.
   - Нет, садж.
   - Чья кровь у тебя на мече? Лошади? Парень посмотрел на меч.
   - Нет, садж. Я убил кавалериста. Одного убил, но одного, кажется, только ранил.
   - Ты что, отказываешься убивать штатских, Убийца? Он покачал головой:
   - Дело не в этом, садж. Но эти штатские... они... Нет, садж, не отказываюсь.
   Что ж, нападение прошло успешно, если не считать промашки новобранца. Жаль его убивать - парень вообще-то крепкий. Пусть живет. "Что-то я стал чересчур жалостливым, - подумал Озион. - Старею, что ли? Но легко он у меня не отделается".
   - По возвращении тебя ждет наказание!
   - Слушаюсь, садж.
   Озион потянулся за свистком. Пора уезжать.
   68
   Туман в голове Гвин начал рассеиваться, только когда они уже были почти у ворот Ом-Балка. Утренняя Звезда шла ровной рысью. Гвин не очень ясно понимала, где она, пока не оказалась в рыночной толпе за городской стеной. Покупатели разглядывали горшки, корзины, одежду, выбирали покупки, торговались. Крестьяне привезли на продажу овощи и скотину. Булрион с удовольствием поглядел бы на это...
   Гвин осадила лошадь, чтобы подождать остальных. Джасбур и Орт, самые легкие, вдвоем сидели на чалой лошади. Панг и Ордур ехали по обе стороны Тибала, но он уже не нуждался в поддержке, хотя поводья в руки не взял, а держался за луку седла и недоуменно озирался по сторонам. Увидев лошадь без седока, которую вел Баслин, он что-то спросил. Ордур ответил.
   Тибал приходит в себя, потому что не изменил будущее.
   Они опоздали самую малость. Если бы конь Баслина не захромал, а под Возионом была более резвая лошадь, они успели бы предупредить Булриона. А так Баслин только увидел неторопливо удаляющихся убийц. Кто они, он издали не разглядел, но утверждает, что они "рысили не торопясь".
   По его описанию выходило, что нападение совершила не банда разбойников, а военный отряд. Засада была организована так умело, что в живых не осталось никого. Так что первое, что приходило на ум, Череполикие. Убийцы не стали грабить трупы - что опять-таки подтверждало, что засада не была делом случая. На кого же они охотились - на Гвин Тарн? Она представила себе, как презрительно фыркнул бы при таком предположении Булрион. Он сказал бы, что Череполикие не делают ошибок и как-нибудь могут отличить женщину от мужчины. А напасть на солдат Нурца на нурцийской территории равносильно объявлению войны.
   Нет, эта бойня, наверно, имела другую цель - например, отомстить за смерть короля Гексциона, если веснарцы подозревают Нурц в соучастии. В таком случае усилия Гвин создать коалицию трех государств привели к войне между двумя из них. А может, веснарцы поверили предсказанию о том, что Булрион станет императором, и решили это предотвратить?
   Гвин было почти все равно. Булриона убили. Остальное не имело значения. Возион и Джукион остались с мертвыми, чтобы не допустить к ним стервятников, послав Баслина за подмогой. Меченые не позволили ей вернуться и посмотреть на погибших. Они лишили ее воли, и она не стала с ними даже спорить.
   Подъехали остальные. Гвин бросила на Тибала взгляд полный презрения. А он удивленно смотрел на нее. Его глаза расползались в разные стороны.
   - Ну как ты? - спросила Гвин.
   Он вытер костлявой рукой слюну, которая текла у него изо рта.
   - Мы кого ищем, принца Квозо Урнита?
   "Будь ты проклят, презренный шуулграт! Что бы тебе обрести смелость на пять минут раньше?"
   - Отходит вроде, садж, - сказал Панг, - но пока плохо соображает. По-моему, он еще не понял, что произошло.
   - Торговцы шелком? - пробормотал Тибал. - Они принесли ужасное известие. Она еще не знает.
   Он нахмурился и потер лоб. Ордур закатил глаза.
   - Надо сообщить командованию гарнизона, Гвин. Пусть пошлют за...
   - Сделай это, Ордур.
   Он кивнул, поглядел на Тибала, чтобы убедиться, что тот крепко сидит в седле, затем отъехал.
   Булрион погиб. Если бы она нашла более убедительные слова, если бы уговорила его вернуться с ней... Но нет. Приговор Судеб обжалованию не подлежит. Однако можно отомстить за смерть Булриона. Джоолграты дознаются, чьих это рук дело.
   - Кто это сделал, Тибал? - спросила она. - Гексцион? Зорг?
   - Человек, которому уготована такая смерть, как Квозо, не должен хорохориться.
   - Лабранца?
   Тибал оживился:
   - Он подделывает ее почерк.
   - Чинг? Чинг Чилит?!
   - Чилит, - подтвердил огоулграт Орт. - Да, садж, он обожает Лабранцу, а ты ее сместила. Он подлец.
   - А кто-нибудь видел эту охранную грамоту? - спросила Джасбур. - Хоть кто-нибудь?
   - Он обещал Гексциону муолграта, - проворчал Баслин. Но Чинг - не меченый. На него власть Гвин не распространяется.
   "Чинг!"
   - Я зажарю его на медленном огне, - прорычала Гвин. - Я скормлю его заживо свиньям. Тибал! Мне удастся отомстить за смерть Булриона?
   Шуулграт смотрел вдаль.
   - Подождать торговцев шелком?
   Нет, от него толку не добьешься. Надо поехать с Ордуром к командиру гарнизона. Там, наверное, все с ума посходили, узнав о трагедии. А потом ей с Возионом надо организовать похороны мертвых Тарнов. Только после этого она сможет вернуться в Чан-Сан и посчитаться с Чингом Чилитом.
   Гвин уже собралась пришпорить Утреннюю Звезду, когда Тибал вдруг ответил на ее вопрос:
   - Отомстить? Нет, садж. Мести не будет, будет только справедливость.
   Справедливостью не оросишь пустыню.
   69
   - Двадцать две тысячи, и точка! - крикнул принц Квозо Урнит. - Да у нас во всем королевстве нет тридцати тысяч годных к воинской службе мужчин!
   Торговля шла уже несколько часов. Гвин была в изнеможении, ее тошнило, у нее болело все тело - хотя она больше помалкивала. Они сидели в просторной зале, полной света и воздуха, но ей было тягостно и душно.
   Столы стояли в форме квадрата. Во главе - условно - сидел Вунг Тан с десятком разодетых в красочные одежды смуглолицых министров-нурцийцев. Седовласый король был самым маленьким из всех присутствующих. Может быть, поэтому - или потому что он хозяин дворца - он выбрал самое большое кресло. Вид у него был утомленный. Вести переговоры он предоставил своим министрам.
   Слева от него сидела делегация Мокта во главе с принцем Квозо. Они были одеты попроще, но их одеяния напоминали не столько традиционные балахоны, сколько туники времен империи. Говорил в основном Квозо. Он перепробовал все: холодность, снисходительность, надменность, сговорчивость, был сердит, благоразумен, убедителен, негодующ, любезен. И абсолютно ничего не добился.
   Напротив него, справа от Вунга, сидели трое веснарцев - всего трое. Двое - военный в форме и пожилой штатский в простой зарданской одежде, против которой не возразил бы и Булрион, - просто пешки, за все время они не произнесли ни слова. Третьим был их новый король - Френцкион Зорг. Он оставил свой щит и меч за порогом, но из одежды на нем была лишь набедренная повязка из леопардовой шкуры, в которой Гвин видела его раньше. Он почти не присаживался - все время стоял, скрестив на груди руки. Мысли и чувства никак не отражались на его изуродованном лице. Он ни разу не повысил голос, но явно был тут главным - воплощением жестокости, символом варварства, которое опять черной тучей нависло над солнечными землями Куолии.
   - Тридцать тысяч, - сказал он. - Тридцать тысяч полностью вооруженных солдат. Снимите гарнизоны в городах. Гарнизоны бесполезны.
   - Двадцать пять, - прорычал Квозо. - И это мое последнее слово.
   - И мое.
   Зорг дал знак своим спутникам, они встали. Делегация Веснара направилась к двери.
   - Ваше величество! - воскликнул Вунг Тан. - Неужели мы не в состоянии решить такие пустяковые разногласия?
   Зорг остановился и обернулся.
   - Я поставил свои условия. Если они вам не нравятся, у меня есть альтернативный вариант. Карпанцы разорят Мокт и Нурц и направятся на запад, в Гамдиш. Когда они уйдут, я подберу то, что от вас останется.
   - Откуда вы знаете, что они не нападут и на вас? - взревел Квозо.
   - Такой риск есть, и я готов на него пойти. Но на вас они нападут обязательно. До свидания.
   "Давай", - сказал Голос.
   Гвин вскочила на ноги. Что еще давать? Она уже потребовала, чтобы делегацию Рарагаша допустили на совещание. К ее изумлению, их не только допустили, но и дали равный статус с остальными участниками. Они сидели вдоль четвертой стороны квадрата. Это было огромной честью, но что от нее по этому случаю требуется? Она оперлась кулаками о стол.
   - Король Френцкион!
   Зорг уже почти дошел до двери. Он опять обернулся. На нее глядел череп. Она подумала о валяющихся на земле порубленных телах, о лужах крови... Со смерти Булриона прошло два дня.
   - Ваше величество, будьте любезны, зачитайте нам еще раз свой проект договора, - сказала она, собравшись с мыслями.
   Зорг пожал плечами и что-то сказал пожилому штатскому. Старик вернулся к столу, разворачивая на ходу свиток. Дребезжащим голосом он зачел жесткие условия веснарцев: точное количество солдат, которых должны выставить участники договора, огромные контрибуции в виде золота, запасов продовольствия и одежды, признание Френцкиона Зорга верховным главнокомандующим до ухода карпанцев или по меньшей мере на три года, весьма неопределенные гарантии, которые Зорг готов предоставить союзникам... Это было полное подчинение, это была капитуляция. Нет, такие условия принять невозможно.
   Чтение закончилось. Все молчали. Гвин толкнула ногой Баслина.
   - Ваше величество, ваше королевское высочество... Условия жесткие, но неужели гибель от рук карпанцев лучше? Может быть, вы подумаете еще раз?
   Ничего не произошло. Почему муолграт не воздействовал на совещающихся?
   Что ни говори, условия Зорга предпочтительнее гибели. И полководец должен быть уверен в безоговорочной поддержке союзников. Зорг - признанный военачальник. Без него им грозит истребление.
   - Что ж, когда загнан в угол, выбирать не приходится, - усмехнулся Вунг Тан.
   - Если отец сдерет с меня шкуру, он по крайней мере выберет нож поострее, чем карпанцы, - согласился Квозо.
   Гвин опустилась в кресло со вздохом облегчения. Зорг вернулся на свое место. Прежде, чем заговорить, он бросил на Гвин загадочный взгляд.
   - У меня не было намерения оскорбить моих уважаемых союзников. Если вас смущают какие-то частности, я согласен внести в проект поправки - но незначительные, не меняющие сути дела.
   "Вот это да! Даже воины внемлют голосу разума, когда их к этому побуждает муолграт". Гвин опять толкнула ногой Баслина.
   Но он ее не понял. Она почувствовала, как по зале прокатилась волна гнева.
   Квозо стукнул кулаком по столу:
   - Дело не в поправках! Сосредоточим наши усилия на борьбе с врагом! Мы должны стереть эту нечисть с лица земли - загнать их туда, откуда они явились.
   - Согласен! - проблеял Вунг Тан, которого едва было слышно за поднявшимся шумом. - Давай свой проект, брат Френцкион, и мы подпишем его сейчас же. И пошлем наших юношей сражаться плечом к плечу против общего врага. Мы ждем от них доблестной защиты нашей цивилизации, которая...
   К счастью, его разглагольствования прервал рев возбуждения: принц Квозо вскарабкался на стол и спрыгнул в середину квадрата. В ту же секунду Зорг перелетел через свой стол, и, сойдясь в центре квадрата, мужчины крепко обнялись. Остальные вскочили на ноги и разразились приветственными криками. Некоторые стали скандировать: "Смерть варварам!"
   Перед Гвин тоже стояла серьезная задача - объединить всех меченых в Куолии на борьбу с ордой варваров.
   - Тебе нехорошо, Гвин-садж? - прошептал Ордур.
   - Мне душно. Надо выйти на воздух. Молодец, - шепнула она Баслину. Не отступайся от них, пока не подпишут договор. - Она встала и улыбнулась своим сторонникам - Пар А-Сиур, Орту, Зибероре... Дескать, теперь справляйтесь сами. И, незамеченная в общем порыве патриотизма, ушла, опираясь о руку Ордура.
   Он отвел ее на укромную полянку, где она рухнула на скамью под яблоней, укрытая от любопытных взглядов цветущим кустарником. Воздух был свеж и напоен ароматами. Шум города едва доносился сюда: его заглушало пение птиц. - Какое идиллическое местечко! - воскликнула Гвин и вдруг осознала, что она одна. Куда же делся Ордур? Но ей и одной было хорошо. На ней опять белая траурная одежда: меньше чем за год она потеряла двух мужей.
   Ах, Булрион! Она просила у него всего три дня отсрочки. А на самом-то деле хватило бы и двух. Ну что бы ему подождать!
   "Ты еще не закончила свое дело. Только начала". "Неужели я в самом деле убежала бы от всего этого в Долину?" Голос не ответил. Вопрос был чисто риторическим. Булрион мертв. Чинг Чилит тоже. Но это не вернет дорогих людей. Возион и Джукион уже едут домой, чтобы сообщить семье о смерти патриарха. Их опять сопровождает эскадрон нурцийской кавалерии. Но на этот раз у них в руках подлинная охранная грамота.
   Булрион заслуживал лучшей участи.
   "Он привез меня в Рарагаш, но отказался стать императором-марионеткой, и ты выбросил его на свалку, как старый горшок".
   "Ты подарила ему лишний месяц жизни и огромное счастье".
   "Но все-таки он был просто кучером?"
   "Нет, не просто кучером. Он был необходим".
   Через плечо Гвин протянулась костлявая рука, которая держала бокал с фруктовым соком.
   - Прохладный цитрусовый напиток, Гвин-садж. Хочешь?
   - Конечно! Как раз то, что...
   И тут она узнала и руку, и голос. Но ей так хотелось пить! Пока она пила, Тибал обошел скамью и опустился на траву.
   - Я так и знал, что тебе понравится.
   Он скрестил длинные ноги и вперился в Гвин взглядом коллекционера, который смотрит на драгоценную старинную статуэтку, зная, что она ему не по карману.
   Подумать только, что когда-то он казался ей симпатичным!
   - Кажется, я тебе ясно сказала, Фрайнит-садж, что больше не хочу тебя видеть.
   Он мучительно сглотнул.
   - К счастью, это не было приказанием. Я пришел по делу. У меня есть для тебя предсказание.
   - Ты не умеешь предсказывать!
   "Во всяком случае, предсказывать заблаговременно". Тибал криво усмехнулся:
   - Могу, если предвижу, что займусь предсказаниями. И сейчас я это предвижу. Не спрашивай меня, в чем разница. Я не знаю.
   - Зорг получит такой договор, какой хочет?
   - Да.
   - С ним трудно торговаться.
   - Само собой. Он знает, что не сможет перебить всех карпанцев, наверное, даже не сможет оттеснить их на уже разоренные ими земли. Все, на что он может надеяться, - это заставить их свернуть с намеченного пути. Но в какую сторону? Кого отдать им на растерзание? Ему нужна свобода действий, иначе коалиция рассыплется через неделю. Если он ее получит - тогда коалиция не рассыплется.
   Впервые Тибал предстал перед Гвин в облике вольного провидца. Такое поведение было чуждо шуулгратам, и Гвин решила, что он лжет. С другой стороны, зачем шуулграту лгать?
   - Можно задать вопрос?
   - Задавай.
   - Кто победит в войне?
   - Ты. В конце концов победа останется за тобой. Но до тех пор будут и победы и поражения. Я пришел сказать тебе, что первая большая битва состоится при Гемайне в тридцать пятый день Муоль. - Он хохотнул. Френцкион Зорг отдал бы правую руку за то, чтобы узнать эту дату. Ну так вот, можешь ему сказать.
   - Пожалуй, хватит предсказаний, - с беспокойством сказала Гвин. - Я не хочу знать будущее.
   - Нет, кое-что тебе узнать придется. - Тибал дернул большим пальцем через плечо. - Зорг идет сюда, чтобы задать тебе этот вопрос. Его беспокоит Большая Грязь: с какой стороны располагать войска? И куда направятся карпанцы, когда обойдут озеро Осмир?
   - Ну и куда?
   - На запад. Они сожгут Раштри и направятся на запад. Их движение замедлилось. Зоргу имеет смысл разделить свое войско и двинуться по обе стороны Большой Грязи. Так ему будет легче подтягивать обозы.
   - А ты не рискуешь, делая такое предсказание?
   - Нет. Это все равно что сказать тебе, что завтра встанет солнце. Так все равно случится, и ничто не может этого изменить. Я знаю будущее, Гвин! Все будущее.
   Он пристально глядел на нее, и она почувствовала, что краснеет.
   - Я знаю, что ты воображаешь, Фрайнит-садж, и ты ошибаешься. Если твое дело закончено, уходи.
   Он вздохнул, поднялся на ноги и ушел.
   Через несколько мгновений из кустов вышел Зорг.
   У Гвин был выбор - или предложить Воителю сесть рядом с ней на скамейку, или разговаривать с его леопардовой набедренной повязкой. И то и другое ее не устраивало, и она встала. Но, даже стоя, она чувствовала, что он ее подавляет. Это был почти обнаженный самец. И он стоял слишком близко к ней. Она старалась не смотреть на безобразную дыру у него на лице.
   Он скрестил на груди руки и заговорил тем самым резким неприятным голосом, который ей запомнился с первой встречи:
   - Я пришел принести тебе свои соболезнования, вдова Тарн.
   - Это твои люди убили его. Череп скривился.
   - Твой муж умер не по моей воле. Меня обманули так же, как и твоего агента. Если ты отдашь предателя в мои руки, я позабочусь о том, чтобы его смерть была как можно более мучительной.
   У Гвин мороз прошел по коже. Как ей не хватало Булриона!
   - Я бы тебе его отдала, если бы могла. Но он внезапно умер вчера вечером - в ту самую минуту, когда я вернулась во дворец.
   Воителя было трудно удивить, но и он вздрогнул при этом сообщении.
   - Умер - как? Гвин пожала плечами:
   - Он оказался в зоне моего воздействия. Видимо, вредить мне неразумно. Чинг был вторым, кто это обнаружил.
   Зорг на минуту задержал на ней взгляд. Затем расхохотался, и она увидела, что у него по-детски розовые десны.
   - Запомню! Ты и на меня держишь зло?
   Гвин задумалась: ведь это он причинил ей такое страшное горе. Или нет?
   - Нет, не держу. Ты - отвратительный убийца, но нам сейчас нужны такие, как ты. Я признаю, что ты действовал по наущению предателя, и не виню тебя в смерти Булриона.
   - Тогда я не буду винить тебя в смерти Гексциона.
   У нее что-то оборвалось внутри. Неужели Гексциона Гараба действительно убил Хитем Кинит? Она не знала этого точно и никогда не узнает. Но она послала огоулграта, чтобы он попытался это сделать. Это уже покушение на убийство.
   - Значит, мы квиты.
   - Мне редко приходилось встречать женщин-убийц. Ты мне любопытна.
   - А мне ты неинтересен.
   - Жаль. А то закрепили бы союз еще и таким способом. Если тебе когда-нибудь захочется попробовать - только скажи. Ну ладно, поулграт-садж, чем ты можешь помочь коалиции? Ты участвовала в совещании наравне с королями. Сколько ты дашь мне легионов?
   - Я уже дала тебе договор.
   - Ну хорошо, договор у меня есть. А что еще, Ведьма? Гвин пока не знала, какую помощь сможет ему оказать, чего ей удастся добиться от меченых.
   - Меня удивляет этот вопрос, ваше величество. Я считала, что моральный кодекс воина предписывает честный бой, без вмешательства фатальных сил.
   - Вздор! Если ты так думала, то ты даже глупее, чем я предполагал. На войне главная задача - разбить противника используя все доступные средства. Ты превратила совещание в цирк - что ж, прекрасно. Ты можешь убивать на расстоянии - твоими жертвами стал мой кузен и предатель. А войско ты можешь разбить на расстоянии?
   - Нет, не могу. Я знаю способности меченых, но не знаю, на какое расстояние распространяется их воздействие. - И, не давая ему времени на очередной издевательский выпад, Гвин торопливо продолжала: - Я даже не уверена, что мои агенты действительно организовали смерть Гексциона... Но я могу сделать полезное предсказание. Ты, наверное, не знаешь, каким путем вести свое войско - к востоку или к западу от Большой Грязи. Так?
   Молчание. Затем Зорг опустил руки и шагнул ближе к Гвин.
   - Продолжай, - рыкнул он.
   Она отшатнулась - от него пахло зверем.
   - Карпанцы обогнут озеро Осмир и сожгут Раштри. Затем повернут на запад. У тебя будет время разделить войско надвое.
   - И где мы с ними сойдемся в бою?
   - Этого я предпочла бы...
   - Где?
   - При Гемайне.
   - Где это?
   - Я не знаю. Я...
   Трава ринулась ей навстречу. Свет померк, и пение птиц слилось в мерный звук дождя.
   Выскочив из-за яблони, Тибал подхватил ее на руки и положил на скамью. Гвин почувствовала на голове прохладные руки Пар А-Сиур. Мир перестал крутиться у нее перед глазами. Вернулись солнечный свет и пение птиц.
   Френцкион Зорг не пошевелился. Только опять скрестил руки на груди и презрительно глядел на лежавшую на скамье Гвин.
   - Я вижу, ты хочешь отложить наш военный совет?
   - Судьбы! - пробормотала Гвин. - Я не знаю, что на меня нашло,
   - Не знаешь? - тихо проговорила Пар. - А я, кажется, знаю.
   - Что? - "Не может быть!" Гвин прочла ответ на лице Тибала. "О Булрион, мой ненаглядный! Ты таки зачал ребенка! Зачал и умер, так этого и не узнав!"
   - Прекрасный здоровый мальчик, - мягко сказал Тибал. Видимо, он всегда это знал.
   "Будь ты проклят! Как ты посмел дать Булриону умереть! Будь ты трижды проклят!"
   70
   Если верить предсказанию Тибала, у них оставалось на приготовления семнадцать дней. Мало, но на войне, как и в жизни, против Шууль не пойдешь. Гвин перестала ездить верхом и завела карету, в которой постепенно привыкла работать и даже спать. Заехав на день в Рарагаш, она поспешила вслед за войском.
   Уезжая во второй раз из Чан-Сана, она, к своему неудовольствию, обнаружила, что место ее нурцийского кучера занял Тибал Фрайнит. Она даже подумала, не приказать ли ему навсегда исчезнуть из ее жизни - ведь приказание поулграта не обсуждается. Однако почему-то не сделала этого.
   Кучером Тибал оказался превосходным. Он вообще много чего умел. Стоило ей только о чем-нибудь подумать, и ее желание тут же исполнялось: перед ней оказывались еда, бумага, географические карты, муолграт, курьер, ивилграт, последнее сообщение Лабранцы, одеяла, чистая одежда, джоолграт... Ободряющая улыбка снимала напряжение от назиданий Зорга. "Опять еда? Неужели уже пора ужинать?"
   А главное, Тибал внушал ей уверенность. Если лошадьми правит Фрайнит, не надо бояться разбойников. Он умел бороться с червячками в муке, и ему было известно, где находится карпанская орда. Он почти всегда был в хорошем настроении, но Гвин знала, что если оно испортится - значит жди беды.
   Всего семнадцать дней на опыты и организацию... Никто не сомневался, что меченые способны причинить противнику вред. И, если рядом находится поулграт, вред этот усугубляется. Но насколько? Рарагаш мог выставить только несколько сотен меченых, и их нельзя выбрасывать, как затупившиеся наконечники для стрел.
   Ученые Академии не имели опыта использования меченых на войне, зато они могли посоветовать, какими вопросами следует задаваться. Например, может ли поулграт увеличить зону воздействия, и если да, то насколько; помогают ли упражнения; является ли воздействие группы более эффективным, чем одного меченого, и необходимо ли для этого присутствие самой Гвин? Джоолграты могли узнать тайные планы врагов, огоулграты - наслать на них наводнение или другое бедствие, муолграты - деморализировать солдат противника, но все это окажется бесполезным, если зона воздействия не будет расширена далеко за пределы обычных ста шагов. Если посадить в лодку несколько ивилгратов и вывезти их на середину озера Осмир - смогут ли они, к примеру, наслать на кавалерию карпанцев эпидемию геморроя? Если да, то война, считай, выиграна. Однако это оказалось невозможным. Расширить зону воздействия удалось, но не настолько, чтобы меченые оказались вне досягаемости вражеских стрел и кавалерии. Нет, на поле боя успех все равно придется добывать мечами и копьями.