Страница:
Антон повел плечами, разминая мышцы, – перехватчик распрямил четыре верхних манипулятора, словно тоже потягиваясь. Стволы пушек рыскнули жерлами по верхней полусфере, отыскивая цель, и успокоились, снова заняв положение готовности. Антон усмехнулся. Древний бог-громовержец мог только мечтать о такой силе, и ради этого ощущения, пожалуй, стоит продлить контракт на третий срок.
Впрочем… Удастся ли дослужить второй?
Воспоминание об утреннем письме и рассказе Толика неприятно кольнуло сердце. Усилием воли Антон заставил себя встрепенуться. Что за чушь! Когда это он верил в приметы?.. В капсуле перехватчика можно верить лишь в свои силы и мощь вверенной матчасти, иначе не то что второй, а и первый срок дослужить не успеешь!
Не задумываясь о том, что бравирует словно кадет, только что попавший на базу, Антон, в нарушение всех правил боевого патрулирования, связался с терминалом в своей каюте и перекачал злополучное письмо в память перехватчика.
Первые прочитанные уже строчки он пропустил.
«…А у нас здесь все хорошо. Ты помнишь Андрюшу, твоего двоюродного брата? Он недавно получил очень перспективную работу на верфи. Мы надеемся, что и у него теперь жизнь наладится, как и у тебя…»
Тетка точно сумасшедшая. У Антона никогда не было ни братьев, ни сестер, а считать свою жизнь налаженной мог только сам Антон. Да и то лишь за рюмкой коньяка после отбоя.
«…Вот только погода что-то в последнее время стала портиться. Говорят, глобальные изменения климата, но ведь ты знаешь, у нас все время так говорят, сколько я себя помню. Правда, цветник у тебя под окном весь вымок – все дожди и дожди. А у меня нет сил пересадить туда новые цветы. Скорее бы ты возвращался на Землю, Антошка. Жду не дождусь, а то ведь, не ровен час, убьют тебя, так и не увижу я сына на старости лет…»
– Дьявол, карга старая! – Антон не сразу сообразил, что рявкнул эти слова прямо в интерком.
– Это Волга, не понял тебя, – немедленно отозвался Толик.
Безымянный второй ведомый промолчал. Видать, мандражирует, сопляк. Ничего, если сегодня вернется, появится и у него имя.
– Отставить, звено, – сказал Антон. – Не расслабляться, следить за пространством…
Выполняя собственное распоряжение, он скосил глаза влево, и боевая индикация послушно обозначила на прозрачной полусфере капсулы расположение эскадры. Десять групп выстроились полумесяцем, перекрывая расчетное направление прорыва. Служба раннего предупреждения довольно четко обозначила вектор выхода портала, который сейчас усердно пробивали исчадия иного измерения во Вселенную землян.
Когда-то им это удавалось делать практически безнаказанно. Как варвары-кочевники, чужие появлялись из ниоткуда, нападали на корабли и колонии, после чего бесследно исчезали, иногда прямо на глазах у перепуганных уцелевших. Ценности чужих, естественно, не интересовали, ресурсы и энергия оставались нетронутыми… Только человек терял то, что и делало его человеком, – разум. Чем он служил для чужих – пищей, источником энергии или источником удовольствия – достоверно так и осталось невыясненным. Попытки исследований провалились, на призывы к переговорам враги реагировали неадекватно…
Зато было достоверно установлено, что они весьма адекватно реагируют на залп плазменных батарей линейного корабля. Кроме того, вскоре обнаружилось, что открывать свои порталы чужие могут только в определенных областях пространства, и это открытие разом решило если и не проблему контакта с иным разумом, то по крайней мере проблему пиратских набегов. Четырнадцать блок-баз, раскиданных по дальним секторам, остановили враждебное проникновение и дали время лучшим умам человечества для поиска иного выхода из ситуации. За последние несколько лет не было ни одной удачной попытки прорыва, но чужие не переставали открывать все новые и новые порталы в одних и тех же областях. Видимо, голод был сильнее артиллерии…
В этот раз, правда, у чужих получалось как-то совсем уже неважно. Термин «прорыв» предполагал возможность появления до трех порталов одновременно – сейчас же готовился только один. Причем правый пеленг вектора был перекрыт выстроенным недавно минно-заградительным пространством, напичканным управляемыми минами и автоматическим оружием. Левый пеленг насквозь простреливался орудиями блок-базы, которая в результате последней перестройки была способна подавить даже «орду», не то что какой-то там «прорыв».
А на единственном открытом направлении вовсю порезвятся перехватчики. Конечно, повезет далеко не всем. Кто-то из новичков сгорит в огненной каше, но все же тридцать боевых машин едва ли понесут значительный урон. Антон вдруг с некоторым разочарованием понял, что и схватки-то никакой не получится. Поток чужаков из портала захлебнется в огненном шквале. В лучшем случае им удастся попасть в кого-то шальными ответными выбросами, но на большее давнему противнику сегодня рассчитывать не приходится…
– Внимание ведущим, – раздался голос капитана Хафта на командном канале, – полуминутная готовность… Вперед не лезем, давим с позиций.
Антон дождался своей очереди. Проговорил:
– Десятый здесь, понял тебя, первый…
Заканчивая короткий доклад, он уже видел, как плывет и рвется пространство в фокусе полумесяца встречающих. Антон собрался, сгруппировался, словно приготовившись к прыжку. Перехватчик вздрогнул, подавая энергию на оружие и двигатели, включая системы прицеливания. Машина готовилась повторить и многократно усилить любой порыв хозяина.
– Внимание, портал, – спокойно информировал капитан Хафт. И скомандовал: – Всем группам – огонь по готовности.
Ответный доклад не требовался. Антон сосредоточил взгляд на набухающем нарыве портала – пузыре мутномалинового цвета, – напряг пальцы внутри сенсорных перчаток. Перед глазами вспыхнула прицельная сетка, орудия поймали указанную цель.
В следующий миг нарыв лопнул, и в человеческий космос потек гной…
Боец, который задумывается о том, как именно он управляет своим оружием, не имеет шансов на выживание. Действия должны быть доведены до автоматизма, координация и скорость реакций обязаны превосходить компьютер. Антон не выстрелил – он нанес удар. Сжатыми в кулаки пальцами, одетыми в управляющие консоли ногами, всем корпусом… И перехватчик послушно изрыгнул залп из восьми стволов.
Индикатор запаса энергии дернулся вниз, столбик температуры орудий подскочил вверх.
– Звено – залп! – скомандовал Антон. – Следить за перегревом…
Краем глаза он успел отметить, что выстрел Толика слился в единый жгут из восьми огненных плетей, а у второго безымянного ведомого вместо залпа получилась разрозненная серия выстрелов из разных стволов. Учиться и учиться еще, салаге… Если вернется сегодня на базу.
А потом открыли огонь остальные группы. Потоки плазмы захлестнули портал. Они не могли повредить почти нематериальному образованию, но первая волна чужих оказалась сметена еще до того, как успела выстроиться в атакующее построение.
– Ма-аладцы, – прокомментировал в эфире капитан. – А теперь не расслабляться! Эскадра, беглый огонь!
Из портала уже истекала вторая волна. Чужие – живые машины или неорганические существа… Это тоже не удалось установить достоверно, но то, что сейчас вторгалось в космос, полностью соответствовало представлениям человека о нечеловеческом ужасе. Визуальные системы послушно приблизили волну нападавших, Антон скользнул взглядом по потоку инопланетной нежити. Сознание мгновенно вычленило силуэты, классифицировало цели… «Вампир», «паук», «змей»… Обычный состав. Он настроил оптимальные режимы огня и разразился серией очередей из разных стволов, экономя энергию, успевая охлаждать орудия.
Кто-то из группы последовал его примеру, кто-то бил одиночными мощными импульсами… На самом деле сейчас это не имело особого значения. Энергии хватит и на три таких прорыва, можно не экономить, а расстояние играет в пользу людей.
В эфире послышались плоские шуточки – несмотря на приказ капитана, ведущие расслабились, чувствуя слабину противника.
– Сеня-Сеня, ты сегодня кашку-то свою успел доесть? Она у тебя под сирену обратно не полезла?
– Не успел, Арам. Ты же в нее сам чуть не сел, когда тревогу объявили?
– Да разве ж это тревога? Не светит сегодня «страшненьким». У нас вон Антоха фланг прикрывает…
– Тихо-тихо, не буди его. Ему капитан специально приказал в бой не вступать, не то нам работы не достанется, а кормить все равно придется…
– А что, пацаны, никто сегодня писем не получал? Не то ведь расстроится старушка, что ошиблась!..
Пауза в эфира была короткой, но емкой. Антону даже показалось, что на миг стих заградительный огонь перехватчиков. Но тут же ударил с новой силой, а в наушниках раздался спокойный голос капитана:
– Шестой – сутки карцера по возвращении на базу. Всем держать строй! Соблюдать боевой режим переговоров!
И все. Только настроение испорчено окончательно.
Через несколько секунд Антон уловил, что даже под шквальным огнем чужие сумели перегруппироваться. Из бесформенного потока, которым они выливались из портала, выстроились в атакующий конус. Вернее, в подобие атакующего конуса. Построение, которое должно выглядеть как монолитное твердое тело, рвалось и ломалось под огненным натиском. Было очевидно, что, когда чужие выйдут на дистанцию ответного удара, от конуса ничего не останется.
– Внимание ведущим! – проговорил вдруг капитан, и в его голосе Антон уловил напряжение, не соответствующее обстановке. – Сосредоточить огонь в центре! Я хочу, чтобы мы пробили там дыру!
Зачем? Антон приподнял брови, и послушная машина на миг замерла будто бы тоже в недоумении. Гораздо эффективнее бить по всей площади конуса, заставлять противника перегруппировываться, затыкать дырки, маневрировать и терять темп… А потом он понял, зачем понадобился этот странный приказ.
Портал изменялся. Схлопнулся на миг и тут же снова набух мутным малиновым пузырем. Пузырем гораздо больших размеров, чем это полагается при прорыве. Антон сумел увидеть это, потому что визуальные системы получали данные от других перехватчиков эскадры, от детекторов базы и наблюдательных скаутов, что реяли в пространстве неподалеку от битвы. Но прямому обзору и вектору огня мешал конус.
– К нам что-то лезет, братцы. – Сеня все-таки не удержался. – Давайте-ка встретим на выходе…
Все и так видели, что что-то лезет. Залпы тридцати перехватчиков ударили в вершину конуса, смяли ее, проломили и… на несколько мгновений увязли в кишащем внутри его рое чужих.
Портал лопнул, освобождая из своих недр то, что так стремилось в человеческую Вселенную. Сфера. Просто большая черная сфера, покрытая буграми, наростами и шипами, но все-таки… Медленная, неповоротливая и, вероятно, очень уязвимая. Но Антон спинным мозгом почувствовал – ее нужно уничтожить немедленно, во что бы то ни стало. И остальные, видимо, были с ним согласны.
Строй перехватчиков успел сделать еще три залпа. Два первых расшвыряли, испепелили остатки прикрывающего портал конуса, третий дотянулся до сферы и… угас. Визуальная система раскинула обширное, подсвеченное розовым полотно перед сферой, в котором утонули плазменные потоки.
– Это что еще за дрянь?.. – проговорил кто-то.
Последовало несколько отдельных выстрелов. С тем же результатом.
– Щит, – проговорил Антон. – Они нашли способ защищаться…
Первым очнулся капитан.
– Что замерли? Добиваем одиночек!
Остатки уничтоженного клина поспешно стягивались под прикрытие щита. По ним хлестнуло несколько очередей, Антон тоже машинально отработал приказ. Несколько чужаков вспыхнуло, остальные сгруппировались около сферы.
И тут портал сработал снова. Третья волна пробилась в космос и накапливалась, уплотнялась за спасительным зонтиком. А помешать этому люди были уже не в силах.
Наверное, стальной капитан Хафт все же растерялся. Наверное, нужно было отдать приказ об атаке, попытаться обогнуть защиту и ударить в самый центр плотной группы. Да, это был бы уже ближний бой, в котором чужие почти не уступают людям, но по крайней мере инициатива осталась бы за последними…
– Держать строй! – сказал капитан, и ни один перехватчик не стронулся с места.
А драка-то все-таки будет, подумал Антон. Только теперь эта мысль почему-то не принесла удовлетворения.
Сфера двинулась вперед неожиданно быстро для ее размеров. В скорости она не уступала остальным чужакам. Только в этот раз люди не имели возможности ослабить их атаку дальним огнем. Антон отсчитывал секунды.
Три… Две… Одна…
Чужие вышли на дистанцию, с которой их атака была способна поразить перехватчиков, и рой брызнул во все стороны из-под своего прикрытия.
– Огонь! Всем огонь!
Крик капитана Хафта потонул в реве орудий Антона. Эскадра ударила изо всех стволов, не считаясь с расходом энергии, не обращая внимания на перегрев оружия… Но рой было уже не остановить. Ответный удар не заставил себя ждать. Кто-то вскрикнул в эфире, один из перехватчиков на миг засветился ослепительным оранжевым пламенем и беззвучно лопнул, заставив соседей сдвинуться со своих позиций. Другой закрутился как юла и по замысловатой спиральной траектории покинул строй.
И тогда Антон закричал, не задумываясь, как и кем будут восприняты его слова:
– Внимание, атака! Режим ближнего боя!..
Он прыгнул прямо в гущу роя, не обращая внимания, последует ли за ним кто-нибудь. Вперед, в ближний бой! В космический спарринг! Он, кажется, жаждал драки? Ну, так он ее получит сполна! В один миг бесконечный космос исчез – остался лишь маленький пятачок пространства, ринг, на котором почти врукопашную сошлись две равные силы.
Антон запараллелил управление пушками попарно и превратился в четверорукое, смертельно опасное животное. Пусть огонь будет не таким массированным, зато каждый выстрел – смерть чужому!
Выбор цели, залп, прыжок в сторону… Все очень быстро, почти одновременно…
Вот черный силуэт возник слишком близко… Извини, дружок. Рывок вперед – и удар. Штык – композит алмаза и титана – пробивает кремниевый панцирь, и «вампир» уплывает из поля зрения, кувыркаясь и выворачиваясь наизнанку. А сэкономленный выстрел, возможно, спасет кому-то жизнь.
Не спать, не спать!..
…Маневр ухода с резким разворотом, мимо проносится энергетический импульс. Ответный выстрел с двух рук: извини, дружок, от тебя не осталось даже пепла.
…Вот навстречу, кувыркаясь между сиреневыми струями, несется перехватчик. Две короткие очереди по его преследователям: из пятерых остается двое, все, теперь парень справится сам…
…Невесть откуда на ведомого сваливается «паук». Толик держался справа, значит, это безымянный новичок. Проклятие!.. Усилием воли заставив себя не зажмуриться, Антон разряжает пушки в слившийся в последнем смертельном союзе клубок… Извини, дружок, не повезло. Вернусь, обязательно узнаю твое имя…
…А вот и первый пропущенный удар… Но реакция все же спасает – сиреневый поток струится перед самым лицом и сносит одно из верхних орудий…
…На миг огненно-черная каша расступается, и из пространства выплывает борт проклятой сферы. Очередь с максимальной нагрузкой, почти в упор изо всех оставшихся стволов… Плевать на перегрев! Плевать на перегрузку систем! Получи, сволочь!..
Неожиданно легко сфера лопается, расшвыривая в стороны участников свалки. Извини, дружок…
– …Внимание всем! К базе! Оттягиваемся к базе, внимание всем…
Что это за звук отвлекает от драки? Капитан Хафт все же взялся снова командовать? Ну что же, приказ вполне разумен…
Боевая индикация доложила о потерях перехватчиков: уже восемь боевых машин перестали отзываться, еще три с огромными повреждениями пытались выйти из боя. Рой слабел значительно медленнее.
Но Толик пока здесь, значит, можно еще пару секунд покрутиться, прикрывая остальных… Только вот почему этот идиот бросает бой и уходит в сторону минного пространства?
– Волга!!! – Он почти сорвал голос в этом крике. – Немедленно вернуться в строй!.. Держать позицию!..
– Я здесь нашел кое-что!.. – За такой ответ в бою сутками карцера не отделаешься. – Оттянем их на мины, командир!
Почти рефлекторно Антон срезал пару «вампиров», устремившихся за ведомым, и только тогда увидел, что висит у того в рабочем захвате.
«Координатор». Маленькое, темное, полиморфное тело. Всегда присутствует в рое, выполняемые функции неизвестны. Никогда не атакует и не защищается, зато обладает великолепной маскировкой, обнаружить его – огромная удача, гораздо проще уничтожить рой целиком.
Название неверно отражало суть – с потерей «координатора» рой не терял боеспособности и даже, наоборот, кажется, становился злее. Единственное сравнение, которое приходило в голову, – знамя. Символ, которым дорожили чужие и который были готовы защищать любой ценой.
– Я прикрываю! – Антон мгновенно принял вспомогательную роль. – Спокойно, Волга. Тяни в мины и следи за хвостом…
Рой встрепенулся. Чужие почувствовали пленение «координатора» и мгновенно забыли обо всем остальном. Черно-зеленые тела безжалостно подставлялись под огонь Антона, они стремились только к одному – догнать, уничтожить дерзкого человечишку, посягнувшего на нечто неприкосновенное…
Пушки Антона не умолкали. В глазах рябило от попаданий, кажется, сегодня ему удастся удвоить свой годовой счет, если хватит энергии и выдержит оружие…
Раскаленным клинком они пронизали рой и вырвались в чистый космос. Еще две – две с половиной минуты форсажа, и вся компания войдет в заградительное пространство. А еще через минуту от чужих не останется и воспоминания.
Капитан Хафт оценил замысел. Ни один перехватчик не преследовал растянувшийся рой – это было бессмысленно. Эскадра, выполняя последний приказ, оттягивалась под защиту орудий блок-базы.
Антон криво усмехнулся. Ну что, старушка, похоже, ты все-таки ошиблась сегодня с письмом. Во всяком случае, ты прислала его не по адресу…
Он полоснул парой очередей себе за спину, охладив пыл наиболее ретивых преследователей. Прицелился снова, но передумал. Энергия еще может пригодиться, а они уже почти на месте. До границы минно-заградительного пространства, которая существовала только в памяти машины, оставались считаные секунды… Нет, мгновения…
На появление множества стационарных объектов прямо по курсу чужие не обратили внимания так же, как чуть раньше не обращали внимания на сокрушающий огонь Антона. Вслед за перехватчиками рой врезался в заштрихованную на всех навигационных картах красным зону, и через секунду космос превратился в преисподнюю.
Автоматические турели ожили и открыли огонь. Не слишком мощный. Не слишком точный. Но их были сотни. Сенсоры мин уловили враждебное присутствие, компьютеры рассчитали направление и мощность взрывов. Каждая из них была запрограммирована на уничтожение не менее трех противников…
Антон остановился и развернулся лицом к противнику. Толик пристроился по левому пеленгу – на своей штатной позиции за ведущим.
– Неплохо мы их, а? Командир?., – возбуждение от неслыханной удачи заставило его едва ли не прокричать эти слова. Но Антон решил не делать замечания. Он уже привык быть спасителем базы, но сегодня почести будет принимать не он, а Толик. Может быть, даже капитан подаст наверх ходатайство о повышении в звании.
– Неплохо, – согласился Антон.
Рой погибал быстро и ярко. Огненная феерия продолжалась не более полуминуты, а потом угасла так же мгновенно, как и началась. На месте бушующего пламени образовалась мертвая зона, в которой были израсходованы все мины и уничтожены турели. Через некоторое время пространство перегруппируется, заполнив пустоту, но сейчас здесь плавал только мусор и изорванные куски чужих машин.
– Это была хорошая идея, – прокомментировал Антон. – Погребли потихоньку домой, получать почести…
То, что он позволил себе непозволительную роскошь – расслабиться, – Антон понял только в последний момент.
Десяток чудом уцелевших чужаков были обречены, ибо оказались заперты внутри минного пространства, но это не помешало им попытаться взять реванш за поражение. Антон успел снова активировать оружие и даже сделать один неприцельный залп. Но остановить врага он не смог. Трое встретились с плазменными импульсами и разлетелись клочьями, остальные ударили в ответ… Нет, не в него. В Толика, который так и не выпустил почему-то свою добычу, обеспечившую столь эффектную победу.
Удивленный возглас был единственным, что тот успел сделать. В следующий миг его боевая машина приняла на броню семь импульсов и перестала существовать.
Чужие разминулись с Антоном на встречных курсах, развернулись и замерли перед последней решающей схваткой. Хорошо, что никто, кроме них, не мог слышать его брань – возможно, даже у капитана Хафта уши свернулись бы трубочкой.
Нельзя прикипать к людям на этой долбаной базе! Здесь можно жить только одним днем!..
Но это после, в маленькой уютной каютке, можно будет подвести подо все свою маленькую пошленькую философию. А пока есть на чем выместить гнев и отчаяние от собственной непростительной ошибки…
Семь чужих, семь «змеев». По одному на каждый уцелевший ствол.
– Ну что ж, – процедил он сквозь зубы. – На вашем месте я бы начинал бояться…
Они ринулись друг на друга в едином порыве – уничтожить.
Пушки заработали в режиме непрерывного излучения. («…Использовать только в критических ситуациях. Длительность импульса не более четырех секунд…») К черту инструкции! Антон и сам знает, на что способна эта машина… Маневровые двигатели едва успевали отрабатывать его броски, но перехватчик послушно укладывал свое стальное тело между струящимися навстречу сиреневыми трассами. И бил, бил в ответ…
Удар! В левый бок! Еще одно орудие сорвалось с направляющего манипулятора и унеслось в пространство. Два других замолчали – рабочие камеры не выдержали перегрева, но и противников осталось трое… Нет, двое…
Юркие, опасные твари, немудрено, что в огне уцелели только они. В шестого Антон выстрелил почти в упор. Прямо в морду, в оскаленную шипами четырехстворчатую пасть!.. И сразу же последний «змей» ударил сжатым в таран носом в основание орудийных направляющих. Индикация заверещала о невозможности наведения на цель, но это было уже неважно. Антон бросил пушки и схватил хрустящее каменное тело… Легированная сталь его механических рук была все же крепче, чем панцирь чужого. Он получил еще один удар хвостом куда-то в основание антенного блока. Прицельная сетка на стекле погасла, система навигации пискнула и доложила о невозможности ориентации в пространстве… Но броня выдержала, а это главное.
Штык Антона пробил панцирь чужого в тот миг, когда его пасть сошлась на стекле капсулы. С противным скрипом шипы прочертили глубокие борозды и… ослабили хватку. В последнем конвульсивном изгибе «змей» соскользнул с острия, дважды дернулся и застыл, медленно уплывая в пространство и разбрасывая вокруг бьющие фонтаном жидкие внутренности.
– Вот так-то будет лучше… – прошептал Антон.
С огромным трудом он расслабил мышцы и извлек руки из управляющих консолей. Осмотрел индикационную панель. И криво усмехнулся.
Похоже, старуха все-таки была права со своим письмом. Вернуться домой без навигационной системы и связи было невозможно.
Экономить тепло и воздух не имело никакого смысла. После того что выдержал перехватчик, ресурсов в жилой капсуле осталось не больше чем на пару-тройку часов. А без точных координат поисковый отряд едва ли доберется до Антона раньше чем через сутки. Оставалось только развалиться в обесточенном сенсорном комбинезоне, превращенном в гамак, и ждать неизбежного, размышляя о своей беспутной жизни. Вот уж в чем Антон никогда не мог преуспеть, так это в размышлениях о жизни. Видимо, поэтому и осталась у него два года назад только одна дорога – подальше от Земли, на самую глухую блок-базу. А впрочем, к чему жаловаться? Жалел ли он за прошедшее время о своем выборе? Нет. Порезвился ли он вволю, не обременяя себя привязанностями и долгом? Да. И еще как. Видимо, только такие, как он, одиночки, которым нечего терять, могут стать настоящими бойцами.
Остальные гибнут раньше.
Но и на настоящих бойцов, видать, бывает управа. Не враг, так случай, какая разница, что именно тебя убьет. Черт бы побрал старуху с ее письмом…
Внезапно его разобрало любопытство. Глупое, ничем не оправданное – ведь все уже сделано, рыпаться некуда. Но ведь и терять нечего. Как всегда…
Он лениво дотянулся до клавиатуры. Надо же! Какая-то часть программ еще работала. Жаль только, что эта часть совершенно бесполезна с точки зрения выживания. Лобовое стекло покрылось рябью – проекционная система тоже дышала на ладан – и на него выпрыгнул знакомый уже текст.
Впрочем… Удастся ли дослужить второй?
Воспоминание об утреннем письме и рассказе Толика неприятно кольнуло сердце. Усилием воли Антон заставил себя встрепенуться. Что за чушь! Когда это он верил в приметы?.. В капсуле перехватчика можно верить лишь в свои силы и мощь вверенной матчасти, иначе не то что второй, а и первый срок дослужить не успеешь!
Не задумываясь о том, что бравирует словно кадет, только что попавший на базу, Антон, в нарушение всех правил боевого патрулирования, связался с терминалом в своей каюте и перекачал злополучное письмо в память перехватчика.
Первые прочитанные уже строчки он пропустил.
«…А у нас здесь все хорошо. Ты помнишь Андрюшу, твоего двоюродного брата? Он недавно получил очень перспективную работу на верфи. Мы надеемся, что и у него теперь жизнь наладится, как и у тебя…»
Тетка точно сумасшедшая. У Антона никогда не было ни братьев, ни сестер, а считать свою жизнь налаженной мог только сам Антон. Да и то лишь за рюмкой коньяка после отбоя.
«…Вот только погода что-то в последнее время стала портиться. Говорят, глобальные изменения климата, но ведь ты знаешь, у нас все время так говорят, сколько я себя помню. Правда, цветник у тебя под окном весь вымок – все дожди и дожди. А у меня нет сил пересадить туда новые цветы. Скорее бы ты возвращался на Землю, Антошка. Жду не дождусь, а то ведь, не ровен час, убьют тебя, так и не увижу я сына на старости лет…»
– Дьявол, карга старая! – Антон не сразу сообразил, что рявкнул эти слова прямо в интерком.
– Это Волга, не понял тебя, – немедленно отозвался Толик.
Безымянный второй ведомый промолчал. Видать, мандражирует, сопляк. Ничего, если сегодня вернется, появится и у него имя.
– Отставить, звено, – сказал Антон. – Не расслабляться, следить за пространством…
Выполняя собственное распоряжение, он скосил глаза влево, и боевая индикация послушно обозначила на прозрачной полусфере капсулы расположение эскадры. Десять групп выстроились полумесяцем, перекрывая расчетное направление прорыва. Служба раннего предупреждения довольно четко обозначила вектор выхода портала, который сейчас усердно пробивали исчадия иного измерения во Вселенную землян.
Когда-то им это удавалось делать практически безнаказанно. Как варвары-кочевники, чужие появлялись из ниоткуда, нападали на корабли и колонии, после чего бесследно исчезали, иногда прямо на глазах у перепуганных уцелевших. Ценности чужих, естественно, не интересовали, ресурсы и энергия оставались нетронутыми… Только человек терял то, что и делало его человеком, – разум. Чем он служил для чужих – пищей, источником энергии или источником удовольствия – достоверно так и осталось невыясненным. Попытки исследований провалились, на призывы к переговорам враги реагировали неадекватно…
Зато было достоверно установлено, что они весьма адекватно реагируют на залп плазменных батарей линейного корабля. Кроме того, вскоре обнаружилось, что открывать свои порталы чужие могут только в определенных областях пространства, и это открытие разом решило если и не проблему контакта с иным разумом, то по крайней мере проблему пиратских набегов. Четырнадцать блок-баз, раскиданных по дальним секторам, остановили враждебное проникновение и дали время лучшим умам человечества для поиска иного выхода из ситуации. За последние несколько лет не было ни одной удачной попытки прорыва, но чужие не переставали открывать все новые и новые порталы в одних и тех же областях. Видимо, голод был сильнее артиллерии…
В этот раз, правда, у чужих получалось как-то совсем уже неважно. Термин «прорыв» предполагал возможность появления до трех порталов одновременно – сейчас же готовился только один. Причем правый пеленг вектора был перекрыт выстроенным недавно минно-заградительным пространством, напичканным управляемыми минами и автоматическим оружием. Левый пеленг насквозь простреливался орудиями блок-базы, которая в результате последней перестройки была способна подавить даже «орду», не то что какой-то там «прорыв».
А на единственном открытом направлении вовсю порезвятся перехватчики. Конечно, повезет далеко не всем. Кто-то из новичков сгорит в огненной каше, но все же тридцать боевых машин едва ли понесут значительный урон. Антон вдруг с некоторым разочарованием понял, что и схватки-то никакой не получится. Поток чужаков из портала захлебнется в огненном шквале. В лучшем случае им удастся попасть в кого-то шальными ответными выбросами, но на большее давнему противнику сегодня рассчитывать не приходится…
– Внимание ведущим, – раздался голос капитана Хафта на командном канале, – полуминутная готовность… Вперед не лезем, давим с позиций.
Антон дождался своей очереди. Проговорил:
– Десятый здесь, понял тебя, первый…
Заканчивая короткий доклад, он уже видел, как плывет и рвется пространство в фокусе полумесяца встречающих. Антон собрался, сгруппировался, словно приготовившись к прыжку. Перехватчик вздрогнул, подавая энергию на оружие и двигатели, включая системы прицеливания. Машина готовилась повторить и многократно усилить любой порыв хозяина.
– Внимание, портал, – спокойно информировал капитан Хафт. И скомандовал: – Всем группам – огонь по готовности.
Ответный доклад не требовался. Антон сосредоточил взгляд на набухающем нарыве портала – пузыре мутномалинового цвета, – напряг пальцы внутри сенсорных перчаток. Перед глазами вспыхнула прицельная сетка, орудия поймали указанную цель.
В следующий миг нарыв лопнул, и в человеческий космос потек гной…
Боец, который задумывается о том, как именно он управляет своим оружием, не имеет шансов на выживание. Действия должны быть доведены до автоматизма, координация и скорость реакций обязаны превосходить компьютер. Антон не выстрелил – он нанес удар. Сжатыми в кулаки пальцами, одетыми в управляющие консоли ногами, всем корпусом… И перехватчик послушно изрыгнул залп из восьми стволов.
Индикатор запаса энергии дернулся вниз, столбик температуры орудий подскочил вверх.
– Звено – залп! – скомандовал Антон. – Следить за перегревом…
Краем глаза он успел отметить, что выстрел Толика слился в единый жгут из восьми огненных плетей, а у второго безымянного ведомого вместо залпа получилась разрозненная серия выстрелов из разных стволов. Учиться и учиться еще, салаге… Если вернется сегодня на базу.
А потом открыли огонь остальные группы. Потоки плазмы захлестнули портал. Они не могли повредить почти нематериальному образованию, но первая волна чужих оказалась сметена еще до того, как успела выстроиться в атакующее построение.
– Ма-аладцы, – прокомментировал в эфире капитан. – А теперь не расслабляться! Эскадра, беглый огонь!
Из портала уже истекала вторая волна. Чужие – живые машины или неорганические существа… Это тоже не удалось установить достоверно, но то, что сейчас вторгалось в космос, полностью соответствовало представлениям человека о нечеловеческом ужасе. Визуальные системы послушно приблизили волну нападавших, Антон скользнул взглядом по потоку инопланетной нежити. Сознание мгновенно вычленило силуэты, классифицировало цели… «Вампир», «паук», «змей»… Обычный состав. Он настроил оптимальные режимы огня и разразился серией очередей из разных стволов, экономя энергию, успевая охлаждать орудия.
Кто-то из группы последовал его примеру, кто-то бил одиночными мощными импульсами… На самом деле сейчас это не имело особого значения. Энергии хватит и на три таких прорыва, можно не экономить, а расстояние играет в пользу людей.
В эфире послышались плоские шуточки – несмотря на приказ капитана, ведущие расслабились, чувствуя слабину противника.
– Сеня-Сеня, ты сегодня кашку-то свою успел доесть? Она у тебя под сирену обратно не полезла?
– Не успел, Арам. Ты же в нее сам чуть не сел, когда тревогу объявили?
– Да разве ж это тревога? Не светит сегодня «страшненьким». У нас вон Антоха фланг прикрывает…
– Тихо-тихо, не буди его. Ему капитан специально приказал в бой не вступать, не то нам работы не достанется, а кормить все равно придется…
– А что, пацаны, никто сегодня писем не получал? Не то ведь расстроится старушка, что ошиблась!..
Пауза в эфира была короткой, но емкой. Антону даже показалось, что на миг стих заградительный огонь перехватчиков. Но тут же ударил с новой силой, а в наушниках раздался спокойный голос капитана:
– Шестой – сутки карцера по возвращении на базу. Всем держать строй! Соблюдать боевой режим переговоров!
И все. Только настроение испорчено окончательно.
Через несколько секунд Антон уловил, что даже под шквальным огнем чужие сумели перегруппироваться. Из бесформенного потока, которым они выливались из портала, выстроились в атакующий конус. Вернее, в подобие атакующего конуса. Построение, которое должно выглядеть как монолитное твердое тело, рвалось и ломалось под огненным натиском. Было очевидно, что, когда чужие выйдут на дистанцию ответного удара, от конуса ничего не останется.
– Внимание ведущим! – проговорил вдруг капитан, и в его голосе Антон уловил напряжение, не соответствующее обстановке. – Сосредоточить огонь в центре! Я хочу, чтобы мы пробили там дыру!
Зачем? Антон приподнял брови, и послушная машина на миг замерла будто бы тоже в недоумении. Гораздо эффективнее бить по всей площади конуса, заставлять противника перегруппировываться, затыкать дырки, маневрировать и терять темп… А потом он понял, зачем понадобился этот странный приказ.
Портал изменялся. Схлопнулся на миг и тут же снова набух мутным малиновым пузырем. Пузырем гораздо больших размеров, чем это полагается при прорыве. Антон сумел увидеть это, потому что визуальные системы получали данные от других перехватчиков эскадры, от детекторов базы и наблюдательных скаутов, что реяли в пространстве неподалеку от битвы. Но прямому обзору и вектору огня мешал конус.
– К нам что-то лезет, братцы. – Сеня все-таки не удержался. – Давайте-ка встретим на выходе…
Все и так видели, что что-то лезет. Залпы тридцати перехватчиков ударили в вершину конуса, смяли ее, проломили и… на несколько мгновений увязли в кишащем внутри его рое чужих.
Портал лопнул, освобождая из своих недр то, что так стремилось в человеческую Вселенную. Сфера. Просто большая черная сфера, покрытая буграми, наростами и шипами, но все-таки… Медленная, неповоротливая и, вероятно, очень уязвимая. Но Антон спинным мозгом почувствовал – ее нужно уничтожить немедленно, во что бы то ни стало. И остальные, видимо, были с ним согласны.
Строй перехватчиков успел сделать еще три залпа. Два первых расшвыряли, испепелили остатки прикрывающего портал конуса, третий дотянулся до сферы и… угас. Визуальная система раскинула обширное, подсвеченное розовым полотно перед сферой, в котором утонули плазменные потоки.
– Это что еще за дрянь?.. – проговорил кто-то.
Последовало несколько отдельных выстрелов. С тем же результатом.
– Щит, – проговорил Антон. – Они нашли способ защищаться…
Первым очнулся капитан.
– Что замерли? Добиваем одиночек!
Остатки уничтоженного клина поспешно стягивались под прикрытие щита. По ним хлестнуло несколько очередей, Антон тоже машинально отработал приказ. Несколько чужаков вспыхнуло, остальные сгруппировались около сферы.
И тут портал сработал снова. Третья волна пробилась в космос и накапливалась, уплотнялась за спасительным зонтиком. А помешать этому люди были уже не в силах.
Наверное, стальной капитан Хафт все же растерялся. Наверное, нужно было отдать приказ об атаке, попытаться обогнуть защиту и ударить в самый центр плотной группы. Да, это был бы уже ближний бой, в котором чужие почти не уступают людям, но по крайней мере инициатива осталась бы за последними…
– Держать строй! – сказал капитан, и ни один перехватчик не стронулся с места.
А драка-то все-таки будет, подумал Антон. Только теперь эта мысль почему-то не принесла удовлетворения.
Сфера двинулась вперед неожиданно быстро для ее размеров. В скорости она не уступала остальным чужакам. Только в этот раз люди не имели возможности ослабить их атаку дальним огнем. Антон отсчитывал секунды.
Три… Две… Одна…
Чужие вышли на дистанцию, с которой их атака была способна поразить перехватчиков, и рой брызнул во все стороны из-под своего прикрытия.
– Огонь! Всем огонь!
Крик капитана Хафта потонул в реве орудий Антона. Эскадра ударила изо всех стволов, не считаясь с расходом энергии, не обращая внимания на перегрев оружия… Но рой было уже не остановить. Ответный удар не заставил себя ждать. Кто-то вскрикнул в эфире, один из перехватчиков на миг засветился ослепительным оранжевым пламенем и беззвучно лопнул, заставив соседей сдвинуться со своих позиций. Другой закрутился как юла и по замысловатой спиральной траектории покинул строй.
И тогда Антон закричал, не задумываясь, как и кем будут восприняты его слова:
– Внимание, атака! Режим ближнего боя!..
Он прыгнул прямо в гущу роя, не обращая внимания, последует ли за ним кто-нибудь. Вперед, в ближний бой! В космический спарринг! Он, кажется, жаждал драки? Ну, так он ее получит сполна! В один миг бесконечный космос исчез – остался лишь маленький пятачок пространства, ринг, на котором почти врукопашную сошлись две равные силы.
Антон запараллелил управление пушками попарно и превратился в четверорукое, смертельно опасное животное. Пусть огонь будет не таким массированным, зато каждый выстрел – смерть чужому!
Выбор цели, залп, прыжок в сторону… Все очень быстро, почти одновременно…
Вот черный силуэт возник слишком близко… Извини, дружок. Рывок вперед – и удар. Штык – композит алмаза и титана – пробивает кремниевый панцирь, и «вампир» уплывает из поля зрения, кувыркаясь и выворачиваясь наизнанку. А сэкономленный выстрел, возможно, спасет кому-то жизнь.
Не спать, не спать!..
…Маневр ухода с резким разворотом, мимо проносится энергетический импульс. Ответный выстрел с двух рук: извини, дружок, от тебя не осталось даже пепла.
…Вот навстречу, кувыркаясь между сиреневыми струями, несется перехватчик. Две короткие очереди по его преследователям: из пятерых остается двое, все, теперь парень справится сам…
…Невесть откуда на ведомого сваливается «паук». Толик держался справа, значит, это безымянный новичок. Проклятие!.. Усилием воли заставив себя не зажмуриться, Антон разряжает пушки в слившийся в последнем смертельном союзе клубок… Извини, дружок, не повезло. Вернусь, обязательно узнаю твое имя…
…А вот и первый пропущенный удар… Но реакция все же спасает – сиреневый поток струится перед самым лицом и сносит одно из верхних орудий…
…На миг огненно-черная каша расступается, и из пространства выплывает борт проклятой сферы. Очередь с максимальной нагрузкой, почти в упор изо всех оставшихся стволов… Плевать на перегрев! Плевать на перегрузку систем! Получи, сволочь!..
Неожиданно легко сфера лопается, расшвыривая в стороны участников свалки. Извини, дружок…
– …Внимание всем! К базе! Оттягиваемся к базе, внимание всем…
Что это за звук отвлекает от драки? Капитан Хафт все же взялся снова командовать? Ну что же, приказ вполне разумен…
Боевая индикация доложила о потерях перехватчиков: уже восемь боевых машин перестали отзываться, еще три с огромными повреждениями пытались выйти из боя. Рой слабел значительно медленнее.
Но Толик пока здесь, значит, можно еще пару секунд покрутиться, прикрывая остальных… Только вот почему этот идиот бросает бой и уходит в сторону минного пространства?
– Волга!!! – Он почти сорвал голос в этом крике. – Немедленно вернуться в строй!.. Держать позицию!..
– Я здесь нашел кое-что!.. – За такой ответ в бою сутками карцера не отделаешься. – Оттянем их на мины, командир!
Почти рефлекторно Антон срезал пару «вампиров», устремившихся за ведомым, и только тогда увидел, что висит у того в рабочем захвате.
«Координатор». Маленькое, темное, полиморфное тело. Всегда присутствует в рое, выполняемые функции неизвестны. Никогда не атакует и не защищается, зато обладает великолепной маскировкой, обнаружить его – огромная удача, гораздо проще уничтожить рой целиком.
Название неверно отражало суть – с потерей «координатора» рой не терял боеспособности и даже, наоборот, кажется, становился злее. Единственное сравнение, которое приходило в голову, – знамя. Символ, которым дорожили чужие и который были готовы защищать любой ценой.
– Я прикрываю! – Антон мгновенно принял вспомогательную роль. – Спокойно, Волга. Тяни в мины и следи за хвостом…
Рой встрепенулся. Чужие почувствовали пленение «координатора» и мгновенно забыли обо всем остальном. Черно-зеленые тела безжалостно подставлялись под огонь Антона, они стремились только к одному – догнать, уничтожить дерзкого человечишку, посягнувшего на нечто неприкосновенное…
Пушки Антона не умолкали. В глазах рябило от попаданий, кажется, сегодня ему удастся удвоить свой годовой счет, если хватит энергии и выдержит оружие…
Раскаленным клинком они пронизали рой и вырвались в чистый космос. Еще две – две с половиной минуты форсажа, и вся компания войдет в заградительное пространство. А еще через минуту от чужих не останется и воспоминания.
Капитан Хафт оценил замысел. Ни один перехватчик не преследовал растянувшийся рой – это было бессмысленно. Эскадра, выполняя последний приказ, оттягивалась под защиту орудий блок-базы.
Антон криво усмехнулся. Ну что, старушка, похоже, ты все-таки ошиблась сегодня с письмом. Во всяком случае, ты прислала его не по адресу…
Он полоснул парой очередей себе за спину, охладив пыл наиболее ретивых преследователей. Прицелился снова, но передумал. Энергия еще может пригодиться, а они уже почти на месте. До границы минно-заградительного пространства, которая существовала только в памяти машины, оставались считаные секунды… Нет, мгновения…
На появление множества стационарных объектов прямо по курсу чужие не обратили внимания так же, как чуть раньше не обращали внимания на сокрушающий огонь Антона. Вслед за перехватчиками рой врезался в заштрихованную на всех навигационных картах красным зону, и через секунду космос превратился в преисподнюю.
Автоматические турели ожили и открыли огонь. Не слишком мощный. Не слишком точный. Но их были сотни. Сенсоры мин уловили враждебное присутствие, компьютеры рассчитали направление и мощность взрывов. Каждая из них была запрограммирована на уничтожение не менее трех противников…
Антон остановился и развернулся лицом к противнику. Толик пристроился по левому пеленгу – на своей штатной позиции за ведущим.
– Неплохо мы их, а? Командир?., – возбуждение от неслыханной удачи заставило его едва ли не прокричать эти слова. Но Антон решил не делать замечания. Он уже привык быть спасителем базы, но сегодня почести будет принимать не он, а Толик. Может быть, даже капитан подаст наверх ходатайство о повышении в звании.
– Неплохо, – согласился Антон.
Рой погибал быстро и ярко. Огненная феерия продолжалась не более полуминуты, а потом угасла так же мгновенно, как и началась. На месте бушующего пламени образовалась мертвая зона, в которой были израсходованы все мины и уничтожены турели. Через некоторое время пространство перегруппируется, заполнив пустоту, но сейчас здесь плавал только мусор и изорванные куски чужих машин.
– Это была хорошая идея, – прокомментировал Антон. – Погребли потихоньку домой, получать почести…
То, что он позволил себе непозволительную роскошь – расслабиться, – Антон понял только в последний момент.
Десяток чудом уцелевших чужаков были обречены, ибо оказались заперты внутри минного пространства, но это не помешало им попытаться взять реванш за поражение. Антон успел снова активировать оружие и даже сделать один неприцельный залп. Но остановить врага он не смог. Трое встретились с плазменными импульсами и разлетелись клочьями, остальные ударили в ответ… Нет, не в него. В Толика, который так и не выпустил почему-то свою добычу, обеспечившую столь эффектную победу.
Удивленный возглас был единственным, что тот успел сделать. В следующий миг его боевая машина приняла на броню семь импульсов и перестала существовать.
Чужие разминулись с Антоном на встречных курсах, развернулись и замерли перед последней решающей схваткой. Хорошо, что никто, кроме них, не мог слышать его брань – возможно, даже у капитана Хафта уши свернулись бы трубочкой.
Нельзя прикипать к людям на этой долбаной базе! Здесь можно жить только одним днем!..
Но это после, в маленькой уютной каютке, можно будет подвести подо все свою маленькую пошленькую философию. А пока есть на чем выместить гнев и отчаяние от собственной непростительной ошибки…
Семь чужих, семь «змеев». По одному на каждый уцелевший ствол.
– Ну что ж, – процедил он сквозь зубы. – На вашем месте я бы начинал бояться…
Они ринулись друг на друга в едином порыве – уничтожить.
Пушки заработали в режиме непрерывного излучения. («…Использовать только в критических ситуациях. Длительность импульса не более четырех секунд…») К черту инструкции! Антон и сам знает, на что способна эта машина… Маневровые двигатели едва успевали отрабатывать его броски, но перехватчик послушно укладывал свое стальное тело между струящимися навстречу сиреневыми трассами. И бил, бил в ответ…
Удар! В левый бок! Еще одно орудие сорвалось с направляющего манипулятора и унеслось в пространство. Два других замолчали – рабочие камеры не выдержали перегрева, но и противников осталось трое… Нет, двое…
Юркие, опасные твари, немудрено, что в огне уцелели только они. В шестого Антон выстрелил почти в упор. Прямо в морду, в оскаленную шипами четырехстворчатую пасть!.. И сразу же последний «змей» ударил сжатым в таран носом в основание орудийных направляющих. Индикация заверещала о невозможности наведения на цель, но это было уже неважно. Антон бросил пушки и схватил хрустящее каменное тело… Легированная сталь его механических рук была все же крепче, чем панцирь чужого. Он получил еще один удар хвостом куда-то в основание антенного блока. Прицельная сетка на стекле погасла, система навигации пискнула и доложила о невозможности ориентации в пространстве… Но броня выдержала, а это главное.
Штык Антона пробил панцирь чужого в тот миг, когда его пасть сошлась на стекле капсулы. С противным скрипом шипы прочертили глубокие борозды и… ослабили хватку. В последнем конвульсивном изгибе «змей» соскользнул с острия, дважды дернулся и застыл, медленно уплывая в пространство и разбрасывая вокруг бьющие фонтаном жидкие внутренности.
– Вот так-то будет лучше… – прошептал Антон.
С огромным трудом он расслабил мышцы и извлек руки из управляющих консолей. Осмотрел индикационную панель. И криво усмехнулся.
Похоже, старуха все-таки была права со своим письмом. Вернуться домой без навигационной системы и связи было невозможно.
Экономить тепло и воздух не имело никакого смысла. После того что выдержал перехватчик, ресурсов в жилой капсуле осталось не больше чем на пару-тройку часов. А без точных координат поисковый отряд едва ли доберется до Антона раньше чем через сутки. Оставалось только развалиться в обесточенном сенсорном комбинезоне, превращенном в гамак, и ждать неизбежного, размышляя о своей беспутной жизни. Вот уж в чем Антон никогда не мог преуспеть, так это в размышлениях о жизни. Видимо, поэтому и осталась у него два года назад только одна дорога – подальше от Земли, на самую глухую блок-базу. А впрочем, к чему жаловаться? Жалел ли он за прошедшее время о своем выборе? Нет. Порезвился ли он вволю, не обременяя себя привязанностями и долгом? Да. И еще как. Видимо, только такие, как он, одиночки, которым нечего терять, могут стать настоящими бойцами.
Остальные гибнут раньше.
Но и на настоящих бойцов, видать, бывает управа. Не враг, так случай, какая разница, что именно тебя убьет. Черт бы побрал старуху с ее письмом…
Внезапно его разобрало любопытство. Глупое, ничем не оправданное – ведь все уже сделано, рыпаться некуда. Но ведь и терять нечего. Как всегда…
Он лениво дотянулся до клавиатуры. Надо же! Какая-то часть программ еще работала. Жаль только, что эта часть совершенно бесполезна с точки зрения выживания. Лобовое стекло покрылось рябью – проекционная система тоже дышала на ладан – и на него выпрыгнул знакомый уже текст.