— Эй! — крикнул он водителю.
   — Отпусти! — раздался скрипучий голос.
   — Отпусти его, — сказал Люк. — Ты держишь его за руку. И за ногу. И еще не знаю за что.
   — Откуда ты знаешь?
   Но Люк только посмотрел на него и ничего не сказал.
   Хэн отпустил конечности водителя.
   — Ненавижу, когда ты так делаешь, — заметил он Люку.
   — Деньги вперед, — сказал водитель. — Потом входите.
   Хэн вытащил несколько купюр и протянул их вперед. В дверной проем просунулась тонкая полупрозрачная конечность с четырьмя когтями стального цвета, острыми и длинными — едва ли не с руку Хэна.
   — Прелестные ноготочки, — усмехнулся Хэн и вложил деньги в когти. «Прелестные ноготочки» тут же проворно сгребли купюры.
   — Спасибо, сказал водитель. — Но вы должны мне больше.
   — Как больше? — воскликнул Хэн. — За парковку на куче камней?
   — За парковку на куче камней под моим щитом, — проскрипел водитель.Имейте в виду, что скоро начнется очередная радиационная атака. Этот щит я взял в аренду. Как хотите, я могу и убрать его. Как пожелаете.
   Хэн понимал опасность радиационной атаки. Когда белый карлик приближался к Черной Дыре, она начинала бешено извергать потоки горячего газа. Радиация усиливалась, переходя в настоящий ураган.
   — Радиация, несомненно, окажет вредное воздействие на «Сокола», — сказал Трипио — Его нельзя оставлять незащищенным.
   — Знаю, — отозвался Хэн. Он вытащил еще три купюры и сунул их в когти. «Кажется, это существо собирается нас разорить, — подумал он. — Ну что ж, у нас тогда хотя бы останется гарантийное письмо».
   Когтистая лапа исчезла. Вместо нее, шурша, вытянулись другие конечности, затем опять свернулись и обвились вокруг водителя, сидевшего в передней части кабины.
   — Я готов ехать в город. — сказал водитель.
   — Спасибо, — отозвался Хэн. Трипио разглядывал салон вездехода.
   — У вас нет других пассажиров? — спросил он.
   — Тогда мне понадобился бы прицеп, — ответил водитель.
   Трипио сказал несколько слов на каком-то странном языке, звучавшем так непривычно, что Хэн поежился. Впрочем, он вспомнил, что Трипио однажды уже говорил на нем, когда переводил сообщения с Крси.
   «Неужели Трипио думает, что этот парень и есть наш контактер, — подумал Хэн. — Этого мне меньше всего бы хотелось».
   Водитель зашуршал несколькими отростками, покрытыми волосками со слуховыми сенсорами и острыми защитными шипами.
   — Что вы хотели этим сказать? — обратился он к Трипио. — Почему вы раздражаете мои слуховые органы?
   — Прошу прощения, — проговорил Трипио. — Я не сказал ничего существенного. Просто я вас не за того принял.
   Вездеход медленно отъехал от корабля и направился в город.
   У платформы водитель остановился. Открылась входная дверь туннеля. Хэн спрыгнул вниз и шагнул вперед. Люк и Трипио последовали за ним. Вездеход развернулся и пополз обратно.
   — Чертовы пауки, — брезгливо сказал Хэн. — Может быть, я к ним несправедлив, но у меня от их вида бегают мурашки по спине.
   — Пауки? — удивился Трипио. — Здесь есть пауки? Я должен быть начеку, иначе они могут оплести паутиной моих спутников. Однажды я слышал, как один дрояд…
   — Я имел в виду водителя, — сказал Хэн.
   — Но он же не паук, — возразил Трипио.
   — Да я образно выражаюсь.
   — Но…
   — Ну что ты волнуешься? — засмеялся Хэн. — Ладно, забудь о том, что я сказал.
   — Паук или не паук, а бизнесмен он неплохой, — сказал Люк.
   — Это точно! Настоящий грабитель, — подтвердил Хэн.
   Трипио сделал несколько осторожных шагов и огляделся по сторонам.
   — Я уверен, что наш контакте? где-то здесь, — пробормотал он. Хэн взглянул на Люка.
   — Ну, что теперь? У тебя есть какие-нибудь соображения, откуда начинать искать твоих потерявшихся Джедаев?
   Люк покачал головой. Волосы упали ему на лоб, и на мгновение Хэну показалось, что он опять видит перед собой того зеленого юнца, каким был Люк во время их первой встречи. Но
   Люк уже давно не был юнцом. За годы их знакомства он менялся на глазах и теперь стал совершенно не от мира сего. Это одновременно и трогало, и тревожило Хэна.
   — Я надеялся, что смогу почувствовать…— Люк невесело усмехнулся. — Но не чувствую. Может быть, они загородились защитными экранами. Спрятались. Империя жестоко преследовала их, запугать не смогла, но научила скрываться.
   — А тебе не кажется, что они могли бы заметить, что давным-давно нет никакой Империи? — спросил Хэн с легкой насмешкой.
   — Зато есть немало людей, которые мечтают ее возродить, — мрачно возразил Люк.
   — Мечтать не вредно, — усмехнулся Хэн. Он не очень-то верил в существование этих спрятавшихся Джедаев. Но, с другой стороны, чем дольше Люк будет искать их, тем дольше у Хэна продлится отпуск.
   «Надо бы поменьше подкалывать его», — подумал Хэн.
   За полупрозрачными радиационными щитами огни карнавала казались серыми и тусклыми. Мелькали неясные очертания всевозможных существ, приглушенно звучала какофония звуков.
   Хэн взглянул наверх. Он остерегался смотреть прямо на сверкающий диск Черной Дыры даже через защитный экран. Белая карликовая звезда в это время двигалась к центру системы. Наконец она поравнялась со сверкающим диском, и в небе
   — взорвался ослепительный фейерверк, превзошедший по своему масштабу все фейерверки, которые устраивала человеческая цивилизация.
   Хэн направился по туннелю к первому куполу станции, Люк и Трипио последовали за ним. Горячий душный воздух окутывал их, он был таким густым, что его можно было видеть и даже взять в руки.
   «Те, кто живет здесь, должно быть, приехали из тропических миров»,подумал Хэн.
   На любой искусственной станции не так уж трудно поддерживать нормальную температуру, но на Крси это было невозможно. Сверхмощные холодильные установки работали в полную силу, так что вибрировала земля под ногами. Экраны защищали околопланетное пространство от радиации, но неистовая энергия Черной Дыры трансформировалась в безумную жару, которая проникала всюду. Холодильные агрегаты работали на пределе возможностей, чтобы перегонять жару на ночную сторону Крси, где она уходила в пространство. Впрочем, ночная сторона Крси была совсем невелика — по одну сторону Станции была Черная Дыра, по другую — белый карлик.
   Хэн дотронулся до стены туннеля, но тут же отдернул руку. Несмотря на все усилия холодильных установок, стены были совершенно раскаленными.
   — Я же ясно объяснил нашим корреспондентам, чтобы они нас встретили,растерянно сказал Трипио, пурпурный облик которого все еще казался непривычным. — Не могу понять…
   И тут случилось что-то странное. Люк прошел сквозь Хэна. Генерал Соло вздрогнул и остановился.
   «Он прошел сквозь меня? — подумал Хэн. — Или мне это только показалось? Проклятье, ненавижу эти его штучки!»
   — Трипио, — как не в чем ни бывало сказал Люк. — Успокойся. У нас совсем другие планы.
   — Но, Мастер Люк, уверяю вас, я не заставлял…
   — Не заставляй лучше напрасно эксплуатировать свое голосовое устройство.
   — Ну что ж, — обиженно произнес Трипио. — Как вам будет угодно.
   Пот ручьями стекал у Хэна по спине и заливал лицо. Он вытер лоб и закатал рукава.
   В свое время Лея заставила его больше уделять внимания своей одежде. Хэн имел обыкновение надевать первое, что попадалось под руку, но постепенно он смирился и стал облачаться в костюмы, соответствующие конкретному событию — будь то официальный прием или званый обед. Единственное, против чего он всегда протестовал, — это военная форма. Хэн вообще ненавидел униформы и обычно приходил в штатском даже на военные смотры.
   В эту поездку он не взял ни одного официального костюма. И хотя его потрепанные брюки из грубой ткани и старая, видавшая виды рубашка совсем не подходили к тропическому климату Крси, он чувствовал себя легко и свободно. Никаких униформ, торжественных речей и официальных приемов. Свобода!
   Он громко рассмеялся.
   — По-моему, здесь нам скучно не будет, — сказал он.
   — А где Трипио? — спросил Люк.
   — Не знаю. Ты, наверное, оскорбил его лучшие чувства, сказав, чтобы он заткнулся.
   — Я только посоветовал ему не орать на каждом углу о том, для чего мы сюда приехали и вообще кто мы такие.
   — Ну и где же он может быть?
   — Я мог бы найти его, — сказал Люк. — Но не буду этого делать. Не буду делать ничего такого. Не хочу напороться.
   — И ты даже не дашь сигнал своим Джедаям? Тогда они сами прибежали бы к нам.
   — Давай сначала найдем здесь какое-нибудь пристанище. Я не очень много знаю о людях, которых ищу. Слышал какие-то странные рассказы…
   — Ты прав, малыш, — сказал Хэн. — Абсолютно прав.
   — И если они Джедаи, я хочу быть уверен, что они не пользуются Темной Стороной.
   — А ты мог бы узнать — почувствовать, — если тот, кто использует Темную Сторону, находился бы рядом?
   — Уверен, что мог бы.
   — Прекрасно!
   — Думаю, что мог бы. — Люк невидящим взглядом смотрел сквозь прозрачную стену туннеля. — Надеюсь, что мог бы.
   «Что я все время болтаю? — рассердился на себя Хэн. — На кой мне эти Джедаи? От них больше хлопот, чем пользы».
   Они миновали выход из туннеля и вошли в первый купол Крси.
   Там стоял невообразимый шум, такой же плотный, как и жаркий парообразный воздух. Хаотично вспыхивали огни, от мелькания разноцветных красок рябило в глазах.
   Хэн искоса поглядывал на Люка, размышляя о его маскировке, но не решаясь ничего спросить. Люк обещал больше не пугать Хэна, и Хэн был рад, что парень, идущий рядом с ним, — Люк Скайвокер, его шурин, пилот и, если ему так хочется, Рыцарь Джедай. На нем была одежда, которая, к счастью, не очень отличалась от одежды большинства людей. Она не выдавала в нем Рыцаря Джедая и в то же время надежно скрывала Огненный Меч.
   Хэн погладил бороду. Эта привычка появилась у него за то время, пока он ее отращивал. В эти последние недели перед путешествием Хэн становился все более нетерпеливым и раздражительным. Ему казалось, что борода растет слишком медленно, да и вообще приготовления к поездке чересчур затянулись. Поглаживание бороды, конечно, не могло ускорить ее роста, но этот жест стал для Хэна чем-то вроде талисмана. Он напоминал о том, что долгожданная поездка приближается с каждым днем.
   В огромном первом куполе Станции Крси царила карнавальная кутерьма. Музыканты и жонглеры, акробаты и торговцы демонстрировали свои возможности и товары.
   У края дороги кучей лежала группа бребишемов, извиваясь и перекатываясь. При этом они трясли своими длинными мордами и хлопали огромными, как лопухи, ушами. От группы исходил низкий протяжный стон, и невозможно было понять — кто-то один или все вместе издавали его. Бребишемы так тесно прижимались друг к другу, что составляли единый живой организм.
   Люк бросил монету в корзину, стоявшую перед группой.
   — Зачем это ты? — спросил Хэн.
   — В знак восхищения их искусством.
   — Искусством? — Хэн изумленно посмотрел на Люка, но тот был совершенно серьезен.
   — Именно. И не более странным, чем танцы или игра в болобол.
   — Ну что ж, ты имеешь право на свое мнение, — сказал Хэн. Перед ним вдруг возникла картина того вечера, когда они с Леей последний раз танцевали. Это было на каком-то приеме: где именно, Хэн уже не помнил. Запомнились только эти несколько свободных минут, когда они с Леей смогли наконец отдохнуть от торжественных речей и закружиться в танце посреди огромного зеркального зала. Острое чувство желания вновь прикоснуться к Лее кольнуло его сердце.
   — Пожалуйста, уважаемые, найдите маленькую монетку для меня, — существо, едва доходившее Хэну до пояса, дернуло его за рукав. Густой серо-зеленый мех скрывал его формы. — Есть ли в ваших карманчиках монеточка для меня?
   — Нет, — ответил Хэн. — Мелочи у нас нет.
   — Подожди, — сказал Люк. — Кажется, у меня что-то есть. — Он вытащил из кармана монету и дал ее серо-зеленому существу.
   Проворные пальцы тут же схватили монету и запрятали ее куда-то в глубины меховой шкуры.
   Существо пристроилось позади Хэна и Люка, решив больше с ними не расставаться. Они двинулись дальше.
   — Еще какие-нибудь пассажиры прибыли? — с надеждой в голосе спросило существо.
   — Нет, — ответил Хэн. — Только мы. Несколько гидов, попрошаек и торговцев всякой дрянью окружили Хэна и Люка.
   — Они мои, мои! — закричало серо-зеленое существо. — Поищите себе других!
   Но толпа не обращала внимания на эти жалкие вопли протеста, наперебой предлагая свои товары и услуги.
   — Нет, спасибо, нам ничего не нужно, — пытался перекричать их Хэн, с трудом пробиваясь сквозь плотное кольцо и таща Люка за собой. Он боялся, что Люк растратит все деньги до того, как им удастся выбраться отсюда.
   Наконец толпа поредела. Попрошайки, гиды и торговцы один за другим возвращались к своим местам у входа в надежде поймать более сговорчивых или доверчивых клиентов.
   И только меховое существо следовало за Хэном и Люком неотступно, бормоча себе под нос:
   «Мои! Мои!»
   — Ты видел дройда, который пришел с нами? — спросил у него Хэн и, вытянув шею, стал вглядываться в пеструю толпу, заполнявшую этот гостеприимный веселый купол. Там была поистине мешанина из самых разнообразных жизненных форм. Хэн напомнил себе, что он ищет не золотистого, а пурпурного дройда.
   — Дройды никогда не носят при себе мелочь, — ответило существо. — У дройдов нет карманов. Зачем нам дройд?
   — Слушай, ты можешь нам помочь? — спросил его Люк.
   — Помочь? — подозрительно спросило существо. — Работать, что ли?
   — Совсем немного. Покажи нам, где можно снять хороший домик. В общем, помоги нам сориентироваться здесь.
   — Я и сам могу найти прекрасный домик! — обидевшись, сказал Хэн. — Я так долго был без дела, что с удовольствием займусь поисками жилья.
   — Помолчи! — грозно прошипел Люк. Пораженный необычным поведением Люка, Хэн умолк.
   — Домик! Да, конечно, домик! — радостно забормотало существо. — И еще места, где можно хорошо поесть и купить хорошую одежду — специально для людей.
   Серо-зеленый решительно двинулся вперед. Люк пошел за ним.
   Хэну ничего не оставалось, как молча выругаться и поплестись следом.
   Меховое существо провело Хэна и Люка через несколько туннелей и куполов. Шум и суматоха первого купола остались далеко позади. Они миновали область современных больших машин и роскошных торговых домов, потом долго шли через парковую зону, где по стенам купола вились причудливые растения, образуя необычную романтическую атмосферу внутри него.
   — Куда мы идем? — спросил Хэн. — Жилье мы могли найти и в карнавальном куполе.
   — Но не для вас, — возразило существо. — Оно недостаточно хорошо для вас.
   Они уходили все дальше от шума и пестроты в более спокойные и элегантные районы Станции. Их окружали ухоженные сады и невысокие добротные здания. Однако жара здесь была такая же невыносимая, как и везде.
   — Люк! — взмолился Хэн, тяжело дыша. — Может, хватит?
   У него было ощущение, что он вот-вот расплавится.
   — Терпение! — спокойно ответил Люк.
   — Какое терпение? Я и так был терпелив, как никогда! Но мы премся уже целый день, и я не знаю, когда это кончится.
   Люк никак не отреагировал на этот крик души и продолжал упорно идти за серо-зеленым.
   Наконец они вошли в очередной, чрезвычайно огромный купол, вершина которого поднималась высоко в небо. Легкий приятный ветерок разгонял здесь теплый влажный воздух. Хэн вздохнул с облегчением.
   Существо повело их к каменному дому, за которым маячил кратер вулкана.
   — Здесь! — с довольным видом произнесло оно и повело их к арочному входу. — Тут просто великолепно.
   Хэн вошел в прохладную затемненную комнату, наполненную журчанием бегущей воды. Он оглянулся. Люк стоял в дверях; из-за яркого света с улицы был виден только его нечеткий силуэт. Хэн замер. На мгновение ему показалось, что перед ним Оби ван Кеноби, Анакин Скайвокер и Лорд Вейдер в одном лице. Люк шагнул к нему, с интересом оглядываясь, — и иллюзия исчезла.
   Хэн вернулся к дверям и выглянул наружу. Существо исчезло.
   — И чего тебе понадобилось тащиться за этим типом в такую даль? — спросил он.
   Люк присел на краешек бассейна. Опустив руку в журчащую воду, он понюхал ее, затем осторожно лизнул.
   — Нам нужен был местный гид, — сказал он.
   — Не обязательно.
   — Он мог быть нам полезен.
   — Сомневаюсь!
   — И… он напомнил мне Йоду.
   — Неужели ты думал, что этот субъект может быть одним из Джедаев?
   — Я сначала так подумал. Теперь не думаю. И тем не менее он мог им быть.
   Хэн вдруг усомнился в необычайных способностях Люка. Но только на миг. Нехарактерная для Люка самоуверенность огорчила его.
   — Эй! — крикнул он. — Есть здесь кто-нибудь? Дом сдается или нет?
   Ему пришло в голову, что этот дом предназначен совсем для других целей, а серо-зеленый парень приволок их сюда, просто чтобы сделать свой бизнес. Или шутки ради.
   — Да, люди, я здесь!
   Над бассейном внезапно появилось нечто, похожее на привидение. Мерцая и колыхаясь, оно распустило крылья, излучавшие свет. Хэн никак не мог разглядеть его очертания из-за гипнотической ауры.
   — Нам нужны три комнаты,-сказал Хэн. — Две для людей, одну для дройда.
   — На какой срок?-пропел мелодичный голос.
   — На неопределенный.
   — Предоплата вперед за двое суток, с вашего позволения.
   Хэн вошел в свою комнату, плотно закрыв за собой дверь. Дом, несомненно, обладал всеми достоинствами, кроме одного — он не был готов к его, Хэна, деньгам.
   Нельзя сказать, чтобы комната их не стоила. Она была светлая, с великолепно оборудованной кухней в алькове и с видом на изумительное вулканическое озеро. Но Хэна сейчас это не очень волновала Если он не сможет подсунуть хозяину гарантийное письмо, они с Люком вскоре останутся на бобах.
   Откровенно говоря, радужных планов насчет гарантийного письма он не строил. Станция Крси находилась слишком далеко от торговых путей и от Новой Республики. Права и привилегии, которыми обладал генерал Соло, здесь не действовали.
   Крси была тем миром, который он хорошо знал в старые добрые времена. Миром, куда он мог прилететь на «Соколе», не спеша прогуляться по улицам и завернуть в любое понравившееся заведение, чувствуя себя, как дома, Интересно, сможет ли он сейчас тряхнуть стариной?
   «Ты стал каким-то тюфяком, приятель, — сказал он себе. — Чересчур покладистым, излишне доверчивым. Пора кое-что изменить?»
   — А заодно проверить свою финансовую несокрушимость, — вслух добавил он и схватил куртку.
   В этот момент Люк постучал в дверь, соединяющую их комнаты.
   Хэн знал, что Люк не одобрит его планы. Он метнулся к выходу и помчался по коридору.
   Гарантийное письмо болталось бесполезным хламом в кармане Хэна. Ему вдруг захотелось разорвать его на куски и бросить в кратер. Но это было бы глупо, впрочем, как и невозможно — оно было отпечатано не на бумаге, а на твердом пластике. Скорее, Хэн повредил бы себе пальцы, если бы попытался справиться с ним.
   На Крси, конечно, не найдется никого, кто мечтал бы удостоиться чести заполучить гарантийное письмо с перечнем активов Новой Республики. Но в свое время на какой-то другой планете некий коммерсант захотел купить его и начал вести с Хэном переговоры по поводу сделки. Но Хэн даже не захотел с ним говорить — предложенная цена была просто смехотворной. Для коммерсанта это было бы неплохой сделкой, так как при перепродаже он мог бы сорвать приличный куш. Найти желающего купить письмо ему было бы нетрудно.
   На любой планете, но только не на Крси.
   — А, черт с ним, — буркнул Хэн и быстро зашагал по улице.
   — Нет ли у вас лишней…
   — Нет! — отрезал Хэн и обернулся.
   — … минутки, сэр? — Перед ним замаячил призрак, расплывчатый и нежный, как рябь в весеннем пруду. — Мне ничего не нужно от вас, всего лишь одну минуту вашего времени.
   — Конечно, — смягчившись, сказал Хэн. — Минута у меня есть.
   Привидения всегда зачаровывали его. Они выглядели как люди, но не были ими. Их неземная красота сводила людей с ума, и сами они в свою очередь мучились от любви к людям. Их тянуло друг к Другу, но физический контакт, с человеком означал смерть для призрака.
   «Вроде бы мне ничего не угрожает», — подумал Хэн.
   Призрак улыбнулся. Это была девушка. Ее красивые длинные зелено-золотистые волосы вились вокруг головы, как нимб, а огромные черные глаза настойчиво пытались встретиться взглядом с Хэном. Девушка коснулась тонкими пальцами его руки. Хэн поежился.
   — Что вам нужно? — резко спросил он.
   — Ничего, — она опять улыбнулась. — Я хотела дать вам кое-что. Путь к счастью…
   — И к твоей смерти! — крикнул Хэн.
   — Нет, — сказала девушка. — Я не такая, как другие. Я… — Она оторвала горящий взгляд от Хэна и посмотрела на свои босые ноги.
   Девушка-призрак стояла на цыпочках. Видимо, ее ноги были не приспособлены, чтобы стоять на всей ступне. Они скорее походили на ноги фавна, а не человека.
   — Я часто мучила вас, людей, — сказала она. — Я была очарована вами. Я преследовала, приставала к вам — люди так привлекательны! Я хотела во что бы то ни стало познать человека, пусть даже это будет последним опытом моей жизни. Но я поняла свои ошибки и посвятила себя тому, чтобы помогать другим увидеть правду. — Она опять улыбнулась. — Правду, что мы все одинаковы и можем жить вместе в радости, если отдадим себя Вару!
   Хэн громко рассмеялся. Призрак отпрянул, сначала замер, затем весь как-то съежился.
   — Сэр! Разве я сказала что-нибудь смешное?
   — Нет, скорее неожиданное, — ответил Хэн. Он бросил нетерпеливый взгляд на таверны и прочие увеселительные заведения, где каждый мог бы найти путь к счастью, если у него водятся денежки. — Я никак не ожидал, что меня каждый встречный будет обращать в свою веру. Я сюда приехал совсем не для этого.
   Девушка-призрак опять улыбнулась и подошла ближе.
   — А вы знаете путь к счастью? — спросила она. — Пойдемте со мной, и я покажу вам. Мы одинаковы. Вару даст нам радость.
   — Нет, спасибо, как-нибудь в другой раз.
   — В другой раз… ну что ж. — Она повернулась и пошла на цыпочках прочь.
   Хэн усмехнулся и быстрым шагом направился в ближайшую таверну. По дороге он успел забыть о встрече с призраком, как и до этого забывал подобные встречи.
   В таверне было душно и темно; густой фимиам заполнял воздух и смешивался с терпким запахом вина. Хэн сел у стойки бара и расслабился, не спеша разглядывая посетителей. Он мог определить родные миры почти половины присутствующих, другая половина была ему не знакома.
   «Пограничная область», — подумал он.
   — Двухэлементный минимум.
   Хэн повернулся к бару, но там никого не было. Он посмотрел наверх, потом вниз — опять никого.
   Тонкое щупальце дернуло его за рукав.
   — Двухэлементный минимум.
   Протянувшись во всю длину бара, щупальце извивалось вокруг бутылок и стаканов. Хэн встал, чтобы заглянуть за стойку, но щупальце подпрыгнуло к его лицу, так что он отпрянул.
   — Если вы хотите выпить, то лучшего места не найдете. — В голосе скрежетало железо. — Но если вас интересует другое, я могу вам предложить посетить музей в соседнем куполе.
   — Нет уж, извините, — обиделся Хэн.
   — Не обижайтесь. Двухэлементный минимум. — Щупальце засуетилось, приготовившись обслужить его.
   Хэн опустился на табурет.
   — Ну что ж, давайте ваши два элемента, — сказал он. — Надеюсь, это не плюмбум с полонием?
   — Такого не держим.
   — Вот и отлично! Тогда две кружки пива.
   — Прекрасный выбор для достойной персоны. — Щупальце вновь засуетилось.
   Хэн оглядел таверну. Уютным семейным заведением ее назвать было нельзя. Группы людей, тесно прижавшись друг к другу плечами, сидели за громоздкими колченогими столами. Хэн слышал низкое гудение их голосов, но ни одного слова разобрать не мог.
   Две кружки пива с размаху брякнулись о стойку. Щупальце исчезло прежде, чем Хэн успел обернуться. Пена обильно выливалась из кружек, растекаясь по резному дереву стойки.
   Хэн осторожно сделал глоток, почти уверенный, что ему подсунули какое-нибудь разбавленное пойло или разъедающий горло растворитель, но крепкое бархатное пиво изумило его своим ароматом. Он осушил первую кружку и взялся за вторую, продолжая разглядывать посетителей.
   Какой-то хлюпающий стук заставил его обернуться к стойке.
   Щупальце похлопывало по ней, сначала мягко, потом более настойчиво. Время от времени один из присосков прилипал к стойке, и щупальце отрывало его с громким мокрым звуком.
   — Эй, поосторожней, приятель, так недолго и инвалидом остаться! — смеясь, сказал Хэн. Пиво согрело ему душу. Теперь он уже лучше слышал разговоры посетителей, почти разбирая слова. Он сделал еще хороший глоток.
   — Вы уже доказали свои лучшие качества, сэр, — заскрежетало щупальце. — Теперь вы хотите улучшить свое благосостояние за счет потери своих обязательств.
   — Моих… чего? — изумился Хэн.
   — Обязательств передо мною! Вы занимаете мою территорию, глотаете мои запасы продовольствия…
   — Это ведь не ваш родной язык? — усмехнувшись, спросил Хэн.
   — Конечно нет!
   — У вас получается лучше, когда вы говорите напрямую.
   — Платите!
   — Вот теперь совсем другое дело. Коротко и ясно. — Хэн вынул из кармана монету и швырнул ее на стойку.