– Сэр! Необходимо совершить прыжок вот в эту точку, – распорядился сержант, передавая командиру корабля одну из карточек.
   – Принято, – ответил офицер, немедленно отдавая приказ по команде.
   И будто крейсер закипел: его экипаж готовился к прыжку. Через семь минут огромный корабль канул в серебристом сиянии межпространственного тоннеля.
* * *
   – Я принес вам хорошие вести, господин генерал, – сказал после короткого приветствия полковник Грифит. Его распирало от самодовольства. Да, у него появились веские основания, чтобы с гордым видом входить в кабинет начальника СИБ.
   – Очень хорошо, – ответил дакхарр, прикрывая среднюю пару глаз. – У нас больше нет времени. Провинция Меото, можно честно сказать, полностью занята противником. Потери огромны. Третий Имперский флот, помимо того, что потерял флагман вместе с командующим, теперь и вовсе на грани полного уничтожения. Его нет смысла даже отводить. Сформировано большое соединение кораблей Первого Земного для перевода в Меото. Но гранисян там слишком много. Прежде чем вводить туда новые силы, нам необходимо провести акцию с вашими новыми разработками. Итак?
   – Мы подготовили семь полностью укомплектованных кораблей, созданных в рамках проекта «Посев». Их будет прикрывать группа кораблей новейших классов из состава Первого Земного флота. Также, для усиления и отвлечения внимания, сформирована группа из десяти мониторов. Совместно с аналитиками, по результатам дальнего наблюдения и разведывательных рейдов, мы создали карту предпочтительных точек нанесения ударов. Прошу.
   Полковник активировал интерактивный проектор, установленный на короткой треноге, и в центре кабинета замерцала голографическая карта пределов Граниса.
   – Мы предлагаем нанести удары по семи точкам, на семи разных планетах противника. – Грифит шевельнул пальцами, и семь целей на карте запульсировали пурпурным цветом.
   – Хорошо сказано: «удары по точкам», – улыбнулся генерал. – Мы сейчас подразумеваем одно и то же?.. Каждый ваш корабль накрывает территорию, равную по площади большому материку. И интенсивность такова, что жертвы будут исчисляться миллионами разумян. Полковник, я вижу, что вы подготовили полноценный ответный удар, который сразу не только восстановит баланс по жертвам, но уведет нас недосягаемо далеко в деле истребления агрессоров. Но будет ли такой удар адекватным ответом на боевые действия Граниса? Адекватность – это не только и не столько ответный удар с максимальной эффективностью. Мы полагаем, что являемся жертвой агрессии злобного противника. Мы убеждены, что истина и справедливость целиком на нашей стороне. Но это лишь заблуждение. Истин в споре двух сторон всегда как минимум две. Лишь общение, переговоры, диалоги могут быть условием конструктивного решения. Мы ведь не планируем полного уничтожения противника. Это было бы вторым вариантом решения кризиса. Поэтому нам нельзя поддаться эмоциям, таким сладким сейчас, когда появился серьезный аргумент в виде проекта «Посев». У нас нет иного пути для того, чтобы выжить, кроме как найти компромисс, ведущий к сотрудничеству, а позднее – чем черт не шутит – к полному слиянию во имя дальнейшего уже общего процветания и прогресса.
   – Это означает, что нам не нужно… – растерянно начал полковник.
   – Это означает, что нам нужно, – вновь улыбнулся глазами дакхарр. – Нам нужно нанести ответный удар. Удар, упреждающий, побуждающий мыслить. Удар, позволяющий сделать выбор и оставляющий возможность выбирать. Удар адекватный.
   – Простите, сэр, но я не очень хорошо теперь понимаю…
   – Ничего, полковник. Людям свойственно принимать за адекватность максимально результативный в мгновенном понимании ответ. Я предлагаю нанести удар по планете, на которой нет, почти нет или пренебрежительно мало разумян. Или хотя бы гражданского населения. Это покажет технические возможности нашего флота и позволит надеяться на начало диалога. Заметьте, мы с первого же контакта принялись молча истреблять друг друга.
   – Но адмирал Баук пытался предложить диалог…осторожно возразил Грифит.
   – Адмирал Баук не представлял, как они видят нас и всю эту проблему в целом. Но не будем сейчас спорить об этом. Вы можете сейчас высказать что-то дельное или вам необходимо время для нового анализа?
   – Возможно, понадобится дополнительное время. Но предложение тоже есть.
   Полковник вновь задвигал руками, и на голограмме осталась только одна пурпурная точка.
   – Это большая промышленная планета. Работающая почти целиком на ВПК Граниса. Живой силы критически мало. Здесь ничего не изобретают, а лишь обслуживают отлаженное производство. Как следствие, полностью автоматические линии. В механических цехах и на сборочных участках только роботы. Предполагается, что есть лишь отдельные группы тамошних разумян, осуществляющих общий контроль. Плюс несколько подразделений, выполняющих функции охраны. Мы планировали атаковать эту планету именно из-за ее высочайшего технического потенциала и значимости в экономике Граниса.
   – Отлично! – Генерал был доволен. – Это именно тот объект, который нам нужен. Но нельзя же оставить корабли без работы. И у меня возникла идея на этот счет. Сделаем следующее…
* * *
   Медик уже ничего не мог сделать для спасения сержанта мобильной пехоты Свободного Легиона Ро Луиша Фигу. Его бурная жизнь завершилась на забытом богом плато Глота – центральной планеты провинции Трион. И никому в целом мире не было никакого дела до этой гибели, как и до сотен других смертей. Лишь вспомнит, может быть, какая-нибудь бывшая подружка с давнишнем знакомом и подумает с мимолетной грустью: «Где-то сейчас тот веселый шебутной солдатик?»
   Медик сделал сержанту инъекцию мумификатора и отошел к другим раненым.
   – Теперь командовать будешь ты? – спросил Реззер у капрала-снайпера.
   – Я. Только на укрепление никого не поведу, – ответил тот, отворачиваясь. – Я не собираюсь тут геройствовать… Если поддержку дадут, тогда поглядим.
   – А если не дадут? – не унимался Реззер. – Если бросят тут?
   – Не бросят, – уверенно отмахнулся снайпер. – Хотя бы просто эвакуируют, но только не бросят.
   – Ну, тебе виднее, – согласился Реззер, отстав от капрала и поднимаясь на крышу.
   Снайперы неторопливо, прицельно отстреливали парящих в небе монстров. Многие чудовища поднялись довольно высоко, но это расстояние не было преградой ни для мощных электронных прицелов, ни для атомных снайперских тяжелых винтовок, стреляющих пулями из тяжелого титана в оболочке из «скользкой» керамики.
   Скорость полета пули была столь высока, что стрелок почти не замечал интервала между выстрелом и поражением цели. Радугдт дремал в «гамаке», который он соорудил себе в своей полусфере автоматической установки, – турель давно стала ему родным домом.
   – Эй, друг, ты спишь? – негромко спросил Дан, не желая будить канонира зря.
   – Нет, – ответил гурянин, приоткрыв один глаз. – Я просто думаю. И, поверь, лучше было бы, если б я сейчас храпел.
   – Ты знаешь, мне тоже что-то не по себе, – качнул головой Реззер. – Погано все складывается.
   – Да, друг, не слишком все хорошо, – согласился гурянин, потягиваясь. – Не так ты все себе представлял. Да?
   – Как думаешь, – Реззер примостился на основании турели, – что будут делать имперцы?.. Я не о наших, местных. Что будут делать те, которые наверху?
   – Я не знаю, друг, что именно будут делать те, что наверху. Но я абсолютно уверен в том, что на этот раз они не отступят. У них нет выбора. Либо они возьмут Глот и посадят в Глоидоре имперского наместника, либо окончательно потеряют Трион.
   – Хорошо, если так. А мы тут сколько протянем?
   – Долго, – уверенно ответил Радугдт. – Вряд ли нас будут всерьез прессовать. Скорее не дадут нам отсюда уйти, и мы все просто передохнем от голода и жажды… Харчей уже почти не осталось. Да и воду вот-вот всю вылакаем. Через несколько дней мы все это почувствуем.
   – Никогда бы не поверил, что мне судьбой уготовано воевать и сдохнуть где-то на краю мира, – невесело усмехнулся Реззер.
   – А умирать здесь никто не планирует, – отмахнулся гурянин, вылезая из турели и потягиваясь. – Пойдем-ка лучше перекусим чего-нибудь… Время ужинать.
* * *
   Девушка давным-давно скрылась из глаз и, возможно, уже добралась до своих, а Ленокс все стоял, уставившись в никуда. Его обуревали странные чувства и ощущение неправильности всего здесь происходящего. Словно дурной сон, от которого никак не удается избавиться. В просветах крон мелькнула огромная тень. С похожим на свист звуком штурмовик унесся прочь. И это движение тени и звука вернуло Пипа к действительности. Прислушавшись, пилот не услышал ничего подозрительного и осторожно двинулся по окраине леса в сторону моста. Через десять минут он был на месте. Лес обрывался, распоротый неширокой лентой дороги. С одной стороны дорога забиралась на прямой, как стрела, мост. С другой исчезала в бездне леса. Словно испуганный зверек, Ленокс вновь остановился, прислушиваясь и присматриваясь. Выдался яркий солнечный день, и все существо Пипа противилось тому, чтобы выходить сейчас на мост. Там уже некуда будет бежать, негде будет спрятаться. Но, с другой стороны, он так и не сумел раздобыть чего-нибудь съестного и вряд ли найдет провиант в лесу. Ягоды не в счет. И после этого дня он лишь станет еще чуть-чуть слабее. А вот что касается его заметности… Современному боевому летательному аппарату совершенно без разницы: темно вокруг или светло.
   Системы фильтров, ночного и биовидения, тепловые и многие другие датчики – все это делает цель одинаково хорошо видимой хоть днем, хоть ночью. И днем Леноксу передвигаться сподручнее. Да и противника можно увидеть заранее. Наконец Пип решился и уверенно шагнул на полотно дороги. Ленокс шел все быстрее и быстрее, наслаждаясь тем, что покрытие под ногами жесткое и ноги больше не проваливаются и не спотыкаются. Может быть, поэтому или от страха быть слишком рано обнаруженным он, едва над его головой сомкнулись арки моста, побежал. Ленокс бежал легко, не торопясь: он надеялся, что ему хватит физических сил добежать так до противоположного берега. По ходу этого бега Пип выбрасывал все, что до сих пор тащил с собой. Вскоре у него остались только гранисянские пистолеты, которые он крепко сжимал в руках.
   Монотонные действия притупили реакцию организма. Силы иссякали – им повелевал монотонный, бездумный бег… Когда Пип завидел вдалеке громоздящиеся строения базы противовоздушной обороны и чуть-чуть приободрился, до его сознания долетел посторонний звук. Тонкий свист. Словно затравленный заяц, Ленокс начал испуганно озираться по сторонам, стараясь обнаружить источник звука. Его уже давно заметили, поэтому теперь совсем не торопились. Два гранисянских штурмовика не спеша приближались с обеих сторон. Пип что было сил вновь помчался по мосту, понимая, что у него нет ни малейших шансов уйти от летящих машин. Но не останавливаться же ему, сдаваясь на милость врага. Ни один из штурмовиков пока еще не активировал боевые сонары.
   Они начали стрелять из лазерных пушек малого калибра. Короткими очередями, по два-три импульса, словно играя в кошки-мышки. Не задевая беглеца, импульсы плавили покрытие дороги вокруг его ног. Ленокс теперь петлял, стараясь не попасть под выстрел, а гранисяне глумились, укладывая выстрелы все ближе и ближе к цели. Сообразив, что еще несколько секунд – и его зажарят прямо на мосту, Пип изменил поведение. Вернее, отчаявшийся и загнанный в угол, он перестал осознавать и думать трезво. Он действовал теперь как зверь, как заяц, загнанный лисой, который падает на спину и хлещет подскочившего хищника задними лапами. Пробежав под очередной широкой аркой моста, Пип резко метнулся к боковой опоре и замер, вытянув руки с пистолетами перед собой. Штурмовик, летящий с этой стороны, выплыл из-за стойки. Его отделяли от притаившегося человека всего два-три метра. Ленокс даже разглядел лицо похожего на ящерицу пилота, который высматривал исчезнувшего вдруг из прямой видимости чужака… Внезапно их взгляды скрестились. Пип вдавил курки. Треск разрядов заглушил все остальные звуки. Дуги молний заплясали между человеком и колпаком кабины штурмовика, едва не сбросив стреляющего с моста. И бронестекло, не такое прочное на боковой плоскости колпака, наконец не выдержало, рассыпалось мелкими искрами осколков. Машина клюнула носом, ускоряясь навстречу темной водной глади. Пип даже не провожал ее взглядом. Он отлично помнил о втором хищнике. Ленокс метнулся на другую сторону моста. Но гранисянин среагировал быстрее. Угловатый силуэт, совершив пируэт в воздухе, мелькнул совсем рядом. Штурмовик отлетел от арки и, сделав пологий разворот, вновь ринулся в атаку. На его носу раскрылись раструбы боевого сонара.
* * *
   Тяжелый крейсер класса «Мгла» вынырнул далеко в Неосвоенном.
   – Это координаты конечной точки второго прыжка, – сказал Челтон, передавая командиру крейсера еще одну карточку. – Но, прежде чем мы прыгнем, вы должны перевести корабль в режим невидимости.
   – Понятно, – кивнул офицер, и, поглядев на карточку, протянул ее главному штурману. – Батареи перед прыжком также активируем?
   – Думаю, это не повредит, – кивнул сержант. – Хотя лучше не будем. Нам ни при каких обстоятельствах нельзя себя обнаружить. Поэтому в оружии крейсера сейчас нет никакой необходимости.
   – Принято, – вновь кивнул командир.
   – Я пойду готовиться. Вам необходимо выдвинуться к планете, находящейся в непосредственной близости от точки выхода из тоннеля. А там посмотрим. Скорее всего, мы будем на нее высаживаться.
   Командир крейсера не ответил, занимаясь подготовкой к прыжку, и Челтон задумался о полученном только что задании. В вводной были даны координаты и краткое описание планеты. Там же было написано, что цель находится на охраняемой базе где-то в недрах планеты или на ее поверхности. Были приложены частичные схемы коммуникаций, которыми планета была прямо-таки испещрена. Она напоминала трухлявое дерево, оккупированное колониями термитов. Был даже очерчен вероятный район нахождения цели в переплетении этих коммуникаций. А сержанту надлежало «всего лишь» спуститься на планету, по возможности скрытно, проскользнуть незамеченным сквозь охрану и системы обнаружения и захватить или уничтожить цель. Вполне нормальное задание для группы армейского спецназа. Численность группы, экипировка и вооружение, прикрытие и все прочие детали предстоящей миссии были отданы целиком на усмотрение сержанта. Не нравилось ему только одно – в задании, хоть и в смягченной форме, было ясно сказано, что можно израсходовать любое количество единиц живой силы. Одним словом, для захвата цели можно было оставить внизу всех своих бойцов, да и самому не вернуться. Конечно, каждый солдат должен отдавать себе отчет в том, что он в любой момент может умереть, и обязан готовить себя к этому. Но одно дело – знать это для себя, и совсем другое дело, когда это цинично прописывается в задании.
   Корабль обрушился в бездну межпространственного прыжка. Замерев на мгновение в верхней точке, все внутренности упали вниз, вызывая легкий приступ тошноты. Челтон сглотнул слюну и начал массировать через закрытые веки глаза. Зрение быстро восстанавливалось, успокаивая калейдоскоп цветных точек. Планета в действительности оказалась очень далеко от места выхода из прыжка.
   – Не удивительно, – точно прочитав его мысли, пояснил командир крейсера. – Если бы мы вышли в непосредственной близости, то была бы велика вероятность, что нас засекли бы по возмущениям от открывшегося тоннеля. Пусть они нас и не увидели бы, но предположить и насторожиться вполне могли.
   – Сколько нам идти до цели? – поинтересовался сержант.
   – Точное время будет известно чуть позже, но уже сейчас можно с уверенностью сказать, что не менее суток.
   – Ну что ж, мы позволим себе немного отдохнуть и настроиться, – улыбнулся Челтон, будто ему и его бойцам действительно требовалось время, чтобы разгрузиться и привести себя в порядок. – Я пойду к своим, а вы озадачьте свои службы. Пусть прямо сейчас начнут собирать всю доступную информацию.
   – Принято, – вновь кивнул офицер, и Челтон покинул рулевую рубку.
   Он брел к своим по узеньким коридорам звездолета и размышлял над тем, сколько в действительности бойцов отнимет у него судьба. Но даже если она уготовила ему теперь только беды, все равно он был настроен бороться за каждого из солдат.
* * *
   1-й Земной флот, в отличие от других войсковых соединений Империи, всегда вовремя получал и пополнение живой силы, и новую технику, и сверхсовременные технологии. Так было всегда. Так было и на этот раз. 1-й Земной первым получил новые корабли, собранные на основе новых технологий. Тяжелые крейсеры класса «Мгла», линкоры класса «Плеть», десантные суда класса «Гнев» и корабли-матки– класса «Гнездо». Это был основной костяк обновленного флота – звездолеты, умеющие прыгать в межпространстве, летать не хуже гранисянских и быть невидимыми, притом даже для тех, чьи технологии для этого технического прорыва были использованы. Чуть в стороне от основного ядра флота шли под прикрытием кораблей старых классов транспорты с боеприпасами и большая группа мониторов. Армада ворвалась в пределы захваченной гранисянами провинции Меото, словно тайфун. Но теперь все аргументы были в пользу Имперского Флота. В который уж раз судьба смилостивилась и вновь повернулась лицом к землянам и их союзникам. Но никто не рискнул бы сейчас предположить, – надолго ли.
* * *
   Ленокс вдруг как-то отстраненно подумал, что больше нет никакого смысла укрываться. Гранисянский штурмовик замедлил свой полет, заняв позицию для выстрела прямой наводкой. Человек просто не мог сейчас никуда спрятаться. Во-первых, с такого расстояния мертвых зон на мосту не оставалось вовсе, а во-вторых, залезать за опоры арки было совершенно бесполезно. Выстрел из боевого сонара окажется для него гибельным и за металлической колонной и под водой. Пистолеты тоже вряд ли бы достали до врага, не желающего больше приближаться. Пипу показалось, что он рассмотрел ухмыляющуюся морду гранисянина, похожего на оскалившуюся жабу, противник таращился на него – неподвижную беспомощную цель. Ленокс просто зажмурил глаза. А в следующий миг, вместо выстрела из сонара, запела установка, бьющая энергетическими импульсами. Ленокс открыл глаза и успел заметить падающий, вихляющий в воздухе штурмовик. Угловатый корпус вражеского аппарата мелькнул, развернулся над самой водой и взвился ввысь. А за ним, словно спущенные за дичью охотничьи псы, с низким свистом устремились два имперских штурмовика. Охотнику не дали далеко уйти. Оба имперских пилота ударили одновременно. В небе, в том месте, где только что находился вражеский штурмовик, вспух, клубясь, будто облако дыма, яркий огненный пузырь. А через миг Леноксу опять пришлось броситься к опоре, закрывая голову руками от посыпавшихся на мост обломков. То, что Пип увидел, когда высунулся через пару секунд из-за опоры, наполнило его грудь победным криком.
   Некоторые обломки еще летели в воду или на мост. Имперские штурмовики красиво поднимались вверх, начиная постепенно «отваливаться» друг от друга. Это могло означать только одно: база жива. Жива и заметила человека в форме мобильной пехоты, бегущего по мосту. А заметив, там не стали пассивно взирать на гибнущего сослуживца, ставя на него в тотализаторе, как на «новенького». База направила ему на выручку пару боевых машин.
   Забыв об усталости и боли, Пип завопил во всю мощь своих легких, выплескивая в этом почти животном крике все накопившееся напряжение. Не дожидаясь каких-либо знаков от имперских штурмовиков, Ленокс поплелся к маячившей невдалеке базе. С криком последние чувства покинули его, и теперь он двигался как бездумный и бездушный автомат. Никаких эмоций и желаний, только тупая направленность на цель.
* * *
   – Главное, чтобы вы сумели в режиме невидимости пройти в верхних слоях атмосферы, – пояснил Челтон командиру крейсера. – И даже в этом случае нас могут засечь. Но если мы будем спускаться прямо с высоты орбиты, то станем дичью и нас быстро поджарят на вертеле.
   – Я понимаю, – согласился офицер. – Конечно, крейсер не атмосферный лайнер, но технически у нас есть такая возможность пройти по касательной, нырнув довольно глубоко в атмосферу. Другое дело, что вам придется высаживаться в экстремальных условиях. Предельные скорости, необходимость большого обратного ускорения при торможении перед посадкой.
   – Ничего. Вы только сбросьте десант пониже. Главное для нас – как можно дольше не попадаться им на глаза, – отозвался сержант, переживая только за то, что их или собьют, обнаружив при посадке, или выставят заслоны и вышлют группу захвата.
   Самой группы захвата им вряд ли стоило бояться. Но вот многочисленные заслоны могли серьезно осложнить или даже сделать невыполнимой их миссию. Сержанта волновало еще и то, что в случае тревоги могли серьезно усилить охрану всего объекта, а то и экстренно перевезти цель в другое место.
   – Отлично, – кивнул командир крейсера подошедшему офицеру-расчетчику из группы штурманов. – Ну вот, расчеты готовы. Можно начинать. Мы сбросим вас даже еще ниже, чем я предполагал.
   Корабли такого класса не могли совершать посадок на поверхности планет. Да и при попадании в атмосферу масса гигантского судна был слишком велика, чтобы удержать его от падения на планету. Но все были готовы рисковать, просчитав скорость и траекторию маневра, при которой корабль, летя по касательной, сумеет вырваться из цепких объятий гравитации и атмосферы.
   – Ну что же, начнем, – кивнул Челтон, устремляясь к выходу.
   – Ни пуха ни пера, – крикнул ему вслед офицер.
   – К черту, – буркнул сержант едва слышно.
   Он быстро прошел в нижнюю техническую зону крейсера, прыгая с дорожки на дорожку, несясь в скоростных лифтах, двигаясь почти бегом там, где техника не могла его нести. Его диверсионная группа уже расселась по местам: его лучшие солдаты заняли похожие на тесные саркофаги ячейки в десятиместной десантной капсуле одноразового применения. Их тела сейчас со всех сторон были плотно прижаты к внутренней обшивке ячеек, сделанных в соответствии с физиологическими особенностями организма каждого из участников предстоящего десанта. Внешне капсула больше походила на обоюдоострый клинок без рукояти, покрытый графитно-черным матовым покрытием. Такие капсулы, построенные на основе технологий «стэлс» десятого поколения, использовались для высадки разведывательных или диверсионных групп. Конечно, никакие технологии «стэлс» не могли гарантировать действительной невидимости капсул для средств обнаружения противника. Но тем не менее часто это срабатывало. Возле капсулы стоял только один разумянин – капрал Гоблин.
   – Сэр! Группа к высадке готова! – бодро отрапортовал он.
   – Поехали! – кивнул в ответ Челтон. – Время разбрасывать камни, время собирать пришибленных.
   Оба забрались под распахнутые люки двух свободных ячеек. Автоматика, получив команду, закупорила створки, герметизируя ячейки и плотно «обнимая» новых пассажиров. С этой секунды от пехотинцев больше ничего не зависело, вплоть до того момента, как капсула отпустит их, совершив посадку на поверхности планеты. Лапа транспортера подала капсулу в стартовый тоннель, словно торпеду в торпедный аппарат. За ней задвинулась бронированная заслонка. Членам диверсионной группы оставалось теперь только молиться Богу и уповать на мастерство команды крейсера.
* * *
   Мердок был практически счастлив. Давно у него уже не было так много интересной работы. Порой он ловил себя на мысли, что не совсем этично получать такое удовольствие от подготовки к пиратскому рейду. Но помимо этих фантомных мыслей теперь ничто не мучило его совесть и не шло вразрез с его принципами. Сегодня он сам себе объявил выходной вечер. Он намеревался пойти в уютное местечко и немного оттянуться. Словно ожидая этого, Фил напросился к нему в компаньоны. И уж совсем неожиданным было для Амоса внезапное появление Хайеса, который тоже воспылал желанием составить им обоим компанию. Тогда они пригласили с собой и командира, благо он не гнушался посещать увеселительные заведения на этой большой базе Свободных. Набор команд для новой эскадры командора был завершен, и грех было не отметить это событие рюмкой-другой чего-нибудь крепкого. Однако Дик лишь улыбнулся в ответ, пожелав им хорошего вечера и туманно пообещав присоединиться к ним попозже, если позволят обстоятельства. Троица избрала для своей вечеринки довольно уютный, хотя, на взгляд Мердока, и шумноватый бар «Веселая вдова». Тут можно было неплохо подкрепиться, наесться до отвала блюд самых разнообразных кухонь Империи, приготовленных с душой. Здесь можно было вволю попить настоящего, непаленого пойла. Здесь можно было обсудить деловой вопрос, не опасаясь посторонних глаз, или оттянуться с молодыми путанами, ежели такое желание возникало.
   – Командор, похоже, готовится к большой войне, – предположил Фил, вгрызаясь в огромный кусок жареного мяса, истекающего соком и запеченного с острыми специями и ароматной травой. – Я не припомню, чтобы у кого-то из командоров Вольного Мира собирался такой флот.