– Боже мой, вот что значит наркотическое искушение! – вновь прошептала она.
   ...Пик страсти миновал. Голова Ли утонула в подушках. Дыхание стало ровным. Морган лежал рядом и любовался ее совершенным профилем.
   – Да, это было наркотическое искушение, моя Злючка! – прошептал он.

Глава 11

   Ли открыла глаза и потянулась. Итак, она испытала наркотическое искушение, о котором знала только по рассказам и романам Дафны. Ли не ожидала подобного наслаждения, полного страстного трепета, сознания совершенного грехопадения, безумия. Морган представлялся ей невероятно сильным и в то же время исполненным нежности, которая вознесла ее на вершину блаженства.
   – Я чувствую себя грешницей! – промолвила Ли.
   – А что тогда говорить обо мне, которого все называют графом-дьяволом.
   Ли повернулась на бок и игриво пощекотала ладонь Моргана:
   – Мы ведь не кончили, не правда ли?
   – Возможно. Если хочешь повторения, я не возражаю.
   – Очень хочу, Морган! Поцелуй же меня! Морган охотно выполнил ее просьбу.
   – Черт побери, до чего же ты красива! – пробормотал он, слегка отстранившись.
   Морган снова покрыл поцелуями лицо, шею, волосы Ли. Затем сбросил на пол одеяло. Ли закрыла глаза, дрожа от страсти, выгнулась всем телом ему навстречу и почувствовала, как разгоряченная желанием мужская плоть проникла в нее.
   Это было удивительное ощущение. Ли застонала и обвила ногами талию Моргана.
   – Какая ты сильная! – прошептал Морган.
   Итак, этот человек до конца принадлежал Ли. Она чувствовала его в своем теле. Женщина и мужчина слились в единое целое. Морган подложил ладони под ее ягодицы и еще сильнее прижался к ней.
   Ли едва слышно застонала и некоторое время смотрела Моргану в лицо. Его выражение показалось ей необычайно серьезным, даже угрюмым.
   – Ты уверена в себе? – спросил Морган.
   – Уверена!
   Морган прильнул к ее губам. Затем осторожно проник в ее плоть и замер. Несколько мгновений он лежал неподвижно, затем что-то пробормотал.
   Ли не хотела, чтобы Морган чувствовал себя виноватым. Свою девственность она подарила ему по доброй воле!
   – Я люблю тебя, Морган!
   Ли не произнесла этих слов. Но эта мысль полностью завладела ее сознанием, когда Морган в последний раз проник в ее плоть...
   Они лежали усталые и счастливые. Их сердца бились в унисон.
   Сквозь дрему Ли слышала, как Морган поднялся и стал одеваться.
   – Уже почти рассвело, – прошептал он, заметив, что она приоткрыла глаза. – Но ты еще немного поспи.
   – Я совсем не устала! – ответила Ли, потягиваясь. Морган наклонился над ней и, засмеявшись, нежно поцеловал сначала один полуоткрытый глаз Ли, потом – другой. Она приподнялась и прильнула к его губам.
   – Боже, да ты, оказывается, ненасытная! – пробормотал Морган. – Мы имеем возможность насытиться до конца!
   – И безумно желаем этого! – добавила Ли. – Но сейчас извольте уйти. Ибо вот-вот появится Дебра и поднимет шум на весь дом, обнаружив тебя в моей постели.
   – Тогда – спокойной ночи!
   Вернувшись к себе, Морган взял колокольчик и позвонил. В следующую минуту раздался стук в дверь и на пороге появился Эндрю.
   – Эндрю, – сказал ему Морган, – как только появятся Спенсер и Халлоран, дай мне знать. Я должен с ними поговорить.
   Эндрю удивленно посмотрел на хозяина, вдруг пожелавшего в такую рань говорить со своими конюхами.
   – Разве мы уезжаем, милорд? – спросил он. – Тогда прикажите им упаковать ваши веши.
   – Нет, Эндрю. Просто попроси обоих подождать меня перед завтраком в коридоре у гостиной.
   – Будет сделано, милорд! Это все?
   – Нет. Как только появятся слуги на кухне, принеси мне что-нибудь поесть. Я чертовски голоден!
   – Непременно, милорд.
   Эндрю исчез. Морган был недоволен собой. Ибо не устоял перед искушением и переспал с Ли. Но какой мужчина устоит перед такой обворожительной женщиной?! И все же он не должен был лишать ее невинности. Но поскольку это произошло, его долг жениться на ней. Ли его любит. Она чертовски красива. И никогда не наскучит ему. И, если уж быть до конца откровенным, лучшей жены не найти! Кроме того, Морган уже привык заботиться о Ли. Помимо плотского желания, в нем появилась нежность к ней, которую он не испытывал еще ни к одной женщине.
   Но их брак невозможен. Ведь только недавно его стали принимать в свете. А впереди дуэль с Сандерсоном. Морган твердо решил всадить ему пулю в сердце, если даже этому придется посвятить всю жизнь. А эта дуэль вызовет грандиозный скандал.
   Кроме того, Морган не мог представить себя в роли мужа, ревниво следящего за красавицей женой, или отца с плачущими младенцами на коленях. Он даже думать об этом не хотел.
   Не так-то легко избавиться от подобных мыслей. Воображение рисовало ему картины тихого семейного счастья. Особенно после проведенной с Ли ночи.
   В то утро происходило нечто странное.
   Вся семья Ли была не в духе. Мэри, Хоуп и Ли собрались позавтракать в спальне матери. Об этом позаботилась сама Дездемона, желая продемонстрировать во время сезона сплоченность своей семьи.
   – Как жаль, что с нами нет вашего отца! – вздохнула Дездемона.
   – Мне его тоже очень не хватает! – поддакнула Ли.
   – И мне! – топнула ногой Мэри. – Ну почему отец так много работает? Ведь мы почти никогда его не видим.
   Ли незаметно толкнула сестру, опасаясь, как бы Дездемона не наказала Мэри.
   – Да, – с тоской в голосе произнесла Дездемона. – Отец очень редко бывает дома.
   Ли впервые заметила синяки у матери под глазами и множество новых морщин.
   – Я бы хотела, чтобы отец всегда был рядом, – продолжала Мэри.
   – Хватит ныть, – зашипела на нее Хоуп. – Мама и так расстроена!
   Дездемона промолчала, сделав вид, что не слышит. Это еще больше встревожило Ли.
   – Мама, вам нездоровится?
   – Нет. Устала немного. У Мэри задрожала губа.
   – Где мой папа? Почему его нет с нами? – не унималась она. – Раньше он по вечерам читал мне, учил играть в карты.
   – Хочешь знать, где он? – перебила ее Ли так резко, что у Мэри округлились глаза. – Твой папа зарабатывает деньги, чтобы ты могла носить красивую одежду, развлекаться. Чтобы у тебя была вкусная еда. А ты ни разу не поблагодарила его за это. Ты говоришь, что скучаешь без него. А представь, как трудно ему быть постоянно вдали от семьи. Нам всем хочется, чтобы папа был рядом. А больше всех переживает эту разлуку мама. Ты об этом подумала?
   Воцарилось молчание. Младшие сестры уставились на Ли.
   Первой очнулась Хоуп. Она коснулась руки Мэри и шепнула:
   – Хватит ныть. Пойдем лучше. Мэри кивнула.
   Девочки взяли кукол и проскользнули в соседнюю комнату.
   Ли осталась наедине с Дездемоной. Она заметила, что настроение у матери не улучшилось. Может быть, ей не понравилось, что Ли отчитала младшую сестру?
   – Не сердись, мама! – сказала она, обняв Дездемону за плечи. – Мэри это заслужила...
   Но тут же поняла, что дело совсем в другом.
   – Мама, что с тобой? – с беспокойством спросила Ли. – Я никогда не видела тебя такой унылой!
   – У меня теперь всегда такое настроение. И мне жаль, что я не могу скрыть это от детей. Меня стали раздражать чуть ли не все окружающие. Вообще-то я ничего не имею против кого бы то ни было. Но устаю от того, что постоянно должна быть учтивой, всегда улыбаться. И нет этому ни конца, ни края. Ведь в душе я так и осталась простой сельской девушкой. Вместе с тем я говорю себе, что ради дочерей должна все это терпеть и не жаловаться на жизнь.
   – Нет, – отрицательно покачала головой Ли.
   Она была удивлена. Дездемона всегда казалась ей идеалом, она выделялась на фоне остальных женщин, самых утонченных и аристократичных. Она родилась в простой провинциальной семье, но сумела подняться по социальной лестнице на самую вершину светской элиты. Поэтому жалобы матери показались Ли странными.
   – Вовсе нет, мама! – повторила она. – Я часто чувствую примерно то же самое. Временами вообще испытываю ненависть ко всем. Меня угнетают светские приличия. И тогда я стараюсь уехать куда-нибудь подальше от людей. Чаще всего – в охотничьи угодья, где я не вижу никого, кроме столь дорогой и милой мне Дафны.
   – Я это знаю, дочка, – вздохнула Дездемона. – У тебя очень независимый, сильный характер. Наверное, это хорошо. Но в то же время ты внушаешь мне сильное беспокойство. Порой я просто боюсь за тебя. Мне не нравится твоя склонность к одиночеству. Тебе будет трудно в семейной жизни. Хороший муж должен быть идеальным партнером для жены. Должен чувствовать, когда она удовлетворена всем или, наоборот, расстроена. Твой отец в таких случаях говорил мне: «Дездемона, мы должны сегодняшний день провести вместе!»
   – И вы устраивали пикник где-нибудь на природе. – Ли улыбнулась.
   – Уверена, что так произойдет и сегодня, – с улыбкой произнесла Дездемона.
   – А мне казалось, что инициатором всегда была ты, мама! Я понимала, что все финансовые вопросы решает отец. Но организацией домашнего быта и поддержанием добрых отношений в семье была ты.
   – Возможно, так казалось со стороны. Но для настоящего согласия необходимо заботиться друг о друге. Я всегда старалась приготовить любимые блюда отца. Следила, чтобы по утрам у него на столе лежали свежие газеты. Все эти мелочи делают жизнь отца более комфортной и поднимают ему настроение на весь день. Точно так же отец заботится обо мне!
   – Я рада это слышать, мама. Ведь я больше не буду тебя бояться.
   – Бояться? Боже, это ужасно! Я сделаю все, чтобы этого не было. Дочь не должна бояться матери.
   – Да. Тем более что я – упряма и неисправима. И со временем мне было бы трудно изменить о тебе мнение.
   – Пожалуй, ты права. Помню, стоило большого труда делать строгое лицо, отчитывая тебя за какой-то проступок. Вообще-то ты была чертенком, но очень милым! Но теперь ты – взрослая женщина. Скоро выйдешь замуж.
   Ли опустила глаза, подумав о Моргане и вспомнив проведенную с ним ночь.
   – А что у вас с графом? Он намерен на тебе жениться? Ли ждала этого вопроса. Выдержала короткую паузу и неуверенно ответила:
   – Мы с ним об этом пока не говорили.
   Дверь скрипнула, и Ли с облегчением увидела на пороге Мэри, из-за ее плеча выглядывала Хоуп.
   – Прости, мама, – виновато проговорила Мэри. – Я была не права!
   Лицо Дездемоны приняло строгое выражение.
   – Я прощаю тебя, Мэри. Иди в гостиную и доешь свою утреннюю кашу. Затем отправляйся вместе с Хоуп в детскую, и можете поиграть.
   – А можно нам потом погулять? Вместе с вами!
   – Мама очень устала, – вмешалась в разговор Ли. – Если хотите, с вами погуляю я. Только прошу вас доесть утреннюю кашу и не доставлять больше маме никаких неприятностей.
   Девочки закивали в знак согласия погулять со старшей сестрой. Ли обернулась к матери и увидела, что та внимательно на нее смотрит.
   – Что, мама? – спросила она.
   – Ты сегодня какая-то другая. Не похожая на себя.
   – Тебе просто кажется. День не такой, как всегда. Всем нам почему-то не по себе.
   – Ладно, хватит об этом! Я и в самом деле устала! Идите гуляйте, а я тем временем отдохну.
   Все утро Ли провела с сестренками. На этот раз мысли ее были заняты не Морганом, а Рэндаллом. И она никак не могла их прогнать.
   Она явно приглянулась этому негодяю и не могла оставаться спокойной.
   Похотливая улыбка Рэндалла, когда он смотрел на нее, не предвещала ничего хорошего. Героини романов Дафны прятали под одеждой оружие, чтобы выхватить его в нужный момент. Но у Ли оружия не было.
   Почти машинально девушка взяла лежавший на маленьком столике нож для разрезания книжных страниц, попробовала лезвие тупее, чем у столового ножа. Но ранить им можно, а если нанести точный удар, то и убить.
   Не долго думая, Ли приподняла полу юбки и спрятала ножик в подвязку. Однако это не принесло ей ни облегчения, ни уверенности. Единственная надежда, что Рэндалл не попытается взять ее силой – он слишком труслив. Кроме того, Морган не даст ее в обиду. Ли верила ему всей душой, хотя многое в его жизни оставалось для нее тайной.
   У Ли разболелась голова. Лучше не думать о том, что Сандерсон станет домогаться ее. Мысли ее снова вернулись к Моргану. Она отдала ему свою невинность, но нисколько не жалела об этом. По крайней мере приобрела опыт, став настоящей женщиной. До конца своих дней она не забудет той ночи.
   Но одного опыта мало. Ли хотелось чего-то большего.
   Продолжая размышлять, девушка вошла в комнату, служившую в этот вечер буфетной, и присоединилась к группе друзей. Среди них была и Далия. Она критически осмотрела длинное платье подруги и с холодной улыбкой сказала:
   – Боже мой, Ли! Как твой отец может позволить себе подобные траты?! Ведь на твое платье затрачено едва ли не вдвое больше материи, чем нужно. Зачем такое длинное? Кажется, будто оно со шлейфом. Стоит ли удивляться, что несчастный родитель просто не вылезает из банка, а его счет тает, как снежный ком под лучами весеннего солнца!
   Напоминание о том, что ее отец, увы, не принадлежит к богатой элите обитателей британской столицы, заставило Ли сокрушенно вздохнуть. Ее наряды давно вышли из моды. На Далии ь Филлиде были платья, которым могла бы позавидовать любая лондонская щеголиха.
   Софи переглянулась с Филлидой и не без иронии заметила:
   – А по-моему, Ли выглядит очень даже элегантной. Уверена, графу Уорингу она нравится именно в таком наряде!
   Ли вспыхнула, но промолчала. Самодовольные улыбки исчезли с лиц Далии и Филлиды, а Софи взяла Ли за руку и сказала:
   – Пойдем посидим у камина! Здесь прохладно, как бы не простудиться.
   Ли повернулась к Далии и Филлиде, чтобы предложить им составить компанию ей и Софи, и неожиданно увидела Глорианну...
   Ли обвела взглядом зал в поисках места, где можно было бы спастись от неизбежного разговора с ней. Она испытывала страх перед этой женщиной, несомненно, имевшей власть над Морганом. И хотя Морган утверждал, будто между ним и Глорианной никогда не было романтических отношений, Ли почти не сомневалась, что именно эта женщина владеет сейчас его мыслями и чувствами.
   Глорианна тем временем с улыбкой подошла к ней.
   – Знаю, что не очень удобно обращаться к вам напрямую, – сказала Глорианна. – Но если бы я стала искать кого-нибудь, кто мог бы меня представить, упустила бы возможность поговорить с вами. Я уже второй день ищу вас, – сконфуженно призналась она. – Вы не возражаете, если мы побеседуем? Согласитесь, представления нам не требуются. Ибо мы хорошо знаем человека, стоящего между нами. Не так ли?
   – Да, это так. Правда, я не совсем понимаю, о чем вы хотите со мной говорить?
   – Сейчас все объясню.
   Улыбка Глорианны была обворожительной.
   – Только давайте уйдем отсюда. Та маленькая терраса выходит в сад, где можно сесть на скамейку и потолковать по душам.
   Женщины спустились в сад и расположились на мраморной скамейке под большим дубом. Ли с наслаждением вытянула ноги и расслабилась. Но, взглянув на Глорианну, тут же подобрала их и выпрямилась.
   Глорианна заметила это и рассмеялась:
   – Ради Бога, не церемоньтесь. Надеюсь, мы станем друзьями!
   – Очень мило с вашей стороны, графиня, – холодно проговорила Ли.
   – Пожалуйста, зовите меня просто Глорианной. В свое время по мужу я была графиней, но вы более высокого происхождения, чем я.
   – Если желаете, буду называть вас Глорианной.
   – Извините, Ли, я так взволнована, что даже не знаю, с чего начать разговор. У меня к вам тысяча вопросов, но я не стану вам их задавать. Для начала просто скажу, что была рада узнать о вашем союзе с Морганом.
   – О, никакого союза у нас с ним нет! – покачала головой Ли. – Во всяком случае, в том смысле, который вы имеете в виду.
   Ли замолчала, не зная, как объяснить Глорианне то, чего она сама еще толком не понимала.
   – Не скромничайте, Ли! Ведь совершенно очевидно, что встреча с вами стала причиной его возвращения в высший свет. За последние годы он устал от жизни. И я счастлива, что теперь наконец он обретет счастье.
   Ли с облегчением вздохнула. Она готова была поверить, что эта женщина действительно хочет стать ее другом. Кроме того, это давало Ли возможность заглянуть в мир Моргана, пока остававшийся для нее недоступным.
   – Вы с Морганом были очень близки? – спросила Ли.
   – Очень! Когда я вышла замуж за его отца, мы с Морганом подружились и тяжело переживали утрату Эвана. Втроем мы были по-настоящему счастливы. А когда его не стало... – Глорианна умолкла.
   – Я сочувствую вам, – мягко сказала Ли, положив ладонь на ее руку. Глорианна с благодарностью на нее посмотрела и спросила:
   – Морган рассказывал вам обо мне? И об отце?
   В глазах Глорианны была обезоруживающая мольба. И Ли не могла не ответить:
   – Он говорил об отце почти с благоговением, оплакивая не только его, но и всю прожитую рядом с ним жизнь. Говорил о вас. Он очень хотел, чтобы вы были вместе. И давно ищет случая с вами поговорить.
   Глаза Глорианны затуманились.
   – Вряд ли он думает обо мне! Морган увлечен вами. Все только об этом и говорят.
   – Напрасно вы думаете, что у нас роман, – возразила Ли. – Морган по-прежнему предан вам!
   – Вы недооцениваете своей привлекательности, Ли. Морган – человек сложный, роль страстного поклонника не для него. Не понимаю, зачем он скрывает свои чувства. Морган с самого детства отличался пылкостью, несдержанностью, желанием получить как можно больше от жизни. При этом с гордостью твердил, что этому учил его отец. Быть может, тюрьма его сломала? Он вышел на свободу совершенно другим человеком.
   – А почему вы отказывались его принимать? – запальчиво спросила Ли.
   – Я? О Боже! Я ничего так не хочу, как встретиться с ним. Но мне запретили даже писать ему. Для меня это было настоящим ударом. Мой муж очень оберегает меня. Он видел, как я страдала, потеряв Эвана, и очень боялся, что проблемы Моргана заставят меня еще больше страдать!
   – Напрасно вы беспокоитесь. Никаких проблем у Моргана нет!
   Глаза Глорианны вновь наполнились слезами.
   – Дорогая моя, Морган тяжело пережил смерть отца. Обвинял себя в том, что их ссора явилась тому причиной. Рэндалл сказал, что Морган тронулся умом от горя, обвиняя в смерти отца не только себя, но всех подряд. Даже меня...
   Глаза Ли сузились. Этот Сандерсон не только мерзавец, но и хитрец.
   – Уверяю вас, миссис Сандерсон, – запротестовала Ли, – Морган абсолютно нормален! Он не питает ни к кому ненависти и не собирается кому бы то ни было мстить.
   – Я так рада это слышать, Ли! Ибо была в отчаянии от невозможности говорить с ним и рассказать ему все, что наболело в душе. Можете себе представить мою радость, когда я узнала, что Морган здесь, в этом доме! Но Сандерсон настоял на том, чтобы мы не встречались, пока он не убедится в нормальности Моргана и в том, что у него в голове не осталось прошлых ужасных заблуждений.
   – Морган не менее нормален, чем любой другой мужчина. И вам совершенно незачем его избегать! – решительно подтвердила Ли.
   – Слава тебе Господи! – радостно воскликнула Глорианна. – Надеюсь, что могу вам доверять, Ли! Наверное, мне не следует жаловаться на то, что Морган заботится только о моем материальном благополучии. Но этот строжайший контроль становится невыносимым. Не говоря уже о том, что вызывает ревность Рэндалла, которого не на шутку раздражает подобная забота другого мужчины о его жене. Попытки объяснить внимание Моргана всего лишь дружеским участием ни к чему не привели.
   – Мужчины подчас не желают нас слушать! – усмехнулась Ли. – И никогда не сомневаются в собственной правоте.
   – Несмотря на молодость, вы в отличие от меня рассуждаете здраво и во всем разбираетесь. Но для нормальной жизни все-таки нужен мужчина. Не подумайте, что я сплетничаю, но, узнав, что Морган приехал в этот дом чуть ли не на правах члена вашей семьи, я очень удивилась. К тому же все в восторге от вас. От поклонников нет отбоя.
   – Уверена, это мой друг Кингсли создал мне такую репутацию. Он обожает подобные игры! Прикидываясь моим воздыхателем, надеется привлечь внимание женщин.
   – Возможно, что и так. Но, согласитесь: он в этом отнюдь не одинок. Посмотрите в ту сторону. Видите мужчину средних лет? Он давно не сводит глаз с вас.
   Ли посмотрела через плечо Глорианны и увидела высокого, очень бледного человека в строгом черном смокинге с галстуком такого же цвета, очень похожего на слугу. Он внимательно смотрел на Ли. Впрочем, слуга не посмел бы столь нагло уставиться на гостью своих хозяев.
   И тут Ли вспомнила, что видела этого человека утром в саду, когда гуляла со своими сестренками. Тогда, видимо, он тоже следил за ней. Утром Ли не придала этому никакого значения. Но сейчас он стоял на террасе, прислонившись к колонне, и не сводил с нее глаз.
   В душу Ли закралась тревога. Кто он? Почему следит за ней? Может быть, это шпион, подосланный Сандерсоном? В таком случае он уже знает, что она вела разговор с Глорианной! Рэндалл придет в ярость, когда ему станет об этом известно.
   Что предпримет Рэндалл? Способен ли он на убийство, как предупреждал Морган? И если да, то не является ли этот человек.в черном наемным убийцей?
   – Простите, Глорианна, – Ли неожиданно поднялась, – но мне пора!
   – Что-то произошло? – спросила та, озираясь.
   – Нет... Просто я... Вспомнила, что с утра не видела Моргана, а он говорил, что хочет... Хочет поговорить со мной о чем-то очень важном. Пойду поищу его. А то он рассердится.
   – О да!.. Конечно! – виновато проговорила Глорианна. – Это я вас задержала.
   – Не беспокойтесь. Мне было очень интересно и приятно поговорить с вами.
   – Надеюсь, мы станем друзьями?
   – Я в этом не сомневаюсь!
   Ли снова посмотрела через плечо Глорианны. Человек в черном делал вид, будто любуется садом. Мурашки побежали по спине Ли. Она больше не сомневалась, что за ней следят.
   – Я должна идти! – повторила она.
   Ли поспешила в дом. Накануне Морган сказал, что Сандерсон угрожал с ней расправиться. Ли запаниковала. Надо поскорее разыскать Моргана и сообщить ему, что человек, явно подосланный Рэндаллом, видел ее в саду вместе с Глорианной.
   Гости уже собрались в гостиной в ожидании ужина. Но Моргана среди них не было. Она спросила одного из молодых людей, не видел ли он графа Уоринга. Тот ответил, что совсем недавно видел, как Морган направлялся к конюшням.
   Ли проскользнула в библиотеку и через заднюю дверь, выходившую прямо на улицу, выскочила из дома. Пройдя примерно половину пути до конюшен, она остановилась и, оглянувшись, увидела, что человек в черном идет следом за ней.
   В ужасе Ли огляделась, но вокруг не было ни души. Вернуться к дому тоже было невозможно: на пути стоял этот человек. Спрятаться в одной из конюшен бессмысленно: преследователь настигнет ее там.
   Ли охватило отчаяние. Она сунула руку в карман платья и нащупала сквозь тонкую материю спрятанный в подвязке нож. Но он не спасет ее. Нужно настоящее оружие. Времени на размышления не было.
   Ли свернула с тропинки и быстро побежала к лесу. Там она сможет укрыться от преследователя!
   За спиной Ли уже слышались его шаги.
   Задыхаясь, Ли добежала до первых деревьев и остановилась, как затравленный олень. Похоже, преследователь потерял ее из виду...

Глава 12

   Морган получил записку с настоятельной просьбой немедленно спуститься вниз. В этот момент он мылся и переодевался после того, как целое утро провел на конюшне. Его лошадь потеряла подкову во время утренней верховой прогулки, и кузнецу пришлось немало потрудиться, чтобы подковать ее. Но поскольку животное было норовистым и достаточно агрессивным, пришлось потрудиться и Моргану.
   Набросив на плечи плащ, он вышел из конюшни и углубился в сад. На главной аллее его встретил Спенсер – слуга, которому было поручено охранять Ли. Торопясь и поминутно показывая рукой на пустую скамейку, слуга объяснил Моргану, что произошло. Тот помрачнел и отрывисто спросил:
   – Где она сейчас?
   – Миссис Сандерсон присоединилась к остальным гостям в доме. А мисс Ли куда-то убежала. Ради Бога, не беспокойтесь, милорд! С ней остался Халлоран. А вот и он сам! Но почему-то бежит к лесу! Не может же быть, чтобы молодая леди одна отправилась туда погулять! Это небезопасно!
   Морган украдкой бросил взгляд в сторону леса, почти уверенный, что именно так и обстоит дело – от Ли можно всего ожидать. Именно в тот момент, когда все садились за стол, ей взбрело в голову пойти в лес, причем в бальном платье.
   – Маленькая идиотка! – проворчал Морган. – Идите в дом, Спенсер. Я сам во всем разберусь!
   Углубившись в лес, Морган наткнулся на Халлорана. Слуга тяжело дышал и держался за ветви дерева, чтобы не упасть.
   – Милорд, я все же не упустил ее из виду! – прошептал слуга, кивнув налево.
   Посмотрев в указанном направлении, Морган увидел мелькавшее между деревьями белое платье в панике убегавшей Ли.
   Морган помчался за ней и скоро догнал.
   Она остановилась и вперила в него полный ужаса, почти безумный взгляд. В руке она держала нож для разрезания страниц. Прерывисто дыша, Ли попыталась что-то сказать. Но с губ срывались лишь обрывки слов. Несколько мгновений она стояла неподвижно, затем, потеряв равновесие, рухнула на колени и, закрыв глаза, стала бормотать:
   – Мор... Морган... В-вы... Тот че... чело... человек...
   – Успокойтесь, Ли. Дышите свободнее. Неожиданно Ли подняла нож. Морган застыл на месте.
   – Что за черт!
   Он подумал было, что Ли намерена ударить ножом его. Но в следующий момент она нацелила нож в собственную грудь. Моргана охватил ужас. «Боже, она хочет покончить с собой. Видимо, потому, что я лишил ее невинности».