Андрей Смирнов
Академия волшебства

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1

   Спотыкаясь, демон бежал через пустыню. Он находился в отчаянном положении – преследователи неуклонно настигали его. Он был молод, силен и вынослив, но от тех, кто охотился за ним, демона не могли спасти ни острые рога, ни когти. Он со свистом и хрипом втягивал в себя воздух, грудь вздымалась, как кузнечные меха, копыта мелькали с бешеной скоростью – но охотники неуклонно настигали свою добычу: они мчались по пустыне, вернее – плавно скользили над ней – ещё быстрее, чем демон. Когда один из охотников приблизился, демон резко ушел в сторону – и столкнулся со вторым. Проскочив сквозь клубок тусклого белого света, демон потерял равновесие, упал и покатился по камням. Встать гиор уже не смог – свечение мягко развернулось и наконец-таки настигло свою добычу. Спустя мгновение остальные охотники уже были здесь, образовав большое световое облако над неподвижным телом. Свет стал ярче, по облаку пробежала легкая рябь, а затем призраки медленно, будто нехотя, расползлись в разные стороны. Тело демона по-прежнему покоилось на камнях – но теперь его трудно было узнать: оно высохло и скукожилось. Казалось, светящиеся существа разом выкачали из него всю влагу.
   – …Быстро они его! – хмыкнул кто-то. Дэвид оторвал взгляд от кристалла и оглянулся. Ухмыляясь, Раглес почесывал курчавую черную бороду. За его спиной бесконечным потоком, выползая из-за восточной гряды холмов и исчезая в скалистой расщелине на западе, шел караван. Огромные бронированные твари величественно ступали, неся на своих спинах горы тюков, а на загривках – погонщиков; подвижные двуногие ящерицы – гулейбы – повинуясь приказам своих седоков, проверявших, все ли в порядке, сновали взад и вперед вдоль каравана. Некоторые караванщики – те, кому хотелось размять ноги или те, которые вели за собой великанов-бразгоров, – шли пешком. На своих двоих двигались и огры, служившие Джейназу из Шегга, хозяину каравана. Кроме огров и всадников на гулейбах, здесь, впрочем, было ещё немало охранников: полсотни наемников, каждый из которых либо располагал магическим вооружением, либо сам немного разбирался в магии, а чаще – совмещал первое со вторым; дюжина ящеролюдей, купцов и охранников одновременно, продавших в Хеллаэне свой собственный груз (целительные растения) и теперь возвращавшихся в Нимриан за новой партией товара; несколько десятков призраков (почти все они родились людьми, но затем, в силу разных причин и обстоятельств, были подвергнуты астральной вивисекции и превращены в слуг и телохранителей, полностью лишенных собственной воли), подчиненных лично Джейназу; и, наконец, группа чародеев, в которую входил и Дэвид Брендом, некогда – житель Земли, гражданин Винланда и политический преступник, а теперь – бездомный колдун-подмастерье, чья жизнь в чудесном и удивительном мире волшебства не стоила и ломаного гроша. Пересекая Дикие Пустоши в первый раз, он неоднократно клялся себе, что больше не позволит соблазнить себя ни обещаниями высокого заработка, ни туманными намеками на то, что кто-нибудь из числа более опытных колдунов во время путешествия поделится с ним крупицей своих знаний. Пустоши населяли отвратительные, смертельно опасные твари, и хотя торговля между Хэллаэном и Нимрианом сулила большие барыши и караванщики хорошо платили охранникам, за эту работу брались чародеи трех категорий: те, кто не дорожил своей жизнью; те, у кого были проблемы с законом; и те, кому срочно требовались деньги.
   Дэвид Брендом относился к последней категории. Деньги ему были необходимы для того, чтобы поступить в Академию и освоить наконец треклятое Искусство волшебства хоть на сколько-нибудь пристойном уровне… по местным меркам.
   – …Напротив, – возразил Раглесу Ивард, убирая кристалл в сумку. – Я удивлен, что гиор так долго продержался. Призраки гнались за ним почти милю.
   – Я имею в виду – быстро же они его съели, – пояснил Раглес.
   – Ах, это… – Ивард степенно огладил густую белую бороду. – В этом они мастера… это да…
   – А кто это? – поинтересовался Дэвид. – Или что? Мне до сих пор такие твари не попадались. Выходит, они охотятся на гиоров?
   – Призраки-то? – Престарелый чародей неспешно кивнул. – Они на всех охотятся… На всех и на все, в чем есть хоть толика жизни.
   – С белыми призраками я встречался только один раз, – сказал Раглес Дэвиду уже без тени улыбки. Покачал головой – видимо, встреча была не из приятных. – Тебе с ними знакомиться не советую… Надеюсь, караван они не заметят…
   – Они настолько опасны?
   Раглес и Ивард кивнули почти одновременно.
   – К каким стихиям они наиболее уязвимы? – продолжал допытываться Брендом.
   – К воде, – не задумываясь, ответил старик. – Мы называем их призраками, но это не совсем верно. Их тела похожи на пар… Если эту влагу сконденсировать, то можно надолго обездвижить или даже убить белого призрака. Все остальные стихии, которые обычно применяют против нематериальных существ – Свет, Тьму или Смерть – совершенно против них бесполезны.
   – А если Лед? Или Огонь?… Ну чтобы испарить… Ивард сделал отрицательный жест.
   – Бесполезно. Не знаю почему. Мы пробовали. Бесполезно.
   – Попробуй отогнать такое облако порывом ветра, – посоветовал Раглес. Он знал, что Дэвид не владеет водной стихией. – Повредить его не сумеешь, но хотя бы жив останешься…
   – Опять языками чешем? – раздался резкий голос откуда-то сверху. На Дэвида упала тень. Защищая глаза от песка, поднимаемого крыльями шемгаса, Дэвид и оба его собеседника поспешно отступили назад. Здоровенная летающая тварь, которую наемники и ящеролюди называли «малым драконом», а чародеи в своем узком кругу – птеросдохтелем, мягко опустилась на землю. Мерклон кен Хезг – начальник охраны и отпрыск благородного хеллаэнского рода – холодно оглядел своих подчиненных. Поговаривали, что Мерклон – последний в своем роду, истребленном в ходе феодальной междоусобицы; также ходили слухи, что в одном из городов Хеллаэна Мерклон объявлен вне закона и что какой-то недоброжелатель наложил па него проклятье, которое превратит кен Хезга в комок гниющей плоти в тот час, когда он скажет своим подчиненным что-нибудь доброе. Правда это или пет, Дэвид не знал, но за неделю, прошедшую с начата путешествия, уже был готов поверить и не в такие россказни. Мерклон кен Хезг вел себя в худших традициях местной аристократии – презирал всех, кто стоял ниже его, и скорее был готов убить сто человек, чем извиниться перед одним. Он докапывался до каждой мелочи, всем был недоволен, постоянно указывал своим подчиненным, что им делать; и все это – с такой долей снобизма и высокомерия, что невозможно было его не возненавидеть.
   Хуже всего приходилось Дэвиду, который в команде Мерклона являлся новичком. Как только Дэвиду удавалось завести с кем-нибудь из более опытных чародеев разговор о тех колдовских приемах, которые ещё не были ему известны, или начать собирать информацию об обитателях Пустошей – между прочим, отсутствие этой информации могло стоить ему жизни! – как появлялся деловитый начальник и тут же находил ему какую-нибудь работу.
   Вот и сейчас…
   – Дождетесь, что я лишу вас жалованья за все дни, когда вы валяли дурака, – пригрозил Мерклон. В левой руке он сжимал поводья летающей бестии, а в правой – шипастую булаву.
   – Вы двое, – жезл Мерклона, описав дугу, поочередно указал на Раглеса и белобородого мага. – Отправляйтесь к Джейназу. Ему нужно убедиться, что вокруг все тихо. Создайте хорошую панораму для нашего работодателя. Правдивую панораму. – Он посмотрел на Раглеса, и тот опустил глаза. В прошлый раз, решив облегчить себе жизнь, Раглес показал караванщику не настоящую панораму пустыни, а иллюзорный фантом, изображавший пустыню совершенно тихой, мирной и безопасной. – Ты. – Жезл вытянулся в сторону Дэвида. – Найди Тэльди. Смените Язанну и Варлега. Они патрулируют северо-восточный участок.
   – Сейчас не моя очередь! – Дэвид бессильно сжал кулаки.
   Мерклон несколько секунд рассматривал своего подчиненного. Человечек, на которою он смотрел, со спины шемгаса казался совсем маленьким, и бунт его тоже был маленьким, комариным.
   – Ты слышал, что я сказал? – холодно осведомился Мерклон. Дэвид подумал о том, что зубы у шемгаса длиннее человеческого локтя, а в пасть поместятся двое таких, как он. Также вспомнилось, что шемгаса во время путешествия почти не кормят – эта тварь должна быть злой и подвижной.
   Вследствие вышеуказанных причин Дэвид не стал вести себя как герой. Стараясь сохранять спокойствие, он произнес:
   – Да.
   – Очень хорошо.
   Крылья шемгаса ударили по воздуху, поднимая новые клубы песка и пыли. Дэвид закрыл глаза. Он услышал, как сзади, оплевываясь, Раглес говорит Иварду:
   – Вот черт! Опять этого жирного торгаша ублажать… Какое ему дело до того, какие твари бегают вокруг?! Как будто он сможет хоть что-то изменить, если они вдруг захотят напасть!.. Ты хоть знаешь, где он? Небось, опять проверяет товар, следит, чтобы ничего не украли?…
   – Нет, он в голове, – ответил старик. – Его бразгор прошел мимо нас несколько минут назад, пока вы с Дэвидом пялились в мой кристалл. Пойдем, покатаемся на бразгоре. Хоть отдохнем чуть-чуть.
   – Мне и на своей ящерке неплохо…
   «С удовольствием поменялся бы с тобой местами», – подумал Дэвид, забираясь в седло гулейба. Сегодня утром он уже отработал свою смену в патруле. И вот – нате вам пожалуйста…
   – Назгул хренов… – процедил Дэвид, провожая взглядом набирающего высоту шемгаса. Послал бог командира… Ну ничего. Путешествие через Дикие Пустоши занимает месяц. Полторы недели уже позади. Он не будет бунтовать. Учитывая характер Мерклона и законы, по которым живет этот мир, его, Дэвида, бунт, легко может закончиться смертью. Без шуток и без пустых угроз. И никто не вмешается, если Мерклон захочет убить его. Дэвид – человек из ниоткуда. Ни родственники, ни друзья, ни могущественный сюзерен не станут за него мстить – у Дэвида их нет. Не является он и гражданином какого-либо из свободных городов Хеллаэна и Нимриана. А раз он не подпадает ни под чью юрисдикцию, убить его может любой. Кто захочет и у кого на это хватит силы.
   Скрипя зубами, Дэвид послал ездовую ящерицу к хвосту каравана. Ничего. Он выдержит, не позволит эмоциям взять вверх. Когда-нибудь он выучится и разыщет этого Мерклона. И тогда они продолжат разговор… при секундантах или без них – все равно. Но пока – придется терпеть.
   А ведь в другом мире он мог бы стать… Кем угодно. Верховным правителем. Королем. Полубогом. Дэвид мотнул головой, прогоняя навязчивые фантазии о красивой жизни. Во время последней встречи с учителем он был поставлен перед выбором: остаться в своем родном мире, где мага можно увидеть только в кино, и прожить легкую, приятную жизнь – или поселиться в мире, где колдовство практикует едва ли не каждый третий. Его наставника звали Лорд Лэйкил кен Апрей, и он был одним из тех могущественных, но совершенно беспринципных аристократов, из которых состоит элита Хеллаэна и Нимриана. Впрочем, во время последней встречи он уже не был наставником Дэвида – они поссорились, и Дэвид сам отказался от ученичества… Молодой колдун вздохнул и заставил гулейба бежать быстрее. Ему не хотелось вспоминать эту историю.
   Тэльди – светловолосый паренек, чья семья эмигрировала в Хеллаэн около десяти лет тому назад из мира, называемого Алибон – мирно спал, зарывшись в тюки на спине одного из бразгоров. Распоряжение Мерклона бурной радости в нем не вызвало, но и кипятиться он не стал. Продрал глаза, умылся не слезая с бразгора – зачерпнул воды из бочки, которую, вместе с прочим имуществом, волок бронированный ящер, и просто вылил ее себе на голову – после чего застегнул перевязь с чехлом, в котором покоился его колдовской жезл, и по веревочной лестнице быстро спустился на землю.
   Патруль Язанны и Варлега они нашли не сразу – те отдалились от каравана на весьма приличное расстояние.
   – Привет, – кивнул Дэвид, когда они наконец встретились. – Что так далеко забрались?
   – Песчаные демоны. – Варлег махнул рукой куда-то назад. – Пришлось уводить их за собой.
   – Оторвались?
   Язанна кивнула, поправив длинную рыжую косу. Поговаривали, что среди ее предков были и альвы, но если это и так, то это были очень отдаленные предки. Невысокая, крепко сбитая, Язанна неплохо управлялась с Огнем и Землей.
   – Приехали нас сменить? – спросил Варлег. – А где Реул и Арквист? Должны были они…
   – Большой босс распорядился иначе, – скривился Дэвид.
   Язанна и Варлег переглянулись.
   – Возможно, ему понадобился ясновидец… – предположила Язанна. – Я говорю об Арквисте, – пояснила она специально для Дэвида, который хотя и успел познакомиться со всеми магами в отряде, ещё не очень хорошо представлял, кто из них на чем специализируется.
   – Опять какие-то сложности… – тоскливо вздохнул Варлег. – Боги!.. Ну почему мы хотя бы один раз не можем проехать через Пустоши спокойно, никого не встретив?
   Если такое вдруг произойдет, в следующий раз караванщики могут уменьшить плату. Или число охранников, – ответила Язанна. – Хочешь потерять работу?
   – К черту такую работу…
   – Это ты каждый день говоришь. Поехали. Послушаем, что там у Мерклона случилось.
   Они тронули с места своих гулейбов и скрылись в клубах пыли. Дэвид и Тэльди остались одни. Молча они сделали то, что уже стало привычкой – пустили гулейбов по широкому кругу, то приближаясь, то отдаляясь от каравана. Изредка они встречались с другими патрулями, приветствовали их, перебрасывались несколькими словами и снова разъезжались.
   Потихоньку завязался разговор. Дэвид коротко рассказал о своей родине – Земле Т-1158А согласно хеллаэнской классификации миров – о Винланде и Лачжер-тауне… Земля Т-1158А, как, впрочем, и большинство остальных версий Земли – являлась миром технологическим, в котором магия если и была известна, то очень давно и никогда, конечно, не достигала таких высот, как в Хеллаэне и Нимриане. Однако сообщение о самодвижущихся повозках и летающих металлических машинах не слишком удивило Тэльди.
   – В Алибоне тоже были такие, – сказал он – Они подвешивались на… – тут он произнес какое-то непонятное Дэвиду слово, – и двигались по городу с большой скоростью. Когда мне было пять лет, я однажды увидел, как одна из таких машин врезалась в верхние этажи многоэтажного здания. Никогда не забуду это зрелище…
   – На чем они подвешивались? – решил уточнить Дэвид. – На каких-то металлических канатах?
   Тэльди покачал головой.
   – Можно назвать это канатами… или проводами… Но они состояли не из металла и вообще не из материи… Это был… Снова непонятное слово.
   – Силовое поле?
   – Да, возможно… – Тэльди вздохнул. – Родители как-то попытались мне объяснить, что это, но я не могу перевести на айтэльский. Здесь просто нет таких слов. Да и понял я, честно говоря, не так много. Когда мы уехали из Алибона, мне было семь лет. Не знаю, может быть, я когда-нибудь туда и вернусь… Хотя вряд ли…
   – Почему вы уехали? – Дэвид несколько секунд молчал, вглядываясь в даль – среди песков ему почудилось какое-то движение. – Захотели учиться магии в Хеллаэне?
   – Да, – кивнул Тэльди. – Но это не главная причина. Мои родители были… ммм… как бы перевести?., прогнозистами.
   – Предсказателями?
   – Нет, не совсем. Они не предвидели события, а как бы… просчитывали их. Напоминает астрологию, но основано не на звездах, а на… – Тэльди снова произнес что-то непонятное, а затем безнадежно махнул рукой. – В общем, не важно. Это было не совсем магическое искусство, но и не совсем научное. Серединка на половинку. Для того чтобы находить признаки, по которым впоследствии составлялись сложные прогнозы, человек должен был обладать некой природной чувствительностью и специальным прибором, который эту чувствительность усиливал…
   – Прибором? Любопытно. Никогда ни о чем похожем не слышал. Это был именно технический прибор… или драгоценный камень с заклятьем?…
   – Именно техника, – качнул головой Тэльди. Камни с заклятьями, конечно, работают лучше, но мы в Алибоне не умели ими пользоваться Может быть, сейчас уже научились, не знаю… Магии в нашем мире было немного, и иногда ее удавалось сочетать с техникой. – Паренек вздохнул. – Теперь эти знания потеряли смысл.
   – Почему?
   – Потому что когда магии стало больше, техника перестала работать. – Помолчав, он решил объяснить: – Ты ведь знаешь, что жители Хеллаэна торгуют с разными мирами? Несколько столетий тому назад они появились и в Алибоне. Их интересовали наши природные ресурсы – металлы, особенно серебро, и крупные драгоценные камни. Алибонцев, естественно, привлекла хеллаэнская магия. Пришельцы не делали из Искусства тайны и кое-чему нас научили. Магии в мире становилось все больше и больше. Мы не видели в этом ничего плохого до тех нор, пока не стало слишком поздно. Машины все чаще переставали работать. Во многих странах начался голод. Мятежи, анархия, разбой… Все чаще то там, то здесь какой-нибудь генерал или богатый магнат объявлял область или город своей вотчиной и вводил там свои законы. Правительство пыталось остановить катастрофу, но уже ничего не могло сделать. Тогда стали убивать колдунов…
   – Хеллаэнцев?
   – Нет, что вы… – грустно улыбнулся Тэльди. – Вначале они убили одного хеллаэнца, но за это его семья разрушила целый город в Алибоне. Целый город!.. Почти полтора миллиона человек… Нет, в то время жители Хеллаэна почти перестали появляться в нашем мире. Они уже скупили все крупные камни, а с вывозом металлов у них возникли проблемы – сами понимаете, сложно наладить добычу ресурсов и производство, когда в стране царит анархия и каждые две недели сменяется власть…
   – И тогда стали убивать ваших, местных магов? – спросил Дэвид.
   Тэльди кивнул и тяжело вздохнул.
   – Если бы только магов… Почти все наши ученые к тому времени научились в той или иной степени соединять технику и магию. «Чистая техника», не защищенная заговорами, у нас уже не могла работать. Я хорошо помню то ощущение страха, в котором мы жили последние несколько лет в Алибоне. Магазины были либо пусты, либо к ним тянулись бесконечные очереди. По городу бродили банды. За использование какой бы то ни было магии полагалась смертная казнь. Разъяренная толпа могла растерзать человека прямо посреди улицы, по одному подозрению… Раньше мой отец был крупным ученым, но когда начались все эти беспорядки, ему пришлось пойти работать сапожником, чтобы прокормить семью…
   – Как же вы выбрались из Алибона? Твой отец сумел открыть двери между мирами?
   – Нет. Он и сейчас этого не смог бы сделать. И я не могу. Нам просто повезло. Моя двоюродная тетя вышла замуж за человека, который когда-то учился у одного из хеллаэнских магов. Его учитель помог нам переправиться сюда.
   – Как его зовут?
   – Учителя тетиного мужа?
   – Да.
   – Шадор.
   – Он Лорд?
   – Нет. Он горожанин. Шадор из Скеля. Работает в здешней полиции. А тетя со своим мужем уехала в мир, который называется… Подожди. – Тэльди, прищурившись, показал куда-то вперед. – Ты тоже это видишь?
   Дэвид кивнул.
   – Заметил эту тварь пять минут назад. Но тогда она летела от нас, и я не стал про нее говорить.
   – С чего бы она решила вернуться?… – пробормотал Тэльди.
   – Почуяла нас?
   – Или ветер переменился…
   Несколько секунд они смотрели, как белое облачко скользит над Пустошами, явно направляясь в их сторону.
   – Ну что, уводим его? – спросил Дэвид, когда белый призрак приблизился на расстояние нескольких сотен метров.
   Тэльди покачал головой.
   – Не нужно. Конечно, гулейба ему не догнать, но лучше лишний раз не отдаляться от каравана.
   Призраки были быстры, но гулейбы – Дэвид не раз был тому свидетелем – стояли вне конкуренции с обитателями Пустошей. Этих ездовых ящериц специально вывели для сопровождения караванов. Колдуны могли справиться далеко не со всеми тварями, и в случае, когда попадался чрезмерно грозный противник, всадники использовали своих ящериц для того, чтобы увести врага подальше от каравана, а затем легко отрывались от преследования и окружным путем возвращались к своим. На ровной поверхности гулейб, вполне мог сравниться в скорости с хорошим гоночным автомобилем.
   – Не беспокойтесь, – сказал Тэльди, вынимая из чехла жезл. – Я знаю, как управляться с призраками. К тому же он только один.
   Дэвид ожидал увидеть эффектное зрелище, но был разочарован. Когда белый призрак подлетел совсем близко, Тэльди молча вытянул жезл в его сторону. Секунду или две ничего не происходило, а затем призрак замедлил движение, стал сжиматься, задевать песок и в конце концов вытянулся в сторону патрульных влажной беловатой кляксой. «Сконденсировался, бедняга», – подумал Дэвид.
   – Выглядит так, как будто бы здесь кончил великан, – заметил он вслух, рассматривая то, что осталось от призрака.
   Тэльди усмехнулся. Спустя несколько минут они заметили Юдди и Гейлу, помахали им, показывая, что все в порядке, и развернули ящериц. Во время обратного пути, на максимальной точке удаления от каравана, обнаружили стаю рогатых демонов, устало рыскавших по пустыне в поисках пищи. К появлению всадников гиоры отнеслись настороженно – они хорошо знали, как могут быть опасны люди, внешне столь слабые и беззащитные. Вместе с тем гиоров терзал голод, притуплявший ощущение опасности. Когда Дэвид и Тэльди оказались на вершине холма перед стаей, гиоры, помедлив несколько секунд, осторожно двинулись к ним, рассыпаясь по сторонам с тем, чтобы взять всадников в клещи. Не отрывая глаз от людей, восседающих на гулейбах, гиоры порыкивали и скалились, демонстрируя длинные зубы.
   – Сможешь их прогнать? – спросил Тэльди.
   Дэвид кивнул, плетя заклинание Огненного Ветра. Драгоценный камень в перстне запульсировал, накачивая заклятье дополнительной силой. Дэвид взмахнул руками, мягко отталкивая от себя плетение. Незримая магическая конструкция, формируясь в подобие расширяющейся дуги или волны, поплыла вперед, с каждой секундой набирая скорость и мощь. Поначалу ничего не происходило, затем воздух засветился алым и рыжим, спустя ещё секунду – вспыхнул, расцвел бушующим пожаром. С холма стекала волна огня, и рогатые демоны, жалобно заблеяв, бросились прочь. Сверкнул посох Тэльди – на правом фланге нескольким гиорам удалось, метнувшись в сторону, выйти из-под действия заклинания. В отличие от Дэвида, Тэльди не умел управлять ни Огнем, ни Ветром. Его посох изрыгнул несколько шаров сгущенного Света, которые стремительно понеслись к потерявшим ориентацию гиорам. Разбившись о камни, световые шары заставили маленькую группу, отбившуюся от остальной стаи, отступать в том же направлении, что и остальные. Яркие вспышки света, хотя и были абсолютно безвредны, ещё сильнее напугали демонов.
   Чем больше площадь, которую охватывает заклинание, тем слабее его действие. Сконцентрируй Дэвид энергию, вложенную в заклятье Огненного Ветра, в один или два сгустка – и он вполне мог бы сжечь пару-тройку гиоров. Но он не хотел убивать понапрасну. Проще было прогнать стаю. Устрашающая огненная волна, настигнув рогатых демонов, заставила их зареветь от страха и боли, но заклинание быстро иссякло, и ни один из демонов не погиб. Учитывая концентрацию силы и площадь воздействия, заклинание, самое большее, лишь слегка подпалило им шерсть. Однако психологический эффект был несоизмерим с нанесенными повреждениями. С вершины холма Тэльди и Дэвид удовлетворенно взирали на удирающую стаю. Теперь рогатым демонам придется искать пропитание в каком-нибудь другом месте.
   Молодые колдуны тронули гулейбов с места, возвращаясь к патрулированию территории.
   – Говорят, с каждым годом гиоров становится все меньше, – заметил Дэвид.
   Тэльди кивнул.
   – Я тоже слышал. Изумрудный Орден собирается внести их в список исчезающих видов…
   – Охотники за демонами против, конечно?… Тэльди снова кивнул.
   Ремесло охотника за демонами являлось одним из самых старинных и почетных занятий в Хеллаэне. По сути, все охотники состояли в своеобразном ордене – со своими традициями, секретами и длинной историей. В городах существовали респектабельные клубы охотников, хотя как минимум две трети представителей этой профессии никогда бы не смогли позволить себе платить высокие членские взносы. Последние считались «дикарями» и презирались теми, кто состоял в клубах. Для «дикарей» охота на демонов была не искусством, а лишь способом заработать себе на жизнь. Они часто игнорировали запреты Изумрудного Ордена и вовсю промышляли браконьерством, удлиняя и без того немаленький список исчезающих видов существ. Члены охотничьих клубов старались, напротив, запретов не нарушать, хотя и протестовали каждый раз, когда хеллаэнский «Гринпис» вносил дополнения в свой список. Как было известно Дэвиду, Мерклон кен Хезг являлся членом одного из таких охотничьих клубов, а несколько чародеев из охраны каравана, ни в каких клубах не состоя, время от времени промышляли охотой на демонов в качестве «дикарей».
   – Рогатых демонов вытесняют кьюты и белые призраки, – сообщил Тэльди.
   – Я сталкивался с кьютами во время первого путешествия через пустыню, – откликнулся Дэвид. – По отдельности они гораздо слабее гиоров.
   – Они берут не силой, а численностью.