коленях, и что гибель в битве не неизбежна, но если они попадут в руки
Великого Герцога, им не ждать пощады. Затем он обнажил меч и возглавил
атаку на солдат.
Разбойники были хорошо вооружены, и внезапное нападение вынудило солдат
отступать. Освик высоко взмахнул мечом и прокричал победный клич. Он так
старался подбодрить своих людей, что забыл защититься. Один солдат заехал
ему за спину и снес голову капитана Освика с плеч. Голова покатилась под
гору, подпрыгивая на корнях деревьев. Некоторые из солдат утверждали, что
отрубленная голова продолжала подбодрять разбойников криками, но я в этом
сомневаюсь. Как может голова издавать крики без легких?
Однако капитан Освик был таким отчаянным рубакой, что его безголовое
тело продолжало размахивать мечом, подбодряя разбойников и пытаясь
поразить солдат. Но, удары не попадали в цель - ведь тело не видело, куда
бьет. Некоторые из разбойников, видя, какая беда случилась с их
предводителем, повернулись и бросились в лес, и никакие отчаянные жесты
обезглавленного тела не сумели их остановить. И вскоре трое солдат
окружили тело и изрубили его на куски, вслед за чем были уничтожены все
разбойники, не успевшие бежать. С тех пор окрестный люд утверждает, что
временами, особенно по полнолуниям, безголовое тело Освика по-прежнему
разъезжает по склонам Аравии и потрясает мечом.


- Неплохая история, - сказал Джориан. - А что, призрак Освика ездит на
призраке коня?
Таронус усмехнулся.
- Никому доселе не приходило в голову это выяснить.
- Вы рассказываете эту историю всем своим постояльцам?
- Ну да, она очень подходит для того, чтобы скоротать долгий вечер, и
поощряет других к ответным рассказам.
Джориана несколько беспокоило имя хозяина, такое же, как у ксиларского
советника, занимавшего эту должность во время несостоявшейся казни
Джориана. Осторожно расспрашивая, он выяснил, что этот Таронус никогда
даже не слыхал о своем тезке, не говоря уж о признании между ними родства.
Однако Джориан посчитал разумным назваться одним из своих псевдонимов -
Никко из Кортоли. Он спросил:
- Можно ли проехать на коне до верхнего края леса, привязать его там и
дальше пойти пешком? Я не собираюсь пребывать у Шендеру больше чем
час-другой.
Таронус нахмурился.
- Конечно, можно, но там в лесу бродит тигр, пришедший с мульванийской
стороны. Оставив своего коня в лесу, вы наверняка его лишитесь.
- Тогда могу ли я оставить его у вас до моего возвращения?
- Конечно, так все делают. Теперь, если желаете, я посмотрю, запаслись
ли вы всем необходимым для визита к Великодушному. Летом здесь проходит
много пилигримов, ищущих совета мудреца, но в это время года почти никого
не бывает. И раз речь зашла о снеге, вам не обойтись без вот этого.
Таронус порылся за стойкой и достал две овальных деревянных рамки, на
которые была натянута сеть из кожаных полосок.
- Что это такое? - спросил Джориан.
- Снегоступы. Могу вам одолжить за десять пенсов в день. По пути на
Аравию они вам наверняка пригодятся.
Джориан стал торговаться и сбил цену до пяти пенсов. Кроме того, он не
поверил рассказу о тигре, подозревая, что хозяин выдумал ее, дабы получать
доход от содержания Фимбри в стойле. С другой стороны, наверняка этого
Джориан не знал; поэтому, не имея времени на проверку утверждений хозяина,
он последовал рекомендации Таронуса. Но когда Таронус попытался всучить
ему еще дрова, Джориан отказался.
- У меня есть пила и топор.
- Ну, тогда вам наверняка понадобится проводник. Тропинку в глубоком
снегу легко потерять, и вы можете много дней бродить по горам, пока не
отыщете ее снова. Рекомендую своего племянника Кайнока - он хорошо знает
окрестности.
Еще немного поторговавшись, Джориан заручился услугами племянника
Таронуса, стройного юноши с тонким, гладким лицом.
- Сколько времени идти до Шендеру? - спросил Джориан.
- Придется один раз заночевать - по крайней мере во время подъема. Я
думаю, лучше устроить лагерь ниже снеговой линии.
Когда настало время выходить, Кайнок заметил арбалет, который Джориан
привязал к спине вьючного мула.
Юноша спросил:
- Собираешься охотиться по пути, мастер Никко?
- Может быть, - сказал Джориан. - Ты тоже возьми оружие.
На самом деле Джориана охота вовсе не интересовала. Он хотел попасть к
Шендеру, решить свои проблемы и поспешить назад в Отомэ. Но, постоянно
преследуемый ксиларцами, полными решимости поймать его и завершить древнюю
церемонию наследования короны, он считал нужным не терять бдительности.
Кроме меча и кинжала, он носил под курткой легкую кольчугу.


- Эй! - резко окликнул Джориан, останавливаясь. Он тянул за собой
вьючного мула Филомана, а Кайнок указывал путь вверх по склону. На этой
высоте лес уже начал редеть. Землю между черными стволами голых деревьев
покрывал тонкий слой снега. Тут и там поднимались хвойные деревья,
темно-зеленые на свету и черные в тени.
- Что? - спросил Кайнок, оборачиваясь.
- Посмотри сюда! - Джориан указал на большой отпечаток лапы в снегу. -
Это тигр, о котором говорил твой дядя?
Юноша наклонился.
- Да, это старый Ардиман Жестокий. Крепко держи мула, чтобы он не
вырвался. Мы полагаем, что Ардимана изгнал с его прежней территории более
молодой самец и что от старости он может стать людоедом. Мы пытались
охотиться на него большими отрядами с гончими, но хитрый негодяй ускользал
от нас.
Похоже, мул почуял запах тигра - он дернул головой и выкатил глаза.
Поскольку наступала ночь, Джориан решил разбить лагерь. Он надежно
стреножил Филомана, надел ему на голову торбу, и достал из чехлов топор и
пилу. Повалив четыре сухих деревца, он обрубил с них ветки, а Кайнок
распилил их на чурбаки. Джориан непрерывно вглядывался в сгущающуюся тьму,
высматривая тигра.
- Нужно развести хороший костер, - сказал Кайнок.
- Разумеется, но давай не будем сжигать все нарубленные дрова. Они нам
понадобятся для Шендеру.
Джориан провел беспокойную ночь, то задремывая, то просыпаясь и
прислушиваясь, не раздастся ли рык голодного тигра. В очередной раз
проснувшись, он увидел, что Кайнок, который нес вахту, спит, прислонившись
к дереву. Джориан нетерпеливо потряс юношу и разбудил его.
- Не суетись, чужеземец, - пробормотал юноша. - Тигр не придет, пока
огонь ярко пылает; ну разве что подыхает с голоду.
- Но насколько мы знаем, он вполне может подыхать с голоду, - возразил
Джориан. - Пора идти, уже почти рассвело.
- Надень-ка снегоступы, - посоветовал Кайнок, надевая свои. - Скоро
начнется глубокий снег.
Джориан обнаружил, что к снегоступам нужно привыкнуть. Если пытаться
идти обычным шагом, то будешь наступать себе на ноги. Когда это произошло
в первый раз, Джориан плюхнулся в снег. Он с проклятьями поднялся и увидел
улыбку на лице Кайнозса.
- Ты должен научиться идти вперевалку, вот так, - сказал юноша,
демонстрируя хождение в раскорячку.
Приспособившись к снегоступам, Джориан обнаружил, что заупрямился мул,
то ли из-за тяжести дров, то ли из-за возросшей крутизны подъема. Остаток
пути Джориан тянул за веревку, а Кайнок хлестал Филомана по заду хлыстом,
который Джориан вырезал из ветки.
- Мастер Никко, - сказал Кайнок, - ты пришел из низин и видел больше
земель, чем я. Скажи мне, правда ли, что там, внизу, любая женщина ляжет с
тобой, если только ты ее попросишь?
Джориан удивленно выпучил на юношу глаза. Ему было тяжело дышать после
подъема, но молодой горец шагал по крутому склону с такой же легкостью,
как по равнине. Пару раз глубоко вздохнув, Джориан ответил:
- Бывают и такие, но далеко не все.
- Прошу тебя, расскажи об этом побольше. Я никогда этого не делал и не
видел, как это делается. Я только слышал россказни других парней об их
забавах с женщинами, овцами и другими тварями. Я уверен, что многое в их
байках - ложь. Так что поведай мне: как вы это делаете?
Остановившись, чтобы передохнуть, Джориан прочел Кайноку лекцию об
элементарном сексе. Юноша так напряженно прислушивался к его словам, что
Джориан был смущен.
- Благодарю вас, сэр, - сказал Кайнок, выказывая больше уважения, чем
прежде. - Мои родители умерли, а мой дядя и его жена считают, что
приличные люди о таких предметах не говорят.


Солнце стояло уже высоко в небе, когда двое мужчин и мул добрались до
пещеры Шендеру. Под ними расстилались холмистые отроги Лограмских гор,
самые высокие вершины которых были покрыты снегом, сверкавшим в лучах
утреннего солнца.
Они нашли Шендеру, закутанного в бесформенную шерстяную одежду и
сметающего снег с площадки перед пещерой. Отшельник оказался коренастым
темнокожим человеком средних лет с бородой, в которой виднелась седина.
Джориан сказал:
- Привет вам, преподобный сэр! Я - Никко из Кортоли и прибыл сюда по
рекомендации вашего друга Карадура.
- Ах да, милый старина Карадур! - откликнулся Шендеру по-новариански,
но с сильным мульванийским акцентом. - Этот груз на муле - для меня?
- Да, кроме одеял и других личных вещей. Я пришел за советом.
Шендеру уселся на каменистую площадку, очищенную от снега.
- Говори, мой сын.
Джориан сказал:
- Кайнок, разгрузи Филомана и задай ему корм. Отец Шендеру, мое дело
состоит вот в чем...
Солнце прошло полпути до полудня, когда Джориан закончил свой рассказ.
Он полностью отдался своей страсти потрепать языком, но мудрец, кажется,
был доволен.
Джориан напоследок сказал:
- ...Как ты видишь, я пытался силой похитить мою милую из дворца, и
ничего не вышло. Я прибегнул к колдовству, но также безрезультатно. Что
еще мне остается?
Шендеру, закрыв глаза, погрузился в размышления. Наконец он посмотрел
на Джориана и сказал:
- Не пытался ли ты подкупить стражей?
Джориан хлопнул ладонью по лбу.
- Боги мои! Мне это даже не приходило в голову!
Шендеру улыбнулся.
- Каждое крупное предприятие, будь это торговая компания, армия,
корабль или правительство, требует множество людей, организованных по
принципу иерархической пирамиды. Всюду, где существует подобное
сообщество, найдется хотя бы один человек, берущий взятки.
- Но как мне найти этого человека?
- У тебя есть брат, который вхож во дворец, верно?
Джориан вздрогнул.
- Да, но откуда ты знаешь? Значит, тогда тебе известно, кто я на самом
деле!
- Я много слышал о тебе, Джо... как ты сейчас себя называешь?
- Никко из Кортоли. По очевидным причинам ни мой брат, ни я не желаем
раскрывать факт нашего родства.
- Я понимаю, мастер Никко. Я знаю о тебе больше, чем ты догадываешься.
Не бойся ничего, у меня не столь длинный язык, как у тебя. Мое
благосостояние зависит от умения скрывать тайну. Твой брат - благоразумный
человек?
- Более-менее.
- Отлично. Отправь его узнать, кто из чиновников и лакеев во дворце
может быть подкуплен. В первую очередь такого следует искать среди
закоренелых игроков, поскольку они обычно сидят по уши в долгах. А теперь
не желаешь ли ты разделить со мной скромную трапезу, прежде чем вернуться
в дальний мир?
Пока они ели, солнце скрылось за тучами.
Кайнок сказал:
- Мастер Джориан, нам бы лучше отправиться в путь, если мы хотим
вернуться сегодня. Кроме того, собирается дождь или снегопад. Конечно, вы
могли бы попросить убежища у Великодушного...
Джориан покачал головой.
- Мне не терпится вернуться в "Золотой козел". Идем! Спасибо, доктор
Шендеру, и прощайте!
Спуск оказался гораздо легче, чем подъем. Избавившись от груза, мул
больше не упрямился, а может быть, ему не терпелось оказаться в теплой
конюшне Таронуса.
Когда они еще не достигли леса, начался дождь. Он очень быстро
расходился; ветер, завывая, швырял капли путникам в лицо. Джориан пытался
идти спиной вперед, но споткнулся о камень и снова шлепнулся на землю.
- Завтра у меня будет черно-синяя задница, - проворчал он, поднимаясь.
После часа пути по слякоти на склонах, где от дождя снег стал
скользким, они нашли убежище под деревьями, если только эти голые стволы
могли служить каким-то убежищем. Затем дождь постепенно стих и
прекратился. Они сняли снегоступы.
Кайнок чихнул.
- Мастер Никко, может, задержимся, чтобы перекусить и высушиться?
- Но мы успеем добраться до постоялого двора без ночлега?
- Я уверен в этом, сэр. К темноте мы окажемся в местах, которые мне
известны, как собственная ладонь.
- Ну хорошо. Стреножь Филомана, а я пока нарублю дров, если только мое
огниво не отсырело.
Огниво оказалось сухим, чего нельзя было сказать о хворосте, и Джориану
понадобился целый час, чтобы развести огонь. Они с Кайноком развесили свою
верхнюю одежду по ближайшим веткам. Точно так же они повесили свои
промокшие одеяла, развернув их.
Затем они встали как можно ближе к огню, медленно поворачиваясь, чтобы
прогреться со всех сторон. Солнце ненадолго прорвалось между облаков,
посылая через лес косые стрелы золотого света. Было тихо, если не считать
треска огня и падения капель с веток.
- Ну все, больше мне не высохнуть, - сказал Джориан. - Кайнок, в моей
сумке на Филомане ты найдешь флакон с маслом и тряпку. Будь любезен,
принеси их и помоги мне смазать кольчугу, чтобы она не заржавела.


Юноша натирал кольчугу промасленной тряпкой, когда Джориан поднял
голову и сказал:
- Слышал чей-то крик?
- Да, но я решил, что мне почудилось, - таким он был слабым.
Когда Кайнок кончал смазывать кольчугу, крик раздался снова, более
четко, но по-настоящему издалека: "Джо-о-оори-а-а-ан!"
- Эге-гей! - крикнул в ответ Джориан, заглядывая за край обрыва.
- Где вы? - долетел крик.
- Прямо здесь.
- Это ваш костер? - Голос, смутно знакомый, раздавался ближе.
- Да. Кто ты?
Наконец между стволами деревьев внизу по склону стала заметна
человеческая фигура, карабкающаяся вверх по тропе. Джориан натянул штаны,
надел сырую куртку и отвязал со спины мула арбалет со стрелами.
Когда фигура приблизилась, стало ясно, что это юноша в охотничьем
костюме, безоружный, если не считать ножа в чехле на поясе.
Лицо пришельца казалось настолько знакомым, что ошеломленный Джориан не
мог поверить глазам. Когда юноша вскарабкался на обрыв, он спросил:
- Великий Зеватас, ты случайно не близнец одной известной мне дамы?
Фигура, отдышавшись, ответила:
- Нет, я сама дама. - Маргалит сбросила с головы фетровую шляпу, и ей
на плечи упали кудрявые волосы.
- Боги милосердные! Я рад видеть тебя; но что привело тебя сюда, и в
мужском костюме?
- Я торопилась предупредить тебя. Ксиларцы напали на твой след. Вполне
вероятно, что они уже начали подъем на гору.
- Но как... что... откуда ты узнала?
- Сейчас расскажу. Это все Ванора, служанка Гоянии. Насколько я
понимаю, она напрашивалась тебе в попутчицы, а ты ей отказал?
- Да. И что дальше?
- Вечером после твоего ухода я обедала со старым мульванийцем, госпожой
Гоянией и двумя ее домочадцами. Ванора напилась и неожиданно во всем
созналась. Со слезами и рыданиями она поведала нам, что в то самое утро,
когда ты отправился в путь, она передала курьеру в Ксилар письмо, в
котором извещала Регентский совет, куда ты направляешься. Она сказала, что
в тот момент была настолько полна ненавистью и злобой, что желала
присутствовать на твоей казни и вопить от радости вместе с толпой, когда
ударит топор. А теперь же она была смущена и расстроена. Она рыдала,
причитала и призывала богов покарать ее; она оплакивала свою испорченную
натуру, которая заставляет ее совершать ужаснейшие поступки.
- Но ты... как же ты?..
- Кто-то должен был предупредить вас, а в нашем обществе только я одна
была достаточно молода и энергична. Поэтому я взяла этот наряд взаймы у
младшего сына Райса, поскольку мои платья не годятся для верховой езды и
хождения по горам. Кроме того, я позаимствовала у Райса его лучшую лошадь
- вынуждена признаться, что без его разрешения, - и отправилась вдогонку
за тобой.
Вчера вечером я добралась до "Золотого козла". Сильно утомившись, я
рано легла спать; но меня разбудил шум на первом этаже. Сегодня утром я
встала до рассвета, и за завтраком дочь Таронуса поведала мне, что приехал
некто судья Граллон, ксиларский чиновник, с шестью телохранителями. Их она
описывала как высоких, светловолосых людей дикого, варварского обличья.
Очевидно, это были швенийцы с арканами; поэтому, не мешкая, я отправилась
по твоему следу.
- Собирались ли швенийцы отправляться в путь, когда ты уходила?
- Нет, девушка сказала, что они перепились и не в силах пошевелиться.
Но я уверена, что сейчас они уже в пути.
Джориан прикусил губу.
- Кайнок! - сказал он. - Ты не можешь вывести нас к постоялому двору
другим путем, чтобы мы разминулись с преследователями?
- Только не с мулом, сэр. Животные могут ходить только по этой тропе,
поскольку все другие - чересчур крутые. На любом другом пути нам придется
спускаться с обрывов, держась за корни деревьев.
- Мне очень не хочется бросать Филомана, но мысль о топоре Утара
перевешивает мою привязанность, - сказал Джориан. - Погаси огонь, Кайнок.
Я возьму свои сумки...
- Слишком поздно! - воскликнула Маргалит.
Внизу на склоне раздались крики, и среди деревьев показались фигуры.
Джориан узнал голос судьи Граллона, приказывавшего: "Вон они, я вижу дым
их костра! Рассыпаться! Морувих, еще дальше вправо! Ингунд, влево!"
- В лесу нам от них не спрятаться, - сказал Кайнок, - поскольку деревья
стоят голые. Может, уходить наверх? - Юношу била нервная дрожь.
- Нет. На открытом пространстве им будет легче поймать нас петлями и
арканами. Возьми свой арбалет! На этом небольшом обрыве несложно
обороняться. Королевская стража обычно не носит оружие для стрельбы.
Наблюдайте за флангами, а я буду оборонять фронт. Маргалит, следи вместе с
Кайноком, чтобы мерзавцы не подкрались к нам.
Джориан зарядил арбалет, лег ничком в сгнившие листья на краю обрыва и
огляделся. Из-за деревьев появились трое или четверо людей - он не мог
сосчитать точно, - пробираясь вверх по склону. Когда один из
преследователей оказался прямо перед ним, Джориан закричал:
- Стой, разбойник!
Человек - высокий светловолосый швениец - остановился. Из-за деревьев
прогудел голос судьи Граллона:
- Вперед, трус! Он ничего тебе не сделает!
Джориан подождал, пока швениец вышел на открытое место, прицелился,
сделал поправку на расстояние, на ветер, и нажал на курок.
Тетива щелкнула; стрела помчалась прочь, сперва поднимаясь, затем
падая, и вонзилась в тело швенийца. Кайнок выстрелил из своего оружия; но
его стрела задела за ветку и не попала в цель.
Человек, пораженный стрелой, закричал и повалился на землю. Граллон
окликнул: "Спускайтесь, вы, там, наверху!" Тем временем другие швенийцы
упали на локти и колени и поползли вперед, умело прячась за выступами
почвы.
Кайнок хотел было встать и перезарядить арбалет, но Джориан рявкнул:
- Не поднимайся!
Кайнок жалобно спросил:
- Как же мне тогда перезарядиться?
- Наблюдай за мной, - велел Джориан. Он перекатился на спину, уперся
ногой в хомут у мушки арбалета, и начал обеими руками оттягивать тетиву,
пока она не зацепилась за спусковой крючок. Затем он снова перекатился на
живот и уложил стрелу в желобок.
- Я бы никогда не додумался, - сказал Кайнок.
- Ты привык окотиться на оленей и зайцев, которые не стреляют в ответ.
В следующий раз не стреляй, пока я не скажу. У нас нет лишних стрел.
- Вперед! Вперед! - раздавался голос Граллона. - Подползите и окружите
их; затем бросайтесь на них со всех сторон. Их не больше, чем двое-трое!
Джориан заорал:
- Промус, бери дротики и постарайся пришпилить одного из негодяев!
Клотаро, возьми запасные стрелы и порази кого-нибудь с фланга! Норе,
прикрывайся щитами. Файсо, ты не забыл наточить наши клинки?
Кайнок удивленно огляделся, услышав эти приказы, обращенные к
несуществующим воинам. Маргалит, подстраиваясь под игру Джориана, ответила
низким голосом, стараясь, чтобы он звучал по-мужски:
- Вот вы где, сэр! Какой меч выбираете? Позвольте мне завязать на вас
кирасу!
Ползущие швенийцы, похоже, замешкались.
Джориан прошептал:
- Кайнок, отползи между деревьев на другую сторону и расскажи мне, что
ты видишь.
- Вперед! - раздался голос судьи Граллона. - Наступайте! Это все обман,
нет у него никакой армии. Подползите поближе и бросайтесь на них!
Гнусавый голос пробормотал по-швенийски:
- Почему бы ему самому не возглавить атаку?
Джориан разобрал слова, но был уверен, что судья их не понял.
За деревьями с фланга щелкнул арбалет Кайнока, вслед за чем раздался
вопль боли. Юноша, улыбаясь, прибежал обратно.
- Подстрелил одного! - ликовал он. - Кажется, я только ранил его в
ногу; но он нас больше не потревожит.
- Это задержит их надолго, - сказал Джориан. - Через пару часов
наступит тьма, и мы не сможем обороняться на горном склоне.
- Но, наверное, нам тогда удастся улизнуть, - предположил Кайнок.
Джориан зашевелился, пытаясь поймать на мушку еще кого-нибудь. Но
швенийцы прятались во впадинах, медленно пробираясь наверх, и только
изредка выставляли зады, обтянутые кожаными штанами. Джориан выстрелил в
одну из таких мишеней, но промахнулся.
Наконец Джориан, не желая больше тянуть время, отполз с края обрыва.
- Кайнок! - сказал он. - Я устрою кавалерийскую атаку. Забери с
Филомана остаток груза.
- Как ты будешь управлять мулом без уздечки?
- Сейчас что-нибудь придумаю. - И Джориан начал экспериментировать с
веревкой, пропихнув ее через рот нисколько не обрадованного мула и обернув
вокруг морды животного. Мул беспокойно дергал головой.
- На нем когда-нибудь ездили верхом? - спросил Кайнок.
- Сейчас узнаем. Ну вот, это сойдет за уздечку, если он только не
перегрызет веревку. Помоги мне залезть на него.
Поскольку у мула не было седла, Кайнок сложил ладони чашей, Джориан
встал на них одной ногой, а вторую перекинул через спину мула. Джориан
давным-давно не ездил верхом без седла и надеялся, что ему хватит силы и
умения, чтобы удержаться на спине Филомана.
- Н-но! - приказал он, вытаскивая меч и колотя пятками по ребрам мула.
Филоман отказывался двигаться. Когда Джориан плашмя шлепнул его по заду
мечом, он дернул головой и встал на дыбы. Чтобы не свалиться, Джориан
ухватился за его гриву.
- Достань из багажа мои шпоры, - велел Джориан. Маргалит, снова проявив
сообразительность, уже рылась в его сумках. Вскоре она прикрепила шпоры к
его ногам.
- Н-но! - повторил Джориан, вонзая шпоры в бока мула.
Мул фыркнул и бросился вперед, едва не выскочив из-под Джориана. Когда
всадник восстановил равновесие, он попытался управлять животным с помощью
импровизированной уздечки. Но Филоман, не обращая на веревку никакого
внимания, помчался по кругу, перескочив через Кайнока, а затем наугад
бросился в лес.
Прямо на его пути оказалось одеяло Джориана, которое тот повесил на
ветку для просушки. Мул нырнул под одеяло, наклонив голову. Джориан тоже
наклонился, чтобы ветка не сбросила его со спины мула, благодаря чему
попал точно в одеяло, которое соскользнуло с ветки, окутав его голову и
тело и полностью ослепив его. Он вопил: "Стой! Тпру!" - и тянул за
уздечку, но его усилия были напрасны.
Впереди раздался вопль ужаса и крики по-швенийски: "Призрак Освика!
Безголовый всадник! Все пропало! Спасайтесь, кто может!"
Затем раздался топот ног убегающих людей. Кто-то споткнулся, упал,
вскочил с проклятьями и бросился дальше. Мул продолжал мчаться галопом,
поворачиваясь туда и сюда в попытках сбросить Джориана. Джориан выпустил
веревку, ухватился за гриву и прижался к спине мула.
Мул остановился так внезапно, что перебросил Джориана через голову.
Всадник приземлился в кустарнике, и одеяло свалилось с его головы.
Исцарапанный и избитый, он вскочил на ноги и рванулся вперед, чтобы
схватиться за уздечку, пока мул не убежал.
Затем он увидел странное зрелище. Седобородый судья Граллон стоял на
коленях с закрытыми глазами и молился. Швенийцев с арканами не было видно,
если не считать исчезающей вдали чьей-то спины в кожаной куртке. Беглец
хромал, и Джориан решил, что именно его Кайнок подстрелил в ногу и он
отстал от своих товарищей. Вверх по тропинке, примерно на половине полета
стрелы, лежало тело человека, раненного Джорианом.
Джориан подобрал свой меч, который выронил при падении, и приблизился к
судье с мечом в одной руке и с поводьями в другой.
- Встань! - приказал он.
Граллон открыл глаза и воскликнул:
- Король Джориан! А я думал, что это был настоящий безголовый призрак,
о котором рассказывал наш хозяин! Из-за своей старости я не мог убежать
вместе с этими суеверными трусами и исповедовался в своих грехах Имбалу,
считая, что пришел мой последний час. Что вы хотите от меня? Мою жизнь?
- Еще нет, - ответил Джориан. - Ты нужен мне как заложник. Вставай,
подбери это одеяло и иди впереди меня. При первом же подозрительном
движении ты сам станешь безголовым призраком!
Граллон проворчал:
- Но, Ваше Величество, я всего лишь выполняю свой долг. Я желаю вам
всяческого добра до тех пор, пока вы, в свою очередь, выполняете свой
долг, который состоит в том, чтобы завершить церемонию наследования.
- Ишь чего захотел! Подбери одеяло!
Джориан заметил, что судья оглядывается с выражением тревоги. Поспешно
обернувшись, Джориан заметил за деревьями оранжевые и черные полоски. Тигр
подбирался туда, где лежал застреленный швениец. Огромная кошка, наклонив
голову, обнюхала тело, затем перевела взгляд на двоих людей внизу.
Сверкнули большие желтые глаза, и тигр снова нагнул голову и бесшумно
погрузил свои клыки в лежавшего человека.
Швениец слабо вскрикнул. Но тигр поднял голову, и руки и ноги раненого
повисли над землей. Зверь медленно ушел в лес, волоча свою добычу по
корням деревьев.