Первый сектор Протосса, Аиур.
Большой зал заседаний Сената

   Претор Арекс опоздал к началу заседания Сената. Но тому были уважительные причины: до последней минуты он ждал известий с Земли. И как только его колесница приземлилась у здания Сената, он вбежал по ступеням на портик и кинулся в кабину, где был установлен пси-репликатор. Сканер зажужжал, по лицу претора скользнули полосы белого света, на мгновение ослепившие его, и через пару секунд полная копия его пси-составляющей была готова. Мир стал намного ярче, радостнее и доступнее. Арекс покосился на тело, оставшееся лежать под пси-репликатором. Последние пятьдесят лет он использовал клонированное тело легендарного мудреца прошлого Пириутида.
   «Да, старик, ты несколько поизносился и поднадоел. Пора бы тебя поменять», – подумал Арекс, но тут же почувствовал жалость к своей телесной оболочке. К претору Арексу в образе древнего философа Пириутида на Протоссе давно привыкли. Но на сегодняшнем заседании Сената он будет присутствовать в ментальном облаке. Это была одна из немногих привилегий сенаторов и советников. И претор выбрал себе сиреневое. Однако все в Сенате будут видеть его таким, каким он появился на этот свет много тысяч лет назад, плюс эту приятную сиреневую дымку вокруг. Пси-детекторы не обманешь.
   Полное освобождение от оков материального тела было голубой мечтой всех протоссов, но на аппаратном уровне это было реализовано только в зале заседаний Сената и только для высших сановников Аиура. На время заседания сенаторы полностью освобождались от бремени собственных тел. Здесь работали их чистые разумы и информационный обмен между ними, а при необходимости и подключение индивидуальной пси-составляющей к ментальному полю Протосса осуществлялось с огромной скоростью. Слишком больших информационных и энергетических ресурсов требовало подобное состояние. Поэтому рядовым гражданам предлагался медленный эволюционный путь с расчетом на собственные силы. Они могли бесконечно менять и перестраивать свои материальные тела, вырабатывая тем самым спокойное к ним отношение и совершенствуя постепенно свое сознание для достижения высшей цели каждого эльфида – полного и окончательного освобождения ментальной составляющей и ее автономного существования в среде энергоинформационной подпитки Великого Космоса. Один только консул Протосса в настоящее время обладал исключительным правом постоянно пребывать в ментальном облаке. Матрица его сознания была навечно запечатлена в этом энергоинформационном сгустке, для поддержания функционирования которого были задействованы значительные кибернетические и пси-энергетические мощности Протосса. Благодаря этому Ксирон знал почти все, что происходит в огромной космической империи, и был в этом смысле подобен Богу.
   Когда Арекс вплыл в Большой зал, заседание Сената уже началось. Все двенадцать сенаторов были на своих местах. Их призрачные ментальные облачка витали над скамьями, по традиции сохранившимися со стародавних времен. Место правителя Протосса располагалось на возвышении в центре амфитеатра. Там над высоким троном в розовом облаке, как и полагалось, парил консул Ксирон. Вокруг зала в промежутках между белыми колоннами светились ряды пилонов пси-энергетической подпитки в форме октаэдров.
   Обсуждался важный и судьбоносный вопрос. С речью выступал сенатор Унис:
   – Меня нельзя упрекнуть в предвзятости к терранам, но то, что они делают, просто возмутительно! Подумайте, что произойдет, если зорги вырвутся на свободу? Они как лавина распространятся по Вселенной, и тогда всем обитаемым мирам придет конец! Терраны совершенно утратили чувство реальности, мы не можем дальше мириться с этим. Нужно срочно предпринять какие-то меры!
   – И что вы предлагаете? – спросил консул Ксирон, который очень ценил лаконичность любого выступления.
   – Уничтожить исследовательский центр, где клонируют зоргов. Немедленно! Пока процесс не зашел слишком далеко. Выпорхнул сенатор Лирон в голубом облаке:
   – Откуда мы знаем, уважаемый Унис, что процесс не зашел слишком далеко9 Клонированием зоргов, каким бы опасным ни было это занятие, дело не исчерпывается. Не забывайте о том, что пропал пси-эмиттер. В чьих он сейчас руках? Не того ли, кто захотел поставить под контроль клонированных зоргов?
   – Я тоже сомневаюсь, на ту ли лошадку мы поставили в борьбе с земным правительством Донована?! – горячо воскликнул сенатор Тустиан. – Друзья мои, вы никогда не задумывались, что искал генерал Конахен, когда устроил налет на завод, где разделывали его космический корабль? Не облегчили ли мы ему задачу, когда поставили в известность о планах клонирования зоргов?
   Раздались разгоряченные голоса:
   – Сенатор Унис прав. К терранам пора применить решительные меры!
   – Правильно! Тянуть больше нельзя. Зорг может вырваться на свободу!
   – Надо пойти на прямой контакт с правителем Земли и потребовать прекращения гнусных и опасных экспериментов! А если терраны не прислушаются к нам, уничтожить Землю!
   Ораторы наперегонки стремились перещеголять друг друга в радикализме мер воздействия на своевольных терранов.
   И тут слово взял претор Арекс:
   – Уважаемые сенаторы Протосса! Я всецело разделяю вашу озабоченность. Я понимаю, что опасность грозит не только Земле, не только цивилизации терран, но и обитаемым мирам Протосса. Но давайте слегка задумаемся над тем, что нам предлагают: уничтожить исследовательский центр, уничтожить Землю!
   А вы, дорогие мои, не подумали о том, что вторая форма имеет право на самостоятельное существование, свободную волю и самосознание. Это один из основополагающих принципов, заложенных нашими Творцами Изначальными! В этом мире все существует в диалектическом единстве, и, уничтожая что-то связанное с нами, пусть даже и опосредованно, мы тем самым наносим удар и по себе. Как же мы можем отступить от заветов Изначальных и уничтожить вторую форму, пусть даже она и не настолько совершенна, как наша? Даже зоргов и тех было завещано если не любить, то хотя бы оберегать. Если бы зорги не начали агрессию против терранов на Таре, я думаю, никому бы из нас в голову не пришло уничтожать их. Зорг – самобытная биологическая цивилизация, квинтэссенция которой заключена в ее Мозге. Это уникальный биологический организм, обладающий миллионами глаз, ушей, двигательных частей и рецепторов. Так было задумано и создано Творцами. Не нам покушаться на это! Все формы равноправны между собой и имеют безусловное право на существование, нужно лишь ввести процесс в такое русло, когда никто не будет покушаться ни на чью безопасность.
   – Он говорит, как храмовник! Откуда вся эта терпимость к падшим? – вспылил Унис.
   – Да, претор что-то чересчур печется о судьбах терран и зоргов, – произнес молчавший до этого Ксирон. – Он хочет быть добрым, добрым для всех, за исключением его собственной родины. Поэтому и рассуждает, как храмовник. Но так ли его друзья-храмовники обеспокоены судьбой Терраны? Или это лишь прикрытие, чтобы с помощью возрожденного Зорга поставить Протосс на колени? Ведь до сих пор мы не знаем, кто предал Протосс и передал пси-эмиттер терранам.
   Арекс не выдержал:
   – Да, я испытываю симпатию к Храму. Мои давние предки были храмовниками и научили меня свято чтить заветы отцов-основателей. Мне кажется порой, что мы совершенно отошли от них. Хоть изредка не мешало бы нам оглянуться и задуматься, а что же мы делаем?
   – Это все демагогия, претор. Опасность грозит Протоссу. Любой его гражданин должен встать на защиту родины, – резко выступил Спартул.
   – Это вы ударились в демагогию, сенатор. В отличие от вас я располагаю убедительными фактами. Ситуация на Терране под контролем. Вчера группа храмовников во главе с экзархом Зератулом развернула на орбите Земли наблюдательную станцию. Никаких пси-эманаций, указывающих на наличие Мозга Зорга в земной коре, не обнаружено.
   – Это пока не обнаружено, – возразил Фарер. – Все может случиться со дня на день. Мы должны упредить события, приняв немедленное решение.
   – Нет, для меня ново, что храмовники на Терране, – удивился Ксирон. – Очень даже интересно. Может, уважаемый претор объяснит, как это им удалось?
   – Они поглотили земной спутник над европейским сектором Терраны. В городе Мостар проходят бурные марши протеста. Возмущенные толпы осадили исследовательский центр, где занимаются клонированием зоргов. Считаю, что мы должны дать терранам самим разобраться в их делах.
   – Они разберутся! – с сарказмом заметил сенатор Сахир. – Клонируют зоргов и нападут на Протосс. Они очень хорошо усвоили, что мы не вмешиваемся в их дела, вот и творят что хотят.
   – Давайте подождем немного, друзья мои, хотя бы пару дней. Терраны сами разберутся со своими проблемами. У нас там есть свои люди, в том числе в движении антигалактистов. Иначе события могут принять ужасающий оборот. Как вы это себе представляете: в небе над Терраной развернутся корабли Протосса? Вспомните хотя бы древнее пророчество… – предупредил Арекс.
   – Беды с терранами не миновать в любом случае, – возразил Унис. – Что это за раса такая противная, что никого не хотят слушать! Им же ясно сказано: не трогайте зоргов!
   Арекс терпеливо переждал новую волну негодования. Передача информации производилась не голосом, а быстрым мысленным обменом. Заседание Сената обычно продолжалось десять минут, не больше. Когда все выступили по второму кругу, претор решился на последний аргумент. Он понимал, что не должен всенародно объявлять об этом, что это было разглашением сокровенных тайн Храма, но другого выхода у него не оставалось. Все больше членов Сената склонялись к мысли, что нужно немедленно послать флот Протосса к Земле, чтобы оказать давление на зарвавшееся руководство Земной Федерации.
   И когда свое мнение высказали все, за исключением консула, Арекс решился:
   Уважаемые сенаторы, я хотел бы, чтобы вы со вниманием отнеслись к тому, что я сейчас сообщу. Разумеется, это не снимает опасности возникновения непредвиденных мутаций на Земле, но вместе с тем перестает представляться для Протосса неизбежной угрозой.
   Претор подождал, пока сенаторы успокоятся и зафиксируют свое внимание на нем.
   – Дело в том, что храмовники облучили яйца зоргов, доставленные терранами на Землю. Зорги из этих яиц не вылупятся никогда. Луч полностью поменял их генную структуру. Вылупятся, скорее всего, мутанты, которые не будут иметь ничего общего с формами Зорга. Ни для Протосса, ни для Терраны эти уродцы не будут представлять опасности. Поэтому торопиться не следует. Нужно подождать. Мы все время анализируем информацию, поступающую с Терраны.
   Повисла пауза. Арекс ощутил напряжение ментальных полей, сконцентрировавшееся в зале Сената. Казалось, сенаторы вот-вот взорвутся.
   Но консул Ксирон упредил взрыв. Как всегда в минуты роковые ему удавалось ориентироваться быстрее всех:
   – Если то, что сказал претор Арекс, правда, мы можем быть спокойны. Но при одном условии: если на Земле не находится Мозг Зорга. Насколько я знаю, Мозг Зорга может репродуцировать своих миньонов из любой мутации. В этом опасность. Но пока сведений о нахождении Мозга в земной коре нет. Это подтверждается многими источниками. А если его вообще нет на Терране, еще лучше. Можно спать спокойно. Но в этом мы должны быть полностью уверены. Нужно задействовать всех агентов на Земле, чтобы отыскать пропавший пси-эмиттер. Даже если в исследовательском центре родятся мутанты, они не будут представлять опасности, пока Мозг Зорга не проникнет в земную кору. Но я хотел бы спросить вас, претор Арекс, почему вы скрывали свою связь с падшими храмовниками? Это пахнет государственной изменой. Вы ведь знаете, что совсем недавно они подняли бунт на Аиуре.
   – Верховный консул, я не состоял в какой-либо преступной связи с мятежниками. На меня храмовники вышли несколько дней назад, зная, что мои предки были их верными последователями. Меня просто попросили довести до вас важную информацию, что я и сделал, может, не совсем вовремя.
   – Ах вот как… Хорошо, я поверю вам. В последний раз. Но не позволю, чтобы в дела великого Протосса совали свой нос эти храмовники! Храм устарел. Он обуза для развития нашей цивилизации. Все эти их нормы, догмы и принципы! Они яйца выеденного не стоят в наше время. Мы должны руководствоваться своими принципами и нормами, а не жить по указке Храма! Мне несимпатично то, что вы находитесь с падшими храмовниками Зератула в каких-либо отношениях. Это неприемлемо для главы судебной власти. Просто отвратительно! Совсем недавно ваши друзья пытались воткнуть нож мне в спину, и если бы я знал, что среди заговорщиков были и вы, Арекс, вам бы не поздоровилось!
   – Я понимаю, что этим сообщением навлек на себя гнев вашей милости. Простите, но я не мог скрыть эту информацию. Мы решаем судьбу терран. Я против их уничтожения при любых обстоятельствах. Мы не зорги. Мы выше. Пусть люди сами уничтожат себя, если будут на то способны. Но мы должны предоставить им свободу выбора и шанс ощутить себя ответственной, разумной и равноправной расой галактического сообщества. Я закончил, верховный консул. Решать вам.
   Арекс произнес эти слова и в следующую секунду ощутил себя в теле мудреца Пириутида. На этом заседание Сената для него закончилось. Его просто отключили. Он так и не узнал, какое решение принял Сенат. Но как бы там ни было, свою миссию он выполнил и сказал то, что должен был сказать.

Земля.
Европейский сектор. Прибой

   Международный аэропорт в Сараево закрыли по приказу властей. Слишком много паломников рвались в Мостар. Поэтому пришлось лететь до Белграда, а дальше на поездах добираться до Мостара. Так поступали многие, и поезда были забиты до отказа. Сергею еще повезло: он успел купить билет до того, как перекрыли и эту лазейку. Границы Боснии и Герцеговины были закрыты. Поезд на Мостар, в который с трудом удалось протиснуться Сергею, был последним. Но и тот не пустили дальше Прибоя. Сергей вышел на границе Сербии и БиГ и тут же увидел группу людей с плакатами антигалактического союза.
   «Братья! Не пустим на нашу землю заразу!» – гласили плакаты. – «НАТО – вон вместе с зоргами!», «Остановим экспансию в космосе – дадим работу на Земле!».
   Сергей подошел к группе пикетчиков:
   – Как добраться до Мостара?
   Парни в зеленой камуфляжной форме без знаков различия, охраняющие пикетчиков, внимательно посмотрели на него:
   – Сегодня группа уже ушла. Следующая будет завтра. Приходи на рассвете, тогда больше шансов пересечь границу.
   – Мне надо в Мостар сегодня.
   – Сегодня не получится. Группа уже ушла. Натовцы выставили заставы и перекрыли последнюю дорогу. Пойдешь завтра с новой группой, когда вернется проводник.
   – У меня там назначена встреча. Мне надо сегодня. Как перейти на ту сторону?
   Здоровенный бородач в майке с изображением зеленого яблока – символа антигалактической ассоциации – с интересом посмотрел на Сергея:
   – Откуда ты, брат?
   – Из России.
   – Много ваших было во вчерашней группе. Если бы ты вчера приехал, был бы уже там. А сегодня не знаю… Есть у меня один товарищ, но захочет ли он идти…
   – Это важно. Поверь, брат. Мне прислали письмо. Ты когда-нибудь слышал о генерале Конахене?
   – Еще бы! – фыркнул бородач, с подозрением разглядывая Сергея.
   – Я должен с ним встретиться сегодня в двадцать два часа. Он будет в Мостаре.
   – Самое сложное переправиться через Лим. У них там несколько застав. Поэтому мы используем проводников. Но Мирослав ушел утром, а пойдет ли Божко, я не знаю. Ты пока тут потусуйся, а я пойду разузнаю.
   Сергей купил пару бигмаков, газированной воды и присел на привокзальную скамейку. Он и сам не знал, зачем сболтнул про Конахена, но, судя по всему, это возымело действие. Генерал, пропавший невесть куда, набирал все больший авторитет в антигалактическом движении. Сергей достал палмком и еще раз перечитал письма. Первое было от Сомова. Он просил о встрече как можно ближе к Мостару, обещал раскрыть тайну металлического цилиндра и сообщал, что из Америки уже вылетел. Второе сообщение было от неизвестного. Может, и вправду от генерала. Оно гласило:
 
   «Дорогой друг! Вам достаточно настроить ваш палмком на частоту (в скобках шло значение), и мы с помощью спутника всегда сможем определить ваше местонахождение. Ни в коем случае не нажимайте кнопки на пси-эмиттере.
   Мы готовы рассмотреть любые ваши предложения и пожелания, как только получим доказательства наличия у вас интересующего нас пси-эмиттера. После того как вы нам его передадите, вы будете зачислены в почетный легион космических десантников и сможете рассчитывать на одну из ключевых должностей в новом мировом порядке. Чтобы наши утверждения не показались вам голословными, зайдите в любое отделение или на сайт банка «Интернациональный кредит». Ваш идентификационный номер такой-то. На ваше имя открыт счет и заведена карточка с нелимитированным кредитом. Сумму на ней проставьте сами. Единственное наше условие – встреча в боснийском городе Мостар в 22 часа по местному времени 30 июня 2154 года.
   С уважением, группа защитников Земли».
 
   Все подтвердилось: и счет, и нелимитированный кредит, и огромная сумма, которую он смог перевести в свой электронный кошелек – дигитайзер. На эти деньги он купил билет, чтобы вылететь сюда, а остальные перевел на счет жены.
   Но не эти письма по большому счету привели его в Мостар. Было еще одно обстоятельство, о котором не знал никто. Два дня назад ему приснился странный сон. Ему снилось, что он в космосе. Впервые в жизни, но не на космическом корабле, а в некой капсуле из радужного сияния. Мерцали звезды Шарики планет кружились вокруг светил. Все было как в компьютерной анимации. Одна планета, розовая, приблизилась и выросла на глазах. Сергей медленно падал сквозь розовый туман с космической высоты. В розовой дымке проступил причудливый город. Затем здание, напоминающее древнеримский форум. Сергей влетел внутрь и поплыл в большом зале среди рядов белых колонн. Внезапно полет замедлился. Прямо перед Сергеем возник мужчина в белой тунике:
   – Приветствую тебя, брат! Не удивляйся ничему, что здесь увидишь. Ты сейчас довольно далеко от Земли. Я виртуальный проводник претора Арекса, точная его копия. Можешь полностью доверять мне.
   – Где это я? И что все это означает? – Сергею показалось, что такая зримая и данная в ощущениях реальность не может быть сном.
   – Это сон, – сказал виртуальный проводник, будто прочитав его мысли. – Во всяком случае, проще «всего назвать это сном. Мы пользуемся наводками той или иной реальности. Но для тебя это не важно. Считай это путешествием во время сна. Мне нужно кое-что выяснить у тебя, поэтому я пригласил тебя на Аиур, центральную планету Протосса.
   – Пригласил?
   – Хорошо, вытащил. Я как глава судебной власти должен провести небольшое расследование и задать тебе несколько вопросов. Вот первый: что делал на вашем заводе генерал Конахен?
   – Искал какой-то предмет. Сказал, что зажигалку.
   – И ты ему поверил?
   – Когда ствол упирают в голову, поверишь и не в это.
   – Хорошо, – сказал виртуальный Арекс. – Но я просканировал твой мозг и вижу некоторые зоны возмущения. Это говорит о том, что ты чего-то не договариваешь, врешь или скрываешь. Тебе известно гораздо больше, нежели ты заявил следователям правительственной комиссии.
   – Ну а вам-то что за дело?
   Виртуальный проводник замерцал и поплыл вокруг Сергея в пространстве между колоннами:
   – Ты, конечно, знаешь, что произошло на Таре? Так вот, генерал Конахен тоже был на Аиуре. Он получил здесь «Белый Вихрь» – страшное оружие, с помощью которого была уничтожена зараженная планета. Но одновременно с этим из Архивов Храма пропал пси-эмиттер. Эта штука может контролировать зоргов. Пси-эмиттер пришел к нам из древности, еще от Изначальных. Тот, кто обладает пси-эмиттером, обладает властью во Вселенной. Пси-эмиттер может оказаться гораздо опаснее разрушительного «Белого Вихря». И у нас есть основания предполагать, что именно Конахен похитил пси-эмиттер из Архивов Храма.
   – Я-то тут при чем?
   – На первый взгляд ни при чем. – Виртуальный проводник продолжал кружить вокруг Сергея. – Но зачем тогда Конахену понадобилась вся эта акция с захватом вашего завода? Никто ведь не верит, что из-за зажигалки. У нас есть все основания полагать, что Конахен потерял в космическом корабле пси-эмиттер. А так как ты единственный человек, кто работал с этим космическим кораблем, ты мог найти в нем пси-эмиттер.
   Сергею захотелось признаться во всем. Но он тут же одернул себя: если играть, то уж до конца.
   – Я не понимаю, о чем вы говорите.
   Виртуальный Арекс остановился. Замерцал только чаще.
   – Ритмы твоего мозга говорят о другом. Пойми, речь идет о жизни Вселенной. На Земле собираются клонировать зоргов. Если клоны подпадут под влияние Мозга Зорга, который, возможно, находится в пси-эмиттере, Земле конец. Зорги уничтожат терран на всех планетах, затем примутся за нас. Или еще раньше того консул Протосса прикажет уничтожить Землю как зараженную планету. В любом случае, если не найдем пси-эмиттер, Земле конец.
   – Не проще ли уничтожить пси-эмиттер, чтобы никому не грозила опасность?
   – Все не так просто, юноша. Есть завет, данный Изначальными. Все три разумные расы обречены на взаимное существование. Это закон. И я не думаю, что пси-эмиттер вместе с Мозгом вообще можно уничтожить. Это один из древнейших артефактов, доставшийся Храму от Изначальных. Он обладает такими возможностями и силами, понять которые мы пока не в состоянии.
   – Если пси-эмиттер все время находился у вас, почему вы не попытались поставить под контроль зоргов на Таре?
   – Все случилось слишком быстро. Зараза распространилась по планете меньше чем за неделю. А потом, кому можно поручить контроль над зоргами? Кому можно доверить это вселенское могущество? Даже протоссы слишком слабы и подвержены страстям для этого: Только Творцы миров – Изначальные могли осуществлять этот контроль, но никто из людей или эльфидов. Если пси-эмиттер попадет в руки духовно неразвитого или незрелого существа, его обладатель сразу вообразит себя властелином Вселенной. Этого допустить нельзя. Нужно возвратить пси-эмиттер в храмовые Архивы под бдительную охрану храмовников. Они охраняют заветы Изначальных, пусть берегут и пси-эмиттер.
   – Почему же они его не уберегли? Как он попал в руки Конахену? – Сергей понял, что сболтнул лишнее, проявив слишком горячую заинтересованность в инопланетных делах, но дело было сделано.
   Виртуальный Арекс внимательно посмотрел на него:
   – Мы и сами не понимаем, как это произошло. Пси-эмиттер находился под сильнейшим силовым полем. Туда ни одна молекула не проскочит. И вдруг он просто исчез. Случилось это, как только Конахен покинул Аиур.
   – Забавно… И что вы собираетесь делать, чтобы спасти мир?
   – Нам необходим пси-эмиттер. Вероятность того, что он у тебя, по данным последнего сканирования, возросла до семидесяти двух процентов. Верни его в Архивы. Если у тебя его кто-нибудь попросит или ты сам захочешь посмотреть, как работает эта штука, ни в коем случае не делай этого. Последствия будут ужасными.
   – Предположим, я найду пси-эмиттер, как я его передам в Архивы этого вашего Храма?
   – У нас есть люди на Земле. С одним из них, Андреем Сомовым, ты вчера общался. Передай ему пси-эмиттер, и ты спасешь мир.
   Сергей так, в общем, и намеревался сделать, но внезапно в нем заворочался кто-то упрямый и противный: «Сейчас, отдам вам пси-эмиттер! Кто вас знает, кто вы такие. Может, сами хотите командовать зоргами. Ничего вы не получите, пока я сам не разберусь во всем этом».
   И он решил выйти из сна. Собрал всю свою волю и постарался выпрыгнуть. Арекс продолжал что-то говорить, но его слова становились все отдаленнее и неразборчивее, пока не превратились в невнятное бормотание, а он сам – в размазанное розовое пятно вместе со всем Аиуром.
   Обратное возвращение было скорым. Он мгновенно проткнул черную пустоту, тяжело заворочался и уткнулся носом в плечо жены.
   «Что с тобой? Сон страшный?» – потянулась к нему Светлана. «Тяжелый…» – пробормотал Сергей. Он взглянул на часы – был пятый час утра. С трудом ему удалось уснуть снова, но на этот раз ничего не снилось.
   – Эй, брат! Просыпайся! – раздался мужской голос.
   Сергей поднял глаза от высохшей травы, колышущейся под его ногами легким ветерком. Рядом стояли давешний бородач из АГА и еще какой-то мужчина в потертой камуфляжной куртке.
   – Божко отвезет тебя. Генералу привет, если увидишь. Скажи, мы поднимемся все, как только позовет.
   Сергей поднялся со скамейки. У Божко был видавший виды фермерский грузовичок.
   – Садись, брат. Как звать-то тебя?
   – Сергей.
   – Меня Божко, Богдан. Нам надо переправиться через Лим. Тут только одна переправа осталась, у Слобод. Все остальные натовцы перекрыли. Ты чего, и впрямь с генералом знаком?
   – Встречались, – сухо ответил Сергей. Божко с лязгом захлопнул раздолбанную дверь и завел двигатель. Грузовик тронулся по узкой асфальтовой дороге.