Мало ли кому что в голову взбредет на счет наших взаимоотношений! Зачем же я
буду осложнять вашу жизнь? Ведь вы - женатый человек, примерный муж.
- О! Вашему умению в кратчайшие сроки собирать подробную информацию
можно позавидовать! - засмеялся Аллан.
- Сведения, касающиеся вас и вашего семейного положения я получила
абсолютно непреднамеренно, - отведя в сторону слегка затуманенный взор, тихо
пояснила Эмилия.
- В этом я нисколько не сомневаюсь. Как устроились, Эмилия?
- Спасибо, хорошо. А как продвигается ваше расследование? - вежливо, в
ответ на проявленное к ней внимание, поинтересовалась волнующими теперь уже
недосягаемо-далекого Антея- Аполлона- Аллана проблемами Эмилия, незаметно и
коротко вздохнув.
- Особо похвастать, в общем-то, нечем. На газетную публикацию со
снимками жертвы никто не откликнулся. Очевидно, погибшая женщина никому из
местных жителей неизвестна. Жду результатов экспертизы и компьютерного
поиска.
- Неужели нет ни одной зацепки? И не обнаружено ни единой улики? - живо
уточнила Эмилия.
- Почему " нет" ? Кое-что имеется.
- По-моему, следует основательно " потрясти" владельца автомашины.
- Он отсутствует больше полутора месяцев. У него 100% алиби. Сейчас он
довольно далеко, за границей. В общем, хозяин машины к обнаруженному трупу
не имеет ни малейшего отношения.
- А члены его семьи? Которые могли воспользоваться... - начала Эмилия.
Аллан отрицательно покачал головой и, не дослушав, возразил:
- Исключено. Он - холост. Одинок.
- Жаль!..
- Не думаю, - усмехнулся Аллан Демпси. - Владелец автомобиля -
уважаемый достойный человек.
- Нет-нет! Я совсем не о нем сказала " жаль" . Просто, если подходить
теоретически, абстрагировавшись от конкретной личности, могла бы выстроиться
логичная версия происшествия.
- Сомневаюсь. Ни один здравомыслящий человек не оставит труп в
собственной машине. Да и саму машину вряд ли бросит, где попало.
- М- да... пожалуй... Как бы мне хотелось помочь вам, Аллан. Но, увы!..
Следователь из меня, как видите, никакой, - Эмилия явно запечалилась, а
затем вдруг спросила: - А как именно была задушена эта женщина?
- Ей на шею набросили лассо из тонкого гибкого троса, который иногда
используется автомобилистами. Единственное, что удалось выяснить, это то,
что данный трос, как орудие убийства, владельцу машины не принадлежит. Он
меня в этом клятвенно заверил при телефонном разговоре. Что касается
подозреваемых... Не исключено, что преступление совершено женщиной. Но судя
по всему, преступник, скорее всего, мужчина.
- Да... скорее всего, мужчина... - задумчиво согласилась Эмилия. -
Наверное, любовная ссора, ревность, а может быть, месть, ненависть,
необузданный гнев. Мужчины иногда так агрессивны, вспыльчивы, импульсивны! -
убежденно заявила она и, внезапно спохватившись, с очаровательной улыбкой
добавила: - Но таких - единицы. А в основном!..
- Ну, не "единицы" , конечно. А вот относительно агрессивности и
импульсивности... Тут женщины могут дать сто очков вперед! А в данном случае
и вообще ни о какой импульсивности речь идти не может. Это тщательно
спланированное убийство. О тросе-то позаботились заблаговременно ! Все
предусмотрено до мелочей. Ни единой улики не оставлено! Мои ребята обшарили
и саму машину, и все вокруг несколько раз. Вы будете смеяться, Эмилия, но в
результате они положили на мой стол лишь три вяленьких лепесточка какого-то
цветка. Это чтобы не являться с пустыми руками на доклад к начальству,
наверное! - горько засмеялся Алан Демпси.
- Что делать! Все мы стараемся не оплошать перед своими боссами. Вот и
приходится вносить в строку каждую мелочь, каждый пустяк. Иначе прослывешь
никчемным неумехой и тогда новую работу останется искать только в
литературном агентстве заслуженных графоманов " Пиши пропало" ! - ободряюще
улыбнувшись, заявила Эмилия.
- Да уж! - усмехнулся Аллан. - Ну, мне пора. Рад был видеть вас,
Эмилия.
- Я тоже очень рада нашей встрече, Аллан.
Для этой фразы из своего обширного арсенала Эмилия выбрала
сдержанно-задушевные интонации, поскольку чарующе-соблазнительные обертона
по отношению к примерному семьянину Аллану Демпси теперь звучали бы
неуместно. То, что безвозвратно рухнули все надежды на хоть и
непродолжительный, но впечатляющий флирт с белокурым атлантом, конечно,
немного огорчало. Но в конце концов, некоторая доля невезения в одном
задуманном мероприятии всегда предвещает скорое исполнение желаний и удачу в
другом, как знала по опыту Эмилия.
Она и Аллан Демпси попрощались. Вскоре вернулась Линда, и они с Эмилией
отправились в очередной магазин.
Едва переступив порог, Эмилия, цепким взглядом осмотревшись вокруг,
устремилась к прилавку.
- Боже! - воскликнула она с нескрываемым восторгом и, обращаясь к
продавцу, попросила: - Покажите мне, пожалуйста, вот ту дивную вещицу. Ах!
Чудо! Чудо, как хороша!
Эмилия так и эдак вертела в руках сумочку, причудливо расшитую
разноцветным бисером. Сумочка, действительно, была прелестна.
- Я ее покупаю! - объявила Эмилия и быстро спросила: - Нет ли у вас еще
чего-нибудь, выполненного аналогично?
- К сожалению, сейчас нет, - развел руками продавец.
- Жаль!.. - вздохнула Эмилия. - Скажите, а как к вам попало это чудо?
- Н- ну... - продавец замялся.
Наклонившись к нему, Эмилия, стараясь быть убедительной, прошептала:
- Я никому не выдам, даже под пытками, поставщика такого великолепного
товара. А главное, я - существо вполне безобидное и к коммерции не имею ни
малейшего отношения. Разве что в качестве покупателя. Уверяю вас, я - не
представитель конкурирующей фирмы. И человек надежный. Не сомневайтесь!
- Да я...
В это время появился управляющий магазина, и продавец, указав в его
сторону глазами, тихо предложил:
- Обратитесь за разъяснениями к нему.
Дважды объяснять Эмилии подобные вещи не требовалось. Она схватила
драгоценную покупку и решительно подошла к управляющему.
- Простите, пожалуйста, - вежливо начала она. - Я сейчас приобрела у
вас вот эту сумочку.
- Благодарю за покупку. И что же? Есть претензии?
- Ни Боже мой! Только просьба. Единственная.
- Слушаю вас.
- Я хотела бы купить еще какое-нибудь изделие, выполненное так же
чудесно. Но, как мне сказали, сейчас в наличие ничего подобного нет.
- Увы!.. Я сожалею, мадам.
- Но я хочу узнать, как и где вы заполучили эту сумочку. Видите ли,
проблема в том, что я приехала ненадолго. И боюсь, что не смогу дождаться
очередной поставки. Поэтому, возможно, мне удастся приобрести еще что-то
напрямую у производителя.
- Понимаю.
Управляющий проницательным взглядом посмотрел на взволнованную
покупательницу, затем спокойно сказал:
- Кое-что, в том числе и эту сумочку, нам приносит на реализацию одна
из местных жительниц.
- Я могу узнать ее имя? - живо уточнила Эмилия.
- Ну что ж! Ее зовут Хелен Истмен. Понимаете, у нее муж - инвалид.
Живут они довольно скромно. Хелен - великолепная мастерица, делает
уникальные вещи, приносит мне. Приработок Хелен и пенсия ее мужа позволяют
им жить более-менее сносно.
Поблагодарив и попрощавшись, Эмилия поспешила к Линде Фергюссон,
терпеливо ожидавшей ее возвращения в машине. Объяснив создавшуюся ситуацию,
Эмилия упросила Линду немедленно отправиться к Хелен для переговоров. Вскоре
автомобиль затормозил у дома Истменов.
Естественно, Хелен сразу узнала сумочку, которую Эмилия бережно
прижимала к груди. После знакомства и объяснения причин внезапного визита,
Линда отправилась навестить Каспера, а Хелен принялась показывать Эмилии
различные изделия, выполненные собственными руками.
- Хелен, дорогая, а нельзя ли, под стать сумочке, сделать для меня
маленькую изящную шляпку и пояс? Получился бы комплект.
- Конечно, можно, - улыбнулась Хелен.
- Ах, это будет нечто потрясающее! - от восторга Эмилия зажмурилась.
Потом открыла глаза и объявила: - Теперь требуется обзавестись подходящим
платьем. Подобрать нечто совершенное! Необычное! Полностью соответствующее
той высокой художественной планке, которую задаете своей работой вы, Хелен.
- Ну что вы!.. - слегка смутилась та.
Хелен Истмен, высокая стройная женщина средних лет, казалась очень
милой и с первого взгляда вызвала симпатию Эмилии.
- Вы сказали, что приехали погостить у Фергюссонов? - спросила Хелен,
поскольку считала со своей стороны обязательным поддержать беседу с любезной
и общительной, хотя и весьма экстравагантной дамой.
- Да. Решила немного отдохнуть, - подтвердила Эмилия. - Мы с Гарольдом
- давние друзья. Я даже, помнится, одно время была по уши влюблена в него!
Впрочем, это вполне объяснимо. Ведь Гарольд - великолепный мужчина. Не
правда ли, Хелен?
Она бросила быстрый вопросительный взгляд, который сразу же отвела в
сторону, на хозяйку дома, моментально отметив, что та отчего-то
сконфузилась. Это было отчетливо видно по тому, как зарумянились щеки Хелен,
" забегали" глаза, немного задрожали кончики изящных пальцев, сорвался голос
на коротком ответе " да" .
" Уж не влюблена ли она тайно в Гарольда? - вдруг подумала Эмилия. -
Вот так-так!.. " Пообещав себе на досуге как следует обдумать эту идею,
Эмилия вернулась к разговору с Хелен.
- О! Что это? - воскликнула она, указав жестом на рабочий столик.
- Ах, это!.. - улыбнулась Хелен Истмен и пояснила: - Да это так,
безделицы. Хотя... Мои бутоньерки пользуются спросом. И среди дам, и среди
джентльменов.
- Они великолепны! - вдохновенно заявила Эмилия и, взяв одну, принялась
внимательно осматривать.
- Бутоньерки я делаю и с искусственными цветами, и с живыми. Там,
внутри, есть место для крошечного сосудика, который наполняют жидкостью.
Поэтому цветы долго сохраняют свежий вид и не вянут.
- Хелен, дорогая, я хочу приобрести хотя бы одну из бутоньерок.
- Пожалуйста, Эмилия. Буду рада, - откликнулась та. - Но к сожалению,
сейчас готовых изделий у меня нет.
- Обидно! - вздохнула Эмилия.
- Вы здесь надолго? - вдруг уточнила Хелен.
- Пока точно не решила. Думаю, дней на пять.
- Я постараюсь успеть к вашему, Эмилия, отъезду приготовить бутоньерку.
А вот пояс и шляпку, о которых мы говорили, пришлю позже. Такой вариант вас
устроит?
- Безусловно. Вы так внимательны и любезны, Хелен! - воскликнула Эмилия
и обаятельно улыбнулась.
Она вручила Хелен свою визитную карточку и подробно объяснила, какую
именно бутоньерку желает получить.
Когда спустилась Линда, она застала Хелен и Эмилию увлеченно и живо
беседующими о шляпке и поясе. Линда напомнила Хелен о встрече этим вечером и
вместе с Эмилией покинула дом Истменов. В машине Линда рассказала гостье,
что ею и несколькими другими энтузиастками, дабы окончательно не погрязнуть
в бытовых заботах и проблемах, организовано некое подобие женского клуба,
где они обмениваются новостями, обсуждают волнующие каждую из них темы.
Иногда удается даже заполучить какую-нибудь неординарную личность, которая
рассказывает о своей профессиональной деятельности или необычном хобби. Так
были приглашены приезжавшие в гости к родственникам или знакомым
ученый-астрофизик, дрессировщик хищных зверей, танцор, исполняющий степ,
известный врач- реаниматор и призер- жокей.
- С лошадью? - быстро уточнила Эмилия, живо заинтересовавшись последним
из перечня выдающихся персон, удостоенных особым вниманием местных дам.
- Как ни странно, нет! - захохотала Линда.
- Уверена, отсутствие лошади значительно снизило впечатление, -
скептично произнесла Эмилия. - Авторитетно утверждаю это, как многолетний
член клуба автогонщиков " Колесо фортуны" .
- Действительно? - с ироничным недоверием спросила Линда, вскинув вверх
брови.
- Ну... - на лице Эмилии появилась озорная лукавая улыбка. - Это была
гипербола. На самом деле я - почетный ветеран спортивной секции детских
колясок " Ползунки" .
- А вот это точно не вызывает никаких сомнений, - весело согласилась
Линда.
5

Этим вечером, благодаря Линде, Эмилия имела возможность познакомиться
со всеми дамами, которых в беседе упомянул Гарольд Фергюссон. Увы, но
пришлось признать, что впечатление, которое она сама произвела при появлении
в гостиной, оказалось далеко неоднозначным. Скорее даже, негативным. Ответа,
почему ее восприняли именно так, не было. Но Эмилию это нисколько не
смутило. Наоборот. Как и обычно в таких случаях, еще больше раззадорило.
Она, очаровательно улыбаясь, держалась прямо, излучая всем своим видом
доброжелательность и обаяние.
Короткое, облегающее фигуру платье из бирюзового шелка на тонких
бретельках отличалось, по мнению Эмилии, изысканной простотой. Дополняли
наряд колье и серьги из бриллиантов и изумрудов. Такая же заколка
ослепительно сверкала в волосах, уложенных в высокую прическу. Конечно,
вынужденно заключила Эмилия, другие дамы были одеты гораздо скромнее. Но в
конце концов, отказывать себе в маленьком невинном удовольствии выглядеть
более-менее нарядно, тем паче, в отпуске и незнакомом обществе, было бы
очевидной глупостью! Да и вообще, это было не в привычках Эмилии. Она всегда
полагалась на известную мудрость, что встречают по одежке. Следовательно
поэтому ей рано или поздно обязательно удастся переломить первоначально
сложившееся о себе общественное мнение.
Эмилия разговаривала с Хелен Истмен, когда к ним подошла невысокая
пухленькая женщина. Это оказалась Кэролайн Пакстон, жена владельца сети
магазинов Кеннета Пакстона. У Кэролайн были удивительно пышные белокурые
волосы. Взгляд почти черных глаз отличался цепкостью и нескрываемым
любопытством. Кэролайн оказалась ничуть не меньшей болтушкой, чем сама
Эмилия, которой уже через несколько минут стали известны все местные
новости, с энтузиазмом сообщенные Кэролайн. Неожиданно их оживленная беседа
была прервана.
- Ах!.. - Кэролайн зажала рот рукой, во все глаза глядя на вход.
Эмилия оглянулась. В дверях стоял Гарольд Фергюссон и широко улыбался.
- Добрый вечер, милые дамы! - громко сказал он.
Но не его персона явилась причиной мгновенно наступившей тишины.
Восторженные взгляды были обращены к его спутнику. Тем временем Гарольд
Фергюссон весело объявил:
- Сюрприз! Позвольте представить вам моего давнего и очень хорошего
знакомого господина Тимоти Фроста. Думаю, вы не будете разочарованы и
пополните, благодаря мне, список интересных личностей, знатоков своего дела.
Тимоти Фрост, спокойно улыбаясь, сдержанно поклонился. Воистину,
Гарольду Фергюссону удалось удивить всех, поскольку его друг был невероятно
привлекательным мужчиной. Мало того, мужчиной красивым. Правильные,
прямо-таки классические черты лица, выразительный взгляд темных глаз под
излетом черных бровей, матовая кожа, алые, четко обрисованные губы, к тому
же - высокий рост и стройная подтянутая фигура поневоле заставили дрогнуть
все, без исключения, сердца присутствующих дам.
- Подозреваю, что в самое ближайшее время философский клуб " Выеденное
яйцо" лопнет, как мыльный пузырь! - вдруг громко и серьезно произнесла
Эмилия.
- Что? - рассеянно переспросила Кэролайн Пакстон, не сводя пристального
взгляда с Тимоти Фроста.
- Да ничего особенного. Просто общество селекционеров " Химеры природы"
сейчас наглядно демонстрирует нам очередное яблоко раздора, - отчетливо
пояснила Эмилия.
Линда Фергюссон и Хелен Истмен дружно засмеялись, но почти сразу
умолкли под обстрелом полутора десятков возмущенных глаз, одновременно
устремленных на них. Особых, осуждающих и колючих, взглядов удостоилась
Эмилия. Тем более, господин Фрост тут же обратил на нее все свое внимание.
Он усмехнулся, в глазах его промелькнул озорной огонек. Эмилия, гордо
выпрямившись, независимо и прямо смотрела на него, затем кокетливо повела
плечом, многозначительно подмигнула Гарольду Фергюссону и звонко захохотала,
чем вызвала еще большее раздражение почти всех членов клуба. Такое
вызывающее поведение было делом невиданным!!! Хотя в глубине души
большинства дам возникло нечто, похожее на зависть и даже некоторое
уважение. Потягаться с экстравагантной гостьей, госпожою Змановски, в умении
моментально и эффектно привлечь к себе внимание, ни одна из них не могла.
- Передо мной, судя по всему, председательница женской ассоциации "
Вальпургиева ночь" ? - глядя прямо в глаза Эмилии, мягким бархатным
баритоном вдруг спросил Тимоти Фрост.
- Ошибаетесь! Потому что отсутствует основной атрибут. Метла. Перед
вами, господин Фрост, глава брачного агентства " Веселая вдова" Эмилия
Змановски! - обворожительно улыбаясь, заявила Эмилия. - Не желаете
воспользоваться нашими услугами?
- Благодарю. Я подумаю над вашим предложением, госпожа Змановски.
- Подумайте, господин Фрост! Только не слишком долго.
- Постараюсь.
Они обменялись вежливыми, чуть ироничными, улыбками. Внезапно в их
беседу быстро вклинилась Кэролайн Пакстон.
- Неужели вам, господин Фрост, требуются услуги брачного агентства? Вы
не женаты?
- Разведен, - коротко ответил он.
- О-о!.. - раздался единый удивленный вздох.
Поверить в то, что молодой красивый мужчина одинок, казалось чем-то
запредельным, нереальным, фантастическим.
- И давно? - с нескрываемым любопытством уточнила неугомонная в своем
желании знать абсолютно все обо всех Кэролайн Пакстон.
Тимоти Фрост невозмутимо взглянул на нее и с едва уловимой улыбкой
пояснил:
- Почти десять лет.
- О-о!.. - дружным унисоном прозвучал очередной всеобщий вздох.
Возможно, немного оправившись от первоначального потрясения, дамы
непременно продолжили бы допрос с пристрастием, но вмешался Гарольд
Фергюссон.
- Думаю, вас, милые дамы, - сказал он, - больше заинтересует
профессиональная деятельность господина Фроста. Он - сценарист. Пишет
сценарии для детективных и криминальных сериалов, некоторые из которых,
безусловно, вы видели на телеэкране.
Гарольд Фергюссон принялся перечислять популярные фильмы, что вызвало
новую волну повышенного интереса и внимания к гостю. Естественно, со всех
сторон сразу же посыпались бесчисленные вопросы.
Иронично улыбнувшись, Эмилия вышла на балкон, оставив дверь открытой,
что позволяло ей без помех наблюдать за происходящим в гостиной, и, вставив
сигарету в мундштук, закурила. Взгляд ее неожиданно остановился на Хелен
Истмен. Та смотрела не на говорившего что-то Тимоти Фроста, как все
остальные, а на Гарольда Фергюссона. Причем, как заметила Эмилия, едва тот,
почувствовав обращенный на себя взгляд, начинал неосознанно поворачиваться,
приглаживать волосы, бессмысленно двигаться, Хелен Истмен тут же опускала
ресницы. Эмилия моментально вспомнила ту мысль, которая пришла ей в голову
всего несколько часов назад, когда она и Линда посещали дом Истменов. Значит
тогда ее умозаключение не было ошибочным. Хелен, как минимум,
симпатизировала Гарольду Фергюссону. Бесспорно, ничего необычного или
удивительного в этом не было. Гарольд относился к категории весьма
привлекательных мужчин. Тем более, для женщины, долгое время испытывающей
дефицит мужского внимания, неотлучно находящейся при тяжелобольном супруге.
Эмилия вздохнула, с сочувствием относясь к нелегкой доле Хелен. Что ж! Выбор
Хелен, с одной стороны, удачен и объясним. А с другой - совершенно
безнадежен, поскольку Гарольд Фергюссон, насколько знала его Эмилия, вряд ли
станет бездумно и опрометчиво заводить любовную интрижку на стороне.
Эмилия вновь глубоко вздохнула и перевела взгляд на сидящую рядом с
Хелен Истмен даму. Эмилия вспомнила, что зовут ее Ширли Саразин. Она
являлась женой пресловутого Крейга Саразина, о котором у Эмилия сохранилось
самое нелицеприятное негативное впечатление. И хотя то, что произошло тогда,
было делом давно минувших дней, все же до сих пор на душе оставался горький
неприятный осадок. Впрочем, отмахнувшись от собственного мнения о Крейге
Саразине, Эмилия беспристрастно признала, что тот сделал весьма удачный
выбор. Его жена Ширли была очень красивой женщиной. Черные, как смоль,
волосы были забраны в тугой узел. Ухоженное лицо, стройная фигура, с
безупречным вкусом подобранное строгое платье, сдержанная манера поведения,
бесспорно, являлись бы залогом неизменного успеха у представителей сильного
пола и доставляли бы немало беспокойства и досады прекрасной половине
человечества, если бы не подчеркнуто- аскетичный вид Ширли Саразин.
Создавалось впечатление, что, если не сию минуту, то уж через час - точно,
Ширли отправится в монастырь и примет постриг, поскольку все ее существо
выражало абсолютную бесстрастность и даже пренебрежение к мирской суете,
царящей вокруг. Пожалуй, Эмилия была готова согласиться с Кэролайн Пакстон,
которая, в целом, одобрительно отозвавшись о Ширли, обмолвилась, назвав ту
порядочной занудой. Судя по всему, доля истины в этой характеристике была.
Вот и теперь, когда остальные женщины с нескрываемым интересом слушали
Тимоти Фроста, Ширли Саразин держалась отстранено, безучастно, не задавая ни
единого вопроса. Эмилия подумала о том, что еще не слышала голоса Ширли,
которую безосновательно, сама не зная, почему, вдруг пожалела ничуть не
меньше, чем до этого Хелен Истмен.
Размышления Эмилии прервала дама, задавшая какой-то вопрос Тимоти
Фросту. Эмилия наморщила лоб, пытаясь вспомнить ее имя. В результате
колоссальной умственной атаки оно все-таки всплыло в сознании. Ромина
Ардженто. Жена владельца страхового агентства Витторио Ардженто. Из всех
дам, присутствующих в клубе, пожалуй, только Ромина могла поспорить с Ширли
Саразин яркой впечатляющей внешностью. Она была красива. Хотя Ромина и не
отличалась высоким ростом, но сложена была великолепно. Крутые бедра,
высокая грудь, тонкая талия. В общем, Ромина была необычайно хороша собой! И
в отличие от " монашки" Ширли с поджатыми губами, производила впечатление
довольно общительной женщины. Нарекания Эмилии вызвал лишь наряд Ромины.
Одета та была дорого. Вроде и не безвкусно, но немного нелепо, что ли.
Впрочем, возможно, в Эмилии заговорила чисто женская зависть. Добровольно
признать, что какая-либо другая особа безупречна и совершенна, для любой
женщины равносильно подвигу! Эмилия же особым геройством никогда не
отличалась. Внимательно наблюдая, как оживленно беседуют Ромина и Тимоти
Фрост, Эмилия вдруг отчетливо поняла, что, скорее, не наряд был тем
незначительным отрицательным фактором, который слегка снижал впечатление от
внешности госпожи Ардженто. Увы, красавица Ромина была напрочь лишена
обаяния. Как говорят французы, шарма. Поскольку Эмилии даже перед самой
собой не хотелось выглядеть злобной ненавистницей всех женщин мира, она
призвала себя быть добрее и снисходительнее к чужим недостаткам. Переключив,
согласно рекомендациям Боа-Констриктора, собственные эмоции на новую волну,
Эмилия третий раз за вечер расчувствовалась, до глубины души проникнувшись
состраданием к красивой, но лишенной очарования Ромине Ардженто.
Довольная тем, что смогла преодолеть все недостойное и низменное в себе
и проникнуться только самыми высокими и благородными помыслами, Эмилия гордо
расправила плечи, подошла, больше не интересуясь происходящим в гостиной,
вплотную к балюстраде и закурила новую сигарету, устремив спокойный взгляд к
звездному небу.
Лирико-созерцательное настроение Эмилии прервали взволнованные
возбужденные звуки двух голосов. Мужского и женского. Гарольда и Линды
Фергюссон. Супружеская чета, занятая исключительно друг другом, ни на что
вокруг, судя по всему, не обращала внимания.
- Я больше не в силах терпеть... - от наплыва с трудом сдерживаемых
чувств Линда, не договорив, задохнулась и закрыла лицо руками.
- Линда, прошу тебя, прояви хоть каплю благоразумия, - успокаивающе
произнес Гарольд и, взяв ее руки в свои, поочередно поцеловал раскрытые
ладони жены.
- И как долго?!! - с отчаянием воскликнула Линда и резким жестом сжала
пальцы в крепкий замок.
- Прошу тебя, тише. Нас могут услышать, - негромко попросил Гарольд и
мягко и плавно несколько раз провел рукой по плечу жены.
Его предупреждение, по меньшей мере, запоздало. Что и констатировала с
глубоким сожалением Эмилия. Конечно, теперь заявлять о своем присутствии
было бы крайне неразумно. Но и подслушивать чужой разговор являлось
очевидной бестактностью. В общем, проблема из чисто акустической в мгновение
ока преобразовалась в морально-этическую. Причем, совершенно неразрешимую.
Пока озадаченная сим фактом Эмилия сохраняла абсолютную бесстрастность
и полную неподвижность античной мраморной статуи, выставленной на всеобщее
обозрение в пантеоне и тем не менее упорно не замечаемую присутствующими,
супруги продолжили бурную напряженную дискуссию.
- Ты последнее время не похож сам на себя, Гарольд! - эмоционально, не
снижая тона, заявила Линда Фергюссон.
- Нет, - после короткой паузы возразил Гарольд. - Нет, Линда. Это не
так. Это ты почему-то вдруг стала придавать излишнее значение всяким
пустякам. Поверь, ты напрасно нервничаешь.
- Не думаю! - отрезала Линда. - И не надо меня успокаивать. Я - не
ребенок, Гарольд. И умею, когда надо, постоять за себя!
- Что совсем не требуется, уверяю тебя, - мягко запротестовал он. - Все
ведь хорошо, Линда.
- Нет! И ты это знаешь, Гарольд, - многозначительно и напористо