Панди глубоко втянула в себя воздух, подавив рыдание. Ее воображение разыгрывалось все сильнее. Она повернула назад, в том направлении, какое, ей казалось, она только что прошла, и очутилась между двумя высокими десятифутовыми деревьями. Они, будто нехотя, расступились; их короткие ветви вцепились в ее термокостюм, который уже и без того в некоторых местах был прорван до дыр. Если ей удастся выбраться из этой дремучей чащобы, от ее костюма к тому времени останутся одни лохмотья, - если, конечно, она вообще выберется отсюда. Следующие деревья стояли еще плотнее друг к другу, но Панди все-таки удалось протиснуться между ними. Однако она тут же зацепилась за невысокую поросль и едва не упала на кусты.
   Впереди был еще один ряд деревьев, почти не отличимый от прежнего. Позади во все стороны тянулись заросли молодого сосняка, напоминая сплошную жесткую щетину.
   Панди плакала, бережно прижимая к себе больную руку. Она была обречена - вокруг нее повсюду были плотные ряды деревьев. И вдруг она натолкнулась на что-то массивное. Панди подняла голову и увидела существо, похожее на гигантского рака. Оно пристально смотрело на девушку, и вокруг ее головы шевелились длинные усы.
   Панди закричала и, теряя сознание, осела на землю.
   Придя в себя, Панди обнаружила, что находится в слабо освещенном помещении. Ее слух ласкали загадочные нежные звуки, смешанные со стоном ветра снаружи. Панди провела рукой вокруг себя. Запястье по-прежнему нестерпимо ныло. Ахнув от боли, девушка снова замерла на месте.
   Она находилась в помещении с массивными стенами и лежала на постели, набитой сеном или соломой. Здоровой рукой Панди потянулась вверх и ощупала нишу в стене. Поверхность напоминала грубо обтесанный камень.
   Панди повернулась на другой бок, по-прежнему ощущая ужасную боль в запястье. И тут на нее упал луч света из треугольного отверстия неподалеку. Теперь девушка могла разглядеть стены. Это была узкая пещера с низким потолком.
   Панди сделала усилие и поползла на локтях вперед, туда, откуда падал свет.
   Это был слабый, бледный свет, и когда девушка подобралась поближе к отверстию, она поняла почему. Солнце уже взошло, но валил сильный снег, и небо застилали низкие темные тучи. Этот звук она-то и слышала приглушенное снегом завывание ветра. Снег падал огромными хлопьями, и земля уже покрылась тонким покрывалом. Панди почувствовала, что продрогла.
   До нее дошло, что она, по-видимому, без сознания несколько часов, а сюда ее притащило то непонятное существо, на которое она натолкнулась в лесу.
   Это существо спасло ей жизнь. Но почему?
   Выглянув наружу из входного отверстия, Панди увидела поляну, посреди которой тянули к серому небу свои голые ветви два высоченных ореховых дерева.
   Панди выбралась из своей пещеры и выпрямилась, с наслаждением глотая свежий воздух. Справа от нее склон спускался вниз, в долину, где виднелся лес деревьев. Может быть, она там и блуждала? В этих кошмарных непролазных джунглях? Впереди Панди увидела некое подобие тропы - узкий проход в густых зарослях. Оказалось, что он ведет вдоль самого гребня.
   Хлопья снега летели Панди в лицо. Она поймала их языком - они оказались слишком холодными. Панди просчитала свои шансы - в нагрудном кармане у нее еще оставалось несколько белковых батончиков. Здоровой рукой она извлекла один, стащила рукавицы и принялась разворачивать обертку, дрожа от боли и волнения. Вкус батончика показался ей райским, но, увы, хватило его ненадолго. Панди развернула следующий и так же мигом проглотила и его. Затем она принялась рассматривать свой костюм и ботинки. Хотя первый был порван во многих местах, к счастью, это был верхний слой, поэтому костюм по-прежнему неплохо защищал ее от холода.
   Однако насколько долго, если целостность его уже нарушена, костюм будет сохранять свои теплозащитные свойства, Панди не знала. Она сосчитала оставшиеся белковые батончики. Их было семь. Девушка развернула и проглотила еще один, и их осталось шесть.
   К этому времени ветер перешел в настоящий ураган. Снег в бешеном вихре летел почти горизонтально над землей. Панди решила снова укрыться в пещере. Надо подождать, пока не стихнет ветер. К тому же внутри пещеры было значительно теплее.
   Панди, нахохлившись, прижалась к каменной стене и принялась гадать, куда запропастилась Салли. Может, ей тоже посчастливилось найти укрытие? Открылся ли вообще ее парашют? А если она благополучно приземлилась, то сможет ли подать сигнал бедствия, чтобы за ними прилетел вертолет?
   Они все время спорили о том, следует ли им просить помощи. Этот спор продолжался даже тогда, когда их поврежденный корабль камнем полетел вниз сквозь атмосферу планеты.
   Панди понимала, что Салли ни за что не станет давать сигнал бедствия. Она постоянно твердила о том, что им никак нельзя привлекать к себе внимание после приземления. Салли снова и снова наставляла Панди, что той непременно следует сменить имя и избегать встреч с людьми, которых она знала в прежней своей жизни, если, конечно, ей не хочется угодить в следственную тюрьму ИТАА.
   В ушах у Панди до сих пор звенел разгневанный голос подруги: "Запомни, милочка, теперь ты преступница, ты в розыске по уголовному делу. Если тебя привлекут к суду, твоя песенка спета, но заодно ты потянешь и меня. И как тебе не выдать меня, если это единственная возможность, чтобы тебе скостили срок с двадцати лет до пяти. Поверь мне, уж я-то знаю, что такое ИТАА и какие приемчики у этих ублюдков!"
   Панди терялась, не видя для себя никакого выхода. Если ей удастся найти хоть какую-то помощь, она наверняка сможет живой выбраться из этих гор. Но и тогда она так или иначе попадет в лапы ИТАА и там уж наверняка поинтересуются, что и как. А если ей никто не поможет, ее ждет верная гибель. В конце концов девушка решила попытаться самостоятельно выбраться из этой западни, держа путь на запад. Она знала, что если идти на запад, можно будет наверняка выйти к дороге. На востоке виднелись только горы и ледяные поля, которые занимали все центральное пространство материка.
   Ситуация складывалась неутешительная. Панди расслабилась, лежа на спине, и позволила мрачным сновидениям овладеть ею.
   Глава 26
   Верхние этажи старого здания управления полиции пустовали уже около двух десятилетий. Из кабинетов вынесли все до последней мелочи, оставив одну лишь пыль. Холодные и темные комнаты молча дожидались своего часа с тех самых пор, как полицейское управление переехало на другой берег реки в новое здание. Теперь в них раздавалось эхо шагов лейтенанта Йохана Грикса и специально набранного им взвода из восьми мужчин и трех женщин, служивших в саскэтчской полиции.
   Все они вызвались идти добровольцами, как только представился удобный случай. Все прекрасно знали, чем рискуют, понимали и то, что только от них зависит дело свержения семейства Тюссо и их приспешников. Коррупции и насилию, захлестнувшим саскэтчскую колонию, следовало немедленно положить конец.
   Команда передвигалась по зданию, освещая себе путь фонариками. В некоторых комнатах поставили портативные светильники - там, где окна выходили во внутренний двор. На четвертом этаже установили мощные пулеметы, оттуда хорошо простреливались перекрестки улиц вокруг здания. Главные ворота заперли, а капрал Марш и еще три человека занялись возведением дополнительных укреплений позади их массивных, окованных железом деревянных половин.
   На всех стратегически важных окнах были выставлены дозорные. Дополнительный пост был также поставлен внизу, у аварийного выхода в задней стене управления. Там, где когда-то располагалась приемная уголовного розыска, теперь находился штаб Грикса. Он притащил сюда пару допотопных шкафов, несколько видавших виды стульев и столов, а также пару переносных ламп. Никола Мулен установила радиотелефон. Кто-то еще принес два телевизора и аккумулятор.
   Карни и Акандера осмотрели, перевязали им раны и где надо наложили швы. Немного перекусив, они наконец смогли прилечь и тотчас уснули в бывшем кабинете для допросов. На первом этаже кто-то обнаружил старые койки, и, кроме того, Грикс и его люди захватили с собой среди прочего спальные мешки и одеяла.
   Так как телефонные линии не сохранились, Грикс и судья Файнберг были вынуждены поддерживать связь с внешним миром по радио. К несчастью, их тотчас же запеленговали.
   - Снова включили глушилку, - покачала головой Никола Мулен. Радиостанция наполняла помещение треском помех. - Опять потеряли волну. Она принялась переключать частоты, чтобы послать позывные. - Ответьте нам, Голубое Озеро, ответьте, - задыхаясь от волнения, говорила девушка. На другом конце, похоже не торопились с ответом.
   - Я, честно говоря, встревожена, - сказала судья Файнберг. - Вряд ли мы сможем поддерживать связь с Голубым Озером или любым другим городом, который еще не попал под контроль Тюссо.
   - Наше дело зарегистрировано в ИТАА, а это самое главное. Тюссо должно быть известно об этом. Они прекрасно знают, чем кончится для них их карьера, если они захотят прихлопнуть нас, - заметил Грикс.
   - Верно, верно. Но они прекрасно знают и то, что с ними будет в противном случае.
   Грикс пожал плечами:
   - Мы с самого начала отдавали себе отчет в том, что идем на риск.
   - Верно, - судья Файнберг расправила плечи. - И теперь нам непременно надо довести дело до конца.
   Внезапно они услышали крик. Все замерли. Грикс вскочил и бросился к двери. По коридору бежал Генри Янг.
   - В чем дело, Генри? - вскричал Грикс.
   - Выгляните в окно, сэр. Повалил снег!
   Грикс резко развернулся и выглянул из окна: во дворе кружились крупные белые хлопья.
   - Проверьте сводки погоды! - рявкнул Грикс.
   - А что это изменит? - раздался позади него голос судьи Файнберг. Йохан обернулся к ней:
   - Вдруг это метель, а мы не знаем. В такую погоду трудно поддерживать жизнь города в нормальном состоянии. Городским властям придется хорошенько повертеться, чтобы коммуникации не вышли из строя. Первый снегопад всегда приносит с собой уйму проблем. Завтра машинам ни за что не проехать по улицам.
   Мулен отыскала на одном из телеканалов прогноз погоды.
   - Говорят, что на нас с гор Блэк-Рукс движется буран и что к завтрашнему дню высота снежного покрова достигнет полуметра.
   - Первый зимний буран... - произнесла судья Файнберг.
   - Когда-то же он должен прийти - их всегда бывает пять или шесть.
   Снова донесся крик, на этот раз откуда-то снизу. Потом еще один, из углового кабинета, выходившего на юго-запад. И опять к ним в штаб вбежал Генри Янг.
   - Там на улице засел снайпер! Он ведет огонь по центральным воротам! закричал он.
   Грикс посмотрел на судью Файнберг:
   - По-моему, наш ответ ясен.
   Судья Файнберг имела подавленный вид. Грикса беспокоило ее состояние. Авторитет судьи был в этом деле козырем номер один. Без ее поддержки он и его команда обречены на провал.
   Обернувшись к Янгу, Грикс приказал:
   - Дайте ответный огонь, но не увлекайтесь, и, ради Бога, не тратьте понапрасну патроны. За нашими стенами находится город, где полно людей. Мы не можем позволить себе проливать невинную кровь.
   Генри Янг исчез. Вскоре после этого раздалось несколько коротких пулеметных очередей, и после все стихло.
   - Похоже, мы в осаде, я права, лейтенант? - удивительно спокойным голосом произнесла судья Файнберг.
   Грикс вздохнул с облегчением. Она была на его стороне.
   - Для этих старых стен осада не в новинку. Они выстояли уже не одну, усмехнулся лейтенант.
   Имея в своем распоряжении полтора десятка защитников, вооруженных автоматами, они могли продержаться здесь не одну неделю. Запасов воды и продовольствия тоже должно было хватить на долгое время. Если им удастся продержаться хотя бы дней семь, ИТАА пришлет сюда десантников, кроме того на подмогу придет и космическая пехота. Тюссо не может не знать об этом. У Грикса были все шансы на успех.
   Внезапно на дворе раздался оглушительный взрыв, из окон фонтаном посыпались тысячи мелких осколков стекла.
   Йохан инстинктивно бросился на пол, увлекая за собой судью Файнберг. После следующего взрыва на столы и двери обрушился град шрапнели.
   - Бьют из орудий! - не веря своим глазам, воскликнул Грикс, вытаскивая из-под стола закатившуюся туда фуражку. - Бьюсь об заклад, лупят из девяностомиллиметровки!
   Судья Файнберг поднялась с пола.
   - Теперь я начинаю понимать, что такое война, - спокойным тоном произнесла она.
   Обстрел здания не прекращался. Один снаряд попал на крышу, несколько разорвались во внутреннем дворике, один угодил в полицейский фургон. Ярким пламенем вспыхнуло горючее и из внутреннего дворика поднялся столб дыма.
   Грикс провел судью Файнберг по коридору в комнату, окна которой были закрыты железными ставнями. Никола Мулен принесла туда телефон, а Генри Янг - стул.
   По крыше застучали все новые снаряды, затарахтели пулеметы. Во дворе кто-то закричал. О железные ставни ударилась пуля. За ней еще одна, еще и обстрел превратился в сплошной град огня.
   - Выключить свет! - закричал Грикс. Освещение погасло, и Грикс зажег крохотную аварийную лампочку, горевшую тусклым красным светом.
   - Похоже на то, что законность и правопорядок больше никому не нужны, - грустно заметила судья Файнберг.
   Еще одна пуля со звоном отлетела от железных ставней.
   Буран обрушился на горы Блэк-Рукс со страшной силой. Сорвавшись с приполярных ледников, масса холодного воздуха с разбега налетела на клин теплого воздуха, плывущего вверх вдоль долины реки Элизабет. За считанные часы столкнувшиеся лоб в лоб воздушные массы устроили такую заваруху, что земля под ними оказалась устланной толстым снежным ковром.
   Рибен Арнтадж и его спутники оказались застигнутыми врасплох. Снег пошел перед самым рассветом, и Себастьян, Бруда и Йен Чо собрались, чтобы обсудить возникшую ситуацию.
   - Это снежная буря, - констатировал Себастьян. - Говорят, снега выпадет не меньше метра. Ветер усилится, по крайней мере, до девяти баллов.
   - Да, в таких условиях бесполезно дожидаться, что за нами пришлют вертолет, - заметила Бруда.
   - Боюсь, что так, - согласился Йен Чо.
   - А как Рибен? - спросил Себастьян.
   - Держится понемножку, - ответил Бруда. - Но не более того. Думаю, мы стали забывать, что его здоровье слишком хрупкая вещь.
   Себастьян мрачно согласился, пожав плечами:
   - Ему ведь уже под три сотни.
   - Вопрос в том, сумеем ли мы держать его в тепле, пока ему не станет лучше.
   - Мы вызовем вертолет, как только буря немного стихнет, - сказал Йен Чо.
   - Придется прождать еще пару дней, в зависимости от погоды. У нас достаточно пищи и прочих запасов. Если Рибен будет в тепле, с ним ничего не случится. Проблемы могут возникнуть, если вдруг произойдет несчастный случай или что-то в этом роде, ведь мы взяли с собой только минимум медикаментов.
   - А что говорит о его состоянии компьютер? - Спросил Йен Чо.
   - Рибену требуется отдых, а когда он проснется - большое количество белковой смеси. Пищу следует принимать часто, небольшими порциями, добавьте сюда еще тридцать пять таблеток и все прочее.
   - А у нас есть все необходимые лекарства?
   - Да, пока есть.
   Себастьян заметил, что Йен Чо постоянно смотрит влево, в лесную чащу.
   - Мне кажется, там кто-то есть, - подозрительно проговорил телохранитель Рибена.
   И все стали вглядываться в непроходимые заросли слева от них. Снег падал сплошной стеной, ветер как безумный гнал по небу тяжелые серые тучи. Земля уже покрылась тонким белым ковром.
   - И какому идиоту взбредет в голову бродить сейчас по лесу? Все охотники уже давным-давно убрались отсюда, как только заметили приближение бурана.
   - Всегда может найтись парочка разинь, которые застряли в лесу.
   - А, по-моему, это кто-то из разбившегося корабля. Наконец Йен Чо разглядел то, что стало причиной его опасений.
   - Ну-ка, выходи! - выкрикнул он. - Нечего замерзать до смерти из-за нас.
   Несколько секунд было тихо, а затем из-за деревьев нетвердой походкой вышла фигура в скафандре. Подойдя к костру, астронавт сбросил драные рукавицы, чтобы согреть над огнем окоченевшие пальцы. И тут друзья разглядели, что перед ними женщина лет тридцати пяти, причем довольно хорошенькая. Женщина стащила в головы шлем, и по ее плечам рассыпались давно немытые светлые волосы. Ее нос, слишком маленький для широкоскулого лица и высокого лба, был явно смоделирован хирургом.
   - Привет, - произнесла Бруда Дара.
   Женщина молча смотрела на нее, будто не расслышав приветствия. Вероятно, от неожиданности она лишилась дара речи.
   - Вы разбились при посадке, Мы видели, как упал ваш корабль. - Бруда пыталась помочь гостье.
   Салли Ксермин по-прежнему молчала. Язык будто примерз у нее к гортани. Она до смерти боялась этих людей, ее пугал весь этот мир. Но еще больший ужас наводила на нее мысль о том, что она натворила в космосе, что оставила после себя где-то среди пояса астероидов.
   Салли хотелось как можно скорее убраться прочь из этой системы, желательно первым же рейсом. Каким-то образом ей следовало выбраться из этих заснеженных гор и найти дорогу до города, а там и до космопорта. И еще как-то надо обзавестись кредитом; ее совершенно не волновал вопрос, каким образом она добьется этого. Главное, поскорее унести отсюда ноги.
   Таинственное нечто уцелело после того, как Салли взрывом вывела из строя двигатели "Семени надежды". Затем это нечто отследило траекторию их движения и едва не отправило их на тот свет, постав вдогонку микроснаряд. Как ловко, однако, эта тварь провела ее. Видимо, Салли была для нее легкой добычей, а все из-за того, что ее, Салли, ослепила любовь к бедолаге Роджеру.
   Салли сумела взять себя в руки и односложно ответила:
   - Да.
   Ее била дрожь, она чувствовала себя совершенно обессиленной и закоченевшей, кто бы знал, с каким трудом ей удалось спуститься вниз с уступа, на который она приземлилась.
   - Вы, ребята, охотники? - спросила она наконец.
   - Нет.
   - А что вы тогда здесь делаете в такую погоду?
   - Мы в полевой экспедиции, снимаем серых ночных кормушников. В это время года они пролетают через Блэк-Рукс.
   - Серые ночные кормушники?
   - Именно, - радостно подтвердила Дара. - Это единственно известные летающие моллюски во всей галактике. Нам удалось заснять потрясающие видеокадры! Я думаю, их передадут по всем каналам экологической видеосвязи!
   Салли перевела дух. Все это слишком смахивало на сказку. Подумать только, охотники за перелетными моллюсками, какие-то киношники! Вот уж у кого наверняка водятся денежки. Ей явно повезло.
   Затем Салли обратила внимание на то, как пристально рассматривает ее здоровенный детина восточного типа, и ей стало не по себе. Кажется, это он выманил ее из-за деревьев. Она безошибочно определили, что этот парень прошел хорошую боевую школу, и решила быть начеку. И можно ли верить в эти бредни о летающих моллюсках? Может, они тут охотятся за "тропиком-45"? Как бы то ни было, ей надо держать с ними ухо востро.
   - А что же с вами стряслось? - неожиданно спросила Бруда.
   - А как вы думаете? - огрызнулась Салли. - Мы спустились с борта "Медеи", но у нашего "шатла" отказал двигатель, и нам пришлось совершить здесь жесткую посадку.
   "Медея" частенько навещала их систему. Это был крупный космический лайнер с приводом Баада, который регулярно совершал прыжки между Ноканикусом и Саскэтчем для Трансгалактических линий.
   - Что-то слишком маленький "шатл", - недоверчиво буркнул Йен Чо.
   - Да, это служебный "шатл" на шесть пассажиров. Его всегда спускают первым.
   - И вы были его пилотом? - Йен Чо попытался изобразить улыбку. В уголках его глаз веером собрались морщинки.
   - Именно так. - Салли понимала, что могла блефовать, не опасаясь за последствия. - Одному Богу известно, что стало с остальными пассажирами. Но я уверена, что они все катапультировались. Наверное, их разбросало по этим горам.
   - На какой космической линии вы работали? - не отставал от Салли Йен Чо, пытаясь обнаружить ложь в ее ответах.
   - Трансгалактической. Мое имя Роксана Демичи, пилот первого класса. Вас это устроит? - Салли в вызовом посмотрела на них, а затем снова уставилась на языки пламени.
   Что это: правда или ложь? Йен Чо не мог с уверенностью ответить на этот вопрос. Возможно, женщина назвала им вымышленное имя, но она явно не солгала о роде занятий. С другой стороны, и без того было ясно, что она из космических бродяг.
   - Хотите пообедать с нами? Полагаю, с вами почти все в порядке, иначе бы вы нам уже на что-нибудь пожаловались.
   - Ой, не найдется ли у вас супа? Или питательной смеси. Мой желудок требует чего-то горячего. Мне пришлось идти несколько часов подряд. Я ведь приземлилась прямо на гору, а с нее не так-то легко спуститься.
   - Да, если прыгаешь с парашютом в Блэк-Рукс, куда же еще приземлиться, как не на гору - не одну, так на другую. - Себастьян подвел Салли к своей круглой палатке. - У меня здесь подогреватель для банок. - Он нагнулся и скользнул внутрь. Салли последовала за ним. Акцент, без всякого сомнения, выдавал в нем уроженцы Саскэтча.
   Внутри было тесно от сваленных в кучу вещей и оборудования, однако для Салли нашлось достаточно места, чтобы протиснуться и сесть рядом с Себастьяном. Тот покопался в рюкзаке. От взгляда Салли не ускользнули пистолет и коричневая вельветовая рубаха, которые извлек оттуда Себастьян, прежде чем обнаружил подогреватель и жестянки с супами.
   - Итак, у нас есть дробленый горох, дичь и говядина. Что вам больше нравится?
   - Обожаю дробленый горох. А затем мне надо будет что-то предпринять и отправить спасательную команду на поиски остальных пассажиров.
   Через полминуты Салли наслаждалась горячим супом, размышляя о том, каким образом ей завладеть пистолетом.
   Книга третья
   ШТОРМОВАЯ АТАКА
   Глава 27
   Штормовая атака на заснеженный мир! Этот призыв звоном раздавался в глубинах мозга Боевой Формы. После тысячелетнего ожидания, после бесконечного сна в бездонном пространстве космоса Боевая Форма снова была готова к сражениям. План ее был безупречен. Боевой корабль нес ее навстречу судьбе. Перед ее оптическими поверхностями простирался огромный беззащитный мир воды и снега. Холодный мир, но зато щедро населенный формами-носителями. Внутри крохотной боевой машины находились две взрослые формы-воина, которые когда-то были Прамодом и Тилли Бешван. К этому времени им на подмогу подросли семеро детенышей - они появились на свет из репродуктивных органов Тилли. И теперь детеныши путешествовали вместе со взрослыми формами. Они напоминали червяков размером с дюйм, с плотно прижатыми к телу членистыми ножками.
   В хранилище были припасены сотни модулей-трансформеров, размером и формами напоминающих морских звезд. Их удалось вырастить благодаря тщательной заботе и уходу в небольшом инкубаторе, который проделал с ними весь долгий путь от самого пояса астероидов.
   Грохот, сопутствующий вхождению в атмосферу, слегка утих, и "Прамод" развернул боевую машину носом к земле.
   Им навстречу неслись густые облака. Где-то внизу угадывались атмосферные штормовые вихри. Никаких следов оборонительной деятельности. Жребий был брошен, поражение полностью исключалось.
   Снежный вихрь заслонял обзор из контрольной башни саскэтчского космопорта. В то утро оттуда видно было не более чем на сто метров. По всей долине бушевал буран.
   День начинался мрачноватыми сумерками. По городу с завыванием проносились бешеные порывы ветра. Капитан Огюст Дарнэ смотрел на летящие хлопья и скрипел зубами от злости.
   Часы показывали только тридцать пять минут одиннадцатого, но ему казалось, что он провел на дежурстве уже целую смену.
   Над городом сверкнула молния и раздались глухие раскаты грома, смягченные густо валящим снегом. Сорванная брезентовая крыша взлетной площадки номер двенадцать развевалась по ветру, будто гигантская птица, хлопающая крыльями, а снег покрывал белым чехлом припаркованный "шатл" Трансгалактических линий.
   Кстати, Дарнэ как раз собиралась звонить начальница Трансгалактических. Ее обязаны были соединять в первую очередь, в любое время дня и ночи. Ему снова придется выслушивать ее бесконечные жалобы, уже третий раз на дню. Ребятам же, отвечающим за брезент, эти жалобы были до фени. Можно подумать, они тут же сломя голову кинулись закреплять этот чертов брезент. Да они и пальцем не пошевелили. Как стоял их грузовик в гараже, пока они обедали, так до сих пор и стоит.
   И таким бездельникам еще подавай обед! Они-то набили желудки, а вот у него, Огюста, до сих пор и крошки во рту не было. От этого хотелось криком кричать. У Огюста Дарнэ на этот день как раз был заказан столик в ресторанчике "Ла Фанш", что в отеле "Эдуард". Увы, эту идею придется выбросить из головы. Не будет сегодня ни нежнейших жареных крабов, ни бифштекса, которыми так славится "Ла Фанш". Вместо них ему придется весь день вести неравный поединок с бураном, поглощая жирные пончики вперемежку с отвратительным дешевым кофе.
   Дарнэ тяжело вздохнул, но в этот самый момент его размышления были прерваны вышедшим на связь дежурным у радара.
   - Капитан Дарнэ, мы до сих пор получаем сигнал с радара. Теперь уже суборбитальный - кто-то идет на посадку. Угол приближения двадцать три градуса, скорость - около семисот километров в час, расстояние - триста километров. Неизвестный корабль будет здесь менее чем через полчаса.