— Необычная вещица! — восхитилась Анхесенамон. — Вижу, в вашей стране делают поистине чудесные предметы. Я хочу побольше узнать о ней.
   Затем она обратилась к слуге:
   — Проводи гостей к столу и подай им самые лучшие кушанья.
   Слуга в точности исполнил повеление, и друзья, усевшись на мягкие подушки, с волнением стали ждать дальнейших расспросов.
   — Я слышала, вы прибыли издалека, — начала Анхесенамон. — Где находится ваша земля? Кто в ней правит?
   Саша стал рассказывать заранее заготовленную версию. Он коротко изложил, что страна, где они живут, находится так далеко на севере, что дорога туда займёт несколько лет. Он также сказал, что страна эта существует обособленно от других. Путь туда крайне опасен, так как территорию вокруг занимают воинственные народы, обитающие в горах. О жизни в далёкой стране он поведал в самых общих чертах, не сказав ничего лишнего и максимально приблизив её к привычной жизни в Великой Та-Кемет. Единственно о чём он подробно рассказал, так это о флоре и фауне своей родины. Это была безобидная тема, выдумывать ничего не требовалось. В итоге история получилась достаточно яркой, но правдоподобной. Люди на их земле живут самые обыкновенные, от египтян отличаются только цветом кожи, волос и одеждой. Политическое устройство — почти такое же. Короче, ничего сверхъестественного. Ребята так и договорились: не надо пробуждать особого интереса к их далекой родине. Историями о «диковинных» животных и природных явлениях можно разнообразить повествование, но от более сущетсвенной информации решили воздержаться. Мало ли что… Вдруг этот рассказ занесут в египетские хроники и потом, через тысячелетия, несчастные историки будут искать несуществующую страну. Не так ли возникла, например, библейская легенда о загадочной земле Офир, откуда привозили золото, драгоценные камни и красное дерево для царя Соломона и откуда, возможно, была родом царица Савская? Или другой миф — о бесследно исчезнувшей, таинственной Гиперборее…
   Анхесенамон с интересом слушала рассказ чужеземцев, и когда Саша закончил, спросила:
   — Говорят, что вы великие маги и чародеи. Это правда?
   Саше не терпелось сказать, что слухи об их магических способностях несколько преувеличены, но, подумав, он все-таки решил не разочаровывать владычицу.
   — Мы, конечно, обладаем некоторыми особыми знаниями, — скромно произнёс он, — но вряд ли можем сравниться с вашими магами.
   — Ваша скромность делает вам честь, — улыбнулась Анхесенамон. — Было бы интересно устроить состязание в мудрости и магии с нашими оракулами. Но сейчас это, к сожалению, невозможно. У нас траур, — и она тяжело вздохнула. — Однако я слышала, что вы знаете много увлекательных историй и сказок.
   — Истинно так, божественная владычица, — поклонившись, произнёс Саша.
   — Желаю послушать хотя бы одну из них, — сказала Анхесенамон.
   «Если они действительно прекрасные рассказчики, — решила Анхесенамон, — а их истории и вправду необычны и удивительны, значит, меня не обманули и в том, что они маги. Возможно, эти молодые люди просто очень скромны, поначалу каждому нелегко бывает в чужой стране. Послушаю их рассказы, а там видно будет».

Глава 40
ЯБЛОКО РАЗДОРА

   Саша уселся на подушках поудобнее и начал свой рассказ:
   — У дальних берегов великого моря раскинулся необычайно красивый и богатый город Троя. Правил там мудрый царь Приам. Когда у его жены, царицы Гекубы, родился сын, счастливые родители решили узнать у оракула, что ждёт их ребенка в будущем, ведь знать, что ждёт тебя впереди, всегда было заветным желанием смертных. А к тому же, царица Гекуба перед самым рождением сына видела странный сон — будто бы сын её родился из пламени. Предсказатель грустно взглянул на царя и молвил: «Твой сын, повелитель, станет причиной гибели Трои». У царя Приама дрогнуло сердце. «Ты говоришь правду, предсказатель?» — спросил он гневно. «Мужайся! — ответил оракул. — Ибо предстоит тебе оплакивать землю, откуда ты родом. Отнимет Бог царство из рук твоих и не достанется оно никому из смертных». Приам был удивлён последними словами оракула, но просить разъяснений не стал, он был слишком взволнован услышанным. Опечаленные родители вернулись во дворец. После долгих разговоров и споров царь Приам принял единственное, по его мнению, правильное решение — избавиться от сына. Париса — так звали сына царя Трои — отнесли в горы и оставили на съедение хищным зверям. Однако мальчик выжил: его вскормила медведица, а потом воспитали пастухи.
   Прошли годы. Парис стал красивым статным юношей, сильным и ловким. И вот однажды, когда он пас овец в горах, ему встретились три красивейшие богини: Афродита — богиня любви и красоты, Гера — жена самого главного бога Зевса и Афина — богиня мудрости. Три богини оживлённо спорили о чём-то между собой. Они кричали, ссорились, что-то доказывая друг другу. Парис подошёл к ним и поинтересовался, о чём вышел спор. Гера показала золотое яблоко, на котором было написано: «Самой красивой». (Это золотое яблоко подсунула им богиня раздора Эрида, обидевшаяся на то, что её не пригласили на пиршество богов). Афродита, Гера и Афина посовещались между собой и решили, что рассудить их должен Парис. Он выберет самую красивую из них и отдаст ей яблоко. Парис, услышав решение богинь, растерялся. Перед ним стояли три красавицы, одна прекраснее другой. Он не знал, кому отдать предпочтение. Тогда каждая из богинь предложила ему подарок. Гера пообещала Парису власть над великим множеством городов, где её почитают. Афродита пообещала, что он получит в жёны самую красивую из смертных женщин — принцессу Елену, дочь царя города Спарты. Правда, Прекрасная Елена уже была замужем, но для всесильной богини и это не являлось преградой. А Афина — победу в любой битве и бессмертную славу героя…
   Тут Саша прервался и замолчал. Все в ожидании смотрели на рассказчика. Чужеземец улыбнулся и обратился с вопросом к владычице:
   — Кому же отдал Парис золотое яблоко?
   Анхесенамон, слушавшая рассказ с большим интересом, ответила сразу, не раздумывая:
   — Я бы на месте Париса, без сомнения, отдала яблоко Гере, которая пообещала власть. Что может быть лучше? — и она посмотрела на знатных дам, сидевших за маленькими столиками вокруг царицы.
   Те закивали головами и в один голос ответили, что великая повелительница права.
   Анхесенамон обратила свой взор на чужеземца.
   — А что выбрал Парис? — спросила она.
   — Парис выбрал подарок богини любви Афродиты. Как верно заметила великая владычица, предложение Геры был бы самым подходящим из всех. Но Парису дар Афродиты понравилось больше, хотя та предлагала ему чужую жену.
   — Какой неразумный юноша, — покачала головой Анхесенамон. — И что же было дальше?
   — Парис отдал золотое яблоко Афродите, чем, разумеется, навлёк на себя гнев двух других богинь. Прошло время, и он узнал, не без помощи Афродиты, конечно, что является сыном царя Трои Приама. И, придя в Трою, был признан своими родителями. Он остался жить во дворце. Прошло ещё немного времени, и царь Приам послал своего сына Париса послом в Спарту, где жила Прекрасная Елена. А надо сказать, что царь Приам ничего не знал о подарке Афродиты, иначе бы он не стал искушать судьбу. Прибыв в Спарту, Парис был представлен Прекрасной Елене и… сражён её необыкновенной красотой. Говорят, даже боги завидовали ей. А все мужчины, раз увидев красавицу, уже никогда больше не могли забыть её. Юноша вспомнил о подарке, который ему пообещала Афродита и подумал: «Я непременно должен получить Елену в жёны». И Афродита не забыла о своём обещании, хотя выполнить его было трудно, ведь Елена любила своего мужа Менелая. Она сама выбрала его себе в мужья. Афродита ждала подходящего случая. И вот, когда Менелай уехал из Спарты по важным делам, Афродита, проникнув в комнату к Елене, убедила её бежать с Парисом. Как она смогла это сделать, остается загадкой. Но ведь на то она и великая богиня! Богиня любви. Коварство, хитрость и немного волшебства — вот и всё… Парис бежал в Трою с красавицей Еленой. Менелай, вернувшись во дворец и, узнав о коварстве Париса, пришёл в ярость. Он решил непременно наказать неблагодарного гостя и вернуть себе принадлежащую ему по праву Елену.
   Саша еще раз прервал свой рассказ. Дальше должна была рассказывать Аня, ведь ребята договорились, что каждый из них расскажет свою историю, иначе их тройственный союз потеряет смысл. Анхесенамон с нетерпением ждала продолжения, и Саша передал слово девушке, объяснив, что так у них принято: вторую часть всегда рассказывает дама — Анна, а третью их друг Иван. Оба, к сожалению, не знают здешнего языка, поэтому Александр сам будет переводить.
   — Итак, Менелай решил отомстить обидчику и вернуть себе красавицу жену, — напомнила Аня, на чем закончил Саша. — Но у него не было достаточно сил, чтобы вступить в борьбу с вероломным гостем, и тогда он решил созвать всех царей соседних городов, чтобы выступить в поход против далёкой Трои. Менелай напомнил им о клятве, некогда данной друг другу, в то время все они были женихами Прекрасной Елены. А дело было так. Когда Елена выросла, слава о её красоте разнеслась по всей земле. Множество женихов приезжали свататься к красавице, но она всем отказывала, боясь, что может начаться распря между ними, а то и кровавая борьба. Выход нашёл хитроумный Одиссей, царь Итаки, который тоже был соискателем руки и сердца Елены. Он посоветовал собрать всех женихов и потребовать с них клятву, что они не станут ненавидеть того, кого выберет сама Елена, а наоборот, придут к нему на помощь, если потребуется. Женихи согласились с этим решением и дали клятву верности друг другу. После этого Прекрасная Елена объявила, что пойдёт замуж за Менелая. Итак, Менелай собрал всех соседних царей, чтобы идти войной на Трою. Сотни кораблей отплыли к далёким берегам. После нескольких дней пути вдали показались берега Трои. Воинство Менелая рассчитывало нанести по врагу неожиданный удар, но, приблизившись к берегу, они увидели, что их ждёт армия троянцев во главе со старшим сыном царя Приама — Гектором. Войско Гектора не шло в наступление, а поджидало, когда воины Менелая сойдут на берег. Однако воины почему-то медлили. И дело было вовсе не в трусости, а в том, что ещё перед отплытием в далёкую Трою, оракул предсказал им: «Первый, кто ступит на землю Трои, погибнет».
   Аня остановилась и обратилась с вопросом к присутствующим:
   — Положение, в которое попали воины Менелая, казалось, безвыходным. Никто не хотел умирать, ещё не сразившись с врагами, но и оставаться на корабле было нельзя. Как же они поступили?
   Анхесенамон и все знатные дамы задумались. Вопрос оказался трудным, но решение должно было найтись обязательно.
   И пока присутствующие все вместе, советуясь друг с другом, думали, как поступить воинам Менелая, Анхесенамон предложила Саше и Ане немного подкрепиться, они с удовольствием отведали разных блюд и даже успели похвалить повара за прекрасно приготовленный обед. Ваня, в отличие от них, давно уже всё попробовал и тоже остался вполне доволен угощением.
   Наконец Анхесенамон подняла руку вверх, и все тут же замолчали.
   — Я думаю, — сказала владычица, — что воины Менелая должны были обратиться к магам, чтобы те защитили их от опасности. Маги своими заклинаниями сделали бы так, чтобы пророчество оракула не сбылось.
   Саша, Ваня и Аня переглянулись, раздумывая над ответом Владычицы.
   — Конечно, — осторожно произнесла Аня, — они бы могли поступить так, но на кораблях не было ни одного мага… Зато нашёлся один храбрец. Одиссей, чтобы увлечь за собой воинов, прыгнул с корабля первым. Однако никто не заметил, что, прежде чем сойти на берег, он бросил на песок свой щит. И таким образом, первый шаг был сделан не на землю, а на щит. Он обманул судьбу. А бросившийся вслед за ним юноша ступил на песок, и судьба взяла реванш. Юноша был сражён копьём Гектора. Битва началась. И хотя смелые троянцы дрались как львы, перевес был на стороне войска Менелая. В итоге, после непродолжительного боя, троянцы вынуждены были укрыться за стенами города. Воины Менелая пришвартовали корабли и разбили военный лагерь на берегу.
   Девять лет тянулась осада Трои. Время от времени вспыхивали бои, но ни та, ни другая сторона не одерживала верх. Троя стояла незыблемо. Тогда царь Менелай решил уладить дело миром. Он пришёл в осаждённый город и попросил вернуть Елену. Он сказал, что если получит свою жену обратно, воины уйдут, не причинив вреда Трое. Елена тоже была не против, она поняла свою ошибку и очень раскаивалась. Даже народное собрание согласилось на это условие. Однако царевич Парис воспротивился, в чём его поддержал брат Гектор. И война продолжилась.
   Боги долго наблюдали, как сражаются воины Менелая с троянцами, и богиня Афина, вспомнив давнюю обиду на Париса, решила помочь Менелаю. Она наградила одного из его воинов несокрушимой силой и способностью видеть во время сражения бессмертных богов. Однако сказала воину, чтобы он не вступал в битву с богами, кроме Афродиты, той богини любви, которой Парис отдал золотое яблоко. Воин, наделённый силой и храбростью, бился как лев. Удары его копья беспощадно разили троянцев. На помощь троянцам бросилась Афродита, но воин из армии Менелая ранил её в руку, и та вынуждена была покинуть поле битвы. Почти все небесные властители вмешивались в ход войны. Одни вдохновляли троянцев, другие были на стороне Менелая.
   Гера, вторая обиженная богиня, тоже принимала горячее участие в битвах, но, разумеется, без оружия. Она переманивала богов, которые были за Трою, на сторону Менелая. Скоро великому Зевсу надоела эта бесконечная война, тем более что боги все перессорились между собой. И тогда Зевс, собрав небожителей, велел им больше не вмешиваться в ход Троянской войны, а того, кто ослушается, пригрозил отправить в Тартар — бездонное, мрачное, полное вечной тьмы подземелье.
   Аня замолчала и передала слово Ване.
   — Итак, троянцы и воины Менелая, уже без вмешательства богов, продолжали сражения. Война немыслимо затянулась, воины Менелая уже начали бояться, что не смогут взять Трою. И тогда Одиссей, не желавший мириться с мыслью о поражении, задумал хитрость. Он решил, что есть только один способ победить в войне — обманным путём проникнуть в город и открыть ворота. По его плану воины Менелая стали спешно сооружать огромного деревянного коня, полого внутри, в брюхе которого должны были спрятаться несколько воинов. Троянцы со стен крепости с изумлением наблюдали за строительством. И вот, когда конь был сделан, корабли Менелая стали готовиться к отплытию. Хитрый Одиссей выбрал одного из воинов и поручил ему важное задание: после того как корабли отплывут от берега, он должен попасть в Трою и уговорить троянцев втащить коня в город. Воин сделал всё, как сказал ему Одиссей. Он велел поколотить себя и весь избитый, в ссадинах, направился к стенам города. В это время корабли Менелая уже покинули берега Трои, но… ненадолго.
   Троянцы праздновали победу. И тут в главные ворота постучался человек. Это был тот самый воин. Троянцы сжалились над несчастным и впустили его. Тот рассказал, что бывшие товарищи жестоко избили его и хотели принести в жертву богине Афине, но ему удалось бежать. Затем он добавил, что надеется отплатить им за причинённое зло. «Вот видите, — сказал хитрый воин Менелая, — на берегу остался конь. Его соорудили в дар богине Афине. Перед отплытием кораблей я слышал, как один из воинов говорил, мол, если вдруг троянцам придёт в голову втащить коня в город, разразится страшная буря и все корабли Менелая погибнут, не добравшись до берегов родины». Долго спорили троянцы, что же делать с конём. Дочь царя Приама Кассандра, обладающая даром предсказания, сказала, чтобы троянцы не трогали коня, но ей никто не поверил.
   Ей вообще никто и никогда не верил, хотя все её предсказания сбывались. Так сбывалось проклятие Аполлона — бога гармонии, бога-прорицателя, бога вдохновения и покровителя муз. Кассандра была жрицей в его храме Аполлона. Бог очень любил служительницу и наделил её даром предсказывать будущее. Но Кассандра не ответила ему взаимностью, и вот тогда разгневанный Аполлон наказал её.
   Когда Парис привёз из Спарты Елену, Кассандра умоляла царевича вернуть жену Менелаю: в противном случае с городом случится беда. Но никто не поверил. Не поверили ей и сейчас, когда она со слезами на глазах умоляла не втаскивать коня в город. И вот троянцы, поверившие хитрому воину и не желавшие своим врагам ничего, кроме смерти, бросились на берег моря и притащили огромного деревянного коня в город. Наступила ночь. В Трое все спали глубоким сном. Им больше не нужно было волноваться. Менелай со своим войском отплыл, и теперь Троя свободна. Однако на самом деле всё оказалось иначе. Воины Менелая тихо вернулись к берегам Трои и спрятали корабли за маленьким островом, что находился неподалёку от ненавистного города. Сами же, ступив на берег, вернулись к месту десятилетней стоянки. В это время Одиссей и ещё несколько воинов, сидевших внутри деревянного коня, вышли и открыли городские ворота, впустив в Трою войско Менелая. Троянцы были застигнуты врасплох. В этой последней битве они потерпели поражение. Одних убили, других взяли в плен и в качестве рабов отправили за море. Лишь немногим удалось спастись. Старого царя Приама убили прямо в храме Зевса во время молитвы. Его жена Гекуба стала рабыней Одиссея. А Париса и его брата Гектора вообще убили раньше, ещё когда боги вмешивались в Троянскую войну. Плененную Кассандру отправили наложницей в чужую далёкую страну. Менелай вновь обрёл любимую жену и увёз её в Спарту. А город Трою сожгли дотла. Так сбылось предсказание оракула о том, что сын троянского царя станет причиной гибели своего родного города.
   Анхесенамон, помолчав немного, грустно произнесла:
   — Мне жаль правителя Трои… да и его жену тоже. А Париса мне совсем не жаль. Он поступил слишком опрометчиво. Он — будущий владыка, и поэтому должен был, прежде всего, думать о родном городе, а не о своих желаниях. Как он смел поступить так с Менелаем, который, как брата, принял его в своём дворце? Зачем Парис посягнул на чужое?.. Телом и жизнью управляет сердце, — назидательно произнесла Анхесенамон, — а сердце Париса не дрогнуло, когда городу угрожала опасность. Им двигали личные желания, исполнение их было для него важнее спокойствия и благополучия его подданных. Надо всегда следовать велению своего сердца, и тогда твоё имя останется прекрасным навеки… История, рассказанная вами, очень интересна и поучительна. Она понравилась мне, и я хочу одарить вас своей милостью, чужестранцы.
   Анхесенамон повернулась к одному из слуг и сказала:
   — Принеси мне шкатулку даров.
   Слуга незамедлительно исполнил приказ. Царица открыла шкатулку и достала оттуда три нагрудных золотых ожерелья. Положила их на золотой поднос в руках прислужника, и тот быстро-быстро направился к чужеземцам. Затем помог им надеть подарки и вернулся на своё место.
   Когда процедура одаривания была закончена, владычица встала и удалилась в соседнюю комнату в сопровождении слуг и служанок. Это означало, что обед закончен. Придворные дамы спешно поднимались со своих мест, искоса поглядывали на чужеземцев и расходились каждая по своим делам. Вскоре обеденный зал почти опустел.
   Друзья были в отчаянии. Они не только не смогли передать письмо, но даже про духи ничего не узнали. Что теперь делать? Идти обратно к Джедхору? Владычица так неожиданно удалилась, даже не сказав, желает ли она видеть их вновь. Ребята растерянно сидели за своим столиком, не зная, что и предпринять. Уже почти все гости разошлись, очевидно, им тоже пора было подниматься.
   — Ну, надо же, какая ерунда! — Ваня весь кипел. — Анхесенамон ушла и даже не удостоила нас аудиенции. Мы тут, как дураки, выкладывались перед ней, а она? Просто встала себе и ушла!
   — А кто мы такие, чтобы уделять нам слишком много внимания? — рассуждал Саша. — Глупо было рассчитывать на это. Если она захочет видеть нас вновь, пришлёт кого-нибудь из слуг. Но захочет ли? Вот вопрос. И вообще, я не понимаю, как Джедхор представлял себе передачу письма? Он что, никогда во дворце не был?! Вокруг царицы столько прислуги и придворных!..
   — Он, вероятно, думал, — предположила Аня, — что мы будем использовать колдовство.
   — Ага, — кивнул Ваня, и перевел на более современный язык: —Телепортируем письмо из своего кармана в карман Анхесенамон.
   — Да у них тут и карманов-то никаких нет, — задумчиво проговорил Саша.
   — Какая разница! — Ваня был ужасно расстроен. — Факт остаётся фактом: нам ничего не удалось. Может, попросим кого-нибудь из слуг, а? — но тут же сам и раскритиковал эту мысль. — Нет! Слишком опасно. Джедхор говорил, что у них повсюду шпионы Аи, подслушивают, подглядывают, потом доносят визирю… Конечно, у владычицы есть верные слуги, но мы же не знаем, кто именно… Слушайте! — новая идея посетила Ваню. — А может, пока мы здесь, хоть духи эти, будь они неладны, поищем.
   И он огляделся по сторонам, надеясь увидеть флакон с крышкой в виде цветка распустившегося лотоса. Аня и Саша тоже невольно начали озираться.
   — Пустое, — сказал Саша. — Все духи? и благовония запираются на замок. Это слишком дорогие вещи.
   — Так надо было спросить о них у царицы, — проворчал Ваня, — а не трещать бесперечь про Менелая и Одиссея.
   — Ты что, совсем ку-ку? — Аня покрутила у виска пальцем и тут же изобразила, как это должно было выглядеть: — Великая владычица, отдайте нам духи, которые вам подарили сегодня утром, — захныкала она голосом попрошайки в метро, — они нам очень-очень нужны, а мы вам за это еще одну сказочку расскажем. Так, что ли?
   И они все трое рассмеялись. В конце концов, сколько можно расстраиваться?
   — Ладно, — вставая с мягких подушек, Саша по-деловому подвел черту. — Надо топать домой. Надеюсь, нас хоть проводят до главных ворот.
   В зале уже никого не было. Они вышли из-за стола и двинулись к выходу. Но тут не весть откуда взявшаяся служанка приблизилась к ним и быстро шепнула:
   — Владычица ждёт вас в своих покоях. Следуйте за мною в десяти шагах, не привлекая внимания.
   И она, обогнав друзей, направилась вперёд по коридору.
   Ребята в недоумении переглянулись. К чему такая таинственность? Впрочем, шпионы же кругом… Но главное, это было намного лучше, чем уйти ни с чем. У них появился шанс выполнить просьбу Джедхора, а возможно, и заполучить духи.

Глава 41
СТРАШНЫЙ СОН

   Проходя по длинному коридору, служанка вдруг остановилась, огляделась по сторонам и, убедившись, что никого нет, кроме чужеземцев, надавила на стену, где были нарисованы те самые понравившиеся Ане утки и кошки. Стена медленно отодвинулась, образовав небольшой проход, и прислужница, махнув им рукой, исчезла в полумраке потайной комнаты. Друзья быстро юркнули следом, и стена за ними сразу задвинулась. В небольшой слабо освещённой комнате служанка подошла к противоположной стене и опять надавила на только ей известное место. Вторая стена отъехала так же плавно, как предыдущая, открывая вход в великолепные покои Анхесенамон.
   — А что? — зашептал Ваня, — отличное место, чтобы спрятаться от врагов в опасную минуту.
   — Не думаю, что только Анхесенамон и ее доверенные слуги знают об этой потайной комнате, — с сомнением произнёс Саша.
   Войдя в покои, ребята увидели владычицу, сидевшую на мягких подушках в большом удобном кресле.
   — Садитесь, — Анхесенамон величественным жестом пригласила чужеземцев, указывая на невысокие табуретки, стоящие подле неё.
   Подозвав свою верную служанку, ту, что привела друзей, царица шепнула:
   — Уна, встань за дверями и не пускай ко мне никого, пока я не закончу разговора.
   Уна поклонилась и вышла. Она была самой верной служанкой владычицы ещё со времён Эхнатона и удостоилась почётной должности — Первая Дама карандаша. Это она сообщила царице о чужеземцах. А ей, в свою очередь, шепнул об этом Хену, придворный вельможа и давний знакомый Джедхора.
   — Я слышала, что вы можете разговаривать с богами, — начала Анхесенамон. — Это правда?
   Саша сделал умное лицо и таинственно проговорил:
   — Иногда мы удостаиваемся этой чести.
   — Я хочу, чтобы вы растолковали мой сон, — прямо попросила она.
   — Мы благодарим божественную владычицу за доверие, оказанное нам и, конечно, готовы помочь. Но, прежде чем сделать это, мы просим прочесть вот это письмо, — и Саша, вытащив из-под одежды послание Джедхора, протянул его Анхесенамон.
   Повелительница развернула папирус и начала читать. Тень тревоги скользнула по её лицу, и это не скрылось от внимательных глаз Саши и его друзей. Наконец, дочитав письмо, Анхесенамон внимательно посмотрела на гостей. Вся осторожность, с которой она хотела вести разговор, исчезла, и это принесло ей несказанное облегчение. Теперь у неё появились люди, которым она могла доверять. И это были не простые люди, а чужеземцы, наделённые магическим даром. Во всяком случае, так было написано в письме. Джедхор сообщал, что эти трое появились из облака и спасли его. А Джедхору можно верить, он никогда не лгал царице. Немного подумав, Анхесенамон тихо произнесла:
   — Благодарю вас, чужеземцы, за участие в моей судьбе. Джедхор — мой наставник, и мне не хватало его с тех пор, как я покинула Ахет-Атон. То, что он написал о хеттском принце, — ужасно! Сына Суппилулиумы убили, и теперь у меня не осталось надежды… — она тяжело вздохнула. — А то, что они задумали вместе с моей матерью, Нефертити, — она говорила еле слышно, чтобы никто посторонний не мог услышать её слова, — пусть и очень опасно, но единственно правильно. Другого выхода у меня нет. И я счастлива, что есть люди, которые помогут мне и позаботятся о моём будущем и будущем великого правителя Двух Земель.