- "Ковчег" прибыл только в январе. Десять дней спустя приплыла "Голубка". Пока мы приняли на борт припасы и пресную воду, миновали Карибские острова и испанские колонии, настала весна. Потом мы завернули в Виргинию и через несколько дней возобновили плавание. Наконец двадцать пятого марта объявили об основании колонии.
   - День рождения Эйн! - воскликнула Фортейн.
   - Эйн? - удивился капитан.
   - Эйн Мэри Девере, моей дочери, - пояснила она. - Тот ребенок, которого я носила, расставаясь с мужем. Два дня спустя, двадцать qed|lncn марта, моя горничная Ройс, жена Кевина, произвела на свет сына.
   - Ваш муж будет в восторге, - заверил Уолтер О'Флаэрти. - Он так беспокоился о вас и будущем младенце. Представляю выражение его лица, когда он обо всем узнает!
   - Я сама ему скажу, - упрямо буркнула Фортейн.
   - Подожди, малышка, - урезонила мать, - я хочу побольше услышать о том, как живут люди в новой колонии. Что скажете, кузен?
   - На маленькой речке к северу от Паттоумека поселенцы нашли индейскую деревушку Уикокомоко и попросили гостеприимства у вождя. Местность там не засушливая, и море у берегов достаточно глубокое, чтобы корабли могли приставать. Индейцы враждуют с более многочисленным племенем, воинственными сускеханноками, и собираются кочевать в глубь страны, однако предоставили колонистам крышу над головой в обмен на защиту, пока не переберутся на другое место. Мужчины живут в индейских лачугах, называемых вигвамами и сделанных из травы, глины, прутьев и шкур животных. Жилье донельзя примитивное и неприспособленное для цивилизованных людей. Когда индейцы наконец уйдут, колонисты должны возвести укрепление с кордегардией, палисадом и складом для припасов. Такая работа требует упорного и дружного труда. Пока форт не будет построен, ни о каком жилье не может быть и речи. Уже сейчас на мое судно грузят припасы для колонии. Губернатор отдал строгий приказ не перевозить женщин, а тем более детей, до следующего лета. Когда я отплывал, ваш муж направлялся в Виргинию за скотом и птицей. Его люди не знают ни сна, ни отдыха. Мистрис Джонс и Тэффи оказались сущим благословением для колонии. Вот и вся правда о том, что там делается, кузина.
   - Если таков приказ губернатора, значит, ты должна остаться, Фортейн, - твердо заявила Жасмин. - Можешь остаться здесь или уехать со мной в Гленкирк. Чарли не будет возражать, если мы захотим пожить здесь еще немного. Я, разумеется, не покину тебя, пока не настанет время расставания.
   - Как ты можешь спокойно выносить разлуку с папой? - вскричала Фортейн. - Нет, мама, тебе пора вернуться в Гленкирк.
   - Твой отец сейчас думает только о том, как бы поскорее настал сезон охоты на гусей, - хмыкнула Жасмин.
   Она не собирается разлучаться с Фортейн. Раньше та не была столь своевольна, но теперь ей ничего не стоит добраться до Ливерпуля вместе с Ройс и детьми и подняться на борт "Розы Кардиффа". Ну уж нет, ничего не выйдет. Дочери придется подождать, пока губернатор не разрешит женщинам и детям прибыть в Мэрис-Ленд.
   - Напиши лучше Рори Магуайру. Пусть объяснит женщинам необходимость подождать и передаст, чтобы готовились к отплытию следующим летом, предложила герцогиня.
   - Все же я думаю, что губернатор слишком осторожничает, пожаловалась Фортейн.
   Жасмин безмятежно улыбнулась.
   - Так будет лучше для детей, - возразила она.
   - Но не для меня с Ройс, - проворчала Фортейн. - Моя постель стынет без мужа, и Ройс думает так же.
   Жасмин и капитан громко рассмеялись при таком откровенном признании.
   - Счастлив убедиться, что у женщин в этой семье по-прежнему горячая кровь, - ухмыльнулся капитан, а Фортейн густо покраснела.
   ***
   Джеймс Лесли приехал в Королевский Молверн повидаться с женой и дочерьми и при этом не спускал с рук внучку и Отем. Та недели две застенчиво закрывалась ручонками при виде отца, но в один прекрасный день одарила его ослепительной улыбкой, и они быстро стали друзьями. Джеймс не стыдился признаться, что просто тает от счастья. Он не знал ни Индии, ни Фортейн в раннем детстве и теперь не мог наглядеться на младшую дочь.
   - Я хочу, чтобы в сентябре ты вернулась со мной, - попросил он жену, когда они сидели в зале.
   - Боюсь оставлять Фортейн одну, - вздохнула Жасмин. - Она вполне способна сесть на первый корабль, идущий в Новый Свет, и отправиться к Кайрену. Она ужасно скучает по нему.
   - Она взрослая женщина, - запротестовал герцог. - Я возьму с нее слово чести не двигаться с места до следующего года, дорогая Жасмин. Главное - чтобы ты была рядом со мной. Если вы с Отем и дальше собираетесь здесь жить, моя малышка снова забудет отца. Я не могу бросить на Патрика все дела. Он нуждается в моих наставлениях, ведь ему предстоит когда-нибудь занять мое место. Ты должна возвратиться домой.
   - Нет, мой Джемми. Как только Фортейн уплывет, больше мы никогда ее не увидим. Отем еще нет двух. Поезжай один, а на Рождество снова навестишь нас. Мог бы ты спокойно вернуться в Шотландию, зная, что отныне не встретишься с Фортейн? Ты нам нужен здесь, милый. Подожди еще несколько месяцев!
   Джемми неохотно, но все же уступил, как она и ожидала. В конце августа он вернулся в Шотландию, пообещав выбраться из Гленкирка в декабре. Чарли провел лето с ними, но осенью отправился ко двору, чтобы поддержать короля в бесконечной войне с пуританами, с каждым годом набиравшими силу и открыто осуждавшими короля и королеву, несмотря на то что она родила мужу четверых детей, из которых выжили трое, два мальчика и девочка, и должна была снова родить. Даже крещение принцев по обрядам англиканской церкви не удовлетворило противников его величества. Парламент распустили несколько лет назад, но пуритане по-прежнему обвиняли короля во всех грехах.
   В октябре в Королевский Молверн неожиданно приехал джентльмен, назвавшийся сэром Кристианом Денби, и сообщил, что только сейчас унаследовал небольшое поместье по соседству.
   - Не знала, что у Мортона Денби есть сын, - заметила герцогиня, разглядывая молодого человека, одетого в строгий черный костюм с крахмальным белым воротником.
   - Я его племянник, мадам. Дядя был настолько великодушен, что оставил Оукли мне, поскольку моему старшему брату со временем предстоит унаследовать владения отца. Прибыв, чтобы осмотреть усадьбу, я заодно решил нанести визиты соседям.
   - К сожалению, моего сына, герцога Ланди, нет дома, сэр Кристиан. Его дядя-король требует постоянного присутствия племянника. Я герцогиня Гленкирк, а это моя дочь леди Линяли.
   Сэр Кристиан поклонился и с удовольствием принял небольшой кубок с вином, поднесенный Адали.
   - Вы живете здесь, мадам? - бесцеремонно осведомился он, но Жасмин предпочла не заметить неприличной дерзости гостя. Очевидно, молодой человек просто не знаком с положением дел в округе и хочет узнать, как обстоят дела.
   - Только в летние месяцы, сэр. Мой дом в Шотландии, но дочь пока остановилась тут, поскольку ее муж отплыл в Новый Свет. Фортейн присоединится к нему не раньше будущего года, поэтому я решила побыть с ней и ее ребенком. И привезла с собой свою младшую девочку, ибо она слишком мала, чтобы разлучаться с матерью. А ваша супруга, сэр? Она с вами?
   - Мне еще только предстоит испытать супружеское блаженство, мадам, - напыщенно объявил молодой человек, и Фортейн с трудом подавила смешок. - Не так-то легко найти жену, особенно в наши времена. Я хочу жениться на девушке, которая согласится жить в деревне. Она должна быть набожной, скромной в одежде и манерах, слушаться мужа, рачительно вести хозяйство, дать мне покорных воспитанных детей и иметь значительное приданое. Я считаю, что многие молодые женщины слишком нахальны, ветрены и тщеславны.
   - Значит, вы пуританин! - догадалась Жасмин.
   - Совершенно верно, - с каким-то вызовом ответил тот, словно ожидая язвительной отповеди.
   - Мы принадлежим к англиканской церкви, - пояснила она.
   - Ваш муж в Виргинии? - поинтересовался сэр Кристиан у Фортейн, игравшей с дочерью.
   - В Мэрис-Ленде, сэр.
   - Католической колонии?! Король не должен был и не допустил бы подобных вещей, если бы не коварные интриги королевы и ее друзей! Значит, ваш муж католик?
   - Католик, - кивнула Фортейн. - Но Мэрис-Ленд - это место, где все люди могут жить в мире. Большинство колонистов - протестанты, сэр.
   - Это они так говорят, мадам, но мы знаем правду! Лорд Балтимор собирается захватить Виргинию и отдать своим союзникам - испанцам, злобно прошипел сэр Кристиан.
   Фортейн громко рассмеялась:
   - В жизни не слышала такого вздора, сэр! Только глупец может верить подобным сплетням, а повторять их - большой грех.
   - В таком случае, мадам, почему, извините мою смелость, вы не с мужем? - нагло допытывался собеседник, сверкая черными глазами.
   - Потому, сэр, что сейчас там негде жить. Я отправлюсь туда летом, когда положение улучшится.
   Сэр Кристиан уставился на маленькую Эйн и, не спрашивая позволения, приподнял подбородок малышки.
   - И ваше дитя вырастет католичкой?
   Эйн взглянула на гостя и разразилась плачем.
   - Уберите руки от моей дочери, - приказала Фортейн, принимаясь укачивать девочку.
   - Были рады познакомиться, - сказала герцогиня, поднимаясь.
   Сэр Кристиан поспешно вскочил.
   - Как вы можете допускать, чтобы ваша собственная внучка стала паписткой? - прошептал он.
   - Боюсь, вы слишком назойливы в своих расспросах, на которые не имеете никакого права, - отрезала герцогиня. Сэр Кристиан Денби с картинным поклоном удалился. Эйн наконец перестала рыдать.
   - Что за неприятный тип! - заметила Фортейн. - Надеюсь, мы больше его не увидим.
   ***
   Отем Лесли отпраздновала свой второй день рождения в конце октября. Потом Жасмин и Фортейн два дня провели в пути, решив навестить Кэдби, чтобы познакомиться с невестой Генри Линдли. Тот никак не хотел сообщить ее имя, уверяя в письмах, что мать и сестру ждет сюрприз. Так и оказалось. Генри сделал предложение Сесили Берк, дочери лорда Берка из Клирфилдса, дяди матери. Сесили была на три года моложе Генри; настоящая красавица с темными отцовскими волосами и фамильными голубовато-зелеными глазами, младшая дочь Падрика и Валентины.
   - Но как это случилось? - допытывалась изумленная мать.
   - Видишь ли, мы встречались только в детстве на каком-то большом празднике в Королевском Молверне. Прошлой зимой я по просьбе Чарли жил при дворе и там снова увидел Сесиди. Она получила место фрейлины королевы, потому что безупречно говорила по-французски. Понимаешь, мама, это была любовь с первого взгляда! С тех пор я несколько раз приезжал в Клирфилдс, а Сесили с семьей часто бывала в Кэдби.
   - И ты ничего не сказал мне, - охнула Жасмин, не зная, то ли сердиться, то ли радоваться. Фортейн рассмеялась.
   - Генри, подумать только, я никогда не считала тебя романтиком, поддела она старшего брата.
   - О, кузина, - поспешно заверила Сесили, - он очень романтичен!
   Все дружно захохотали.
   - Дядя, - обратилась Жасмин к Падрику Берку, - неужели вы не могли меня известить? Вы, насколько мне известно, умеете писать и, на мой взгляд, не такой уж тугодум!
   - Что тут скажешь? - вздохнул лорд Берк. - Я не мог быть ни в чем уверен, пока твой сын не попросил руки Сесили. Он очень тревожился из-за нашего довольно близкого родства, но они всего лишь четвероюродные брат h сестра, так что меня это не слишком волновало. Но скажи, племянница, что ты об этом думаешь?
   - Я рада выбору сына, хотя мы с Сесили принадлежим к одному поколению: ведь вы старший брат моей матери, - заметила Жасмин.
   Сесили весело блеснула глазами.
   - В таком случае наши дети будут принадлежать к поколению Генри, не так ли, мадам?
   - Кровь Христова! - буркнул маркиз Уэстли, чем вызвал новый взрыв веселья.
   Генри созвал гостей, чтобы отпраздновать помолвку. К негодованию Фортейн, среди гостей оказался сэр Кристиан Денби. Весь вечер он не отходил от нее, хотя она всеми силами пыталась от него отделаться.
   - Вы не должны оставаться без эскорта, мадам, - твердил он.
   - Я в доме своего брата, - сухо напомнила Фортейн.
   - Ваше декольте низкое до неприличия, - пожурил он, не в силах оторвать глаз от белоснежных холмиков.
   - Вид моей груди вас беспокоит, сэр? - издевательски бросила Фортейн. - Но вы всегда можете отвернуться!
   - Как? И это когда вы бесстыдно выставили себя напоказ? - вскинулся он. - Собираетесь завести любовника в отсутствие мужа, мадам? Мне говорили, что и ваша мать в свое время распутничала.
   Фортейн от неожиданности охнула, не уверенная, что правильно расслышала собеседника, но тот быстро развеял ее сомнения.
   - Разве не она была шлюхой принца Генри, мадам? - продолжал он.
   Фортейн развернулась и что было сил ударила его по физиономии, но, поняв, что сейчас не время затевать скандал, повернулась и отошла. Генри немедленно оказался рядом.
   - Что случилось? - допрашивал он.
   - Почему ты пригласил этого человека? - в свою очередь осведомилась она.
   - Он родственник одного из моих соседей и недавно сюда приехал. Ищет жену, и мой сосед подумал, что сегодняшнее торжество - идеальный способ познакомиться со всеми местными красотками. Что стряслось, Фортейн? Почему ты дала ему пощечину?
   - Он смертельно оскорбил меня и маму!
   Она передала разговор с сэром Денби и добавила:
   - Он пуританин. Генри! Мне не следовало принимать его. Но ты не должен портить радость Сесили, устраивая сцену и выгоняя мерзавца из дома. Просто не подпускай его ко мне.
   Но сэр Денби не успокаивался. Вскоре он снова появился в Королевском Молверне и, оттолкнув слугу, ворвался в гостиную, где сидели Жасмин и Фортейн.
   - Я пришел принести вам мои искренние извинения, - объявил он.
   - Вон! - коротко бросила Фортейн, поднимаясь. - Как вы смеете являться сюда без приглашения? Вы здесь нежеланный гость, сударь!
   - Только моя тревога за вас, одинокую женщину, виновата в столь неподобающем поведении, - оправдывался он.
   - Почему вы считаете меня одинокой, сэр? Со мной моя мать и сестры. У меня дочь. Дом полон слуг, а скоро из Шотландии прибудет отчим, чтобы провести со мной оставшееся до отъезда время. Я не одна!
   - Я должен поговорить с вами с глазу на глаз, леди Линдли, ибо опасаюсь за ваше дитя. Вы не должны воспитывать ее в католической вере, если не хотите погубить и ввергнуть в адский огонь грешную душу бедняжки, - мрачно выдавил сэр Кристиан.
   - Если вы верите такому вздору, сэр, то достойны лишь жалости, рассердилась Фортейн. - Какому Богу вы поклоняетесь? Моя дочь невинна, как и все дети. Уходите и больше не возвращайтесь!
   - Адали! - спокойно позвала Жасмин. - Проводи джентльмена к выходу и позаботься о том, чтобы мы его больше не видели.
   - Как угодно, принцесса, - ответил Адали, поспешно подталкивая нежеланного гостя к двери.
   - Господи, - с отчаянием вздохнула Фортейн, - откуда берутся подобные люди? Почему такая ненависть к иной вере, иным обычаям? Мне mhjncd` этого не понять!
   - И всем нам тоже, - кивнула Жасмин. - Мы действительно должны проникнуться состраданием к сэру Кристиану, который вопреки своему имени далеко не христианин.
   - Он пугает меня, мама. Какое ему дело до спасения Эйн? Он и в Кэдби твердил об этом, пока не стал нас оскорблять. Он - воплощение зла. Я не желаю видеть его рядом со своей малюткой!
   В душе Жасмин соглашалась с дочерью, но ничего не сказала, только постаралась успокоить ее, как могла. Правда, потом потихоньку попросила Адали не спускать глаз с внучки.
   ***
   Джеймс Лесли приехал из Шотландии как раз в канун Рождества. Прибыли и Генри с Сесили и ее родителями, поскольку венчание должно было состояться тридцать первого декабря в часовне Королевского Молверна. Праздник возвращал их к тем счастливым временам, когда Скай с мужем Адамом де Мариско собирали здесь всю семью. Фамильная часовня, видевшая на своем веку немало свадеб, была ярко освещена лучами зимнего солнца. Впереди невесты важно вышагивала маленькая Отем Лесли. Добравшись до алтаря, она повернулась и громко пропищала:
   - Мама, куда мне теперь идти?
   Среди собравшихся пробежал смешок, а Чарли, не пожелавший пропустить женитьбу брата, подхватил сестру и таинственно прошептал:
   - Как куда, миледи Отем? В мои объятия, конечно. Малышка радостно улыбнулась, и Чарли на миг задался вопросом, не стоит ли и ему поискать себе жену, но тут же решил, что еще слишком молод. Что ни говори, а Генри уже почти двадцать шесть, ему же только двадцать два.
   Зима разгулялась не на шутку, и хотя дни стали длиннее, то и дело дули холодные ветры, а метели заметали дороги. Однако когда Эйн Мэри Девере отмечала свой первый день рождения, в садах Королевского Молверна цвели нарциссы. За время, прошедшее с визита капитана О'Флаэрти, от Кайрена не пришло ни единой весточки. Все же Фортейн чувствовала, что срок ее пребывания в Англии близится к концу. Гость, приехавший к ним, подтвердил ее предположения.
   - Я Джонатан Кира, - представился он Жасмин. - Стою во главе семейного дела в Ливерпуле, мадам. Мои осведомители в Ирландии сообщили, что "Роза Кардиффа", судно вашей дочери, видели приблизительно в ста морских милях от Кейп-Клира неделю назад. Я решил завернуть в Королевский Молверн, узнать, не надо ли чем помочь леди Фортейн, поскольку она собирается плыть в Мэрис-Ленд, а также попросить об одолжении.
   - Каком именно, мастер Кира? - осведомилась Фортейн.
   - Сначала позвольте задать вам пару вопросов, - с улыбкой ответил тот. - Правда ли, что в Мэрис-Ленде могут жить все люди независимо от веры? А если так, не позволите ли вы моему второму сыну, Аарону, отправиться с вами? Если существует такое место, где его не станут преследовать, семейство Кира собирается открыть отделение в Новом Свете. Примут ли еврея в Мэрис-Ленде?
   - Могу сказать только то, что знаю сама, - объяснила Фортейн. Лорд Балтимор говорил, что все люди независимо от религиозных убеждений - желанные гости в Мэрис-Ленде. Если это правда, то там действительно найдется место и для вашего сына, сэр. Буду более чем счастлива предложить ему проезд на борту "Розы Кардиффа". Ваша семья вела дела моей семьи в продолжение многих десятилетий.
   - Благодарю вас, миледи, - поклонился Джонатан.
   - Надеюсь, вы переночуете у нас, - вмешалась герцогиня.
   - Признателен за ваше гостеприимство, - поспешно ответил тот, однако надеюсь, вы не оскорбитесь, если я стану есть только то, что привез с собой. Наши законы в отношении еды очень строги, и в поездках я всегда беру с собой припасы, чтобы не нарушать установлений веры.
   - Но что будет делать ваш сын? Мы проведем в море несколько недель, - заметила Фортейн.
   - Он тоже захватит с собой продукты. Если же они закончатся, ему придется делать все возможное, чтобы исполнять уложения. Но в чрезвычайных обстоятельствах нам позволено их обойти. Кроме того, Аарон молод, и совесть не часто тревожит его по этому поводу.
   В этот момент в гостиную ворвался Адали и, подбежав к Жасмин, чтото прошептал. Жасмин побелела как полотно.
   - Что случилось? - обеспокоился герцог.
   - Ройс нашли в саду, где она гуляла с детьми, - выдавила потрясенная Жасмин. - Она лежала без чувств. Брендан мирно спал в корзинке, но Эйн исчезла.
   - Боже! - вскрикнула Фортейн и поспешно вскочила.
   - Ройс пришла в себя? - спросил герцог у Адали.
   - Немного опомнилась от сильного удара по голове. Счастье еще, что осталась жива! Мы отнесли ее в дом и велели Полли сидеть рядом. Брендан еще не проснулся.
   - Кристиан Денби! - разъяренно прошипела Фортейн. - Я прикончу его собственными руками!
   - Что? - охнула мать. - О чем ты толкуешь?
   - Это Денби украл Эйн, я уверена! Он постоянно твердил, что я погублю дочь, сделав ее католичкой.
   - Нельзя обвинять, не имея доказательств, девочка, - возразил герцог.
   - Какие доказательства тебе требуются, папа? Я твердо знаю, кто виновен в похищении Эйн. Кому еще это нужно? И зачем? Неужели их женщины до такой степени бесплодны, что крадут чужих детей? Или ты подозреваешь цыган? Но они давно здесь не появлялись! Нет, папа, это он! Я чувствую, кто именно унес Эйн. Ты должен послать своих людей к нему и найти моего ребенка! Я поеду с вами.
   - Ваша дочь, вне всякого сомнения, права, - спокойно вмешался Джонатан. - Если позволите высказаться, милорд, об этом человеке давно ходят слухи.
   - Слухи? Какие же? - удивился герцог.
   - С тех пор как тут появился сэр Кристиан Денби, в округе стали исчезать маленькие дети и новорожденные - католики, отпрыски приверженцев англиканской церкви и даже евреи. Похищали их обычно у людей бедных и незнатных, не имевших ни денег, ни власти, чтобы жаловаться магистрату или искать пропавших. Говорят, что бедняжек отдают в семьи правоверных пуритан, чтобы воспитать в духе истинной веры. Думаю, что леди Фортейн не ошибается. С вашего и ее разрешения я хотел бы отбыть в Оукли, чтобы поговорить с джентльменом.
   - Но чем вы можете нам помочь? - допытывался герцог.
   - Милорд, я имею кое-какое влияние на сэра Кристиана. Самое важное - выиграть время. Он еще не успел спрятать вашу внучку. Поблизости нет ни одного пуританского семейства, и ему придется увезти ее подальше. Сегодня уже поздно отправляться в путь, милорд, так что мы застанем его дома.
   Герцог не успел еще ответить, как Фортейн коротко бросила:
   - Поезжайте, мастер Кира, и привезите мне дочь. Джонатан вежливо поклонился Фортейн и тут же исчез. Джеймс цинично усмехнулся. Ах, эти Кира! Поразительная семейка! Он ни минуты не сомневался, что если Эйн действительно у Денби, значит, вечером вернется домой.
   - Адали! - позвал он. - Пошли вооруженный отряд сопровождать мастера Киру, и если понадобится, пусть действуют силой.
   Адали со столь же ироничной улыбкой побежал выполнять приказ.
   Джонатан не удивился, увидев себя в окружении членов клана Лесли. Вежливо кивнув капитану, он молча продолжал путь. Высокий худощавый человек неопределенного возраста с темными волосами и красивыми черными глазами, одетый в темную одежду самого модного покроя, он обладал повелительными манерами, а у тех, кто не знал его, мурашки бежали по коже от одного его взгляда. Это качество неизменно служило ему хорошую службу: не многие смели противоречить мастеру Джонатану Кире.
   Уже через час он стоял на крыльце Оукли-Холла. Приказав эскорту подождать, он громко постучал в дверь. Открыл слуга в ливрее.
   - Немедленно отведите меня к хозяину, - строго велел Джонатан.
   Сразу почуяв, что дело неладно, лакей проводил гостя в библиотеку. Откуда-то сверху донеся детский крик. Джонатан понимающе улыбнулся и, оттолкнув слугу, закрыл за собой дверь.
   - Добрый вечер, сэр Кристиан.
   Хозяин поднял глаза и, явно растерявшись, поспешно вскочил. Библейский трактат, который он читал, с грохотом свалился на пол.
   - Кира! Что вы здесь делаете? Я еще не получил деньги!
   Даю слово, я заплачу долг.
   - Я пришел за Эйн Девере, сэр Кристиан, - негромко объяснил Джонатан. - Отдайте мне девочку, и я обо всем забуду.
   - Не понимаю, о чем вы говорите, - пробормотал сэр Кристиан, не смея взглянуть на непрошеного гостя.
   - Вот как? Значит, собираетесь наделать глупостей? Печально. Еще повезло, что служанка осталась жива, иначе болтаться бы вам на виселице за убийство. Укради вы ее сына, скандал был бы не таким громким, потому что малыш - католик, да к тому же сын ирландцев. Эйн Девере - независимо от ее религии - внучка герцога и племянница знатных дворян, один из которых - племянник самого короля. У вас нет ни малейшей надежды выйти сухим из воды.
   - Убирайтесь из моего дома! - вспылил Денби.
   - Вашего дома? - мрачно рассмеялся Джонатан Кира. - Пока вы не заплатили за него, сэр Кристиан Денби, тут нет ничего вашего. Пусть я и еврей, но имею полное право потребовать назад одолженные деньги. И если я это сделаю, с чем вы останетесь? Ничего не стоящий титул, бесконечные долги и все? Неужели захват ребенка стоит того, чтобы терять положение в обществе? Как вы поможете своим единоверцам-пуританам преследовать короля, если я лишу вас даже той малой власти, которую вы приобрели благодаря мне? Немедленно принесите ребенка, иначе я открою дверь и здесь появятся люди герцога. Они обыщут дом и найдут девочку, плач которой я уже успел услышать. Тогда все выйдет наружу - и вы погибли, сэр. Если же вы без сопротивления отдадите Эйн, все останется между нами и я пока не стану заговаривать о долге. Решайте!
   - Дьявольское отродье! - прорычал сэр Кристиан. - Вы, грязные евреи, - порождение сатаны! - С этими словами он протиснулся мимо Джонатана, бросив на ходу:
   - Следуйте за мной и получите то, за чем явились.
   Кира с торжествующей улыбкой пошел за хозяином, который, подойдя к лестнице, громко приказал снести ребенка вниз. Повеление было тут же исполнено, и на верхней площадке появилась служанка с малышкой на руках. Сэр Кристиан грубо выхватил ее и сунул в руки Джонатана.
   - Вот дитя, обреченное гореть в адском пламени, - объявил он.
   - Спасибо, - хладнокровно ответил тот. - И если вы усердно читали Библию, сэр Денби, наверное, должны знать, что нас, евреев, сам Господь называл избранным народом. Кроме того, всем известно, что Иешуа из Назарета, которого вы, христиане, именуете Иисусом, тоже был евреем. Спокойной ночи, сэр.
   Выйдя из дома, он протянул девочку капитану.
   - Давайте-ка поскорее вернем малышку матери, - попросил он и пощекотал шейку Эйн. - Ну и приключение у тебя было, детка! Ничего, сейчас ты в безопасности и скоро окажешься в объятиях матери, слава Яхве!
   - Мама, - жалобно пролепетала девочка. - Ма-ма... Джонатан добродушно улыбнулся. Улыбка чудесным образом преобразила обычно суровое лицо.