— Парень, у тебя случаем крыша не поехала? — изумился Лилипут. — О какой жестокости ты говоришь? Чем ты слушаешь! Я же сказал — мы ее отпускаем на все четыре стороны… Вот ведь! Итана, который на моих глазах пытался убить моего друга, я даже пальцем не тронул, подарил ему жизнь и свободу, а в благодарность меня же ещё таким жестоким обозвали!
   — Сэр Лил, я не об этом… — начал Шиша. Но его тут же ехидно перебил Студент:
   — Ну, слава богу, хоть чем-то угодили!
   — … Я имею в виду, — продолжал покрасневший трактирщик, — что может быть мы возьмем Вэт с собой? Ее я уже спрашивал, она согласна.
   После слов трактирщика Лилипут вдруг на собственном горьком опыте прочувствовал, как трудно что-нибудь произнести с отвалившейся-то челюстью.
   — ??? — только и смог ответить он.
   Зато Студент прямо воссиял от услышанного.
   — А что, Лил! Здоровяк наш дело говорит. Вэт, сразу видно, девчонка боевая! Даже если хоть половина того, что она о своей цепочке говорит правда… — в этом месте пламенного выступления рыцаря девушка громко фыркнула, но Студент сделал вид, что не заметил, — то за себя постоять сможет! И потом, нельзя сбрасывать со счетов и тот факт, что присутствие симпатичной девушки поднимет боевой дух нашего бойкого старикана… — мечник вдруг хлопнул по спине Кремпа, — на невиданную доселе высоту!
   — Сэр рыцарь, что вы себе позволяете! — возмутился маг.
   — Ага, что я говорил, вон как у деда глазки-то засверкали, — не унимался балагур.
   — Ах ты мальчишка!.. Я те покажу «глазки засверкали»!..
   — Стоп! Хватит! Я все понял! — поспешил вмешаться и пресечь назревающую стычку Лилипут. Он внимательно оглядел друзей: обеспокоенного Шишу, распетушившегося Студента, пышущего негодованием Кремпа, тяжело вздохнул и, повернувшись к девушке, спросил: — Вэт, тебе, правда что ли, некуда пойти?
   Вэт молча кивнула. И Лилипут, отведя взгляд от ее умоляющих глаз, уступил.
   — Ну раз такое дело, присоединяйся к нашей весёлой компании — если хочешь, конечно, — предложил он.
   Бывший итан клана Серого Пера чуть в ладоши не захлопала от радости.
   Шиша от души засмеялся.
   Студент ещё больше выпятил грудь и победно вскинул голову — мол, знай наших, красноречие — великая сила, и если бы не его весомые аргументы…
   Кремп по-стариковски хмыкнул, погрозил пальцем озорнику-мечнику и приветливо улыбнулся девушке.
   Улыбнулся и сам Лилипут — а что еще ему оставалось?
   — Ладно, смех смехом, но лично я не намерен и дальше оставаться в этом жутковатом местечке, — решительно заявил Лилипут, обрывая заливистый смех трактирщика.
   — Полностью с тобой согласен, Лил! Что-то мы и впрямь здесь засиделись. Пора рвать отсюда когти и как можно быстрее, — охотно поддержал друга Студент. — К тому же, как рыцарь, я не могу допустить, чтобы столь очаровательное создание, как милашка Вэт, дышала тутошней вонью… Ну, и куда мы теперь направимся?
   — Господа, минуточку внимания, — обратился ко всем присутствующим Кремп. — Я кажется знаю одно приличное место, где будут рады нашему появлению. Хозяев своим присутствием мы не стесним, дом у них большой, просторный. И, что очень важно, там абсолютно чистый воздух, без мерзкого зловонья.
   — Ежик, дружище, это было бы просто здорово! — обрадовался Студент. — А туда долго добираться?
   — Два, от силы три часа в карете, и мы на месте, — ответил старик и, повернувшись к девушке, уточнил у неё: — Не так ли, Вэт? Тебе лучше знать, сколько времени занимает поездка до дома барона Вальза.
   — Кремп! — Шиша со Студентом в унисон выкрикнули имя старика. Но по-разному — в голосе Шиши звучали нотки осуждения, от студентовой же интонации веяло откровенной угрозой.
   На бурную реакцию молодых людей старый маг и бровью не повел. Обращаясь к Вэт, он спокойно продолжил:
   — Девочка, я понимаю, ты не в восторге от этой поездки. Опасаешься, что в доме барона к тебе отнесутся, как к служанке, что тебя там встретят презрительные взгляды. Несколько лет назад ты сбежала от этого и возвращаться когда-либо обратно не входило в твои планы. Но что ты скажешь, если сам барон, твой бывший хозяин, будет вымаливать у тебя руку для поцелуя? А все будет именно так! Вэт, не надо на меня так смотреть — я вовсе не сошел с ума. Уверен, Гимнс будет счастлив иметь такаю очаровательную сестру, как ты, а родная сестра лорда Гимнса — это почетный — очень почетный! — гость… Ну так как, дочка, ты согласна?
   Так как Вэт молчала, труд ответить за нее взял на себя вездесущий Студент:
   — Кремп, ну ты даешь, старина, да ты просто гений! Как же я сам-то не допер! Ну, голова!.. Это же разом решает все наши проблемы! — И он принялся убеждать девушку: — Вэт, ты же вернешься в дом барона победительницей! Никто уже не в праве будет тыкать тебе в спину пальцем и бормотать вслед обидные упрёки! Да пусть только кто посмеет, я ему так… я его… — он даже захлебнулся от переизбытка чувств.
   — Вы думаете лорд согласится признать меня своей законной сестрой? — усомнилась девушка, глянув в сторону «отдыхающей» мумии. — После всего что я натворила, боюсь, он меня даже видеть не захочет.
   — Ха! Да кто его спрашивать будет! — не раздумывая выпалил Студент.
   — Стьюд, прикуси свой язык, — одернул чересчур разболтавшегося рыцаря Лилипут. И сам ответил девушке: — Разумеется, уговорить нашего друга будет совсем не просто, но мы постараемся.
   Студент открыл было рот, намереваясь ляпнуть очередную глупость, но Лилипут его опередил.
   — Стьюд, даже не думай! — сказал он. — В смысле, наоборот, хорошенько подумай, прежде чем что-то сказать.
   Студент закрыл рот.
* * *
   Худо-бедно разобравшись с маршрутом дальнейшего перемещения, наши герои двинулись к выходу на улицу. Гимнаста Шиша нес на руках.
   Без Вэт друзьям пришлось бы долго плутать по мрачным безлюдным трущобам Солёного, где они могли запросто угодить в какую-нибудь неприятную переделку, хотя, конечно, два рыцаря и маг охрана очень серьёзная, эти трое способны были дать достойный отпор любой шайке головорезов, но это в открытом честном бою, а ведь здесь можно было запросто схлопотать стрелу в спину, перед которой одинаково бессильны и мастерство воина, и чары мага. Но, хорошо знающая все закоулки родного города, девушка всего за пару минут вывела своих спутником из мрачного лабиринта на широкую людную улицу. Здесь они без труда поймали извозчиков и на двух колясках отправились к барону.
 

Глава 2

   Когда коляски подкатили к дому барона, уже смеркалось.
   Сидящего рядом с одним из возниц «дворецкого» хозяин дома сразу же узнал, и сам вышел поприветствовать дорогого гостя.
   Как и предполагал Кремп, барон Вальз очень обрадовался возможности снова приютить под сводами своего гостеприимного жилища высокородного друга. Он был так счастлив вновь лицезреть лорда, что даже забыл поинтересоваться причиной столь поспешного его исчезновения из охотничьего лагеря две недели назад.
   Соврав, что «господина» сморило во время пути и он уснул, Кремп получил от барона разрешение отнести лорда в спальню.
   Разумеется, и для друзей лорда двери дома Вальза оказались широко открытыми. Лилипута, Студента, Шишу и Вэт барон распорядился проводить в гостевые комнаты.
   Утром магу все же пришлось объясниться с Вальзом, потому что, несмотря на все свои старания, вывести лорда из коматозного состояния за ночь Кремпу так и не удалось. Пришлось сочинить и рассказать гостеприимному хозяину занимательную историю о тяжелой наследственной болезни — биче лордов Гимнсов. Кремп убедил барона, что две недели назад у лорда было обострение — зрелище это чрезвычайно неприятное, и, дабы не расстраивать чувствительного барона, им с Гимнсом пришлось на некоторое время затаиться в одной из гостиниц Солёного города. Сейчас же лорду стало лучше, кризис благополучно миновал, еще день-другой и он встанет на ноги. Пока же Гимнс нуждается в тишине и покое.
   Объяснение Кремпа изобиловало множеством заумных знахарских терминов и мудреных колдовских формул, в которых простак барон очень быстро запутался и, дабы не выглядеть в глазах слуги полным идиотом, лишних вопросов старался не задавать, с умным видом поддакивал и сочувственно качал головой. Дескать, вот как в жизни бывает, такой молодой человек и вынужден так страдать.
   Чтобы окончательно добить барона, Кремп под конец объяснения, скинул с себя маску псевдодворецкого и рассказал, кто он есть на самом деле. Удивительно, но как раз это откровение мага не произвело на барона абсолютно никакого впечатления. Он по-прежнему остался верен мысли, что Кремп всего лишь дворецкий Гимнса. По его мнению, быть в услужении у знаменитого лорда из Красного города, честь даже для магов Ордена Алой Розы.
   К известию о том, что его бывшая служанка Вэт сводная сестра Гимнса, гостеприимный хозяин тоже отнеся спокойно. Галантно поцеловал ручку высокородной даме — только и всего. Друзья опасались, что барон начнет размахивать руками, топать ногами, мол, нет у лорда никаких сестер, даже двоюродных, и, вообще, он по жизни сирота. Ничего подобного! Поверил, как миленький. Просто-таки возмутительная доверчивость!
   Разве мог Студент упустить такой случай?
   Конечно нет.
   Перво-наперво сэр Стьюд отрекомендовался дважды кавалером ордена Золотого Когтя — и пошло, поехало… По словам этого прохвоста выходило, что лорд Гимнс не принимает ни единого решения без совета вездесущего сэра Стьюда. Он, видите ли, любимец горожан Красного, к его словам простой люд прислушивается, посему Гимнс чрезвычайно дорожит своей дружбой с прославленным рыцарем. А после того, как выяснилось, что сам барон что-то там такое слышал краем уха о легендарном мечнике Красного города — победителе троллей, Студента совсем, что называется, понесло… В итоге, после получасовой беседы со словоохотливым рыцарем, барон — как бы это помягче выразится — был загружен им по самое не могу и, подобно Шише, теперь со щенячьим восторгом жадно смотрел в рот своему новоиспеченному кумиру.
   Кстати о Шише. Этот безобидный здоровяк со всей своей детской непосредственностью кинулся помогать знаменитому другу вешать лапшу на уши доверчивому барону. Со стороны сие уморительное действо выглядело примерно так: Студент лепил какую-нибудь очередную чушь и, если барона в кои-то веки все же начинали одолевать сомнения в правдивости его слов, здоровяк-трактирщик за спиной худощавого чудо-мечника сосредоточенно кивал, всем своим внушительным видом стараясь показать, что устами его товарища глаголет истина — ни как не меньше!
   Что же касается Лилипута, то особого интереса к его персоне барон не проявил. Лилипута это устраивало. При знакомстве они с Вальзом приветливо улыбнулись друг другу и вежливо раскланивались — этим их общение, к обоюдному удовольствию сторон, и ограничилось.
 
   Очнулся Гимнаст на третий день. Произошло это знаменательное событие где-то в районе полудня.
   И очень вовремя. Потому что… Впрочем, обо всем по порядку.
   Еще в день приезда к барону Кремп категорически отверг предложение хозяина: воспользоваться услугами семейного знахаря. Магу не хотелось афишировать многочисленные болячки лорда и он решил лично выходить молодого человека. И, как это часто бывает, переоценил свои возможности. Утром третьего дня, до предела вымотанный длительной бессонницей и ежедневной ворожбой над шестью тяжёлыми ранами Гимнаста, Кремп попросил Лилипута, Студента и Шишу подменить его у постели болезного.
   Уже через час дежурства иссяк запас шуток даже у Студента и от его хваленой жизнерадостности не осталось следа. Что же говорить о Лилипуте с Шишей, которые и полчаса назад уже были не прочь повыть для разнообразия на отсутствующую в небе луну.
   Ну а еще через час — наискучнейший час в их жизни! — молодые люди единодушно решили, что хорошего помаленьку, и пора бы уже старому магу просыпаться.
   Студент с Лилипутом уже собрались было «привести приговор» в исполнение. Тут-то Гимнаст и распахнул глаза.
   — Где я? — едва слышно пошептал лорд. — И что со мной произошло?
   Никак не ожидавшие такого резвого старта и даже не глядевшие на друга в этот момент, трое сиделок ошарашено уставились на вдруг ожившего Гимнаста. Не то чтобы ребята уже и не надеялись, что их друг придет в себя, просто три дня он лежал ни жив ни мертв и — опля! — с недовольной миной на лице уже пристает к ним с расспросами.
   Первым от неожиданности оправился Студент.
   — Ты умер, парень, — просветил он лорда скорбным голосом. — И теперь ты в Раю.
   — Студент? А ты что, тоже?.. — купился Гимнаст.
   — Сэр Стьюд моё имя, — продолжил дурачиться отчаянный балагур. — А это сэр Лил и сэр Шиша. — Он указал рукой на корчащихся от смеха друзей. И тожественно добавил: — Мы — три ангела, призванные быть тебе наставниками в этом новом для тебя месте.
   — Ни фига себе! — пробормотал потрясенный лорд. — Вы так похожи на моих друзей,
   — Так ведь мы же ангелы, — с серьёзным видом напомнил Студент. И, склонившись к уху Гимнаста, заговорщицким шёпотом ему сообщил: — Ты тоже можешь стать одним из нас. Если захочешь конечно.
   — Стьюд, угомонись, — простонал Лилипут. — Я сейчас лопну от смеха… Ха-ха!.. Надо же до такого додуматься — ангелы, блин!.. Ха-ха-ха!.. А этот и уши развесил. Умора!.. Ха-ха-ха-ха-ха!..
   — О чём это он? — опешил Гимнаст, в прямом смысле слова возвращённый с небес на землю.
   — Понятия не имею, — пожал плечами Студент и, повернувшись к трясущемуся от хохота трактирщику, спросил: — Шиша, а ты не в курсе, о чём это он?
   — Вы что меня разыгрываете, что ли? — наконец начало доходить до лорда.
   — Ну вот, Лил, кто, спрашивается, тебя за язык тянул, — покачал головой Студент. — Я лорда нашего уже почти развел. Ещё бы минута и он бы нам стишок прочитал или, там, песенку спел, ну чтобы мы его тоже в ангелы приняли. А ты взял и всё испортил.
   — Стьюд, зараза, ну я тебе сейчас… — Осознав, как его подло надули, Гимнаст рванулся было с кулаками на насмешника, но ослабевшее за три дня неподвижности тело отказалось подчиняться его воле и на резкое движение ответило вспышкой боли. Он застонал и рухнул обратно на подушку.
   — Привет, лорд. Ну как самочувствие? — спросил Лилипут, отсмеявшись. — После трехдневной спячки головка не бо-бо?
   — Как три дня? — вопросом на вопрос ответил Гимнаст. — Лил, ты это серьезно?
   — Неужто ты думаешь, что я рискну тебя сейчас разыгрывать?
   — Во дает, минуту назад ржал надо мной во все горло, а теперь неужели я рискну тебя разыгрывать? — возмутился лорд.
   — Так это не я, это Стьюд.
   — А какая разница? Хрен редьки не слаще!
   — Да ладно тебе, приятель, — встрял в разговор Студент. — Мы тут сидели у твоей постели, с тоски помирали. И тут вдруг подвернулся случай ребят развеселить. Ну я и воспользовался моментом… Да шутка-то совсем невинная, к тому же я её, все одно, до конца не довел. Прости, дружище, у меня и в мыслях не было тебя обидеть.
   — Да ладно, чего там, — отмахнулся Гимнаст. — Судя по тому, как ноют мышцы, я действительно давно не двигался.
   — Да целых три дня, говорю же, — повторил Лилипут и добавил: — Видел бы ты себя три дня назад — места живого на теле не оставалось! А кровищи из тебя вытекло, с полведра — не меньше!
   — Да, я кажется что-то начинаю припоминать, — кивнул Гимнаст. Он приподнялся на локте и провел по лицу рукой, как будто стирая с него остатки долго сна.
   — Я отбивался, как мог, но их было слишком много, — продолжил он. — А потом появилась эта сумасшедшая девка…
   — Успокойся, Гимнс, все позади, не надо волноваться, — перебил друга Лилипут, подкладывая ему под спину подушку. — Лучше постарайся уснуть. Теперь, когда ты пришел в себя, дела быстро пойдут на поправку. Сейчас мы разбудим Кремпа, и он тобой займется. Что толку бередить свежие раны никому не нужными воспоминаниями?
   — Ага! — Гимнаст хлопнул себя по лбу, его глаза прямо-таки засверкали гневным огнем. — Вспомнил! Все вспомнил! Она меня ударила, и я отключился.
   — А через минуту-другую в комнату ворвались мы втроем, — радостно подхватил Студент.
   — Так это вы шум в коридоре подняли?
   — Ты слышал?
   — Краем уха, — кивнул лорд. — Эта тварь с железной плеткой не очень-то мне позволяла прислушиваться! Надеюсь вы как следует намяли ей бока, прежде чем прикончить?!
   — Не нервничай так, дружище, все уже в прошлом, — попросил Лилипут.
   — Лил, я спокоен! Я совершенно спокоен! — грозно проревел Гимнаст. — Только, умоляю, осчастливьте меня ответом всего лишь на один вопрос: ведь вы перерезали ей глотку? Ну же, Стьюд, Лил, Шиша, скажите, не томите, порадуйте же меня… Какого рожна вы молчите?!
   Друзья растерянно переглянулись.
   — Кгхм… — наконец произнес смутившийся Студент. — Давай-ка, мы лучше как-нибудь потом об этом поговорим. Кремп, предупреждал нас, что ты, если вдруг очухаешься, будешь очень слаб и тебя… кгхм… нельзя утомлять длинным разговором.
   Но остановить разошедшегося не на шутку друга было уже невозможно.
   — С каких это пор тебя так волнует мнение этого старого пердуна! — резко ответил лорд. — Нет, Стьюд, чего-то ты, брат, темнишь. Вы от меня так просто не отделаетесь, и не мечтайте! Парни! Лил, Шиша, ну что вы, ей-богу! Сами же говорите, что три дня подряд я провалялся колодой бесчувственной. За это время я на жизнь вперед отоспался, у меня сейчас здоровья на пятерых лордов, не считая всех вас… Расскажите, что произошло после того, как я вырубился. Я просто умираю от любопытства!
   — Вот видишь, не успел еще как следует оклематься, а уже вновь помирать собираешься… Прав был Кремп — отдыхать вам надо, ваше высочество, отдыхать и набираться сил.
   — Стьюд, не цепляйся к словам!.. Ну-ка немедленно рассказывай, как было дело!
   Не обращая внимания на бурные протесты Гимнаста, Студент отвел Лилипута в самый дальний от кровати угол спальни и спросил:
   — Лил, что будем делать, он ведь не отстанет?
   — Ну так расскажи ему, и дело с концом.
   — Но ведь он ее как будто бы недолюбливает…
   — Побывал бы ты на его месте, посмотрел бы я на тебя, — усмехнулся Лилипут.
   — Чё делать-то?
   — Послушай, а что ты от меня-то хочешь? — пожал плечами Лилипут. — Между прочим, это ты Вэт что-то там наобещал. Вот, теперь расплачивайся. Милости прошу к барьеру. А я умываю руки.
   — Эй, парни, о чем это вы там шепчетесь? Что за секреты от своего друга?
   Гимнаст сделал попытку встать на ноги, но Шиша был начеку. Из могучих объятий трактирщика даже медведю было бы совсем не просто вырваться, а уж полуживому лорду и подавно.
   — Все нормально, Гимнс, — возвратился улыбающийся Студент, — Лил дал добро на откровенность. — И, обернувшись к Лилипуту, нагло заявил: — А если что тебе придется не по нутру — все вопросы к нашему Лилу, при принятии решений последнее слово было за ним.
   — Как это все вопросы к Лилу! Ничего себе! — возмутился Лилипут. — Во гад! Наломал дров, а, когда пришла пора отвечать за свои слова, все стрелки на меня перевел!
   Но Студент, прикинувшись глухим, оставил упреки друга без внимания и, как ни в чем не бывало, продолжил откровенничать с лордом:
   — Гимнс, у меня есть для тебя потрясающая новость. Три дня назад, можно сказать, реализовалась твоя самая заветная мечта!
   — Какая еще мечта? — забеспокоился Гимнаст. — Стьюд, не пугай меня. Когда ты так говоришь, у меня мурашки величиной с горошину вдоль спины табунами носиться начинают. Давай как-нибудь попроще, без пространных предисловий.
   — Желание клиента — закон! — бодро произнес Студент и тут же огорошил: — Одним словом, поздравляю вас, ваше высочество — теперь у тебя есть самая настоящая сестра! Правда здорово?!
   У Гимнаста просто отвалилась челюсть от радости. Но он быстро ее подобрал, водрузил на место и обратился к Лилипуту за разъяснениями:
   — Лил, что за бред он тут несет? Какая еще сестра? Вы же прекрасно знаете, что я у мамы с папой единственный и неповторимый. — И, не дожидаясь ответа, повернулся обратно к Студенту. — Стьюд, у тебя с головой-то все в порядке?
   — Понимаю, понимаю, такая неожиданная радость, — игнорируя вопрос, продолжил вещать Студент. — Но это еще не все новости, приятель. Запасись терпением и слушай… Помнишь ты совсем недавно интересовался по поводу девицы, жаждавшей твоей крови? Так вот — это она и есть! Сам понимаешь, не могли же мы обидеть любимую сестренку нашего друга.
   — Ну хватит, Стьюд, очень смешно! Ха-ха-ха, — выдавил Гимнаст с выражением, но без намека на улыбку. — А теперь серьезно. Что на самом деле произошло после того, как я потерял сознание?
   Студент попробовал улыбнуться, получилось кривовато.
   Заметив замешательство в поведении своего авторитетного друга, преданный Шиша ринулся ему помогать.
   — Но, милорд, сэр Стьюд говорит вам чистую правду, — подтвердил он. — После того, как вы лишились сознания, Стьюду удалось обезоружить грозную воительницу. И она нам рассказала о причине своей ненависти к вам. Оказалось, что госпожа Вэт ваша сестра по отцу. Волею капризной судьбы она стала сиротой при живом отце, поэтому возненавидела весь род лордов Гимнсов. Отсюда и такая жестокость к вашей персоне. Но мы убедили ее, что сын не может быть в ответе за поступки отца. Она не держит больше зла на вас, мой лорд. И теперь она — наш друг.
   — Поверить не могу! — всплеснул руками Гимнаст. — Эта «сестренка» на ваших глазах пыталась меня удавить, и, после всего пережитого мной, вы называете ее НАШИМ ДРУГОМ?! Парни, вы вообще каким местом думаете?!!
   — Ну вот, Гимнс, опять ты разволновался. — Самое страшное признание осталось позади и теперь Студент вновь весело скалил зубы. — Видел бы ты, какая это девушка! Настоящий пээрсик! Просто пальчики оближешь!
   — Спасибо, насмотрелся. Мне ее злобный взгляд теперь каждую ночь в кошмарах грезиться будет. А эта ее оживающая цепь… — Гимнаста даже передернуло от болезненного воспоминания. — Просто не могу поверить, что вы могли так со мной потупить! Сестренку они мне надыбали! Благодетели!! Вот ведь блин горелый!!!
   — Гимнс, бряцанье стальной цепочкой — это в прошлом. Теперь эта крошка само воплощение нежности и заботы, — заверил Студент. — Знаешь, как она хотела о тебе заботиться! Что ты! Но Кремп не позволил. Представляешь, старикан вбил себе в голову, что ежели первое лицо увиденное тобой при выходе из комы будет принадлежать милашке-сестренке, то такого радостного потрясения ты можешь не пережить. Согласись, вот ведь чудак!.. Я ему говорю, мол, Ежик, ты нашего лорда не знаешь, у него нервная система знаешь какая! А он заладил свое: лучше не рисковать, подождем, посмотрим. Вот зануда! Ладно, Гимнс, не переживай, сейчас я ее приведу.
   — Чего, чего?!..
   — Эй, эй, приятель, давай только без истерик. Нет, так нет. Я хотел как лучше, но раз не хочешь… А, с другой стороны, чего затягивать-то? Все равно же тебе придется рано или поздно с ней познакомиться. Обняться там, поцеловаться. Это же сестра твоя, Гимнс! Тут все об этом знают, даже слуги.
   — Забудь об этом, Стьюд! — решительно возразил яорд. — Просто забудь, ладно! Все, пошутили и будя!
   — Какие могут быть шутки? — не унимался Студент. — Дело-то серьёзное. Знаешь, Гимнс, ты мне конечно друг, но твое ослиное упрямство начинает меня раздражать. Шиша ведь объяснил тебе, что там, в клоповнике этом вонючем, недоразумение вышло, но больше девушка на тебя не сердится. Так в чем же дело, приятель, — помиритесь, обнимитесь, поцелуйтесь, как люди… Понимаю, конечно несладко тебе пришлось, но, в итоге, все ведь кончилось хорошо. Ты жив, здоров, тебя по-прежнему все уважают, есть такие идиоты, что даже преклоняются. Так что же тебя не устраивает? Кремп, вон, твое высочество от кольца чар избавил. Теперь ты свободен, как сопля в полёте. Хотел приключений — так вот они, кушай на здоровье! И хватит, слышишь, хватит кукситься! В любом случае твоя кислая рожа уже ничего не в силах изменить. Большинством голосов твоих друзей Вэт уже зачислена в нашу команду и тебе придется с этим смириться, хочешь ты того или нет… Значит, сделаем так. Я сейчас ее позову, и только посмей у меня тут в ее присутствии захныкать!
   Мгновенный ответ на выразительную тираду грозного рыцаря у Гимнаста не получился, когда же лорд «созрел», чтобы четко и внятно послать его вместе с «сестренкой» на три нехорошие буквы, Студента уже и след простыл.
   Вдогонку за Студентом убежал и Шиша.
   Лилипут с Гимнастом остались тет-а-тет.
   Прерывая неловкое молчание, воцарившееся в комнате после побега Студента и Шиши, первым заговорил Гимнаст:
   — По-моему, вы совершили серьезную ошибку. Ты знаешь, я вовсе не отчаянный смельчак, но за последние шесть лет, мне казалось, я забыл, что значит панически чего-то бояться. Теперь я снова вспомнил. Мне страшно, Лилипут. До одури страшно… Эта так называемая моя сестра — она же монстр…
   — Гимнаст, она на самом деле твоя сестра или, по крайней мере, сама в этом убеждена на все сто, — заверил Лилипут, усаживаясь в кресло рядом с кроватью. — Кремп проверял ее магией, пока она перед нами исповедовалась, и подтвердил ее искренность.
   — Да бог с ним, пусть настоящая — дело не в этом. Я дрался с ней, Лилипут, дрался всерьез, по-взрослому, изо всех сил. Но ни разу — можешь себе представить! — ни единого раза!!! — я не сумел увернуться от ее чёртовой цепи! Поверь моему слову: что-то здесь нечисто!
   — А может дело не только в ней, но и в тебе самом? — осторожно спросил Лилипут. — Кремп нам рассказывал, что, перед тем как ты сошелся с Вэт один на один, тебе уже изрядно досталось в предыдущих схватках. Ты был измотан затянувшимся боем, потерей крови и множеством болезненных порезов. Это просто чудо, что ты вообще ещё мог стоять на ногах. Какая уж тут увертливость?