– О!
   – Я только размышляю. Продолжай свой рассказ, Евдокс, – сказал Бери.
   Мошките понадобилось несколько секунд, чтобы отреагировать на его слова.
   – Рассказ?.. Вам просто говорить. Мы моментально привели войска в боевую готовность, когда Ист-Индия просигнализировала, что «мнимому» кораблю, отправленному к прыжковой точке Безумного Эдди, не удалось прорваться к Глазу. Мы посылали «мнимые» корабли вдоль обеих сторон дуги, туда, где ожидалось появление Сестры. Затем была запущены экспедиция из десяти кораблей. Ее заранее снабдили необходимым провиантом, экипировкой и лучшими пилотами. Ей удалось благополучно избежать перестрелки с флотилией Ханства. Остаток Мединского флота следовал за ней в арьергарде для охраны, покинув нашу маленькую комету и намереваясь завладеть Сестрой Безумного Эдди.
   К тому времени уже проявили себя в действии датчики нейтрино и телескопы Ист-Индской Компании. Как вы уже наверное, отметили, у них имелась причины к недовольству. Они силой захватили нашу территорию. Потом жертвовали ресурсами для своеобразных опытов: десять лет или даже больше они отдали ради своих жалких «мнимых» кораблей. А теперь они, наконец, узнали, что Сестра находится не там, где им сказали, а Мединский флот – на своем месте. Это онипосылали корабли.
   Вообще-то, это никого особенно не удивило. Но когда флот Крымских Татар последовал за нами, мы были захвачены этим врасплох. Медина надеялась, что весь Ханский флот останется на комете. Когда наш первый корабль исчез, Татары, наконец, узнали верный курс. И они последовали им. Должно быть, они знали, что делают.
   Голова Бекмана резко приблизилась к самому уху Реннера.
   – Причем лучше, чем Медина, – прошептал он. Реннер повернулся к астрофизику.
   – Расскажите мне об этом.
   – Почему Ханство атаковало именно сейчас!Да потому, что сейчасТатары заняли самую правильную позицию, чтобы захватить Сестру. Похоже, среди этих Татар есть какой-то гений…
   – Неужели он точно вычислил, когда коллапсирует Свертыш? Гм-гм. Евдокс, ты что думаешь?
   – Это не в моей компетенции, капитан Реннер. Я буду спрашивать. Иначе им, вероятно, будет все рассказано.
   – Кем?
   – Кем угодно! Неужели вы считаете, что я рассказал вам обо всех наших семьях?
   – Лады. Продолжай.
   – Татары уничтожили два из десяти кораблей, участвующих в экспедиции. Один прошел мимо Сестры. Остальные достигли оранжевого карлика. Наш флот пытался удержать Сестру до тех пор, пока не прибудет подмога Византии, но никто даже не надеялся, что они придут в скором времени. В общем, в этом сомневались. Ведь Мошка-2 – слишком далеко. Однако они держались достаточно долго, чтобы мы прорвались сквозь непрерывную битву.
   – Но не слишком долго, чтобы защитить «Гекату».
   – Да. Поэтому сейчас мы здесь. И в течение десяти часов мы доберемся до Базы Шесть.

ГЛАВА 8. МЕДИНСКАЯ БAЗA ШЕСТЬ

   Мятежный ангел хуже неверующего человека.
Блаженный Августин. Град Божий

    База Шесть претерпела изменения. Сплетение взрывов разрушило большую часть пассивной массы того, что некогда было кометой, превратив ее в бесформенные осколки. Комья, состоящие из грязного снега, льда, аммиака и камня, все полезные руды, направлялись сейчас к Сестре, чтобы помочь тем, кто вел сейчас возле нее яростный бой. Если эти обломки и не защищали Базу Шесть от орудийных ударов, то по меньшей мере ослепляли всех наблюдателей. Лишь Мастера Медины могли догадаться о том, что здесь произошло, да и то только потому, что они участвовали в землеустройстве Базы.
    Оставшаяся неповрежденной белая сфера стала холоднее кометы. Ист-Индия знала об очистительных сооружениях, получающих водород, и кораблях, увозивших его с Базы, но Ист-Индцы никогда не знали о тепловых насосах. Водород использовался не только как топливо для кораблей, и большинство кораблей не погибло на своем пути к торговой группе Медины.
    Мединская База Шесть превратилась теперь в компактный ледяной шар, облаченный в «скорлупу» из покрытого пеной замерзшего водорода. Сохраняемый таким образом и ежеминутно охлаждающийся собственным испарением, водород мог сохраняться так десятилетиями; а, может быть, и веками. Генераторный щит, производивший энергию для всех шести внутренних баз, изготовленный по чертежам Империи, был похоронен в глубине этого ледяного шара.
    База Шесть находилась слишком близко к полю боя, и посему была слишком уязвимой.
    Три дюжины ее кораблей были почти разобраны. Так было всегда; они всегда явно нуждались в ремонте. Мастер, некогда посетивший Ист-Индию, пожаловался на это, однако ни разу не видел там даже признаков демонтированных ракетных двигателей.
    Тогда Инженеры Медины установили сорок один термоядерный двигатель на самый край «кормы» этого снежного шара диаметром в полклика. Так в течение нескольких часов База Шесть превратилась в военный корабль. И она сразу стала набирать скорость, направляясь вовнев сторону торговой группы Медины.
    Большинство кораблей Базы Шесть, с водородом на борту, вылетели, как только Мустафа подумал о необычной формы черном пузыре, чтобы воспользоваться им как Складом. Необычная форма понадобилась для того, чтобы избежать радиолокационного обнаружения и иных способов «засветки». Внутри Склада хранилось огромное количество водорода и целая популяция Воинов, которая не увеличивалась благодаря рыцарским турнирам на выбывание, что позволяло сохранять их количество неизменным.
    И вот это своеобычное транспортное судно, полное Воинов, шло на рандеву с Базой Шесть. Некоторые должны приземлиться, некоторыеостанутся на орбите.
    База Шесть являла собой одновременно вооруженное транспортное судно, склад горючего и боевой корабль; иными словамисердце флотилии, способной защитить какое бы то ни было сокровище, появившееся из Сестры Безумного Эдди.
   «Синдбад» шел с ускорением в 0,8 g , достаточно приемлемым для мошкитов и не слишком напрягающим Бери. За ними виднелась Мошка, казавшаяся не больше обычной звезды. Она представляла собой едва различимый диск и была слишком яркой для незащищенных человеческих глаз. За Мошкой мерцало тусклое красное пятно Глаза Мурчисона.
   Впереди, с Евдокс во главе, шли четыре корабля мошкитов; за ними – «Синдбад», а совсем на небольшом расстоянии от него следовал «Антропос». Замыкали эту космическую «кавалькаду» еще четыре корабля мошкитов.
   – Это все, что мне удалось определить, капитан Реннер, – сообщил коммандер Раулингз. – Однако у меня создается впечатление, что кораблей мошкитов намного больше, и все они находятся совсем неподалеку. Мы засекли случайную вспышку, но не смогли ее зафиксировать. Как будто… скажите, а эти… ну… «мнимые» корабли могли изменять форму?
   – Благодарю вас за доклад, – ровно ответил Реннер.
   – Сэр. Мы наблюдали за кораблями мошкитов во время боя. И они казались нам совершенно другими.
   – У вас есть какие-нибудь предположения?
   – Только то, что они отлично сработаны. Великолепный спектакль, доложу вам. Мы ничего не видели, ни пушек, ни торпед, только слышали шум сражения. Наверное, их корабли очень маленькие. Или могут уменьшаться. Безусловно, мы могли бы поразить четыре из тех, что видели очень далеко, за исключением крупных «сюрпризов».
   – Мне бы нехотелось исключить возможность сюрпризов.
   – Да, конечно, сэр, но я не уверен. Капитан, вы можете объяснить, что происходит?
   – Гм, неужели на моем лице виден пафос? Ладно… Пока оставим это. Настало время для военного совета, поэтому проверим-ка нашу связь. – Реннер включил интерком. – Пожалуйста, передайте лейтенанту Блейну, чтобы он пришел. А также – его превосходительству. Он должен присутствовать при этой беседе.
   Кевин повернулся к коммандеру.
   – Раулингз, мы не летим на Мошку-1. Они заблуждаются. Видите ли, главные игроки в этом спектакле – все как один относятся к внепланетным цивилизациям, и их там чертовскимного. Единственный, кто лучше всех подготовился к новой точке I – это торговцы из Медины, которыми руководит Калиф Альмохад, и его главный посредник на переговорах – Евдокс, Посредник, за которым мы и следуем. Кстати, все имена выбраны ей. Пока все ясно?
   – Да, сэр. А с кем мы сражаемся?
   – Да тут целая орава всевозможных групп и фракций, – ответил Реннер, а его пальцы заплясали по клавиатуре. – Я всех их отметил. Вот.
   – Поня-ятно, – протянул Раулингз, и его сосредоточенный взгляд пробежался по дисплею. – О, черт!
   – А ведь это только самые важные лица, – многозначительно заметил Реннер.
   – Ханство завладело кометой – и никого это не волнует… Татары удерживают новую прыжковую точку и корабль… о, Господи!
   – Вот-вот. Они удерживают «Гекату» – гражданский корабль, пилотируемый достопочтенным Фредериком Таунсендом, вместе с которым на борту в качестве пассажира находится сестра Хриса Блейна Гленда Руфь Фаулер Блейн.
   – О, Боже! Капитан, лорд Блейн весьма не обрадуется этому!Мы собираемся их спасать?
   – А сможем ли?
   Некоторое время Раулингз молчал. Затем произнес:
   – Не знаю, но уверен, черт возьми, что не вернемся, не попытавшись это сделать!
   – Я понимаю вас, однако, по мнению Евдокс, у нас недостаточно кораблей, даже если учесть ваш. В настоящее время лучшее доказательство надежности их положения то, что они в безопасности, и наши союзники-мошкиты пытаются вступить в переговоры с Татарами. Тем временем мы направляемся на базу Мединских торговцев. До недавнего времени она была совместной базой с Ист-Индской Торговой Компанией, но, по-видимому, этот альянс требует некоторой реорганизации.
   – Реорганизации?
   – Это слово использовала Евдокс.
   – Это что, опять означает сражение?
   – Может быть.
   На мостике появился Хрис Блейн, который тотчас же занял место рядом с Реннером.
   – Неужели дела с этими мошкитами всегда настолько запутанны? – осведомился Раулингз. – Капитан, какова все же наша задача, черт подери?
   – Хороший вопрос, – отозвался Реннер. – Во-первых – выжить. Во-вторых, возвратить Гленду Руфь. У нее есть груз, способный коренным образом изменить положение… вероятно, от него будет зависеть наша третья задача что и приведет всю эту неразбериху в порядок.
   – Груз?
   – Лейтенант Блейн? – вместо ответа произнес Реннер.
   – Слушаю, сэр. Как уже сказал капитан Реннер, у нас на рассмотрении еще одна задача. Мошкиты вырвались на свободу, и с этим тоже придется иметь дело, либо нам, либо боевому флоту.
   – Только не боевой флот, – вздохнул Реннер. – О'кей, Хрис. Итак, груз. – Реннер поймал вопросительный взгляд Синтии и чуть заметно качнул головой; таким образом он договорился о кофе.
   Блейн кивнул.
   – Коммандер Раулингз, насколько вы осведомлены о мошкитах?
   – Мне известно о них не очень много. Я бегло просмотрел несколько уроков об их обществе по дороге в блокадную эскадру. Изучал их тактику, однако не видел никакой необходимости понимать их, поскольку всем внушили, что их просто надо убивать.
   – Совершенно верно, сэр. Но наверняка в вашей команде может отыскаться человек, интересовавшийся ими. Найдите его. А тем временем я прочту вам небольшую лекцию.
   Но первым заговорил Раулингз.
   – Пока вы не начали, мне бы хотелось упомянуть о том, что нам всем известно. Мошкиты – строго дифференцированные особи. Единственные, с кем они считаются – это класс Мастеров; в то время, как все связи у них осуществляют Посредники. Посредники настолько располагают к себе, что порой нам хочется забыть, что они у мошкитов не главные, а лишь получают приказы от Мастеров.
   – Но не всегда, – вставил Реннер и продолжил: – Теперь вспомним, что в Империю уже посылали троих мошкитов. Двое из них были Посредниками Короля Петра, а вместе с ними прибыл более старый Мастер, связанный с королем родственными узами, однако до этого он не был прямым начальником Джока и Чарли. Это позволяло Джоку Чарли несколько отклоняться от намеченного курса программы переговоров. Они и повиновались не каждому приказу Ивана, хотя, как правило, делали это. Должно быть, у них слишком много правил и установлений, однако я никогда не знал их. Иван прожил всего шесть лет, а потом они оказались предоставлены самим себе.
   – Однажды, – продолжал Реннер, – я спросил Джока, какие были последние приказы Ивана. На что Джок ответил: «Поступать так, чтобы уменьшить любого рода риск на долгое время. Постоянно поддерживать телесное и психическое здоровье друг друга. И всегда выглядеть хорошо». Я решил, что она упустила какую-то весьма существенную деталь. И Посредники обязательно солгут нам, если им это прикажут.
   – Итак, мы возвратились в систему Мошки, и все, что нам было известно, оказалось несколько искаженным. Мы имеем дело с космической цивилизацией, а не с отдельной планетой. Все Классы здесь несколько, другие, а некоторые – даже очень сильно, даже Мастера. Цивилизация мошкитов – древняя.Астероиды здесь населили свыше сотни тысяч лет тому назад, а это достаточное время для эволюционныхизменений, и еще мы знали, что мошкиты применяли по отношению к себе радикальные программы воспроизводства потомства.
   – Как сауронцы, – заметил Раулингз.
   – Да, но не совсем так, – сказал Реннер. – Разные задачи подразумевают разные основания.
   – Совершенно верно, сэр, – проговорил Раулингз, хотя, судя по тону его голоса, был не согласен с Кевином.
   –  Может быть,нам немного повезло, – сказал Блейн. – Очевидно, Посредник Горация Бери полностью оставила Короля Петра и продала свои услуги лицу, предложившему более высокую цену. А Посредники, обученные, как Бери, похоже, циркулируют повсюду, как деньги.
   – Что не может не польстить его превосходительству, – проговорил Раулингз. – А по какой причине они дали себе арабские имена?
   Хрис покачал указательным пальцем.
   – Нет, нет! Капитан, эти имена выбраны Мединским Посредником, обученной под Бери, Евдокс, и вероятно из-за их эмоционального влияния на Горация Бери! Татары —. враги арабов. Мединские торговцы, напротив, очень хорошо отзывались об арабах. Настоящий Евдокс – был родом из семьи знаменитого левантийского купца, который занимался торговлей за пределами Красного Моря и первым открыл наиудобнейший торговый маршрут в Индию.
   – Ох-ох-ох, – вздохнул Раулингз. – И Бери, конечно, об этом знал.
   – Разумеется. Но это совершенно другое дело. Мастера мошкитов никогда не формируют общества, подобные нашим, и не пользуются для этого нашими методами. Подчиненные классы обычно повинуются Мастерам, а у Мастеров напрочь отсутствует инстинкт подчинения друг Другу, а что касается обществ, создаваемых людьми, их Мастера не признают. Для них этого просто не существует. Мастера мошкитов будут кооперироваться, и один займет подчиненную позицию по отношению к другому, но насколько я понимаю, единственные родственные чувства у них передаются только по линии наследственности. Они не ощущают никакой лояльности в отношении любого абстрактного понятия, например, такого, как Империя или город. Это больше смахивает на арабскую цивилизацию, нежели на Империю, поэтому это и пользуется популярностью у Посредников Бери. Мистер Бери, похоже, разбирается в этих вещах намного лучше каждого из нас.
   – Даже не исключая вас, Блейн? – требовательным тоном осведомился Раулингз. – А как же доклад на совещании, в котором говорилось, что вы воспитывалисьмошкитами.
   – Отчасти, – сказал Хрис Блейн. – Мы находились тогда на Новой Каледонии, и мой отец был членом Высокой Комиссии до тех пор, пока мне не исполнилось шесть. Это было тогда, когда мы вернулись на Спарту, и мои родители основали Институт, в котором я ежедневно виделся с мошкитами. К тому времени Иван уже умер, а Гленда Руфь только что появилась на свет. Она очень часто виделась с Джоком и Чарли, а Ивана не видела никогда.
   – Гм. И что теперь станется с грузом «Гекаты»?
   – Позвольте мне ответить, Хрис, – вмешался Реннер. – Вы ни разу в жизни не виделиЧервя Безумного Эдди. Вы были на Блокаде…
   –  Подождите,капитан! – рявкнул Хрис. – Коммандер Раулингз, этот Червь – что-то вроде крапленой карты в колоде! Сэр, а вы уверены, что хотите знать больше?
   Хотя лейтенантам не принято так разговаривать с капитанами, Реннер попридержал свой язык. Раулингз же холодно произнес:
   – А почему бы мне не узнать, лейтенант?
   – Если вы уже знакомы с мошкитами и беседовали с ними, они моментально узнают об этом, – ответил Блейн. – Коммандер, пока вы активно общались с мошкитами, вам и в голову не могло прийти, насколько быстро они обучаются истолковывать всесказанное или сделанное вами.
   – Похоже, у меня возникла одна мысль, – сказал Раулингз. – Вы провели на борту моего корабля год, и ни один человек из офицерской кают-компании не решался играть с вами в покер.
   – Совершенно верно, сэр. Возможно, мошкиты уже узнали что-то от капитана Реннера, а возможно и нет. У него больший опыт общения с мошкитами. А от его превосходительства они не узнают ничего. Или от меня.
   – Не узнают что?
   Мужчины разом повернулись и увидели Джойс Мей-Линг, появившуюся в салоне «Синдбада».
   – Все в порядке, – сказал Раулингз. – А я ловлю вас на слове, лейтенант Блейн, поскольку оно ценно, и принимаю, что лучше, чтобы я не знал о Черве Безумного Эдди. Капитан Реннер, если наша задача заключается в том, чтобы отвоевать мисс Блейн и ее груз, то как мы это будем делать?
   – В том-то весь вопрос, – задумчиво ответил Реннер.
   – Мы ведем переговоры, – произнес с экрана Бери, в эти мгновения очень похожий на телеведущего. – Простите, но я вынужден попросить вас выслушать меня. Коммандер Раулингз, что сейчас самое важное? – это то, что мы, похоже, готовы сражаться, а мошкиты считают, что их силы во много крат превосходят силы Империи, которые придут для нашего спасения в очень недалеком будущем, так что для мошкитов будет лучше прийти к согласию с нами, причем именно сейчас, пока у них еще есть силы.
   – Да. И еще, они точно не знают, насколько далеко от нас Блокадный Флот. А ведь он не так уж и далеко, сэр. Нам всего лишь надо нырнуть в прыжковую точку Безумного Эдди – и вернуться с эскадрой.
   – Не считая той мелочи, что они сначала расстреливают любого пришедшего, а затем расспрашивают. Поскольку нет надежного способа отличить корабль мошкитов от корабля Империи, – заметил Реннер.
   – Черт! Конечно же, вы правы. И нам не удастся отправить послание «Агамемнону». Коммодор, я действительнорад, что вы возглавляете операцию, а не я, – произнес Раулингз и замолчал. Но спустя несколько секунд он заговорил снова: – Хотя, есть одна штука. Блокадным Флотом командует адмирал Вейгл. Ему известно кое-чтоиз случившегося. Прыжковая точка назад к Каледу сдвинулась, и он, черт подери, отлично знает об этом,поэтому он обязательно свяжется с нами, чтобы получить приказы, и сделает это скоро. Также он будет искать новую прыжковую точку к Мошке.
   – И что же он сделает, если найдет ее? – поинтересовался Реннер.
   Раулингз покачал головой.
   – Полагаю, останется охранять ее. Но вы же знаете, сэр, Вейгл – человек действия. Он может выслать разведчика. Нам лучше будет проследить за этим. Итак, Блейн, чего еще мне неизвестно?
   – Очень многое, однако мы тоже этого не знаем, – ответил Хрис Блейн. – Например. Эти космические цивилизации больше напоминают кочевников, нежели что-то оседлое. У них нет ни упорядоченных карт местности, ни постоянных жилищ. Есть, правда, небольшие группы, как те, которые обосновались на крупных планетарных спутниках, и они относительно постоянны, но в основном, все это меняется и перемещается. Ценность для них заключается в… в воздухе, пище, энергии, оборудовании, во всем, что способно двигаться, и это зависит от расстояния и дельты-V. Это изменяется буквально каждую секунду. Значит, должен быть способ продаватьдельту-V.
   – Ага! – воскликнул Раулингз. – Как если бы древние Шелковые Пути изменили протяженность. Это как в один прекрасный день, переходя через мост, ты добираешься до Дальнего Катая. Следующий месяц – и ты в тысячах милях оттуда.
   – Да, это очень похоже! – громко сказала Джойс. – Когда все вокруг незыблемо, а правительства стабильны, то от Персии до Китая всего несколько недель пути, но когда вокруг и кочевники и бандиты перекрывают маршруты, то для перехода понадобятся месяцы, а то и годы. Или вообще нет сухопутных маршрутов. Ведь были же целые пиратские империи во Вьетнаме и на Суматре, и тогда небезопасны были даже морские пути.
   – Интересное наблюдение, – заметил Бери. – И это дает нам больший повод по новому взглянуть на мошкитов и рассматривать их с совершенно иной точки зрения. Благодарю вас, Джойс. Кевин, по-видимому, нам придется рассматривать мошкитов скорее похожими на арабских бедуинов, нежели на вашу Империю.
   – Удивительно! – сказал Реннер. – Единственные арабы, с которыми я знаком, это вы и Набил!
   – Лицо, – задумчиво промолвила Джойс. – Арабов всегда волновало сохранить лицо, причем даже больше, чем китайцев. Внешний вид играет для них огромное значение. Может быть и для мошкитов тоже?
   – Я не замечал этого на Мошке-1, – сказал Реннер. – Но, возможно, я и не сумел бы этого заметить. Однако… Знаете ли, у них имелись истории обо всем. Живопись, скульптура… они сочиняли истории, чтобы скрыть свое прошлое, и при этом изо всех сил старались придать всем вещам по возможности лучший вид. С другой стороны, мне казалось, что Хрис, Гленда Руфь и я – единственные, кто знали мошкитов с Мошки-1. А это означает, что ни один из нас на самом деле не знал о них практически ничего.
   – Кроме его превосходительства, – проговорил Хрис Блейн. – Вы только посмотрите, насколько ценны Посредники Бери. Разумеется, они ожидают, что Империя будет больше похожа на то, как ее видит мистер Бери, а не мы с вами.
   – Как я ее видел тридцать лет назад, лейтенант, – сказал магнат.
   – Проклятие! – воскликнул Раулингз. – Коммодор, все это не укладывается у меня в голове. Единственное, в чем я не сомневаюсь, это то, что моей карьере наступит конец, если мы позволим что-нибудь случиться с дочерью лорда Блейна. Что ж, по-моему, я знаю, что делать. Нам надо привести в боевую готовность пушки и торпеды и ожидать приказов. Коммодор, вы скажете мне, куда стрелять, и я буду стараться изо всех сил, чтобы не промахнуться, однако, не уверен, что узнаю что-нибудь большее!
   – Вы не один такой. Передача окончена, – с этими словами Реннер стукнул большим пальцем по выключателю.
   Джойс повернулась к Хрису Блейну.
   – А что это – Червь Безумного Эдди?
   – Я не могу вам ответить на этот вопрос, – проговорил Хрис.
   Тогда она повернулась к Реннеру.
   – Что ж, немного, но кое-что я узнала. А теперь, вы не хотите вернуться к этому разговору?
   Хрис Блейн нахмурился.
   – Джойс, вы, что, хотите, чтобы вам запретили разговаривать с мошкитами?
   – Нет, конечно же нет! И вы не можете мне запретить!
   – Мы не можем вам запретить это. Джойс, чтобы пролететь тридцать этажей, нужно чтобы кто-то спихнул вас с балкона! Существуют вещи, которые знать не следует. Если вы их узнаете, то не сможете разговаривать с мошкитами, потому что мошкиты узнают о них тоже.
   Она не поверила ему, даже когда Кевин кивнул ей в знак подтверждения.
   – Кевин! .
   Реннер едва осознавал, что он спит и кто-то пытается разбудить его, но его это совершенно не волновало.
   – Давайте, давайте, Кевин. Просыпайтесь и одевайтесь скорее. И прошу внимания, капитан Реннер. Черт подери, Кевин!!!
   – А? Что? Бекман? В чем дело?
   – Послание ниоткуда, Кевин, точнее – неизвестно, откуда. Я только что его получил.
   – Гм, послание ниоткуда. Это важно. Что это?
   – Это было обычное радиопослание, но на очень широкой частоте. Наверняка затрачено огромное количество энергии. Кевин, это тайное послание, в котором содержится полная астрономическая библиотека за прошедшие сто тысяч лет! А по-моему, даже больше! Вы спали, поэтому, прежде, чем разбудить вас, я сделал несколько тестов. Я отобрал образцы их наблюдений, чтобы проверить, соответствуют ли они базе данных Новой Каледонии за последние несколько сотен лет. Все сходится! Все, что я проверил! Кевин, мне кажется, вам надо что-то предпринятьпо этому поводу. О, и «Фидиппидес» хочет с нами говорить! И «Антропос» тоже.
   – Да-да, конечно, – пробормотал Реннер, отыскивая форму и натягивая брюки. – Итак, подтверждение правильности, верно?
   – Соответствие локаций малозаметных звезд. Проверку я начал с орбитального движения Глаза Мурчисона и Мошки. Затем пошел и поднял вас. Сейчас должно заканчиваться тестирование.
   – Отлично, пойдемте, – сказал Реннер и проскользнул через занавесь. – Привет, Гораций. А вы неплохо выглядите. Синтия, я голоден как волк и хотел бы завтрак побольше, и, будь так добра, принеси его прямо к нам на вахту. – То есть на его койку, на которой он всегда переносил ускорение. – Джекоб, сперва покажите мне это послание. А потом вы соедините меня с «Антропосом».