– Значит, мы – нечто вроде приманки, верно? – поинтересовалась Джойс. – Полагаю, что это – не так уж и плохо… однако выступать в роли ловушки, даже не зная, кто у тебя в хвосте!..
   – Их флот пойдет за нами, – ровно произнес Фредди.
   – Откуда вы знаете? – сердито спросила Джойс.
   – Если это не так, то они зря растратили такую уйму энергии, – пояснил Фредди. – А они не могутнапрасно расходовать топливо. Потому я полагаю, что все это именно так. Если им удастся уничтожить нас здесь, то они просто не отправятся обратно в свою систему, а если мы продолжим идти нашим курсом, им ничего не останется, как следовать за нами. Верно я говорю, Гленда Руфь?
   – Да, дело верное, – отозвалась девушка.
   – Там вы их и прижучите, – сказала Джойс.
   – Ситуация не изменилась, коммодор, – сказал Раулингз. – Они не попытались помешать кораблям союзников, которые мы отправили на помощь Баласинхэму. А вот нас они беспокоят, поскольку их слишком много. Поэтому, наш единственный шанс – это бегство. Думаю, лучше повысить ускорение. Чем меньше мы примем огня на себя, тем больше у нас будет шансов прорваться.
   – Согласен. Увеличьте ускорение до 1,5 g .
   – Есть 1,5 g ,– произнес Раулингз, и его изображение на мгновение исчезло с экрана.
   – Как только стабилизируемся в системе Мошки, ускорение – прямо по курсу, – приказал Реннер. Внезапно компьютер защебетал, выдавая данные. – Еще у меня есть запись нескольких приказов к мошкитам. Вы придете в себя после прыжка раньше нас. Поэтому, как только сможете, отправьте эти послания на Базу Шесть.
   – Есть отправить послания на Базу Шесть, сэр.
   – Постоянно будьте на связи, – прибавил Реннер. Он тяжело вздохнул и коснулся клавиш интеркома. – Приготовиться к увеличению гравитации до 1,5 g .– Он нажал еще на одну клавишу. – Гораций…
   – Не волнуйся, Кевин, я выживу.
   – Да. Если они не слишком долго будут долбить нас своим лучом.
   – Кевин, делай то, что должен, – решительно произнес магнат.
   Реннер приступил к работе. Навигатор-инструктор на борту «Макартура», личный пилот Бери в течение тридцати лет – то, что сейчас делал, он мог бы совершать даже во сне.
   – Гораций, вы выдержите одиннадцать минут ускорение в 1,7 g ?
   – Конечно, Кевин.
   «Конечно»… Опасность для Бери представляло не увеличение ускорения, а прыжковый шок.
   – Таунсенд, приступайте.
   Али Баба ударился об его грудь всеми своими восьмью килограммами. Малыш громко плакал и пронзительно кричал:
   – Нет, Кевин, нет! Не надо больше!
   – Иди-ка сюда, Али Баба, – ласково произнес Бери, и крохотный Посредник направился к нему, испуганный до смерти.
   – Сделано, сэр, – отрапортовал Фредди. – Как у нас с допуском на ошибку?
   – Корабль станет фиолетовым, когда мы будем проходить к Глазу.
   Фредди вздрогнул.
   Инженеры копошились, поспешно чего-то делали. Посредники наблюдали за происходящим. Кевин еле сдержался от вопросов – и тут понял. Мошкиты разобрали койку Синтии и все вместе подтащили ее к водяному матрасу Бери. Гленде Руфь пришлось оказаться в тесноте, так как они от слабости смогли добраться только до ее койки.
   – Коммодор? Я засек направление, куда идут корабли мошкитов. Это – коричневый карлик. По-видимому, они надеются найти укрытие на его кольце.
   – Но только после того как уничтожат нас, – произнес Реннер.
   Синтия покончила со своими упражнениями в кубрике. Вид в иллюминаторе был веселого зеленого цвета, как у военной формы.
   На увеличенном экране, который закончили устанавливать Часовщики, виднелась одна сверкающая точка, приближающаяся к Сестре, которая вскоре мгновенно исчезла, без какой-либо вспышки. Затем то же самое сталось со второй точкой. Дженнифер вздохнула от облегчения.
   – Они прошли, – сказала она.
   Терри изо всех сил сжал ее ногу. Она подошла к нему и похлопала по щеке.
   – Как ты?
   – Выкарабкиваюсь потихоньку. А ты?
   – Жду. Арлекин ушла вперед, чтобы получить информацию о ходе сражения. Должна ли я молчать, или мне все-таки попытаться переговорить с ними?
   – Поговори. Они же все равно прочитают все твои мысли.
   Прошло больше часа, прежде чем Арлекин присоединилась к ним.
   – Сестра временно отрезала ваши корабли, – сказала она. – Мы не предполагали, что они сумеют выдержать наш заградительный огонь.
   – Вот тебе еще одно свидетельство о наших ресурсах, – язвительно промолвила Дженнифер. – Наши корабли крупнее, к тому же, они лучше защищены и намного мощнее ваших. Арлекин рассмеялась от удивления и презрения одновременно. Ни дать ни взять – смех Фредди. Должно быть Арлекин научилась ему от Полианны.
   – А тебе – еще одно напоминание о нашей способности к воспроизводству. Наших кораблей намного больше. Гораздо больше! Дженнифер, меня совершенно не заботят ваши текущие намерения. Мы ведь планируем стратегию.Эти два корабля… Так, мне надо отвлечься…
   Посредник сделала своей крупной левой ладонью знак задержка на минуту.И тогда заговорил Воин.
   Когда Арлекин закончила беседу с Воином, то повернулась к девушке:
   – Дженнифер, мы отправили большую часть наших кораблей уничтожить два Имперских корабля. Эту команду мы получили от нашего младшего Мастера. Эти трижды траханные ящерицей Воины Медины умудрились подбить корабль с нашим командиром, когда он остановился, однако корабли наших Воинов почти не пострадали. И они будут преследовать ваши Имперские корабли через Сестру, и так – до самой системы Мошки. Им не удастся спрятаться, Дженнифер. Именно из-за их особых двигателей, изготовленных, как и они, в вашей самодовольной Империи!
   И действительно, пока Арлекин говорила, голубые искорки, испускаемые двигателями кораблей Воинов, мгновенно исчезали. Дженнифер увидели другие, более крупные искры, пролетающие мимо: это корабли Ханских Мастеров уверенно шли к Звезде Горация Бери.
   – Где спрячутся корабли ваших Мастеров? – спросила девушка.
   – Среди астероидов. Разве это так важно? Мы решили отказаться от попытки пробиться в Империю через другие «мосты». Нам придется ждать до тех пор, пока наши Воины не доложат об успехе на Мошке.
   – Вы собираетесь всех нас уничтожить?
   – Да. Сначала у ваших кораблей будет преимущество, поскольку они первыми пройдут прыжковые точки и первыми придут в себя от шока. Однако ведь люди справляются с шоком хуже нас. Ведь так?
   Дженнифер рассмеялась. Арлекин нахмурилась.
   – Нет? Учти, мы наблюдали за тобой. Ты очень медленно приходила в себя.
   – Арлекин, я полумертва от усталости. Бедняга Терри чуть не умер от ран. Теперь же он…
   Мгновением позже она прикусила себе язык. Но слишком поздно: Арлекин прыжками помчалась на корму.
   Рука Терри поймала лодыжку мошкиты. Он со всей силы дернул ее назад.
   – Убей ее, Терри, убей ее! – пронзительно закричала Дженнифер.
   К ним стрелою устремился Воин.
   Тем временем Терри обхватил голову и плечи мошкиты. Посредник извивался.
   – Проклятие! – бормотала она, вырываясь из железных объятий Терри.
   Выкрученная голова с хрустом повернулась, точно сломанная ветка. Подоспевший Воин обхватил Терри своими лапами-удавками, уткнув дуло пистолета Терри прямо в ухо.
   Терри отпустил Арлекин. Та полетела в сторону, издавая слабые стоны.
   Под прицелом пистолета Воина Дженнифер с Терри наблюдали, как Доктор изгибал и подтягивал голову мошкита на место. Арлекин продолжала выть от боли.
   – Неудачно, – произнес Терри. – Ясовершенно забыл, что у них нет позвоночника. Вместо него я нащупал какую-то штуку, соединяющую череп с плечами. Только я сдвинул ее с места, а снизу даже не оказалось спинного хребта. Кстати, о чем вы там так оживленно спорили?
   – О прыжковом шоке. Что он причиняет им больше страданий, нежели нам. Они, судя по нам, об этом не подозревали.
   – Ага… Но, по-моему, последний корабль с Воинами уже проскочил. Я ведь прав, а, Дженни?
   Она пристально посмотрела ему в глаза.
   – Да, Терри. А те, другие огни, это – крупные корабли Мастеров, и все они прошли к Сестре.
   – Ха! А я довольно сильно прижучил этого Арлекина… – задумчиво произнес Терри. – Что ж, теперь в системе Мошки находится целая флотилия их Воинов, которая гоняется за «Синдбадом» и «Антропосом». И у них нет Мастера, чтобы сказать им делать другое. Разве это не занятно, а? Интересно, что собираются предпринять парни из Космофлота?
   – Если они что-то и сделают, мы имеем шанс не дожить до этого.
   – Дженни, я все это прекрасно понимаю. Так что, если они решат меня пристрелить, то, пожалуйста, не буди меня. Хорошо?

ГЛАВА 8. ЯРОСТНАЯ ПОГОНЯ

   – Отступаем, черт подери! Нас только что атаковали с противоположной стороны!
Коммандер морской пехоты США, Чхонджинское водохранилище, Корея

    Ячертовски стар для этого. Реннер постепенно начинал осознавать…
   … Губы Синтии сами шептали молитву. Ее тело почти непристойно покрывало тело Бери; она целовала его… примкнула губами к его губам и делала ему искусственное дыхание, надавливала ему на грудную клетку и опять вдыхала воздух прямо ему в рот, и давила, давила ему на грудь, что есть силы…
   – Вызывает «Антропос», – произнес Фредди.
   – Давайте их… Привет, Раулингз.
   – Коммодор, знаете, как смотрится ваш корабль? Как безупречный бриллиант на черном бархате. Бело-голубой воды.
   – Я польщен. Так-так-так… Похоже, это цитата… из исторического романа «Взятие пика Змея». Неужели вы читали его прямо перед тем, как взорвался корабль? Вам что-нибудь еще угрожает?
   – У нас чисто. Бандиты из Групп Один-Два-Три очень вовремя отступили от кораблей Медины. Ист-Индия по-прежнему удерживает для нас прыжковую точку Безумного Эдди, но у них недостаточно кораблей, чтобы разгромить те, что направляются сюда. Византия еще не подошла. Никто в нас пока не стреляет. Итак, что нам делать? Куда идти?
   Глаза Реннера прищурились. Он сосредоточился и произнес:
   – Главный приказ. Двигайтесь к прыжковой точке Безумного Эдди. Постоянно держите связь с «Синдбадом». У нас есть какая-нибудь связь с мошкитским флотом?
   – Да, сэр. Я с ними буду тоже постоянно на связи. Бери попытался сесть. Синтия обняла старика.
   Реннер не узнал, что на экране мошкит. Молодой Посредник, по-видимому, мужского пола.
   – Коммандер Раулингз сообщил нам о приближении большого флота Ханства, слишком большого для наших войск. Он придет сюда через Сестру примерно через час, – скороговоркой произнес мошкит. – Я готов передать ваши указания нашему Мастеру.
   – Избегайте боя с главным флотом, – сказал Реннер. – Берегите ваши силы, потому что нам нужно, чтобы вы выбили любой командирский корабль, пробивающийся сюда. Мы ожидаем, что главный флот Ханства прибывает сюда, чтобы преследовать нас. Как только он это сделает, оставьте его в покое. Ваша задача: устраните только командирский корабль! Мы не хотим, чтобы их флот получал новые приказы.
   – То же самое касается и прыжковой точки, – продолжал Реннер. – Надо сделать так, чтобы им пришлось попотеть во время возвращения через Сестру. Их главный флот способен сделать все, что им нужно, и вам не удастся их остановить, но вы сможете остановить их, когда они будут возвращаться назад к Мастерам, находящимся с противоположной стороны Сестры. И вы сделаете это при помощи небольшого боевого отряда. Пожалуйста, сделайте это.
   – Указания приняты. Я готов передать их Мастеру. «Что еще?» – подумал Реннер и сказал:
   – Таунсенд, направляйтесь к прыжковой точке Безумного Эдди. Синтия, сколько он еще сможет выдержать? – повернулся Кевин к девушке.
   – Пульс стабилен.
   – Все в порядке, Кевин, – проговорил Бери. – Делай то, что должен, понял? Теперь все в руках Аллаха.
   – Да. – По-моему, я слишком стар для этого.– Увеличьте ускорение до одного g ,Таунсенд. Мне хочется попытаться исполнить этот чертов трюк!
   Снова зажегся экран связи.
   – Мы будем следовать вашим указаниям, – сообщил молодой Посредник. – И сделаем все, что сможем.
   – Спасибо. Раулингз, вы остаетесь с нами.
   – «Антропос» может выдержать большее ускорение, нежели вы.
   – Я уже подумал об этом. Ответ – «нет». Вы нам нужны.
   – Вы хоть представляете, что они выслали целый флот.
   – Надеюсь, что да, – усмехнулся Реннер. – Боевые суда повсюду. – Он вспомнил о своем последнем наблюдении за системой красного карлика, когда корабли вражеских Мастеров направлялись к Звезде Бери при очень низком ускорении. Было непохоже, что они вскоре собираются возвратиться в систему Мошки. А пока Воины преследовали «Синдбад»…
   – Мы были приманкой, – произнес он, ни к кому не обращаясь.
   После того, как Раулингз дал отбой, Реннер осмотрел свой корабль. Гораций уже мог дышать сам; он лежал, открыв глаза. Челюсть его безвольно отвисла. От него исходил странный запах химикатов. Лекарства. Реннер не сомневался, что это – экстракт борлоя, ибо Коран не запрещает принимать борлой. Удивительно, что Бери вообще мог говорить.
   Фредди пришел в себя от прыжкового шока с ошеломляющей быстротой. Гленда Руфь все еще выглядела так, словно ее избили дубинкой. Мошкитам было совсем скверно, и они тихо стенали от боли и страха. Будет плохо, если это продолжится долго. Реннер нуждался в их помощи.
   Имперские корабли устремлялись вниз к прыжковой точке Безумного Эдди на нулевом ускорении. Это падение продолжалось сорок пять минут. Но Реннеру оно показалось бесконечностью. Синтия проделывала Горацию Бери специальный курс массажа. Джойс готовила небольшой завтрак. Никто даже не спросил, умела ли журналистка готовить. Оказалось, что умела.
   Телескопы «Антропоса», а потом и «Синдбада» вели наблюдение за маленькими высокоскоростными кораблями стремительно появляющимися из невидимой дыры. Они шли на огромном ускорении. Время от времени они становились тусклыми, словно в тумане, и всякий раз, когда «засекали» свои цели, они увеличивали тягу. Вскоре они вспыхивали, делались более отчетливее и двигались на малом ускорении по направлению к месторасположению Бандитов Один, Два и Три.
   – Сработало, – тихо произнес Фредди.
   – Почему вы говорите шепотом? – спросил Реннер. – Вызовите «Антропос».
   Фредди прочистил горло.
   – Есть, сэр!
   – У них нет времени на подзаправку, – сказал Реннер Раулингзу. – Они спалили топливо, которое им не следовало тратить. А это означает, что мы сможем разгромить их у прыжковой точки Безумного Эдди. Причем при любом ускорении ниже 1,1 g .
   – Если они будут нас преследовать, – заметил молодой человек.
   – Совершенно верно. Полагаю, что они будут нас преследовать, – решительно произнес Реннер.
   – В таком случае, для них наилучший выход из положения – не усердствовать в своей погоне. Потому как яростная погоня – долгая погоня, – изрек Раулингз. – Ив этой погоне им придется как можно меньше тратить топливо и не вступать ни в какие стычки. Разумеется, они не узнают, куда вы направляетесь. – После непродолжительного молчания он прибавил: – Или если они все же вычислят ваш курс, то не поймут, почему вы направляетесь именно туда.
   – Вот и отлично. Все, что нам нужно – это поостеречься, чтобы они не подбили нас. Я хочу разбить их у прыжковой точки Безумного Эдди, и не более того, и мне бы очень хотелось убедиться, что у нас хватит горючего для проведения маневра, когда они нас нагонят. Тем временем, постоянно ведите наблюдение. Вы тоже, Фредди. Мне нужно знать немедленно, если вдруг появятся крупные корабли, растратившие горючее. Естественно, они будут идти при самом низком ускорении.
   – Слушаюсь, сэр, – со вздохом произнес Раулингз. «По крайней мере он не спросил, знаю ли я, что делаю»,– подумал Реннер с облегчением.
   Примерно через час Фредди заметил, как отреагировали Воины Ханства.
   – Они нас нашли, – сообщил он. Уж не знаю, как… Реннер широко ухмыльнулся.
   – Они обнаружили нас и теперь начнут погоню. Великолепно! Приготовиться к увеличению ускорения! Гораций, как вам один обычный g? Мы будем набирать ускорение очень медленно.
   – Божественно, – отозвался магнат.
   – Приготовиться!
   На корабль постепенно возвращался вес.
   – Есть, – отозвался Фредди. – Можете отстегнуться. Теперь все будет достаточно стабильно.
   За «Синдбадом» виднелись крохотные точки, изрыгающие термоядерное пламя. Их было чуть больше сотни. Однако больше Ханских кораблей не появилось: они по-прежнему держали курс к своим могущественным союзникам – Бандитам Один-Два-Три. Внезапно появились еще какие-то огни… что же они делали? Сперва сошлись в одной точке, затем двинулись вперед один за другим.
   Реннер повернулся к Омар.
   – Омар, немедленно свяжитесь с вашими войсками рядом с Сестрой. Приказы остаются прежними: оставить в покое главный флот и наблюдать только за отставшими от него судами. Во что бы то ни стало помешайте им прорваться через Сестру, но постарайтесь остаться в живых.
   – Надо сохранить флот, готовый к боевым действиям? – неожиданно сказала Виктория.
   – Правильно… Постойте! Откуда вы знаете эту фразу?
   – Из одной из книг, оставшихся на «Макартуре». Эти слова относились к военно-морским силам, но…
   – Мамочки! – воскликнула Джойс. – Она читала перед тем, как отправиться в космическое путешествие!
   – Мда… Виктория, мне нужна ваша помощь.
   – Слушаю вас, Кевин.
   – Мне необходимо, чтобы вы проделали кое-какую работу. Привлеките к ней Инженеров. Нам нужно внести некоторые изменения в Поле Лэнгстона «Синдбада». Таунсенд покажет вам, что нам нужно.
   – Разумеется.
   – Гораций, как вы себя чувствуете?
   – Даже лучше, чем раньше, Кевин. Я изменил свою последнюю волю. Потом мне понадобится, чтобы ты засвидетельствовал, что это – моя воля, и я – в здравом уме.
   – Странно. Прежде я этого не замечал, – заметил Реннер.
   – Кевин, все же тебе придется убедиться в этом. Правда. А теперь повтори: «Гораций Бери в здравом уме». И не улыбайся при этом.
   – Можно подать это и иначе. Сегодня вечером, Игорь, мы должны создать убедительного двойника Кевина Реннера.
   – Может быть, хоть на этот раз проявим собачью преданность, а, Мастер? Мне бы хотелось собачью преданность в последний раз.
   Гленда Руфь уставилась на них широко открытыми глазами. Нашлось что-то, способное изумить Гленду Руфь Блейн.
   – Однако это может повредить его чувству юмора, Игорь!
   – Да, Хозяин, да, да, да! Пожалуйста, давай нанесем вред его чувству юмора… У меня больше нет сил, Кевин.
   – Да. Дайте мне контрольный тест на состояние психики, Гораций… Гленда Руфь, а вы слушайте. Вот что я решил…
   Рука Джойс уже не дрожала, когда она наливала чай в кружку Синтии. Ускорение снизилось до полутора g ,но Джойс не думала, что это продлится довольно долго. Ибо за последние десять часов ускорение менялось внезапно и беспорядочно, особенно когда «Синдбад» уклонялся от всевозможных атак со стороны сотен судов, несущихся за ним в погоню.
   – Если кое-кто еще раз скажет мне, что «яростная погоня – это долгая погоня», я разревусь, – проговорила Джойс. Она выпила чай осторожными маленькими глоточками, затем посмотрела на Синтию, даже не пытаясь скрыть своего любопытства.
   – Вы очень долго находитесь с Бери. И всегда с ним подобные приключения?
   Синтия улыбнулась. Создавалось впечатление, что улыбку приклеили к ее устам.
   – Нет, не совсем. Когда мой дядя Набил предложил мне служить его превосходительству, я знала, что нам придется сталкиваться со множеством врагов. И еще я знала, что у некоторых из них есть боевые корабли. А так… В основном, мы имели отношение к убийствам политических деятелей.
   – А что вы чувствуете, работая на человека, у которого так много врагов?
   – У него столько врагов, потому что – он великий человек, – ответила Синтия. – И я чувствую гордость, что служу ему. Когда я закончила медицинскую школу…
   Несмотря на свое умение сдерживать эмоции, Джойс вздрогнула от неожиданности.
   – Так вы врач?
   – Да. А что, разве непохоже?
   – Ну… нет, но… да, непохоже. Я думала, что вы – телохранитель.
   Улыбка Синтии смягчилась.
   – Да, я выполняю и эту работу. Однако, вы наверняка считаете, что я его любовница. Не будете ли любезны, я бы выпила еще чаю.
   – Да, я думала, что вы конкубина Бери. Это так?
   – Это лишь часть моих должностных обязанностей. Не более чем.
    «Это может означать, все что угодно»,– подумала Джойс.
   – Должно быть, весьма необычная карьера для врача, – сказала она.
   – Назовем это моей первой профессией. Когда я уволюсь со службы у его превосходительства, у меня будет много других занятий. Я думаю об историях, которые смогу рассказать своим детям! – Синтия еле слышно рассмеялась. – Разумеется, для начала мне придется найти для них отца.
   Джойс расхохоталась.
   – Глядя на вас, полагаю, это не составит особого труда. Синтия пожала плечами.
   – Мне несложно находить себе любовников. Тем более, когда наша культура и традиции в корне изменились. Теперь в Леванте все совершенно не так, как раньше.
   – Несомненно, – проговорила Джойс, рассматривая салон «Синдбада», где находились вместе люди и мошкиты, магнат, аристократы и офицер космофлота. И усмехнулась. – Да, это несомненно, черт подери!
   Корабли Империи бороздили систему Мошки. Джойс понадобилось три дня, чтобы постараться выжать хоть какой-нибудь смысл из бесчисленного количества мелких подробностей.
   «Синдбад» и «Антропос» ворвались в систему Мошки, затем, увеличив ускорение, устремились по направлению к внутренней системе, и двигались так сорок пять минут. Затем они летели по инерции. Спустя несколько минут из невидимой дыры вырвались корабли Воинов Ханства; они притормозили, остановились и ринулись в совершенно другом направлении. Они израсходовали горючего на целый час полета… но при очень низкой тяге… и только после этого они обнаружили «Синдбад» и «Антропос».
   И с этого мгновения началась безумная гонка; но это уже были детали…
   Койка Бери располагалась возле двери в кабину управления. При открытой двери это становилось очень удобным местом для всеобщего сбора. Когда Фредди вышел, чтобы рассказать Бери о том, что происходит в данный момент, Джойс присоединилась к ним, чтобы не пропустить ни слова. И еще она заметила, что Гленда Руфь не подходила к ним ни разу с того момента, как она подсела к Фредди и магнату.
   – Мы сбили их с толку, заставив некоторое время лететь не в том направлении, – говорил Фредди. Есть вероятность, что они смогут понять, что мы истощены, что горючего у нас кот наплакал, поэтому нам ни в коем случае нельзя показывать им это. Может быть, они обнаружат «Антропос», с его старым Полем Лэнгстона. Но они непременно погонятся за нами.
   – Я польщена, – проговорила со своего места Гленда Руфь.
   Фредди промолчал.
   – Итак, мы собираем всех наших врагов в одно стадо, – сказал магнат. – И это не впервые. Помнится, на Тейблтопе… но это было так давно…
   – Да. Но это пока плохо срабатывает, – заметил Фредди. – У нас на хвосте висят что-то около ста двадцати кораблей из тысячи. Триста кораблей противника продолжают двигаться прежним курсом; и они почти добрались до Бандитов. Мы не знаем, что им там могло понадобиться, но этосовершенно неважно. Я потерял из виду пять сотен этих сволочей!
   – Они не исчезли, – проговорил Кевин Реннер. – Просто это означает, что у них нет тяги.
   – Что же они делают? – спросила Гленда Руфь. Фредди пожал плечами.
   – Наверное, что-нибудь еще. Что-нибудь весьма занятное.
   Внезапно заговорил Гораций Бери:
   – Надо помнить одно – мы победили.
   – Прошу прощения? – сказала Джойс.
   – Ханский Блок не пройдет мимо «Агамемнона». И они никогда не прорвутся в Империю. Им никогда не удастся еще раз воспользоваться этой возможностью. И сейчас их единственная надежда – это заново вступить в альянс с Мединой. А что это означает? Им придется восстановить все соглашения с Мединой и, мало того, исполнять их по мере своих возможностей. Им даже придется проявить сверхсотрудничество, чтобы сдержать обещания, которые, как ожидается, они должны будут вспомнить.
   Джойс задумалась над словами Бери.
   – Но для этого им необходимо всех нас уничтожить, – сказала она. – Нас и наших друзей.
   – Да, им придется заставить замолчать все голоса. Но Империя Человека теперьв безопасности. Поскольку на Мошке все будет организовано согласно нашим желаниям и традициям. Повторяю, сейчасмы победили в этой войне, – проговорил Гораций Бери. – Мы защитили Империю Человека.
   Кевин Реннер с трудом сдержал смех: но как?
   В салоне воцарилась тишина. Все чего-то ожидали…
   – Вам придется это сделать! – закричала Джойс. – Я,конечно, не профессионал в подобных вопросах, но… если они навалятся на нас всем скопом и зажмут в тиски, вы по-прежнему смогли бы поторговаться. У Империи, как и у Ханства есть, что предложить друг другу взамен.
   Все посмотрели на журналистку. Теперь Джойс глубоко сожалела о том, что сказала. Все молчали, пока Реннер не нарушил тишину:
   – Да.
   – Ведь так? Так же ведь лучше, чем погибнуть, верно?
   – Нет.
   Теперь все взгляды отвернулись от нее, и только Гленда Руфь вздохнула с облегчением. «А почему бы и нет?»– подумала Джойс и сказала: