В конце года Керлор увидел сон, который связал со Стедом. "Мне снилось, будто я терплю кораблекрушение; вокруг множество барахтающихся людей (больше тысячи), и я (Стед) среди них. Я слышу их мольбы о помощи",
   Одна американка также почувствовала, что Стед умрет. Она написала в журнал "Лайт", что некий голос поведал ей: "Скоро придет время, когда его позовут домой. Это случится в первой половине 1912 года". Спустя несколько месяцев архидьякон Колли прислал Стеду письмо, в КОТОРОМ предсказывал гибель "Титаника".
   Корабль был уже почти готов. Вскоре все сбудется - и видение Робертсона, и сон де Керлора, и предчувствие самого Стеда. Близился апРель 1912 года; мистер Колин Макдональд отклонил предложение поступить на службу вторым инженером "Титаника", так как ему казалось, что ^ кораблем должно что-то случиться.
   Работы были завершены. 10 апреля неуязвимый "Титаник" с 20 шлюп^ми и водонепроницаемыми переборками был готов отправиться в пер
   вое плавание. Около 2500 человек забронировали на нем каюты. ( )дниц из них был У. Стед.
   По непонятным причинам с 3 по 10 апреля несколько человек, включая банкира Дж. Пьерпонта Моргана, сдали билеты. Многие объяснидв свой отказ тем, что не хотят отправляться в первый рейс. Конечно, не вй они являлись "сейсмографами", у многих не было никаких опасений от. носительно путешествия.
   23 марта 1912 года билет на "Титаник" заказал лондонский бизнесмен по имени Дж. Коннон Миддлтон. Мистеру Миддлтону приснила] крайне странный сон, гораздо более реалистичный, чем обычные сня. Он увидел "Титаник", погружающийся под воду килем вверх, пассажиры" команда плавали вокруг него. На следующую ночь ему снова приснился тот же сон. Миддлтон не увидел себя среди барахтающихся в воде. Ем) казалось, что он пролетал по воздуху над местом катастрофы. ,
   Миддлтона охватила паника. Он пребывал в апатии, потом впалв депрессию. Но поскольку у него были неотложные дела в Америке, он нс отменил поездки. Банкир был человеком рационального ума и не верил в вещие сны, пытаясь отмахнуться от навязчивого ощущения. К счастью. его жизнь была все же спасена. Через четыре дня после первого сна он получил телеграмму из Нью-Йорка, в которой ему предлагалось отложить поездку на несколько дней. Еще до спуска корабля на воду он рассказал о своем странном сновидении семье и друзьям, что они и подтвердили впоследствии.
   Предчувствовал ли человек, пославший телеграмму, гибель "Титаника"? Как заметил доктор Баркер, предчувствие беды часто приходит неосознанно и просто заставляет человека поступать таким образом, чтобы отвратить несчастье от себя и своих близких. Это могло быть справедливо в отношении тех пассажиров, которые внезапно, без видимых причин, сдали свои билеты. <
   В среду 10 апреля, когда "Титаник" должен был отправиться в своя первый рейс, парапсихолог В.Н. Терви предупредил, что "огромный лайнер будет потоплен". Затем он послал письмо мадам И. де Стейгер,^ котором сообщал, что корабль потонет через два дня. Письмо было опу^ ликовано в журнале "Лайт" от 29 июня 1912 года.
   Предостережение Терви осталось без внимания. Ясным солнечныН утром тысячи пассажиров, среди которых были полковник Джон Джек<^ Астор со своей молодой женой, стояли на палубе "Титаника", гордо от"" ливавшего из Саутгемптона в Америку. Время предчувствий прошло,. если у кого-то и сохранилось душевное неспокойствие, они попросту тались отделаться от него. Им предстояло увлекательнейшее путешесна самом величественном судне в мире, с палубами "размером с танщ
   щадку", с "просторными каютами" и тремя ресторанами, а также с плавательным бассейном, спортивным залом и медблоком с операционной.
   Друзья, пришедшие проводить отплывавших, разделяли с ними восторг. На крышах домов у набережной столпились местные жители, не желавшие пропустить такое неординарное событие. Стояла тихая спокойная погода, дул слабый ветерок, и никто не думал ни о чем плохом.
   Когда корабль миновал остров Уайт, члены семьи Джека Маршалла стояли на крыше своего дома, наблюдая за ним. В воздухе висел легкий туман, но "Титаник" было хорошо видно, и они с энтузиазмом размахивали платками. Никогда прежде они не видели такого могучего лайнера. Но настроение вскоре испортилось: миссис Маршалл схватил супруга за руку и закричала: "Он потонет! Корабль потонет, не дойдя до Америки!"
   Родные попытались успокоить ее, но она впала в истерику. Ей привиделся "Титаник", идущий ко дну, и тонущие пассажиры. "Не стойте здесь, уставясь на меня, - кричала она, - делайте что-нибудь! Идиоты, я вижу сотни людей, тонущих в ледяной воде! Неужели вы настолько черствы, что позволите им погибнуть?"
   Когда корабль скрылся за горизонтом, миссис Маршалл все еще продолжала восклицать: "Спасите их! Спасите их!" Картина трагедии попрежнему стояла у нее перед глазами.
   "Титаник" должен был сделать еще две остановки - в Шербуре и Квинстоне и взять на борт других пассажиров, прежде чем выйти в открытое море. У одного молодого пожарника появилось предчувствие, что корабль утонет в Квинстоне. У. Стед, приглашенный в Америку на конференцию по проблемам мира, отправил письма из Шербура и Квинстона, в которых написал: "Меня что-то ожидает, какая-то важная работа, существо которой откроется мне в свое время".
   14 апреля 1912 года. "Титаник" шел почти с максимальной скоростью. Стояла спокойная, холодная ночь, море окутал густой туман, но Атлантический океан был намного спокойнее, чем обычно. До Нью-Йорка оставалось несколько дней пути, но никого не беспокоила дальняя дорога-по крайней мере, причин для волнений не было. Пассажиры только что отужинали и покидали роскошный ресторан первого класса и более скромные, но все же достойные рестораны второго и третьего классов.
   Ужин был вкусным и обильным, и теперь путешественники расхаживали по палубам или рассаживались в удобных шезлонгах поболтать. Вечером священник преподобный Картер пригласил набожных путешественников присоединиться к нему в ресторане второго класса для вечеряй молитвы.
   В Виннипеге, Канада, другой священник преподобный Чарлз Мор^н из методистской церкви Роуздейла просматривал дома тексты церков"ь'х гимнов, отбирая те, которые будут петь на вечерней службе.
   добный Морган почувствовал слабость и лег на диван. Постепенно . погружался в транс. В его сознании возникло название гимна, и он век чил, услышав слова: "Господи, мы просим тебя за тех, кто борется с пуч ной морской". ,,
   Преподобный Морган никогда прежде не пел этот гимн, и слова бьщ незнакомы ему. Но строки продолжали звучать в его сознании, и он р шил включить гимн в список. Он отправился в свою библиотеку, наши ноты и взял их с собой в церковь. Вечером прихожане пели: "Господи, м просим тебя за тех, кто борется с пучиной морской". ',
   В то же время в ресторане второго класса преподобный Картер вм^ сте с пассажирами пел гимн "За тех, кто борется с пучиной морской) Кому не покажется странным, что этот гимн поют люди, находящиеся н борту корабля посреди Атлантического океана? Но оба священника по чувствовали непреодолимую потребность спеть именно этот гимн. Пас сажиры на палубах тоже слышали печальные песнопения нестройноп хора.
   21.30. Туман сгустился еще больше, и уже ничего не было видно впе реди. Подозревали ли певцы, что спустя два часа "Титаник" наткнется Hi айсберг и за них и вправду придется молиться?
   Это случилось очень быстро. 23.40. Сначала легкий толчок, потом резкий звук, когда корабль врезался в айсберг, пробив пять водонепрони цаемых кают. Из котлов прорвался пар, машины заскрежетали и sai.nox ли. Пассажиры столпились на палубе, спрашивая, что случилось. Ннкт< не был встревожен. Они видели суетившуюся команду, но не понимай какая им грозит опасность.
   Наконец было приказано спустить шлюпки и запустить сигнальньк ракеты. Медленно корабль накренился, а команда тем временем спешнс спускала шлюпки преимущественно с женщинами и детьми. Пассажиры первого класса мисс Эдит Эванс поведала одному из спасшихся, что гадалка как-то посоветовала ей остерегаться воды. Повинуясь какому-то несознательно порыву, она уступила свое место в шлюпке другому пассажиру, сама же позже утонула.
   Корма корабля вздымалась по мере того, как нос уходил по^ воду' 2.20. "Титаник" под острым углом уходит в пучину, люди барахтаются в воде, моля о помощи. Один из них - полковник Арчибальд Грейси, он молил Бога о спасении, но уже в мыслях попрощался со своей семьей в Нью-Йорке,
   В тот момент жена Грейси внезапно проснулась. "На колени и молись", велел ей голос. Она встала с кровати, открыла молитвенник, и ее глаза упали на слова гимна "За тех, кто борется с морской пучиной"' Тут она поняла, что ее муж молится за нее. Она не спала до пяти утра' убежденная, что произошло нечто ужасное.
   В ту ночь другой женщине из Нью-Йорка приснился кошмар. Ей снилось кораблекрушение, и ее мать сидела в переполненной лодке посреди океана. Женщина разбудила мужа и рассказала ему о своем сне, но он заверил ее, что ее мать в полной безопасности в Лондоне и беспокоиться не о чем. Но сон был таким реальным, что она никак не могла забыть его. Все было так, будто она сама была там, дрожащая, вместе со своей испуганной матерью в шлюпке, и холодный воздух с солеными брызгами обдавал ее лицо. И когда могучий лайнер погружался в воду, она слышала отчаянные крики тонущих.
   На следующий день она узнала о катастрофе и увидела имя своей матери в списке пассажиров. К счастью, та спаслась. Приехав в Нью-Йорк, она сказала дочери, что решила сделать сюрприз, поэтому не сообщила о приезде. В тот момент, когда ее дочь проснулась от кошмара, ее мать сидела в шлюпке, подпрыгивавшей на волнах, грозившей перевернуться, и все ее мысли были сосредоточены на дочери.
   Из 2207 пассажиров "Титаника" 705 были спасены лайнером "Карпатия", 1502 погибли. По крайней мере в одном случае с У. Стедом предчувствие беды не спасло человека. Скольким еще пассажирам явились видения, кошмары, голоса или что-то подобное? Неизвестно. Но если у когото и'были плохие предчувствия, их проигнорировали.
   Более пятидесяти лет после гибели "Титаника" продолжались исследования предсказаний этой трагедии. Результаты одного из наиболее серьезных исследований представил доктор Ян Стивенсон из отделения психиатрии Университета Вирджинии в докладе, написанном для Американского общества психологических исследований. Стивенсон указывал на то, что обнаружил огромное количество совпадений между реальной трагедией и той, которую описал в своей книге Морган Робертсон. Это и миф о непотопляемости, и сходство названий, и время катастрофы (апрель), и длина и водоизмещение, и количество винтов и шлюпок, и число пассажиров, и скорость судна, и сам айсберг, и огромное количество жертв.
   Доктор Стивенсон рассмотрел девятнадцать примеров предсказаний, сделанных за две недели до катастрофы в Англии и Соединенных Штатах, Канаде, Бразилии. Предсказания по своему характеру напоминали вещие сны, видения, информацию, полученную в состоянии транса, голоса и различные формы предчувствий (тревогу, депрессию, страх и т. д.). В некоторых снах и видениях трагедия изображалась со всеми подробностями; в других содержались лишь символы и намеки. Например, Мидолтон Увидел себя "парящим в воздухе прямо над местом кораблекрушения", это означало, что ему удастся избежать гибели.
   Предположим. Центральное бюро регистрации предсказаний в НьюЙорке, а также лондонское бюро прогнозов были бы организованы до 1912 года. Вспомним, что в тот день, когда в свой первый и последний
   злополучный рейс отправился "Титаник", мистер В.Н. Терви имел пред. чувствие, что "огромный лайнер потонет". Затем он послал письмо ма. дам де Стейгер, в котором рассказывал о своих тревожных мыслях, но письмо было получено только 15 апреля, когда трагедия уже произошла. Если бы тогда существовало бюро прогнозов, мистер Терви мог бы подойти к своему телефону, снять трубку и назвать телефонистке нужный номер.
   "Здравствуйте, это мистер Терви. У меня сильное предчувствие, что "Титаник" пойдет ко дну. Можете ли вы помешать спуску корабля на воду?"
   Предположим, что наше гипотетическое бюро возглавлял мистер Питер Фаррингтон. Фаррингтон благодарит мистера Терви, записывает дату, когда должна произойти трагедия, и различные детали. Он садится вместе со своей помощницей мисс Джери Вестон и просматривает другие предсказания относительно "Титаника". Достаточно ли их много, чтобы начать беспокоиться?
   Сигналы начали поступать за несколько месяцев до катастрофы. Сначала их было немного, их даже не принимали всерьез. В некоторых письмах и звонках только упоминалось слово "корабль" - и никаких подробностей и дат. Некоторым казалось, что произойдет несчастье, но где, когда и с кем или чем - они не знали. Поступило несколько сообщений о том, что в 1912 году в один день погибнут много людей. Больше не было никаких фактов и деталей, указывающих на характер трагедии.
   Также пришло несколько тревожных писем, касающихся одного известного джентльмена - У. Стеда, популярного писателя и редактора. В июне 1911 года в бюро позвонил граф Гамон и предсказал Стеду смерть на море в 1912 году. Несколько позже пришло письмо от мистера де Керлора, в котором говорилось, что в результате кораблекрушения Стед погибнет. В американское бюро написала девушка, сообщившая, что Стед умрет в первой половине 1912 года. Приходили и другие письма - все предвещали Стеду гибель на море - эта информация была получена в видениях, вещих снах, в состоянии транса, посредством голосов. ^
   Некоторые корреспонденты, указывает мисс Вестон, такие как ма-j дам Кудон из Франции и мадам де Феррьем из Германии, преуспели в{ прогнозах. Мистер Терви, мистер де Керлор, граф Гамон часто звонили 81 бюро и высказывали свои опасения, и опасения эти чаще всего оправдывались, кроме того, обычно все трое предсказывали одно и то же событие. Бюро, прежде чем поднимать тревогу, учитывало два фактора число предсказаний, указывающих на одну и ту же трагедию, полученны sa небольшой отрезок времени, и наличие сигналов от заслуживших уважение ясновидящих, контактирующих с бюро.
   ...Снова звОнит телефон. Еще один человек предсказывает (ибель "Титаника". .Затем ещё звонок, еще и еще, без перерыва. Мисс Вестон
   вскрывает почту, и почти в каждом письме - предупреждение относительно "Титаника". Что это, массовая истерия, суеверный страх за корабль, который первый раз выходит в море? Или это откровение, сошедшее на людей, наделенных необыкновенной чувствительностью, разоблачающей будущее? Может, от "Титаника" исходит какая-то темная недобрая энергия и настроенные на ту же волну люди способны улавливать ее?
   Теперь картина будущего проясняется, детали обрисованы достаточно четко, все герои в фокусе. Со всей Англии поступают письма, звонят встревоженные люди: "Не допускайте, чтобы "Титаник" отправился в путь... видение, чувство... я слышал голос... я знаю, произойдет что-то ужасное..." Вот письмо от священника, он слышал пение хора: "За тех, кто борется с пучиной морской..."
   "Титаник" вот-вот будет спущен на воду. Мистер Фаррингтон и мисс Вестон спорят, что делать. Должны ли они действовать и немедленно связаться с министерством транспорта?
   Тем временем в Нью-Йорке, в офисе "Геральд экспресс" царит суматоха. Стол мистера Роберта Белсона, в 1909 году организовавшего Центральное бюро регистрации предсказаний, завален письмами и телеграммами, во всех - "Титаник", "Титаник", "Титаник"... В нескольких письмах, включая одно из Канады, описываются сны и видения, в которых фигурирует малоизвестный церковный гимн "За тех, кто борется с пучиной морской".
   Мистер Белсон со своей ассистенткой мисс Леней собираются немедленно послать телеграмму в лондонское бюро, а также попросить государственный департамент в Вашингтоне связаться с американским посольством в Лондоне. Тем временем чуть ли не весь штат газеты смеется над ними. Тупоголовый главный редактор и репортеры советуют не выставлять себя на посмешище и не пытаться препятствовать спуску на воду "Титаника".
   Мистер Белсон объясняет, что это неординарный случай. Что он получил слишком много сигналов и не может игнорировать их. Если чтото случится с "Титаником", он никогда не простит себе нерешительности. В конце концов, именно затем и было организовано бюро - чтобы попытаться предотвратить беду.
   Один нахальный молодой репортер замечает, что, если "Титаник" не отправится в рейс, предсказания не будут предсказаниями в полном смысле этого слова, потому что ничего не случится. Откуда мы узнаем, какая судьба ожидала "Титаник"? Мистер Белсон терпеливо разъясняет, что предыдущие случаи доказали, что будущее можно менять - это не раз и навсегда установленная неизбежность, а результат человеческого выбора. Но ^о уже философский вопрос - вечный спор о детерминизме и свободной воле. Нельзя терять времени, если мы хотим спасти "Титаник".
   Белсон снял трубку и послал телеграмму в Лондон, затем позвонил в государственный департамент в Вашингтоне. Он разговаривал с трема секретарями и двумя специалистами по связям с общественностью, которые были с ним вежливы, но весьма недвусмысленно дали понять, что они считают его сумасшедшим. Белсон, расстроенный, повесил трубку Времени почти не оставалось.
   В Лондоне Фаррингтону наконец удается дозвониться до министер. ства транспорта. Услышав фантастический рассказ возбужденного человека на том конце провода, чиновник из министерства усмехается.
   "Дорогой мой, с вашей стороны очень мило, что вы позвонили, но мы не можем действовать, руководствуясь какими-то предчувствиями или как там вы их называете".
   Фаррингтон принимается убеждать его, рассказывая, что другие предсказания, присланные в бюро, сбылись. "Например, вспомните пожар в..."
   Чиновник резко обрывает его, говорит, что ему некогда выслушивать этот бред, и вешает трубку. Мистер Фаррингтон в бессилии опускает руки.
   "Титаник" уходит в рейс точно по расписанию. Возможно, все происходило бы иным образом. Еще до 1912 года было известно несколько проигнорированных предсказаний - и к моменту ' спуска "Титаника" на воду правительство относилось к бюро с большим уважением. Министерство транспорта связывается в срочном порядке с Саутгемптоном и просит отменить рейс.
   "Уайт стар лайн" в бешенстве. Что это за чушь? Миллионы фунтов и месяцы работы ушли на строительство корабля. Билеты зарезервировали около 3000 пассажиров. Все это надо пустить коту под хвост только из-за нескольких полоумных, которым приснились идиотские сны?
   "Повторяю, сэр, - говорит чиновник "Уайт стар", - "Титаник" непотопляемый, да, сэр, непотопляемый. - Он снова приводит характеристики судна..."
   Министерство транспорта настаивает на своем. Бюро прогнозов доказало свою состоятельность. "Титаник" не выйдет из порта.
   "Титаник" остается в Саутгемптоне, его судьба меняется. Разочарованные пассажиры покидают борт корабля, таща за собой багаж. Им возвращают деньги, они отправляются по домам расстроенные и даже сердитые. С ними обошлись по-свински, многие угрожают судом. На следующий день в трехлондонских газетах появляются статьи, обличающие пра вительство, погрязшее в средневековых предрассудках.
   Наконец, через полгода или год, после того как было сделано не сколько усовершенствований, удовлетворивших правительство, "Титаник отправляется в рейс. На этот раз сигналов тревоги не поступает или по ступает ничтожно мало. Миссис Маршалл, наблюдающая, как велик
   лепный лайнер бороздит воды Ла-Манша, освещенный ярким солнцем, восторженно машет платком вместе с другими членами семьи, и ей является видение. Она видит, как корабль гордо причаливает в нью-йоркской гавани, минуя статую Свободы, и американцы приветствуют его.
   Возможно, тогда "Титаник" невредимым добрался бы до пункта назначения. Или он столкнулся бы с айсбергом в другой раз. Тогда, вполне вероятно - ведь будущее изменилось, - он получил бы лишь незначительные разрушения и продолжил бы свой путь.
   Целью этого пространного фантастического рассказа была попытка убедить людей, что если бы большинство знало о существовании бюро прогнозов, то при наличии не сотен, а даже тысяч предсказаний, указывающих на конкретную трагедию, беды удалось бы избежать. Самолеты, поезда, корабли, даже космические, не отправились бы в путешествие, в которое их манил злой рок. Пожары, наводнения, взрывы, обвалы мостов и зданий - жертв могло и не быть.
   Гибель "Титаника" не будет напрасной - если мы осознаем, что будущее шествует где-то рядом с настоящим и готово прорвать временные границы, когда человечеству угрожает беда.
   САРАЕВСКОЕ ПОКУШЕНИЕ
   Первые предчувствия большой войны в Европе, вероятно, появ) лись сразу после 1871 года - после поражения Франции в войне с Ге манией Бисмарка. Было очевидно, что Франция не смирится с национальным позором, с утратой территорий, с усилением Германии. И подготовка реванша началась задолго до выстрела, прозвучавшего в Сараево июньским утром 1914 года. Страны Европы постепенно притягивали" к разным полюсам. На одном из них стояла Франция, на другом - Германия. И в Берлине, и в Париже плелись дипломатические интриги, гла^ ной целью которых являлось приобретение союзников и ресурсов дл^ ведения войны.
   С некоторыми союзниками уже было все ясно: Франция могла рас' считывать на Англию, Германия - на Австро-Венгрию. За прочих же ей предстояло побороться...
   В 1881 году сербский король Александр Обренович заключил тайную военную конвенцию с Австрией. В Париже, где внимательно следи за ситуацией на Балканах, это восторга не вызвало. Почти через четве{ века сербские офицеры из тайной организации "Черная рука", возглавь емые полковником Драгутином Димитриевичем по кличке "Апис" в но с 28 на 29 мая 1903 года ворвались в королевский дворец и устроили т резню. Были убиты король Александр, королева и несколько их прибЛ
   ценных. В результате переворота к власти пришла династия Карагеоргиевичей, орентировавшаяся на Францию. А воодушевленная первым успехом "Черная рука" принялась за создание сети тайных просербских организаций на Балканах. Одной из таких организаций стала "Объединение или смерть", тесно связанная с сербскими организациями Боснии и Герцеговины, в частности - "Молодой Боснией" ("Млада Босна"). Ей руководил из Белграда все тот же Драгутин Димитриевич, к тому времени - шеф сербской военной разведки.
   ...В воскресенье 28 июня 1914 года был назначен визит в Сараево, столицу Боснии и Герцеговины, наследника австрийского трона эрцгерцога Франца-Фердинанда. Уже накануне по городу поползли слухи, что во время визита эрцгерцога "должно что-то случиться".
   Прибыл поезд. Эрцгерцог с супругой уселись в автомобиль. Приехавшие тем же поездом агенты охраны остались - неизвестно почему - на вокзале. Кортеж двинулся по улицам Сараева, впереди шла машина бургомистра. Ярко светило солнце, весь город утопал в цветах, черно-желтых флагах Габсбургов и красно-желтых боснийских. Из окон домов свисали яркие ковры, на каждом шагу виднелись портреты Франца-Фердинанда, горожане в праздничных костюмах приветствовали наслЬдника престола...
   Внезапно шофер эрцгерцога Лойка боковым зрением увидел, как одетый в черное человек бросил в их направлении какой-то предмет. Лойка мгновенно нажал педаль газа, и машина рванулась вперед. Предмет упал на свернутую крышу автомобиля позади эрцгерцога, а затем скатился на мостовую. Оглушительный взрыв прогремел под колесами следующего автомобиля, в котором ехали высшие офицеры.
   "Стой! Стой!" - закричал эрцгерцог, но Лойка помчался дальше и остановился только в безопасном, по его мнению, месте - у ратуши. Там, в окружении войск, построенных в каре, была назначена первая торжественная встреча с "отцами города". Не обращая внимания на окружающих и не отвечая на вопросы, Лойка сошел со своего места, чтобы осмотреть автомобиль. Несколько осколков попали в верхнюю часть бензобака, но не пробили его; другие - в левую половину кузова и свернутый верх.
   Эрцгерцог вполуха выслушал приветствие бургомистра и спросил иронически наместника: "Как вы думаете, будет сегодня еще одно покушение на меня?"
   Кортеж двинулся дальше. До сегодняшнего дня неясно, почему ведущая машина колонны, ехавшей с максимальной скоростью, на углу Улицы Франца-Иосифа неожиданно свернула вправо. Впоследствии шоФер бургомистра объяснил это непониманием маршрута.
   "Стой! Не туда! Поезжай прямо! Скорее!" - закричали Дойке находившиеся в машине генерал Потиорек, граф Гаррах и эрцгерцог.
   Растерявшийся шофер нажал на тормоз... "...Автомобиль эрцгерцога неожиданно остановился почти нап нашей группы, - вспоминала в 1994 году 102-летняя чешка Хелена вратилова-Плешутова. - Мы были изумлены. В нескольких шагах от молодой человек в темной одежде вынул из кармана револьвер и на стрелять в направлении автомобиля. Наступило общее замешательст. люди с криками побежали в разные стороны. Никогда не забуду все уве^. чивавшегося кровавого пятна на белом платье эрцгерцогини. И свой ужас).
   Я видела, как полицейские волокли по земле покушавшегося. Е лицо было бледным.
   Вечером я боялась выйти из дома. По улицам ездили патрули ко) ной полиции, весь город был охвачен страхом. Звонили колокола вс" церквей. Мусульмане и хорваты вышли на улицы с портретами убитой Франца-Фердинанда, кричали: "Долой сербов! Долой банду убийц!"