- Позвольте представиться, философ макро - мокро - и сухокосмист Иммануил Кац. - Сказал мужик и вновь сжал грушу в своей лапе.
   Так, мои благие намерения обойтись одними игристыми винами разлетелись в прах. А праздник продолжался.
   Я пыталась не позволить напоить себя до бесчувствия, но в какой-то момент поняла, что меня уже кто-то имеет. И это ещё до обращения Президента!
   - В новом году! - пообещала я куда-то назад, и сорвалась с гениталии. Оглянувшись, я увидела моего нового знакомого философа, который, не замедлив воспользоваться моментом, состроил мне зверскую рожу.
   Наконец, отзвенели свое Куранты, пригодившееся шампанское было успешно выпито и тут хозяин студии, Ольгерт Текучая, призвал собравшихся уделить ему немного внимания.
   - Сегодня, в этот первые минуты нового 1999-го года, я хочу, с вашей помощью, друзья, установить рекорд, который должен войти в книгу рекордов Гиннеса! - Провозгласил художник. - Рекорд должен называться "Максимальное число совокупляющихся с одним предметом". Представитель этой досточтимой книги присутствует среди нас! Поприветствуем!
   (Несколько жидких хлопков и один звук принудительно опорожняемого желудка.)
   - Предмет, с которым должно производиться совокупление - перед вами. - И Ольгерт шикарным жестом взмахнул галстуками в сторону фаллической елки. Итак, девушки, кто желает войти в историю, дерзайте!
   И тут меня удивила Светка. Она первой умудрилась подбежать к елке и завладеть одним из пенисов, которым кончалась ветка. Вслед за ней последовали и другие гостьи, причем все это кто-то снимал на видеокамеру.
   В историю мне не хотелось, но помочь другу поставить мировой рекорд, подумала я, - моя святая обязанность. И я тоже ввела в себя один из елочных членов. Он оказался на удивление шершавым и холодным.
   - Одиннадцать! - Провозгласил Текучая. - О, нет! Двенадцать! Четырнадцать!! Я тоже присоединюсь к этой самой необычной оргии! Семнадцать!!!
   И Ольгерт засунул себе в анус один из членов.
   - Рекорд зафиксирован. - Сообщил полураздетый представитель Гиннеса.
   - Ура!!! - Раздался многоголосый хор и девушки попытались спрыгнуть с елки. Но не тут-то было. Елочные пенисы словно присосались к внутренностям и не желали вылезать. Откуда-то появилась пила и нас, несчастных, пришлось отпиливать с насиженных мест.
   Ненавижу советы пьяных мужиков по поводу наилучшего способа извлечения присосавшегося всей поверхностью фаллоса из твоей вагины!
   Вскоре, впрочем, на полу выросла горка из семнадцати отпиленных членов. Хуже всех пришлось самому Ольгерту и трем его друзьям голубой ориентации.
   Но когда последний пенис оказался благополучно извлечен, неунывающий Текучая с ходу предложил новую акцию. Похороны членов.
   Гости оделись, захватив с собой согревающее, и вывалили на улицу. Вскоре появился Текучая с охапкой пенисов, и Кац, с тачкой. Члены были аккуратно водружены на тачку и кавалькада двинулась по арбатским переулкам, пугая видом тачки с торчащими из неё хуями радостных новогодних прохожих.
   Подарок птичкам.
   Не знаю, как другие обитатели Единого Эротического пространства, а мы, люди творческие, на Новый год отрываемся по полной программе. К творческим людям я, конечно, причисляю и себя, даром что ли эротической журналистикой занимаюсь, даже преподавать её заставляют, а в полную программу входят неизменный тазик с салатом "оливье", бухло и здоровый свальный трах. Есть, конечно, и всякие дополнения, но они вещи непостоянные и, поэтому, вызывают меньше положительных эмоций, нежели три вышеперечисленные позиции. Но бывают и исключения. Приятные даже.
   Кошачий год мы, с моей подругой Светкой, решили встречать у моего знакомого художника. Знаком он и постоянным читателям "Ещё". Ольгерт Текучая, гремящий в богемной Москве устроитель эротических презентаций.
   Резонно подозревая, что мужики - сволочи и ни о ком, кроме себя не думают, мы захватили пару шампанского московского разлива. Начинать, по-моему, надо именно с него, а водкой уж кончать. М-да... Кончить водкой?! Оригинально. Интересно, после какой пьянки мужик на это способен?
   Потрясения для моей подруги начались после того момента, как мы, поднявшись по крутой, истертой веками лестнице, нажали на кнопку звонка. Внутри немедленно раздался истошный женский вопль, плавно перешедший в эротические повизгивания.
   - Там что, уже кого-то имеют? - С ужасом спросила Света.
   Не успела я ответить, как дверь широко распахнулась и на пороге возник сам хозяин мастерской, Ольгерт Текучая. Его наряд заслуживает отдельного описания. Он, очевидно, взял на себя роль интеллигентного и очень сексуального Деда Мороза. Костюм его состоял из искусственной бороды и плавок, сшитых из двух детских слюнявчиков. Помимо этого Ольгерт был обвешан немыслимым количеством галстуков, всех оттенков красного, а между ними высовывались головки нескольких десятков фаллоимитаторов.
   - О, девочки, заходите!
   Светка, подозрительно косясь на искусственные пенисы, протиснулась мимо Ольгерта, стараясь не задеть интимные дивайсы. Сбросив дубленки на ворох другой верхней одежды, мы прошли в саму студию.
   Там стояло ещё одно потрясение - трехметровая ёлка. Стоит ли упоминать, что за игрушки на ней висели? Но поражало не это. Концы всех веток и веточек оканчивались членами! Зелеными, под цвет хвои. Самый большой венчал это произведение эротического искусства.
   Веселье, как оказалось, было уже в самом разгаре. Голые представители богемы, среди которых мелькали знакомые по различным журналам лица, водили вокруг фаллической елки хороводы. Впрочем, это действо больше напоминало смесь жмурок и салок. Мужская часть общества, вооруженная, как и хозяин торжества, некоторым количеством лишних органов, отлавливала представительниц прекрасного пола. Пока поймавший вставлял один из своих членов в рот жертве и жал на грушу, другие занимались с ней всякими нестандартными видами секса. Типа, под мышку, между бедер или грудей.
   Дамы же, объединившись в стайки, занимались тем же самым. Они наседали на понравившегося субъекта и впихивали ему в рот резиновые пиписьки. Мужики, впрочем, не особо отбивались и с видимым удовольствием припадали к оным органам.
   Несколько господ, как мне показалось, гомофобов, кучковались в сторонке, не принимая участия в общем веселье. Но потом, приглядевшись к ним внимательнее, я поняла, что ошиблась, ибо они тоже припадали к гениталиям, и не только искусственным.
   - Эй! Новенькие! - Заметил нас кто-то.
   - Штрафной! Штрафной! - Возбужденно заголосили почти все присутствующие. Те, кто не голосил, или уже назюзюкались в стельку, или были слишком заняты колебательными движениями.
   Ко мне подскочил огромный мужик, похожий на Маркса и Энгельса вместе взятых, и нежно вставил мне в рот свой пенис. Один из четырех. Но, к счастью, пока не настоящий. Он надавил на грушу, и я едва не захлебнулась чистейшей водкой. Светку постигла та же участь.
   - Позвольте представиться, философ макро - мокро - и сухокосмист Иммануил Кац. - Сказал мужик и вновь сжал грушу в своей лапе.
   Так, мои благие намерения обойтись одними игристыми винами разлетелись в прах. А праздник продолжался.
   Я пыталась не позволить напоить себя до бесчувствия, но в какой-то момент поняла, что меня уже кто-то имеет. И это ещё до обращения Президента!
   - В новом году! - пообещала я куда-то назад, и сорвалась с гениталии. Оглянувшись, я увидела моего нового знакомого философа, который, не замедлив воспользоваться моментом, состроил мне зверскую рожу.
   Наконец, отзвенели свое Куранты, пригодившееся шампанское было успешно выпито и тут хозяин студии, Ольгерт Текучая, призвал собравшихся уделить ему немного внимания.
   - Сегодня, в этот первые минуты нового 1999-го года, я хочу, с вашей помощью, друзья, установить рекорд, который должен войти в книгу рекордов Гиннеса! - Провозгласил художник. - Рекорд должен называться "Максимальное число совокупляющихся с одним предметом". Представитель этой досточтимой книги присутствует среди нас! Поприветствуем!
   (Несколько жидких хлопков и один звук принудительно опорожняемого желудка.)
   - Предмет, с которым должно производиться совокупление - перед вами. - И Ольгерт шикарным жестом взмахнул галстуками в сторону фаллической елки. Итак, девушки, кто желает войти в историю, дерзайте!
   И тут меня удивила Светка. Она первой умудрилась подбежать к елке и завладеть одним из пенисов, которым кончалась ветка. Вслед за ней последовали и другие гостьи, причем все это кто-то снимал на видеокамеру.
   В историю мне не хотелось, но помочь другу поставить мировой рекорд, подумала я, - моя святая обязанность. И я тоже ввела в себя один из елочных членов. Он оказался на удивление шершавым и холодным.
   - Одиннадцать! - Провозгласил Текучая. - О, нет! Двенадцать! Четырнадцать!! Я тоже присоединюсь к этой самой необычной оргии! Семнадцать!!!
   И Ольгерт засунул себе в анус один из членов.
   - Рекорд зафиксирован. - Сообщил полураздетый представитель Гиннеса.
   - Ура!!! - Раздался многоголосый хор и девушки попытались спрыгнуть с елки. Но не тут-то было. Елочные пенисы словно присосались к внутренностям и не желали вылезать. Откуда-то появилась пила и нас, несчастных, пришлось отпиливать с насиженных мест.
   Ненавижу советы пьяных мужиков по поводу наилучшего способа извлечения присосавшегося всей поверхностью фаллоса из твоей вагины!
   Вскоре, впрочем, на полу выросла горка из семнадцати отпиленных членов. Хуже всех пришлось самому Ольгерту и трем его друзьям голубой ориентации.
   Но когда последний пенис оказался благополучно извлечен, неунывающий Текучая с ходу предложил новую акцию. Похороны членов.
   Гости оделись, захватив с собой согревающее, и вывалили на улицу. Вскоре появился Текучая с охапкой пенисов, и Кац, с тачкой. Члены были аккуратно водружены на тачку и кавалькада двинулась по арбатским переулкам, пугая видом тачки с торчащими из неё хуями радостных новогодних прохожих.
   СЕКС В ГОРАХ ИЛИ ЧЛЕН В КАМЕННОЙ ЛОВУШКЕ. ТИБЕТСКАЯ ВЕРСИЯ ПИГМАЛИОНА.
   Проходил самый обычный тантрический семинар. Вы в курсе, как это делается? Так вот, собирается полтора десятка пар, первую половину дня все слушают нудную лекцию о возможностях и способах тантрического секса, о пользе сбережения спермы и прочей лабуде, о которой и так всем известно. Потом все раздеваются, садятся в круг и смотрят, то бишь медитируют, на то, как пара в центре долго и нудно пытается достичь не то оргазма, не те протереть пол и стыдливо свалиться на предыдущий этаж.
   Самое интересное начинается после завершения полового официоза. Вечерние кулуары. Новички убегают трахаться по номерам, а те, кто покруче, устраивают групповуху с публичной демонстрацией странных поз, традиционной дракой на членах, фаллическим армреслингом, состязаниями на длительность вагинального пука и множество иных невинных развлечений. Все вываливают на круглый стел свои гениталии и богатейшие россыпи экспромтов сексуального опыта.
   На этом же семинаре все было иначе. Не для всех. Только для меня и моей подруги.
   Сперва все шло как обычно. Подъем, завтрак, лекция о мифическом просветлении и освобождении с помощью тантрического отождествления с Шивой и Шакти.
   Заметила их моя подруга во время обеда. Это была прекрасно подобранная пара. Только в глазах их поблескивало глумление над происходящим, и откуда-то из их глубины сочилась неподдельная скорбь. На сексуальной медитации я специально устроился возле них. Демонстрирующие танцевали нижний брейк, лоснились напрягшиеся головки членов, истекали слизью бритые вагины, лишь наши соседи сидели абсолютно спокойно, расслаблено и, одновременно, сосредоточенно, без намека на сексуальное вожделение.
   Издевательство над плотью кончилось фонтанной композицией "Самсон, кормящий благодарную львицу". Таинственная пара собралась и готова была ускользнуть, но я набрался наглости и загородил им дорогу. Короче, мы как бы познакомились.
   Они оказались настоящими тантриками, несколько лет обучавшимися в Тибете. Мы устроились в их номере и принялись уничтожать мою спиртосодержащую заначку, попутно ведя высоконтеллектуальный треп за тантру. Они поражались нашему невежеству, мы тащились над их наивностью. Все были довольны" пока моя подруга не попросила чего-нибудь показать. Такое-эдакое...
   Они не стали долго сопротивляться, переглянулись и начали.
   Он прямо на полу уселся в "лотос", причем без завязал себе ноги без помощи рук. Одно это нас сильно впечатлило. Она села на его моментально восставший член, задрав ноги вертикально вверх. Затем он слегка согнулся и её голени легли к нему на плечи. Так, обнявшись, они неподвижно просидели с минуту-другую. Затем, какая-то почти невидимая волна прокатилась по их телам, и на меня обрушился шквал безудержного желания. Я едва сдерживался, чтобы тут же не трахнуть мою подругу, да и она, как видно, находилась в таком же состоянии. Еще немного, и мы, наплевав на наших новых знакомых, сами бы принялись яростно совокупляться, но тут началось ЭТО...
   Тантрики вдруг подпрыгнули.
   Еще и ещё раз. Его обнаженные бедра и ягодицы хлопали по коврику. И с каждым прыжком этот звук становился все тише и мягче. Росла высота прыжков. Они взмывали на такую высоту, что обычному человеку не вспрыгнуть стоя и на двух ногах, не то что в падмасане!
   И вдруг я понял, что они прыгают все медленнее. Нет, высота осталась прежней, они едва не ударялись макушками о потолок, но амплитуда становилась такой медленной, словно земное притяжение постепенно переставало на них действовать.
   На насколько секунд я отвлекся, протирая внезапно заслезившиеся глаза, а когда они снова стали разглядывать окружающее, я им не поверил. Тантрики висели в полутора метрах над полом, истово трахались и их окружало приглушенное голубоватое сияние...
   Водка не помогала. Даже после третьего стакана я продолжал оставаться трезвым и ощущение, что при мне случилось настоящее чудо, не проходило. Шакти наши давно секретничал в уголке, а я, омерзительно трезвый, слушал историю Настоящего Тантриста.
   - Мы жили в горах. Где? Все равно название этого места ты нигде не найдешь, сам искать вряд ли будешь, так что это тебе ни к чему.
   Занимались, конечно, не той профанацией, что вы тут. Гораздо жестче и серьезнее. Был у нас Гуру. А "мы" - четыре пары очень юных тибетцев, которые даже не слышали, что где-то есть Россия, и мы.
   Большей частью занятия были или индивидуальные, или самостоятельные, но бывали и групповые практики. Наш Гуру вел их, но сам никогда участия не принимал. Однажды один из тибетцев спросил, почему он не присоединяется... После этого мы того ученика не видели полгода...
   Уже почти перед самым концом обучения Гуру стал знакомить нас с техникой оживления предметов. Он собрал нас всех вместе, в двух словах сказал о чем будет речь и вдруг... Разделся. И мы увидели, что у него нет хуя. Только небольшой пенек, оканчивающийся чем-то черным и блестящим. И только тогда он рассказал эту историю.
   Оказалось, что у нашего Гуру в молодости были серьезные проблемы с погружением в сверхглубокую медитацию. Тогда, чтобы справиться с этим серьезным недостатком, его учитель вручил ему базальтовую статую четырехрукой Кали в человеческий рост и со всеми анатомическими подробностями, рассказал о методике оживления и послал на три года в одну из пещер. В той местности были очень часты камнепады, и наш Гуру должен был научиться не обращать на них внимания.
   Как он добрался до места, дотащив на себе тяжеленную скульптуру он не рассказывал, лишь намекнул, что путь был непростой. И вот, наконец, он на месте. Он установил статую в восточный угол и начал свои практики. Так прошло более двух лет. Умения нашего Гуру совершенствовались, но все равно, как только начинался очередной камнепад, он выбивал его из необходимого настроя.
   И однажды ему показалось, что статуя шевельнулась. Он продолжил занятия с ещё большим рвением и, постепенно, время жизни каменного изваяния стало увеличиваться. Она, несмотря на некоторый излишек рук, была прекрасна. А когда силой его мысли богиня оживала - все вокруг озарялось божественным светом, исходившем от нее.
   Постепенно её времени жизни стало достаточно для коротких бесед. Он задавала вопросы, отвечала сама, и наш Гуру поражался мудрости и глубине тех немногих слов, что она произносила.
   Вскоре он добился её разрешения на совокупление с ней. Это, как говорил ему его учитель, и было целью многолетнего отшельничества.
   Тщательнейшим образом он подготовился к предстоящему акту. И вот, момент настал. Он сконцентрировался, богиня ожила, он обнажил её и, как только они принялись сношаться - прогромыхала очередная каменная лавина! Концентрация исчезла, как не бывало, жизнь моментально покинула статую. Гуру смотрел прямо в глаза изваянию и они, казалось, жили отдельной жизнью, и в них теперь светился настоящий божественный гнев.
   Он испугался, но другого выхода не было: он не посмел бы ради высвобождения застрявшего пениса разбить священную скульптуру. Грохотали камни, но Гуру, все же смог отвлечься и от ужасной боли, и он немыслимого шума, он вошел в медитацию, и ему удалось-таки вновь оживить статую.
   Едва она зашевелилась, как в раздражении отбросила его от себя всеми руками. Даже ударившись о противоположную стену, он не вышел из медитационного состояния. Но богиня, сложив руки на груди опять обернулась камнем. У нашего Гуру оказались переломаны ребра, а хуй, до того уровня, на который он погрузил его в ожившую статую, стал базальтовым.
   Пришлось отрезать.
   Я слушал и не верил ни единому слову.
   Расстались мы далеко заполночь, поменявшись предварительно нашими шакти... В общем, до утра я дожил с трудом. А когда проснулся и стал искать эту странную пару, оказалось, что они уже уехали.
   Больше мы не встречались.
   - ЗДЕСЬ БЫЛИ ЭТИ ГУБЫ, ...которые я целовал, не знаю сколько раз...
   Да, это слова Гамлета, принца Датского, но точно такую же фразу мог сказать и Андрей А., московский спелеолог, с которым я познакомился, выполняя одно из редакционных заданий.
   Андрей, подтянутый сорокалетний мужчина, но почему-то полностью седой, рассказывал о пещерах. Спелеолог он не профессиональный, это, как он говорил, хобби, без которого не жить.
   В процессе беседы я заметил одно странное обстоятельство: если лет десять назад он ходил под землю с друзьями, и география их экспедиций охватывала практически всю территорию бывшего СССР, то в последние годы Андрей путешествовал только один и в одну единственную пещерную систему. Он мне её называл, но раскрывать её местонахождение я не имею права. Пусть это будет Ново-Афонская пещера.
   Когда был задан вопрос, откуда такая любовь к одному месту, Андрей настолько смутился, что некоторое время сидел молча, краснея, как будто его застигли в сугубо интимный момент жизни. Наконец, он справился с собой и сказал, что действительно мог бы часами описывать сверкающие в свете фонаря сталактиты и сталагмиты, сифоны и шкуродеры Ново-Афонских пещер, и эти красоты были бы достаточным оправданием, но однажды он пообещал сам себе, что если ему кто-нибудь задаст этот вопрос, то он расскажет все без утайки.
   История, которую Андрей действительно рассказал полностью, была настолько необычна, что я попросил разрешения опубликовать её. Несколько месяцев согласия не было, но осенью он сам позвонил мне и сказал:
   - Теперь можно.
   Пещерами Андрей заболел в студенческие годы. В его институте был спелеологический клуб, членом которого наш герой стал случайно, но остался в нем до диплома.
   Клуб устраивал летние экспедиции и тренировки в зимнее время, в нем снабжали особой экипировкой, составляли группы, учили разрабатывать маршруты.
   - Тренировки занимали большую часть занятий. Скучная физическая подготовка. Из-за монотонности я чуть не бросил, но потом я в первый раз спустился под землю...
   И понял, что без пещер мне не жить.
   Сначала Андрей ходил в самые легкие по проходимости пещеры, но, к концу обучения в институте, стал уверенно чувствовать себя в любых подземных лабиринтах.
   - Мы летом, вместо работы в стройотряде, исследовали почти все подмосковные пещерные системы. Ходили только группой. Не то чтобы мы боялись заблудиться, карта подземелий у нас была всегда, просто в пещере можно запросто попасть в ситуацию, когда нужна помощь друга.
   Рассказывали, что двое приятелей отправились в Силикаты и заблудились. Неделю они блуждали по системе и наконец вышли к решетке, за которой стояли автоматчики в камуфляжной форме. Оказалось, ребята вышли к подвалам Лубянки.
   После получения диплома он не бросил свое увлечение. Каждое лето группа, в которую он входил, на месяц, два, спускалась в пещеры. Вскоре у Андрея появилась подруга, Аня, девушка, которая разделяла его страсть.
   Андрей практически ничего не рассказывал про их совместную жизнь, но за его сдержанностью угадывалась любовь, которую невозможно описать словами.
   - Она стала для меня дороже всех. Мы были с ней как первобытные пещерные люди. Мы не могли жить друг без друга и пещер.
   Несколько лет они проводили отпуск вместе, но потом случилось страшное.
   В тот год они собирались пожениться. Свадьбу решили справить под землей, но Андрею задержали отпуск, и Анна с группой, без жениха, поехала в Ново-Афонские пещеры. Когда он подъехал, его ждало ужасное известие: Аня пошла одна и не вернулась. Ее искали, но не нашли.
   - Когда я нашел лагерь и мне сообщили о том, что Аня потерялась, я, несмотря на то, что была почти ночь и мне пришлось изрядно отмахать по горам, я стал собираться под землю. Насколько помню, меня никто не останавливал, наоборот, двое ребят вызвались идти со мной.
   Прошла уже неделя, но все ещё была слабая надежда, что она жива. К концу третьей недели поисков все стали уговаривать меня, что смысла искать больше нет. Но я остался.
   Еще целый месяц после отъезда друзей, Андрей ползал по пещерам в поисках девушки. Но все было безрезультатно. Вернувшись в Москву, он обнаружил, что поседел.
   - Я не мог тогда ни с кем разговаривать. Уволился с работы. Ведь если бы не мой начальник, я бы поехал со всеми, и Аня была бы жива...
   С тех пор Андрей расстался со старыми друзьями, стал жить затворником, но всякий раз, когда позволяли обстоятельства, отправлялся, один, в те пещеры. Он говорил, что исследовал в них все. Все лазы, в которые мог протиснуться человек, все расщелины, тупики. Везде он побывал по несколько раз, надеясь найти ход, который он раньше не замечал.
   И ему повезло. За сталактитом, мимо которого он проходил много раз, вдруг обнаружилась щель. Она вела в небольшой зал, в полу которого виднелась дыра неглубокого, около трех с половиной метров, колодца. Забив несколько костылей, Андрей по нейлоновой веревке спустился вниз.
   Там он и нашел Анну.
   - Когда я увидел эти обтянутые кожей кости, я сразу понял, что это она, моя Анечка.
   Очевидно, она, после падения, ещё долго оставалась живой. Андрей нашел выцарапанную на стене надпись: "Найди меня. Я тебя люблю." За годы её тело мумифицировалось, но не это было странно. Несмотря на холод, мумия девушки была обнажена. Одежда лежала рядом, аккуратно сложенная, там же были и ножны с торчащей из них костяной рукояткой.
   Сколько Андрей просидел у тела любимой, он не знает. Под землей время течет не так, как на поверхности. Что он думал в эти часы, он не захотел рассказывать.
   Андрей говорил, что он погрузился в какой-то странный транс. Ему чудилось, что его Анна жива. Он поцеловал её губы, и они ответили!..
   Продолжая грезить наяву, он разделся сам, и овладел мумией девушки.
   После содеянного, когда до Андрея дошло, что же он натворил, он готов был наложить на себя руки. Схватив рукоятку ножа, он дернул, но лезвия внутри не оказалось. Оно было сломано под корень.
   - Я словно раздвоился. Одна моя половина понимала, что Аня мертва уже многие годы, а другая на могла смириться с этим и для неё Анечка все ещё была живой. Она, эта половина, разговаривала с любимой, ласкала, занималась любовью. Это был я и не я. Я не понимал, что происходит, но не мог никуда уйти из этого колодца... Ведь она просила побыть с ней еще...
   Весь год Андрей с ужасом вспоминал происшедшее в пещере. Он пытался найти себе оправдание и не находил. Но следующим летом он опять поехал в Новый Афон. И вновь повторилось то же самое.
   - Она снова была живой. И я не мог не ответить на её призывы...
   Так продолжалось до прошлого лета.
   В свой последний приезд к Ане, Андрей обнаружил, что колодец затоплен.
   - У меня не было никаких приспособлений для подводного плавания. Вода была ледяной, но я нырял раз за разом. Не знаю, что уж я хотел спасти со дна этого проклятого колодца.
   Из поездки он привез одну вещь. Череп.
   ЖМЕСТО КРАСИТ ЧЕЛОВЕКА.
   - Голубым может стать каждый! - уверяет Лев Городец. Лев Иванович профессор, руководитель отдела Геополевых излучений знаменитого ФИАНа.
   - Как вы пришли к такому невероятному выводу?
   - Первопричиной послужил этот рубиновый лазер, - Лев Иванович нежно погладил длинный серый ящик, заботливо укрытый кружевной салфеточкой. - Он давно устарел, но моим сотрудникам он дорог как память.
   В те далекие годы мы исследовали интерференцию монохроматических лучей. Опыты велись параллельно в двух соседних лабораториях. Результаты оказались стабильными, но разными, и в обеих случаях не совпадали с теоретическими.