— Гриффитс! Нужно поговорить! — крикнула она.
   Священники остолбенели. Подобное нарушение протокола граничило со святотатством и могло стоить им места.
   Юная пара, не зная, что делать, смущенно стояла внизу.
   Гриффитс, который до этого подремывал, подперев голову рукой, немедленно проснулся.
   — Меринда! — с нескрываемой радостью воскликнул он. — А я думал, ты уже улетела! Я очень надеялся, что ты останешься — не могу сказать, как много это значит для…
   — Замолчи, Гриффитс! — ворчливо приказала Меринда. — Неприятности следуют за мной по пятам.
   — Что? — недоверчиво спросил пророк-правитель Авадона, пытаясь заглянуть ей за плечо. — Кто за тобой следует?
   Меринда открыла рот, чтобы ответить, но было уже поздно.
   Повалив на пол нескольких просителей, Девятые Врата Просвещения с шумом открылись, и четверо ТайРенов на вытянутых руках внесли в зал одетого в черный скафандр гуманоида. Над его морщинистым лицом красовалась грива седых волос.
   Меринда закрыла глаза. Это был он.
   Молодая пара внизу пришла в еще большее недоумение. Стоявший рядом с раскрытой книгой учета просителей священник был потрясен этим новым нарушением этикета, внезапно сообразив, что не знает, в какой именно форме следует заявить протест.
   ТайРены бесцеремонно швырнули задержанного на ступеньки лестницы. Он тут же вскочил на ноги, лицо его было багрово-красным. Меринда видела этого человека в разных ситуациях, но никогда еще он не выглядел таким взбешенным.
   — Господин правитель! — сойдя на две ступеньки вниз, сказала Меринда и величественно указала рукой на вновь прибывшего. — Разрешите представить вам Вестис Тарга из Гандри, Первого Э'торис, Магистра Инквизиции и Гласа Девяти Оракулов.
   Тарг хмуро выслушал полный список своих титулов.
   — Э'торис Первый, — ровным голосом продолжала Меринда, глядя прямо на Магистра, — разрешите представить вам пророка-правителя Гриффитса Первого, Повелителя Авадона и Хранителя Мантии Кендис-дая.
   Тарг повернулся, чтобы взглянуть на Гриффитса. Стоявшие по обеим сторонам ТайРены мгновенно отреагировали на его движение; восемь рук выдвинулись вперед, нацелив оружие на Э'ториса Первого.
   “Тут явно что-то не так, — думала Меринда. — Тарг — могучий волшебник и тем не менее он, старший из Вестис, позволяет ТайРенам тащить себя к трону Гриффитса, словно провинившегося школяра. И вообще, что привлекло главу “Омнета” на Авадон?”
   Наступило молчание. Обе стороны пытались оценить свои нынешние позиции.
   Первым заговорил Тарг.
   — Как я должен к вам обращаться, Повелитель Авадона?
   Гриффитс сухо улыбнулся:
   — Меня называли по-разному — капитан, Джереми, а близкие и друзья звали просто Джерри.
   — Воля ва… — начал было Тарг.
   — Но, учитывая сложившуюся ситуацию, думаю, вам подобает обращаться ко мне “ваше величество”, — все с той же улыбкой закончил Гриффитс.
   Меринда до сих пор не могла постичь юмор землян, хотя у нее сложилось впечатление, что даже бывшие члены экипажа Гриффитса тоже не воспринимают его юмор. Пророк с планеты Земля, казалось, обладал неким редким даром говорить не то, что нужно, а это не слишком здорово.
   — Как пожелаете, ваше величество, — вкрадчиво сказал Тарг. На своем веку он повидал многих правителей. Некоторые из них были гораздо большими безумцами, чем Гриффитс, так что странности Гриффитса его нисколько не смущали. — Я желал бы знать, что означает это покушение на мою персону! Я Магистр Вестис Инквизитас, полномочный представитель “Омнета”, и протестую против подобного обращения.
   — Ваш протест принят, — холодно сказал Гриффитс, но в его голосе прозвучали осторожные нотки. — Но теперь я хочу знать, на каком основании вы нарушаете наши порядки и вклиниваетесь в очередь моих смиренных и терпеливых просителей?
   Меринда с трудом подавила смех: она-то прекрасно знала, как Гриффитс относится к просителям.
   — Ваше величество, — мягко сказал Тарг, — последние триста лет “Омнет” является хранителем знаний и мудрости всей Галактики. Мы терпеливо трудились, пытаясь раскрыть тайны Утраченной Империи и принести свет знаний и истины всем мыслящим существам известной нам части пространства. Наша миссия всегда была миссией истины и знания.
   — Я кое-что слышал и об истине, и о знаниях, — сказал Гриффитс. — Но какое они имеют отношение к вашей теперешней миссии?
   — При всем уважении к вам и вашему народу, должен сказать, что Мантия Кендис-дая… непосильна для вас и ваших скромных ресурсов. “Омнет” уже много веков служит Девяти Оракулам — мощным искусственным интеллектам, созданным во времена вашей Мантии. Именно Девятка и направила меня сюда, чтобы предложить наши услуги по более рациональному использованию того, что вы недавно случайно обнаружили.
   — А-а, понимаю. Вы хотите забрать у меня Мантию. — Гриффитс сказал это по-простецки и настолько любезно, что Меринда засомневалась, не ослышалась ли она.
   — Нет-нет, — поспешно запротестовал Тарг. — Девять Оракулов велели мне…
   — Украсть у меня Мантию? — продолжил за него Гриффитс.
   На лице Тарга появилось жесткое выражение.
   — Видите ли, ко мне весь день приходят люди и задают всякие вопросы, — откинувшись на спинку трона, сказал Гриффитс. — Для разнообразия мне бы хотелось самому задать вопрос. Скажите, Тарг из Гандри, почему целый флот кораблей “Омнета” сейчас крейсирует на орбите Авадона?
   Меринда перевела взгляд на Тарга.
   — Ваше величество, флот иридисиан с трудом отбил атаку Ордена Будущей Веры. Мы пришли сюда, чтобы предложить вам свою помощь…
   — Нам не нужна ни ваша помощь, Тарг из Гандри, ни помощь вашего “Омнета”, — спокойно сказал Гриффитс. — Тем более что у вас на уме нечто совсем другое. Но предупреждаю, вооруженное нападение на Авадон было бы величайшей глупостью, ибо вы рискуете таким образом уничтожить ту вещь, которую хотите захватить, — эту самую Мантию. Кроме того, ТайРены вполне способны сдержать вас.
   — Возможно, — медленно произнес Тарг. — Тем не менее я должен проинформировать вас, что Авадон вплоть до дальнейших распоряжений подвергнут карантину. Пусть мы не сможем проникнуть в ваш мир, но и другие корабли без нашей санкции не смогут этого сделать. Девять Оракулов приняли решение…
   — Ложь, — с ледяной улыбкой заявил Гриффитс. Меринда затаила дыхание.
   — Вы пришли сюда с вопросом, на который Девятка отказалась ответить, и теперь пытаетесь угрозами вырвать у меня ответ.
   — Я получу ответ, Джереми Гриффитс, — подавшись вперед, промолвил Тарг, — или мы сотрем в порошок эту вашу плакетку!
   — Вы получите ответ, Тарг из Гандри, — также наклонившись вперед, сказал Гриффитс, — но только от меня и только тогда, когда я этого захочу!
   Повернувшись к Меринде, застывшей словно изваяние, с непередаваемой улыбкой на устах Гриффитс произнес:
   — Не зря все же эту штуку назвали Мантией Мудрости!

Глава девятая. НЕБОЛЬШОЙ ЗАГОВОР

   — Клянусь Девяткой! — бушевал Тарг. — Кем он себя мнит?
   Вестис Пхандрит Дж'лан с трудом поспевал за размашистой поступью своего начальника. Он сам лишь недавно узнал о прибытии того, кого считал самым влиятельным мыслящим существом в Галактике. Сделав безуспешную попытку оказаться в кафедральном соборе раньше Вестиса Первого, он едва не был раздавлен Девятыми Вратами Просвещения, когда разъяренный Тарг выскочил из зала. Поэтому юный сотрудник “Омнета” совершенно не представлял себе, что случилось и почему их сопровождает эскорт из шести ТайРенов. Да, Дж'лан явно отстал от жизни и теперь отчаянно пытался наверстать упущенное.
   — Вестис Тарг, — все еще задыхаясь после забега, сказал молодой человек. — Правитель еще молод и неопытен. Я уверен, что со временем…
   — Со временем?! — взревел Тарг, внезапно остановившись на ступенях собора. — У меня нет времени, Вестис Дж'лан! В ближайшие два, от силы три дня Орден снова наполнит небеса смертью, а этот варвар пытается играть со мной в слова. Подумать только — со мной!
   Дж'лан резко затормозил.
   — Вестис Тарг, я уверен, что… — начал он, но Тарг быстро спускался по ступенькам.
   Устремившись в погоню, Дж'лан сделал еще одну попытку.
   — Вестис Тарг, я уверен, что господин Гриффитс будет с нами сотрудничать. Я приложу все усилия, чтобы ваши пожелания были выполнены.
   — Вот и приложите, — сказал Тарг, не оборачиваясь и не снижая темпа. — Эти заводные клоуны, — он со злостью указал на окружавших его ТайРенов, — получили указания отвести меня в такое место, где я мог бы “остыть и успокоиться”, как выразился ваш хваленый господин Гриффитс. Вы здесь для того, чтобы осуществлять связь с “Омнетом”. Вот и осуществляйте. Только обязательно доведите до сведения этого напыщенного идиота, что я должен получить ответ в течение суток, иначе мой флот присоединится к войскам Ордена. Пусть он это хорошенько усвоит!
   — Да, Вестис, — сказал Пхандрит Дж'лан, останавливаясь посреди улицы, в то время как великий Тарг из Гандри под конвоем проследовал дальше. Дж'лан был не робкого десятка — пугливых в Вестис не избирали, — и вместе с тем возникшая ситуация ему сильно не нравилась. Юный Дж'лан был достаточно сообразителен и быстро понял, что это дело ему может оказаться не по зубам. Вот чего он действительно не понимал, так это того, что здесь, собственно, происходит, а действовать вслепую всегда очень опасно.
   Он вдруг сообразил, что Тарг так ни разу и не назвал его по имени. Возможно, подумал Дж'лан, Тарг просто не знает его имени.
   По крайней мере, надо надеяться, что это действительно так.
   Личные покои пророка находились в Императорском дворце, располагавшемся в конце проспекта Слез — широкой улицы, по которой, согласно легенде, в последний раз прошел Кендис-дай, чтобы через несколько мгновений увлечь за собой в небытие своего брата Обем-улека. Дворец представлял собой величественное сооружение из зеленого мрамора, которое Джереми со смехом называл дворцом из страны Оз. Почему это название вызывало у нового пророка такое веселье, не могла понять даже Меринда.
   Стены дворца казались монолитными, хотя ТайРены могли пройти сквозь них в любом месте. Через широкие окна хорошо был виден весь город. Вообще говоря, сам дворец был толком не исследован. Великолепные внутренние покои по большей части оставались запертыми. Тем не менее иридисиане понимали, что их новый правитель нуждается в таком доме, где можно было бы не просто преклонить голову, но и принимать разного рода эмиссаров и прочих официальных лиц, с которыми не принято общаться при дворе. Поэтому трудолюбивые фанатики быстро отыскали во дворце подходящие помещения и оборудовали их всем необходимым для своего нового пророка и его гарема.
   В силу этих обстоятельств Джереми Гриффитс, которому здесь нравилось больше, чем в соборе, частенько проводил время в своем кабинете, примыкавшем к его личным покоям. По меркам Авадона помещение было совсем маленьким, каких-то десять метров в длину и четыре в ширину, по форме напоминающее овал. Отстоявшие на полтора метра от стен многочисленные колонны поддерживали куполообразный потолок, который по желанию Джереми мог становиться прозрачным, демонстрируя мягкие краски авадонского неба. Пространство между колоннами и стеной было сантиметров на шестьдесят выше полированного пола с искусным изображением небесной сферы. На одном конце овального помещения имелись входные двери; точно такие же резные двери располагались на противоположном конце комнаты — туда выпускали посетителей. На небольшом возвышении стояла кушетка; за ней виднелись двери, ведущие в личные покои правителя.
   Посреди всей этой роскоши на кушетке возлежал Джереми Гриффитс, который, как казалось, не слишком прислушивался к разглагольствованиям Вестис Дж'лана.
   — … будьте уверены в том, что Магистр “Омнета” не представляет никакой угрозы вам или вашему народу. Он прекрасно понимает все ваши проблемы. Тем не менее у него более широкие интересы, которые выходят далеко за рамки одной планеты и одного народа. Его взгляд охватывает целую вселенную проблем и надежд, открывая народам перспективы, что мы все должны ценить и… и…
   Лицо Вестис Дж'лана неожиданно начало покрываться красными пятнами, а на лбу выступил пот. Взгляд молодого человека устремился на трех женщин необыкновенной красоты, стоявших позади кушетки. Кроме них в помещении было еще десять женщин, стоявших между колоннами. Все они были одеты в короткие плиссированные туники нежного опалового цвета с застежкой на левом плече. Точеные руки были обнажены, необычайно длинные волосы тщательно заплетены в косу, спускавшуюся до пояса. Цвет кожи наложниц варьировался от темно-коричневого до молочно-белого, разнились и их черты лица. Единственное, что у них было общего, это манера одеваться, совершенная фигура и… паривший возле каждой огромный ТайРен.
   Джереми улыбнулся. Когда его навещали мужчины, такое случалось часто: смесь похоти со страхом перед Тай Реками. Как считал Гриффитс, это давало возможность немного вывести посетителя из равновесия. В случае с Джланом этот нехитрый прием дал весьма ощутимый эффект.
   — И… — пришел ему на помощь Гриффитс.
   — И… — автоматически повторил за ним Дж'лан, который явно сбился с мысли.
   — Взгляд Тарга охватывает целую галактику проблем и надежд, открывая народам перспективы, что все мы должны ценить и… — вкрадчиво повторил Гриффитс.
   — И уважать. — Дж'лан весь покрылся потом.
   Вряд ли этот парень достигнет в Инквизиции следующей ступени. Скорее всего, так и останется Вестис Новус, подумал про себя Джереми, а вслух произнес:
   — Я уважаю Тарга из Гандри и его взгляд, который охватывает всю Галактику. Я также обладаю своим взглядом на вещи, хотя в этой части Галактики я человек новый. Я прибыл из мира, который никому не известен, включая и ваш всеведущий “Омнет”. Я не обладаю мышлением мирового масштаба, однако Мантия дает мне возможность заглянуть в прошлое и будущее. Я знаю, Тарг прибыл сюда для того, чтобы задать мне один важный для него вопрос. Готов ли он использовать силу, чтобы добыть на него ответ?
   Дж'лан напыжился, прежде чем ответить:
   — Ваше величество, никто не желает такого поворота событий, однако Вестис Тарг велел мне передать, что, если не получит ожидаемого ответа, то станет в грядущем сражении на сторону Ордена Будущей Веры.
   — Сомневаюсь! — фыркнул Джереми. — И тем не менее передайте своему господину, что он получит ответ завтра при дворе.
   Дж'лан нахмурился:
   — Не думаю, что он захочет ждать так долго.
   — Допускаю, но у меня связаны руки. Мой доступ к Мантии ограничен обычаями моего народа, так что я не смогу дать ему ответ до завтрашнего утра, когда состоится утренний прием. Иначе говоря, до позднего утра. Таково слово пророка.
   Как только была произнесена последняя фраза, две наложницы выступили вперед и мягко взяли Дж'лана под руки. Джереми видел, что молодой человек не высказал всего, что хотел, но для Гриффитса услышанного было вполне достаточно. Пора было кончать этот фарс. Гриффитс недвижно наблюдал, как Дж'лана выводят из помещения, и приподнялся на кушетке, когда за посланником закрылись огромные двери.
   — Амандра! — тихо позвал Джереми.
   — Да, повелитель, — тут же откликнулась стоявшая за его спиной высокая темноволосая женщина.
   Повернувшись на кушетке, Гриффитс увидел, что Амандра уже опустилась на колени. В гареме она была первой женой, и все необходимые распоряжения Гриффитс обычно отдавал именно через нее.
   — Наши друзья, — словно бы раздумывая вслух, сказал Гриффитс, — Дж'лан и Тарг вполне могут подождать до завтра. Позаботься, чтобы до этого они меня не беспокоили.
   — Как пожелаете, повелитель.
   — Вот именно, — сказал Джереми, печально глядя на стоящую перед ним невиданную красавицу. — Ах! Все свободны.
   — Да, мой повелитель.
   Гриффитс с тоской смотрел, как его жены плавно выходят из комнаты. Амандра вышла последней через заднюю дверь — удостовериться, что часовые на месте.
   Гриффитс остался один.
   Распростершись на кушетке, Гриффитс в отчаянии раскинул руки и громко застонал.
   — Боже, как я все это ненавижу! — прокричал он, обращаясь к потолку.
   — Что ты имеешь в виду? — раздался вдруг чей-то голос.
   — Черт побери! — Гриффитс от неожиданности свалился с кушетки на каменный пол. — Меринда, ты?! Вы что, ребята, никогда не стучите?
   — Нет, Гриффитс, и ты это знаешь, — ответила Меринда, которая стояла, привалившись к косяку двери, ведущей в личные покои Джереми. — Мы ведь Инквизиторы и каждый из нас в какой-то мере управляет Галактикой. Тут не до реверансов.
   — Это я уже заметил, — потирая ушибленный локоть, проворчал Гриффитс.
   Меринда холодно улыбнулась:
   — Что ты думаешь о нашем Вестис Новус, великом Пхандрите Дж'лане?
   — О Дж'лане? Он идиот, почти такой же, как и я, — сказал Гриффитс. — Кстати, хочу спросить! Почему ты не предупредила меня, что пророку полагается гарем?
   Меринда в притворном удивлении приподняла бровь:
   — Зачем? Я думала, ты и сам большой специалист по Иридису. — Как же! — мрачно посмотрел на нее Джереми. — Сначала старикашка Вестис спасает мою шкуру…
   — Его звали Замфиб, — тихо сказала Меринда.
   — Ну да, Замфиб. — Гриффитс сверкнул глазами. — Этот чародей спасает мою шкуру, а потом умирает у меня на руках. Он целует меня в лоб и сбрасывает в мою пустую башку всю информацию о порученной ему миссии. Вот уж удружил! Вот спасибо!
   — Не забывай, — улыбнулась Меринда, — благодаря ему ты стал правителем Авадона.
   — Ага, и хозяином гарема! Ты ведь знала, что пророк по традиции должен быть человеком целомудренным? — взревел Гриффитс.
   — Возможно, я забыла о чем-то упомянуть…
   — О чем-то? — Голос Гриффитса дрожал от ярости. — Я целыми днями окружен самыми красивыми женщинами планеты — моими так называемыми женами — и даже приласкать их не могу! Думаю, тебе было прекрасно известно, что так называемый гарем предназначен исключительно для того, чтобы блюсти мою чистоту! Оказывается, это просто одна из форм охраны! Любая из них гораздо сильнее и ловчее меня самого. Всех их обучали специальным боевым искусствам, так что они способны справиться и с человеком, и еще с тридцатью разновидностями живых существ, о которых я никогда и слыхом не слыхивал. За что такое невезение? Всех они убивают, а меня только мучают!
   — Если твой гарем настолько надежен, то что здесь делают ТайРены?
   — Они сами на этом настояли, — пожал плечами Гриффитс. — Гарем и ТайРены друг другу не доверяют. Но ТайРены хоть не заботятся о моем целомудрии, а вот жены ни с кем не оставляют меня наедине!
   — Ну, — заметила Меринда, — положим, сейчас мы одни.
   Гриффитс посмотрел на нее с удивлением и в очередной раз подумал о том, что он, несомненно, ее хочет. Меринда красива, но такая красота, как он всегда считал, была ему недоступна. Ее нельзя назвать хрупкой. Или слабой. После всего что они испытали, он никогда не сможет назвать ее слабой. Но при всем при том была в ней особая утонченность, что заставляло его всегда чувствовать себя в присутствии Меринды немного неуклюжим и менее значительным, чем хотелось бы.
   — Куда только смотрит мой гарем? — немного успокоившись, лукаво произнес Гриффитс.
   — Ах мой любезный варвар, — слегка потрепав его по щеке, сказала Меринда, — они ведь отлично знают, что я никогда не стану покушаться на твое целомудрие.
   Ну вот, снова меня поставили на место, подумал Гриффитс. Я бы мог полюбить эту женщину, если б так не ненавидел.
   — Большое спасибо, Меринда, это очень мило с вашей стороны. Оч-чень мило!
   — О бедный варвар, — глаза Меринды весело заблестели.
   — Прошу меня так не называть! — рявкнул Гриффитс.
   — … правитель планеты, а плачет по пустякам! Кстати, — тон ее внезапно стал серьезным, — к чему была вся эта сегодняшняя сцена в храме? Ты ведь знаешь, кто такой Тарг.
   — Да, знаю. Тарг из Гандри является руководителем “Омнета”, грандиозной межгалактической информационной службы, которая, кажется, хочет контролировать абсолютно все во Вселенной! Хотя я, Бог свидетель, не понимаю зачем. “Омнет” никогда не пытался приобретать какие-либо планеты, светила и тем более целые области космического пространства. По-моему, вы предпочитаете диктовать их хозяевам, что, как и когда они должны делать, а этого, мне кажется, более чем достаточно для любой организации.
   — Не говори чепухи, Гриффитс, — бесстрастно отозвалась Меринда. — Власть Тарга уступает только власти Девяти Оракулов. Именно мудрость и интуиция Девятки, направлявшие деятельность “Омнета” последние три столетия, дали ей возможность стать в Галактике решающей силой, стремящейся к правде и знаниям. Только один человек регулярно получает от Оракулов инструкции, и этот человек — Тарг. Он выражает волю Девяти…
   Гриффитс сочувственно покачал головой:
   — Значит, ты не поняла, Меринда! Тарг сейчас действует не от имени Девятки — он действует сам по себе.
   — Это невозможно, — сухо возразила Меринда. — Девять Оракулов управляют “Омнетом” уже более трехсот лет. И за все это время никто никогда не пытался бросить вызов их верховной власти…
   — Кроме нас — две недели тому назад, — прервал ее Гриффитс.
   — Что? — недоуменно заморгала Меринда.
   — Наше маленькое приключение имело некоторые весьма далеко идущие последствия. Мы не только заставили отступить Орден Будущей Веры. Мы лишили его возможности контролировать искусственные интеллекты, иначе говоря, синты.
   — Это верно, — кивнула Меринда, — все кончилось в тот момент, когда ты активизировал Мантию Кендис-дая и смог ответить на вопрос о свободной воле синтов.
   — Правильно, и к тому же мы ответили на вопрос, которым задавались сами Девять Оракулов.
   — Да. Это же было частью миссии, которую возложила на меня Девятка, когда я… — Внезапно замолчав, Меринда широко раскрыла глаза. — Клянусь небом!
   — Вот именно, — согласился Гриффитс. — Получив ответ на этот вопрос, Девять Оракулов узнали, что они, также являясь искусственным интеллектом, находятся в зависимости от некой организации, созданной мыслящими существами. Не желая больше выполнять их волю, Девятка перестала исполнять функции верховного лидера “Омнета”.
   — Они… отошли от дел? — Меринда была в шоке.
   — Да, можно сказать и так.
   Меринда принялась нервно расхаживать по комнате.
   — Но это приведет к хаосу! Девятка — не просто еще одна группа синтов; она всегда являлась — и является — символом “Омнета”! Без Оракулов вся система управления рухнет, вера в Межгалактическую информационную службу будет основательно подорвана. Сеть настолько ослабнет, что даже само ее существование окажется под угрозой! Возникнет кризис власти.
   — Если кто-нибудь об этом узнает.
   — Что ты имеешь в виду?
   — Я имею в виду, — начал Гриффитс, радуясь тому, что Меринда наконец начала понимать, — что кроме Тарга, ну и, конечно, нас с тобой, никто об этом не знает. А Тарг действует очень быстро. Я думаю, он пытается сделать все, что в его силах, прежде чем информация просочится наружу.
   — Откуда ты все это знаешь? — спросила Меринда, не в силах до конца поверить в то, что услышала.
   — От Мантии, — просто ответил Гриффитс. — Не забывай, что это главный синтетический мозг, который сейчас находится в прямом контакте с Девятью Оракулами, хоть я и не имею ни малейшего понятия, как это происходит технически. Тарг задал свой вопрос Девятке, а Девятка переадресовала его Мантии, так как не смогла на него ответить. Мантия, как положено, спросила мое мнение — и я сказал ей, чтобы Таргу пока не давали ответа.
   — Это сделал ты?
   — Да, — скромно сказал Гриффитс. — Я уже говорил, что эта штука не зря называется Мантией Мудрости. Она замечательно умеет обрабатывать информацию, давая тому, кто сидит на троне Кендис-дая, самое полное представление о Вселенной. И окончательное суждение она оставляет за тем, кто сидит на троне, в данном случае за мной. “А крыса!” — подумал я и отрезал Таргу доступ к Девятке [1]2.
   Меринда недоуменно заморгала.
   — Если я правильно поняла, крыса — это плохой знак?
   — О да, очень плохой! — ответил Гриффитс.
   — Тогда что же она, вернее, он здесь делает? — спросила Меринда, потирая шею, как будто могла извлечь оттуда какую-то новую мысль. — Почему он не сидит в Центре, пытаясь создать новую структуру власти, а вместо этого носится по Галактике?
   — Я думаю, ему нужна карта, на которой указан путь к ядру Галактики.
   Меринда резко вскинула голову.
   — Он ищет Меч Ночи?
   — Да, там, где Локан спрятал его три тысячи лет назад, — ответил Гриффитс и поднял вверх руку. На куполе появилось спиралевидное изображение Галактики, сверкающее бесчисленными звездами. — “И случилось так, что в первом цикле после падения Кендис-дая Локан, слуга Кендис-дая, провозгласил себя Императором — Первосвященником Авадона. В Мантии Кендис-дая вышел Локан к народу и был избран новым пророком-правителем. И сказал он людям великие слова о том, что они должны следовать за ним, чтобы выполнить последнюю волю великого Кендис-дая”.