– Советник Строггорн ван Шер, – представил его Креил.
   – Так значит, один из вас – начальник охраны Президента, а другой – возглавляет разведуправление, и все в той же стране. Бедный Президент! Как удачно он выбрал для своей охраны нелюдей! – Строггорн основательно поковырялся в их головах. – Зачем вы смотрите мне в глаза? Сразу видно – не из нашей страны, не знакомы с элементарными правилами. Будете присягать? Или оставить вас здесь навсегда?
   – Я буду, – ответил начальник охраны, встал на одно колено и прикоснулся к плащу Строггорна. Он совершенно четко понял, что это не тот человек, с которым можно спорить.
   – Я понял, что вы сделали, Советник, – сказал директор разведуправления. – На наших глазах вы создали самую мощную агентурную сеть, какую только можно себе представить. Дай бог, чтобы действительно вашей целью было добро! Глядя на вас, не похоже. – Но поколебавшись, он тоже присягнул.
   – Добро бывает разным и, к тому же, это весьма относительная категория. Для кого-то добро может оказаться самым большим злом и наоборот. Насколько я знаю, так бывает очень часто, и говорить можно лишь о том, добрые или злые побуждения изначально двигали человеком. Все остальное – неумение предвидеть последствия или, как говорят люди, судьба. Скоро мы встретимся в реальности. Не советую вам забывать про присягу. – Строггорн улыбнулся уголками губ, и от этого им стало еще страшнее. Он подвел людей к туннелю и отправил назад.
   – Что будем делать с этими? – Строггорн показал на оставшуюся группу. Они с Креилом подошли совсем близко и безжалостно и быстро прозондировали пси-слепки их мозгов, содержащие всю информацию об их жизнях. Оставалось еще около восьми минут относительного времени, и они хотели потратить их с толком.
   – Какой свинарник, – Креил делился результатами прослушивания. – Маги, чародеи, закостенелые преступники, одним словом – мразь. Ты хочешь их отправить назад? Нам никак не успеть исправить всем психику.
   – Как ты думаешь, Линган простит мне еще пару сотен убитых? – мягко спросил Строггорн, но Креил вздрогнул. – Вот и я не уверен. Давай отправим их в кому. Тогда они нам не будут мешать в реальности и в то же время мне не влетит от Лингана.
   Строггорн проходил мимо людей, и они, пытаясь защищаться, закрывали руками лица, что было совершенно бессмысленно. Вдруг он вгляделся в один пси-образ и отчетливо понял, что перед ним не человек, а представитель другой цивилизации. Строггорн только кивнул Креилу и, пропустив инопланетянина, продолжил. Когда он закончил, Креил помог переместить людей к туннелю, который мягко поглотил их, возвращая в реальность, но не к жизни. Инопланетянин, оставшийся один на один с Креилом и Строггорном, пытался защитить свою нервную структуру от прослушивания. Ему это не удалось, и его мысли начали скакать. С трудом Строггорн смог остановить их на одном из земных языков.
   – Я – Советник Строггорн ван Шер, хотел бы понять, что вы делаете на Земле? Разве вы не знаете, что планета объявлена закрытой зоной для посещений?
   Инопланетянин затрепетал. Он никак не мог понять, к какому виду существ относятся остановившиеся перед ним пси-образы. Что-то знакомое было в них, но мысль никак не давалась.
   – Мы наблюдали за Землей много тысячелетий, – начал он, но у Советников не было времени выслушивать длинные вступления.
   – Мне кажется, я задал конкретный вопрос? – Строггорн пристально всматривался в инопланетянина, ему тоже никак не удавалось понять, к какой цивилизации тот относится. Впрочем, он никогда не считал себя большим специалистом в этой области и, кроме существа с Дорна, да еще в пси-образе, вряд ли бы смог кого-нибудь опознать.
   – Мы получили распоряжение от Вектората Времени о закрытии Земли для посещений, – решил не увиливать инопланетянин.
   – Так почему тогда вы здесь?
   – Меня много лет внедряли, в результате – жена, ребенок, приемный конечно, – тут же уточнил инопланетянин. – Решили переждать. Еще осталось всего пять лет, уже не думали, что это кто-нибудь обнаружит. Простите, я знаю, что все другие наблюдатели покинули Землю… – Он расстроился и поглядел прямо на Строггорна.
   – Что будем с ним делать, Креил? Самый настоящий шпион, Страннице бы это не понравилось.
   – Нет-нет, – испугался инопланетянин. – Я не передавал никакой информации на свою планету – боялись засветиться, только жил здесь!
   – Похоже, он говорит правду. – Строггорн почти минуту пытался зондировать инопланетянина, но уровни психики у того скользили, не позволяя нормально прослушать. – Ладно, возвращаем его назад. Будет Странница, спросим, что с ним делать, – решил он.
   Когда инопланетянин уже входил в туннель, он обернулся и явный испуг отразился в его мыслях.
   – Я понял, кто вы – вы существа Многомерности, – закричал он.
   – Да мы этого и не скрываем. – Строггорн усмехнулся.
   – Нет, вы не поняли, вы не знаете о том… – Он не успел договорить, проваливаясь в туннель, но и Креил и Строггорн поняли его мысль. Они переглянулись.
   – Как ты думаешь, может быть, куда лучше было не знать об этом? – Строггорн посмотрел на Креила, и в его мыслях застыла грусть. Время истекло, они ощутили отчетливый всплеск энергии – так Диггиррен просил их возвращаться. Строггорн увидел, что Креил очень устал, – он вообще плохо переносил Многомерность, и отправил его через Туннель, пообещав, как только все уберет, тут же вернуться.

Глава 16

   Креил и Строггорн очнулись почти одновременно. Линган сразу же зашел под купол. Он сразу понял, что Строггорн находится не в том состоянии, чтобы можно было с ним что-нибудь выяснять, и цветисто выругался вслух на старороманском языке. Все удивленно уставились на него.
   – Ну почему, всегда, когда мне так хочется набить тебе морду, ты в таком состоянии, что этого никак нельзя сделать! – возмущенно сказал Линган, в деталях мысленно показав всем, как он это сделал бы. – Но на сей раз, Строггорн, от психозондирования ты у меня не отвертишься!
   – Это за что? – уточнил Строггорн. У него не было сил даже пошевелиться и такая перспектива показалась слишком мрачной.
   – У тебя еще хватает наглости спрашивать? – задохнулся Линган. – После того, как ты чуть не угробил наших эсперов?
   – Линг, я не хотел этого, честное слово. – Строггорн надеялся все-таки смягчить Лингана, но тот был непоколебим. – Кстати, все живы?
   – Если бы хоть один умер, я предложил бы тебе сразу смертную казнь или уничтожение психики – по твоему выбору. – Линган мрачно улыбнулся. – Считай, что тебе крупно повезло, и скажи спасибо Креилу, иначе у тебя бы резко уменьшились шансы остаться в живых.
   – Линган, не нужно делать из меня монстра. Ты много раз имел возможность убедиться, что это не так. – Строггорн сменил тактику, стараясь воззвать к разуму Лингана.
   – Правильно, и поэтому хочу один раз увериться в этом окончательно. По-моему, до тебя никак не дойдет, что я не шучу и без психозондажа ты отсюда не выйдешь.
   – А если я не дамся? – Строггорн спросил это совсем тихо.
   – Тогда мы трое, Диггиррена я, так и быть, не буду мучить, подключимся к Машине и с дополнительной энергией сделаем это силой. Прости, но за сохранность твоей психики в этом случае я не ручаюсь.
   – Это жестоко, Линг. – Строггорн закрыл глаза, поняв, что Лингана не переубедить, и попытался найти другой выход.
   – Нет у тебя другого выхода, – ответил на его мысли Линган. – После того, как ты всех нас надул, да еще в таком серьезном деле, я должен быть уверен, что в твоем мозгу нет патологии. И если ты считаешь, что все нормально – это, конечно, хорошо, но нам всем не мешало бы в этом убедиться. Будешь снимать блоки? Или можно начинать силой?
   – Подумать хоть пару минут можно? – Строггорн лежал с закрытыми глазами и потихоньку понимал, что действительно нет выхода.
   – Подумай. Через пять минут мы начнем, хочешь ты этого или нет. – Линган вышел из-под купола и начал обсуждать зондаж с Лао.
   Креил вышел из туалета и тяжело опустился в кресло. Он плохо выглядел, и Линган обеспокоенно посмотрел на него.
   – Я думаю, сначала вам придется заняться мной. – Креил слабо улыбнулся.
   – Так плохо? – Линган сразу же подошел к нему, осторожно проникая в мозг.
   – Не нужно без аппаратуры. – Креил поморщился.
   – Ты так уверен, что нужна операция? – Лао кивнул Диггиррену, и тот начал настраивать аппаратуру под характеристики Креила. – Как ты думаешь, что повреждено?
   – Судя по тому, как меня сейчас рвало и кружится голова – Вард-Структура, может быть, еще эмоционалка – ужасно тошно на душе. – Креил снова вернулся под купол, ложась на операционный стол.
   – Линган, ты не хочешь меня отпустить? – спросил Строггорн. Машина по-прежнему держала его и не подчинялась приказу на отключение, который он уже несколько раз передавал ей. – Я бы немного поспал, пока вы с ним разберетесь. Честное слово, я не сбегу.
   – Куда ты можешь сбежать? – Линган разрешил Машине освободить Строггорна. Тот встал и едва удержался на ногах, так сильно закружилась голова. – Тебе тоже плохо? – Злость Лингана уже улеглась и теперь его куда больше беспокоило их здоровье.
   – Ничего, я потерплю, только полежу немного, – ответил Строггорн. Диггиррен подошел и помог ему добраться до палаты.
   – Мне совсем это не нравится, Лао. – Линган подключился к пси-креслу, но не начинал оперировать Креила. – Мальчик, ты не скажешь, тебе давать наркоз?
   – Линган, мне уже двести лет! – возмутился Креил. – Сколько можно звать меня мальчиком? – и более спокойно добавил: – Вы же не хуже меня знаете, что от наркоза не будет никакого толку, все равно все буду чувствовать. Начни с Вард-Структуры, потом эмоционалку можно и с обезболиванием.
   Линган и Лао начали операцию. Креил снял все блоки, кроме зон памяти, пропустив хирургов в свой мозг.
   – С момента прошлой операции у него изменилась Вард-Структура. – Лао смотрел на толстые древообразные прутья, составляющие основу чаши. – Смотри, как утолщились нити. И все равно он плохо переносит Многомерность.
   – У меня что-то похожее? – спросил Линган.
   – Нет, у тебя не прутья, а толстые деревья, до сих пор противно вспоминать, как тебя оперировали. – Лао осматривал чашу и наконец увидел дефект. Провал был довольно небольшой, и он с облегчением подумал, что они не сильно измучат Креила.
   ВАРД-ХИРУРГ – ОПЕРАТОРУ: – Диг, скажи Креилу, что ничего серьезного, но немножко придется потерпеть. Примерно пять пси-уколов.
   Лао и Линган воздействовали одновременно – не имело никакого смысла лишнее время мучить Креила, а такую боль все равно никто не мог терпеть, как не растягивай процедуру. После каждого воздействия они делали небольшой перерыв, давая Креилу время прийти в себя. Вард-Структура под пронзительным светом пси-лучей быстро зарастала, и вскоре они, попросив Дига дать наркоз, занялись эмоционалкой. Обычной практикой было наложение резервной сети, а не весьма болезненная «штопка» повреждений. Лао всегда жалел, что нельзя так же поступать с Вард-Структурой – она поглощала совершенно фантастическое количество энергии, не позволяя использовать столь радикальные методы.
   Через час они закончили. Креил спал под наркозом, и Диггиррен перевез его в палату. Линган и Лао отдыхали. Все Варды плохо переносили передачу дополнительной энергии прямо в нервную структуру своего тела. Это было болезненно, но обычно, пока Хирург оперировал мозг пациента, он не ощущал боли, зато стоило только отключиться, нервная система объявляла забастовку. Диггиррен сделал Лао и Лингану обезболивающее, зная, что еще придется заниматься Строггорном, и подумал о том, насколько вообще допустимо такое обращение со своими телами.
   – Линган, а с обычными людьми не бывает необходимости в дополнительной энергии? – спросил Диггиррен. По крайней мере, в своей практике он с таким не сталкивался и решил уточнить.
   – Пока не было. Но если придется серьезно изменять психику, уверен – без этого не обойтись. Вообще, нужно стараться избегать таких ситуаций. Ты правильно подумал, что может оказаться – резерв наших тел не безграничен. Я знаю, Креил пытается что-то разработать – типа резервной нервной системы для нас, но пока я не слышал, чтобы был какой-то результат. За мои триста с лишним лет, которые я оперирую, все это порядком меня измучило. Как ты знаешь, я и Лао занимаемся этим только в очень сложных случаях, когда нужен большой опыт. Но я бы с огромным удовольствием никогда вообще этим не занимался. За свою жизнь я уже такого насмотрелся, что нормальный человек только от этого давно бы оказался в сумасшедшем доме. Конечно, хорошо обычным хирургам – они так привыкают к боли своих пациентов, что не задумываются над этим. В мое время, после боя людей просто поили до бесчувствия – вот и весь наркоз, а когда я вспоминаю, как при этом по живому ампутировали конечности… прекрасная работенка для мясника!.. Большинство из пациентов умирало от болевого шока, а вовсе не от ранений.
   – Веселенькая у вас была жизнь!
   – Правда? – Линган усмехнулся и посмотрел на Диггиррена. – На мое счастье, там я был Князем, а не хирургом… Совсем другое дело – Вард-Хирургия. Чем хуже пациенту – тем хуже тебе самому. Мы не можем не воспринимать их боль, но ведь психическая боль ничуть не лучше физической. А уж если обе сразу!
   – Не преувеличивай! В большинстве случаев мы можем прекрасно защищать свой мозг от этого и, конечно, воспринимаем их ощущения, но далеко не в полном объеме.
   – Не знаю, как тебе, но мне и «неполного объема» с лихвой хватает. – Линган немного подождал, отдыхая, и продолжил: – Зови-ка Строггорна, хватит ему спать, там работы на много часов.
   – Неужели ты думаешь, Линган, что я смог спать под вопли Креила? – Строггорн вошел в операционную, куда увереннее держась на ногах. – Ты даже защиту не поставил. Я думаю – это нарочно, чтобы не дать мне выспаться.
   – Кто это о тебе волновался? А защиту не поставил Диггиррен, чтобы иметь возможность разговаривать с Креилом во время операции.
   – Конечно, он же ваш любимчик!
   – Это правда. – Линган улыбнулся. – И мне, и Лао он как сын, ты хорошо знаешь почему, и если можно как-то облегчить его жизнь – мы всегда это сделаем. Не нужно забывать, что еще ребенком он перенес тяжелейшую операцию на мозге и не одну. Я уверен, что из всех нас у него самая ранимая психика.
   – Неужели? – Строггорн ложился на операционный стол. – Конечно, поэтому он перенес смерть Тины без психотравмы.
   – Заткнись! – Линган прислушался, но Креил по-прежнему спал и не мог слышать Строггорна. – Все-таки ты порядочная сволочь! Нужно молить бога, что обошлось без психотравмы! Хватит того, что Лао вытащил его из пятнадцатого измерения!
   – Из какого? – Строггорн снова сел. – Разве это для Креила возможно?
   – Возможно, если разорвать связь с физическим телом и пойти на верную смерть! – Линган был возмущен. – Может быть, для тебя это не слишком сильное проявление чувств…
   – Прости, – перебил его Строггорн и снова лег. Он начал снимать блоки, не дожидаясь, когда его об этом попросит Линган. – Мне эмоционалку тоже снимать?
   – Снимай-снимай. – Линган собирался заняться Строггорном всерьез.
   – И зоны памяти? – совсем тихо спросил тот. – Ты собираешься поиздеваться на полную катушку? Извини, Линган, но это очень похоже на месть. Я бы предпочел обычные пытки. Нет желания попробовать?
   – Меня, Строггорн, не так легко вывести из себя, как тебе кажется. Я занимаюсь зондажом много лет и не способен мстить подобным образом. Есть серьезные подозрения на твой счет. Можно сказать – ты провозгласил себя едва ли не Господом Богом, и у нас нет никакой уверенности в том, что ты действовал из лучших побуждений. Зато мы достоверно знаем, что ты умышленно длительное время обманывал всех нас. Кто тебе изготовил эту аппаратуру? Креил. Только до твоего эксперимента он не знал, для чего она нужна. Ну, обо мне и Лао можно не говорить. Мне что, связаться с Дорном и выяснить у Аоллы, была ли она в курсе?
   – Бессмысленно, – Строггорн продолжил снимать блоки, поняв, что ему не убедить Советников. – Она ничего не знала.
   – Представь себе, я в этом нисколько не сомневался. – Линган подключался на все точки. – Когда-то, может быть, я и хотел тебе отомстить, но сейчас с удовольствием не занимался бы всем этим. Я начинаю. Ты готов?
   – Да. – Строггорн снял последние блоки, и все ощутили его боль.
   – У тебя повреждения? Не хочешь сказать, чего? – Линган еще ничего не делал и понимал, что эта боль имеет внутренние причины.
   – Мне кажется, зоны памяти. – Строггорн знал, что все равно Линган это выяснит.
   – У тебя что, неразблокированная психотравма?
   – Не знаю. Странница каждый раз ставит блоки в том месте, но стоит их снять и я не могу снова их поставить.
   – А снимаешь каждый раз, когда Аолла на Земле? – уточнил Линган, но Строггорн не ответил. – Хорошо. Когда ты спал последний раз? Это же в сны прорывается? Я прав?
   – Лучше бы меня допрашивал Лао.
   – Не отлынивай, – спокойно сказал Линган.
   – Ты прав. Но я сплю, иногда.
   – Линг, он врет, – вмешался Лао. – Мне Аолла жаловалась, что даже когда она на Земле – он все равно не спит.
   – Ладно, попробуем что-нибудь сделать, – сказал Линган.
   – Не думаю, что тебе удастся. Страннице не удалось, а возилась она со мной не один раз. – Строггорн смотрел на сполохи, возникшие на пси-экране.
   – Во-первых, я подозреваю, у нас с Лао больший опыт в таких делах, чем у нее, а во-вторых, она всегда спешит, а нам торопиться некуда. – Линган с удивлением понял, что его куда больше волнует психическое здоровье Строггорна, чем его возможная тяга к мировому господству. Осторожно войдя к нему в мозг, он начал зондаж. Вард-Структура, очень мощная, была без повреждений. Линган подумал, что, хотя Строггорн моложе его на двести тридцать семь лет, она почти как у него самого. Вард-Структура уходила в бесконечность, но это Лингана не удивило. Кроме того, никогда в своей жизни он не встречал такой мощной эмоциональной сферы. Недаром Строггорн был прекрасным психологом. В своем мозгу он мог представить и проиграть самые необычные эмоции и в самых невероятных ситуациях, прекрасно поняв мотивы людей. Линган вспомнил, что много лет назад именно это качество едва не отправило Строггорна на тот свет, когда во время операции восстановления памяти Аоллы он воспринял и понял сексуальные эмоции существ с Дорна. Все время, пока Линган перемещался по уровням психики, его преследовала дикая усталость. Сначала ему показалось, что это он сам так устал, но потом понял, что это мозг Строггорна излучает это запредельное утомление, втягивая Вард-Хирурга в свои переживания.
   Через четыре часа Линган наконец смог всерьез заняться зонами памяти. До этого он искал скрытые зоны – если бы Строггорн пытался что-то спрятать, он бы разместил их на уровнях Вард-Структуры или эмоциональной сферы. Ничего не найдя, Линган почувствовал облегчение. Он уже давно понял, что даже если бы у Строггорна был злой умысел, провести коррекцию психики, не повредив работу такого нечеловеческого мозга, им бы не удалось. Теперь ему предстояло убедиться, сопоставляя действия Строггорна в различные моменты его жизни и исследуя его побуждения, что тот не представляет и потенциальной опасности в будущем. Это была сложная, монотонная работа. Линган выбирал воспоминание, затем находил ему подобное в прошлом и, сопоставляя, смотрел, как изменилось восприятие событий. Насколько он знал из своего опыта, только такая процедура могла достаточно точно проследить изменение личности в будущее. И все время получался один и тот же ответ, который сначала поразил его, но потом, много раз подтверждаясь, испугал.
   Зону психотравмы Линган нашел сразу. Любое прикосновение к ней вызывало у Строггорна чудовищную боль, и Линган оставил ее на самый конец. Он сразу понял, что без помощи Лао здесь ему не обойтись.
   Строггорн несколько раз просил передышки, и Креил, уже давно проснувшийся, приносил ему воды. У Строггорна были черные круги под глазами, но он мужественно переносил психозондаж и только иногда стонал.
   ВАРД-ХИРУРГ – ОПЕРАТОРУ: – Диг, я закончил зондаж. Теперь подключи Лао, попробуем заблокировать психотравму, пока Строггорн у нас не свихнулся. Сразу давай дополнительную энергию, без нее здесь нечего делать. Предупреди Строггорна, сейчас ему будет совсем весело.
   ОПЕРАТОР – ВАРД-ХИРУРГУ: – Линган, может быть ты отдохнешь?
   ВАРД-ХИРУРГ – ОПЕРАТОРУ: – Если я сейчас отдохну, то точно не смогу оперировать.
   Лао присоединился к Лингану, с удивлением осматривая зону психотравмы. Ее размеры были столь ужасающи, что он не понял, почему Строггорн до сих пор жив.
   – Не удивляйся, Лао. У него фантастическая устойчивость психики! Всем бы нам такую. И Вард-Структура, как у меня. – Линган еще раз осматривал поврежденную зону. – Единственное, что можно сделать – поставить блоки, чтобы она ему не очень мешала. Может быть тогда, потихоньку, он с ней справится сам.
   – Что это за воспоминания?
   – Память о тех людях, которых он пытал и отправил на костер или умертвил другими способами. Костер – это вовсе не худшее, насколько я понял, – Линган сказал это спокойно, но Лао сразу стало не по себе. – Во всех подробностях, Лао. А там одних вариантов пыток несколько десятков и почти четыреста человек.
   – Тебе не кажется, что нам необходимо заменить оператора? Креил уже проснулся. Когда-то он мне уже помогал со Строггорном.
   – Ты прав. Диггиррену это знать совсем ни к чему. Нам и без этого хватит с ним проблем.
   ВАРД-ХИРУРГ – ОПЕРАТОРУ: – Диггиррен, поменяйся с Креилом.
   ОПЕРАТОР – ВАРД-ХИРУРГУ: – Почему?
   ВАРД-ХИРУРГ – ОПЕРАТОРУ: – Можно без дурацких вопросов?
   – У тебя есть идеи, как поставить блоки? – спросил Лао.
   – Не знаю. Нужно ведь нормально, чтобы он мог их самостоятельно снимать и ставить. Строггорн говорит, что Странница уже несколько способов перебрала – и никакого результата.
   – Крепкие у нее нервы! А ведь я ни разу не слышал, чтобы она что-нибудь сказала по поводу его прошлого. Наоборот, всегда за него заступается.
   Они начали генерировать пучки пси-энергии, пытаясь ограничить зону психотравмы и подготовить ее к установке блоков.
   ОПЕРАТОР – ВАРД-ХИРУРГУ: – Линган! Не знаю, что вы делаете, но ему это не выдержать. Строггорн сказал, что лучше бы вы сразу убили его, чем так мучить.
   ВАРД-ХИРУРГ – ОПЕРАТОРУ: – Мы готовим место для установки блоков. Пусть терпит, он сам хирург – все понимает.
   Креил посмотрел на приборы. Указатель болевого порога давно зашкалило, и ориентироваться было невозможно. Через несколько секунд Строггорн потерял сознание. Креил покачал головой и вызвал по телекому Джона Гила. Тот сразу же отозвался.
   – Креил! Хорошо, что звонишь. Я тебя уже везде искал, но у Машины один ответ: Советник занят. Что-то случилось?
   – Ты мне скажи, у нас есть новые обезболивающие, которые можно применить при психотравме?
   – Это для кого, Варда?
   – Ну, для меня, например?
   – Можно попробовать. Разве ты болен? – Джон не мог понять, зачем это Креилу. – Только они не очень хорошие.
   – Чем?
   – После операции будет болевой синдром.
   – После операции – черт с ним, что-нибудь придумаем. Привези прямо сейчас. Мы во Дворце Правительства. Большой операционный зал. – Креил отключился.
   Джон приехал через двадцать минут, посмотрел на открытый купол и безжизненное тело Строггорна и покачал головой.
   – Я так и подумал, что он доиграется!
   – Это не сейчас, прошлое. Одна старая психотравма. Он все помнит, но ее никак не может заблокировать, поэтому она стала как незаживающая рана – все время причиняет ему боль. Обычные блоки не можем поставить, а там такое, что когда они просто притрагиваются – он кричит, а как только начали готовить место – сразу же отключился, – пояснил Креил.
   – Плохо как. В бессознательном состоянии вы ему тем более ничего не поставите! – Джон начал вводить обезболивающее. Через несколько минут Строггорн очнулся и попросил попить. Джон принес ему воды. Диггиррена они заставили уйти, чтобы не травмировать его еще слишком молодую, по их понятиям, психику.
   – Креил, они долго меня будут мучить? Уже часов десять прошло. Сколько можно? – Строггорн спросил это совсем тихо, до такой степени он был измучен.
   – Не знаю, как пойдет. Джон, ты не посидишь за оператора? Думаю, надо им помочь.
   Креил подключился к пси-креслу, вошел в мозг Строггорна и почти сразу нашел Лингана и Лао. Они удивленно посмотрели на него, и Креил объяснил, что за оператора – Джон Гил. Линган только кивнул, согласившись, что для Джона это не страшно. Креил осторожно подавал энергию, маленькими дозами и с большими перерывами, обходя зону психотравмы, и у него возникла идея.
   – Линг, вы пробовали поставить блоки под другим углом? – спросил он.
   – Это как?
   – Горизонтально, например?