- Ему и вправду удалось... - пробормотал целительница.
   Когда упали первые дождевые капли, Джастин подъехал поближе к целительнице, смотревшей вдаль, и окликнул ее.
   - Крителла... ты должна мне кое-что показать.
   - Что?
   - Как передать силу гармонии от себя кому-то другому.
   - Это... это секрет целителей.
   - То-то и оно... Я вот пытался, но не смог. Разве что самую малость. А Гуннар между тем чуть не умер.
   Неожиданно Крителла подняла взгляд и, посмотрев Джастину прямо в глаза, спросила:
   - Ты ведь любишь Гуннара, правда? Любишь, хоть и завидуешь ему?
   Джастин опустил глаза:
   - Гуннар нуждался в помощи, а я ничего не смог сделать.
   - Ох, Джастин... - рука целительницы коснулась его щеки. Прикосновение было мгновенным и столь легким, что он, наверное, не взялся бы утверждать, что это ему не померещилось, если бы не заструившееся тепло, перетекавшее от нее к нему. - Вот так это ощущается.
   Джастин попытался отрешиться от осознания ее близости и сосредоточиться на постижении структуры гармонического потока. Он не позволял себе думать о нежности ее кожи и аромате ее дыхания. Он лишь пытался вчувствоваться в направляемую ею гармоническую волну, пока не понял, как можно проделать то же самое самому.
   Если вдуматься, то обретением этой способности он был обязан Гуннару. Как, впрочем, и гораздо большим.
   29
   Гром за стенами кузницы громыхал так сильно, что его раскаты были хорошо слышны внутри, несмотря на лязг металла и размеренные удары молота Квентила. Левая рука силача по-прежнему покоилась в лубке, на парусиновой перевязи, однако он справлялся с инструментом и одной правой.
   Джастин, поднимая свой молот, пожалел о том, что инженеры с Отшельничьего не способны создавать из черного железа литые изделия, а сарроннинским кузнецам недоступна и ковка этого металла. Возможности применения черного железа, как и всего прочего в мире, были ограничены. Невозможность отливки, например, делала весьма затруднительным изготовление крупнокалиберных орудий, и таковых в арсенале Отшельничьего имелось всего несколько штук. Все эти пушки стояли на кораблях Могучей Десятки. Конечно, орудия можно было бы делать и из обычного железа, однако порох или любой другой огненный порошок, не защищенный черным гармонизированным металлом, мог быть взорван Белым магом на расстоянии.
   Сами Белые, чьим грозным оружием служило магическое пламя, предпочитали не иметь дела со взрывчатыми порошками, однако их Железная Стража вполне могла использовать длинноствольные ружья. Стволы из черного железа делали порох неприкосновенным для магии хаоса, но сарроннинцам этот факт помогал мало. Правда, инженеры с Отшельничьего изготовили для них несколько мушкетов. Впрочем, такое малое их количество никак не могло повлиять на огневую мощь армии. Нельзя оснастить целое войско дорогостоящими образцами вооружения, сработанными вручную с большими затратами времени и труда. Хорошо еще, что ковать железные наконечники для стрел не в пример проще.
   Джастин перевел дух, с удовольствием вспомнив о том, что идея насчет наконечников первым пришла в голову именно ему, и достал из горна очередную пластину. Четыре быстрых удара превратили ее в заготовку.
   Проделав пазы, инженер снова отправил ее в огонь, чтобы раскалить до необходимой температуры, после чего окончательно придал ей необходимую форму.
   - Ловко у тебя получается, - заметил Никос, - словно ты всю жизнь только этим и занимался, - он утер вспотевший лоб, и добавил: - Ну тут и жарища! Хуже, наверное, чем было у нас на Отшельничьем до того, как Креслин изменил климат. Мне совершено ясно, почему он не захотел здесь поселиться.
   - Думаю, у него было на то несколько причин, и все веские... пробормотал Джастин, припомнив посещение "Серебряного Щита".
   - Как думаешь, наконечники помогут?
   - Должны. Если сарроннинцы будут правильно их использовать
   - Вообще-то они нынче в таком положении, что должны бы хвататься за любое предложение.
   - Должны-то должны... - Джастин закашлялся и, чтобы избавиться от привкуса сажи и металла, отпил из кувшина тепловатой воды.
   - И то сказать, - улыбнулся Никос. - Они ведь ревнители Предания, а от такого народа никогда не знаешь чего ждать.
   Он направился к прокатному стану, а Джастин возобновил работу над заготовками наконечников. Изготовив их примерно с полдюжины, он кивнул Клерву, и тот принялся доводить их до ума - подпиливать, подтачивать, шлифовать - перед тем, как Джастин гармонизирует металл, превратив его в черное железо. После этого останется лишь последняя заточка.
   Пока Клерв корпел над своим заданием, Джастин закончил еще дюжину заготовок и приступил к гармонизации тех, с которыми уже поработал Клерв.
   К полудню жар от горна и исходивший, казалось, из самой земли влажный горячий воздух сделали свое дело - все работавшие в мастерской пропотели насквозь. Зато из-под молота Джастина вышло более трех дюжин особых наконечников.
   - Пока хватит, - объявил он, откладывая молот. Работавшая у другого горна Алтара положила щипцы и подошла к Джастину, отгребавшему уголья.
   - Как у тебя дела?
   Молодой инженер кивнул в сторону последней полудюжины наконечников, поблескивавших в полумраке.
   - Вот, полюбуйся. Дело идет, но что такое два-три десятка за утро? В бою они кончатся за несколько мгновений.
   - Диесса хочет сначала испытать их в деле. А Фирбек настаивает на том, чтобы ты отправился со следующим отрядом.
   - А я, между прочим, не боец, - фыркнул Джастин, щурясь от попавшего в левый глаз соленого пота. Он вышел под навес перед кузницей где, впрочем, было ненамного прохладнее, чем внутри.
   Руководительница инженеров вышла за ним следом.
   - И вот еще что. Мне бы хотелось знать твое мнение насчет того, на чем лучше сосредоточить усилия. На наконечниках или, как предлагает Фирбек, на ракетах?
   Хмыкнув, Джастин зачерпнул воды из ведра, стоявшего на низеньком столике, и плеснул себе в лицо. Алтара ждала.
   - Больше толку будет от наконечников, - наконец произнес он.
   - Но Фирбек станет утверждать обратное. И если ты не отправишься с Диессой, его мнение будет некому оспорить.
   - Интересное соображение. Получается, мне следует тащиться на передовую по той единственной причине, что малый по имени Фирбек любит ракеты?
   Молодой инженер опустился на скамью и перевел взгляд на дорогу, по которой с громыханием катились со стороны города на восток два тяжело нагруженных фургона. Джастин покачал головой.
   - Правда, можно послать Клерва, - промолвила, словно бы размышляя вслух, Алтара. - А вот Крителла вызвалась сама. Заявила, что сарроннинцам наверняка потребуется целительница.
   - Куда еще Клерва! - махнул рукой Джастин. - Придется мне ехать. Я, если что, хоть увернуться смогу. А его прихлопнут как муху.
   - А что скажешь насчет целительницы? Нужна она там?
   - Не настолько, чтобы стоило рисковать. На этой войне раненых почти не бывает. Кто не уцелел, тот убит.
   - У меня сложилась то же самое впечатление, - промолвила Алтара и, поймав взгляд собеседника, добавила: - Спасибо тебе.
   - Когда отправляется Диесса?
   - На этой восьмидневке, ближе к концу, - Алтара помолчала, а потом спросила: - Ты что голову повесил, а? Или забыл, что с твоей помощью удалось остановить наступление Белых через северный перевал? Это немалый успех!
   - Может быть, - хмыкнул Джастин. - Но мне как-то трудно считать успешной операцию, в результате которой сарроннинцы потеряли три четверти своего войска, а мы лишились половины ценнейшего оборудования из черного железа и чуть не остались без единственного толкового мага.
   - Джастин, ты слишком суров к себе.
   Молодой инженер встал:
   - Схожу-ка я за холодной водицей, а заодно загляну к Гуннару. Целители получают кое-какие припасы с речного причала.
   - А потом? Продолжишь заниматься наконечниками?
   Джастин улыбнулся и пожал плечами:
   - Да, если ты, конечно, не против. По моему скромному разумению, здесь, на суше, от таких наконечников будет больше проку, чем от корабельных ракет Фирбека.
   Провожаемый взглядом Алтары молодой инженер спустился с крыльца и по красноватой глинистой почве двинулся к бывшему фермерскому дому. Первым делом он направился к насосу, находившемуся позади здания, взял ведро, тщательно прополоскал его, добавил гармонии, чтобы обезопасить воду от вредных примесей, налил до половины и понес к переднему крыльцу.
   Стараясь ступать как можно тише, Джастин поднялся по ступеням. Когда одна из них скрипнула, молодой инженер застыл на месте и не сразу продолжил путь. Оказавшись внутри, он поднялся в маленькую клетушку, где лежал брат, и присмотрелся к его умиротворенному, отрешенному лицу. Наполнив кувшин, стоявший на тумбочке у постели больного, Джастин опустился на табурет рядом с кроватью. Тем временем выражение лица Гуннара изменилось - безмятежная отрешенность сменилась настороженностью, зубы сжались, черты обострились. Процедив сквозь зубы что-то неразборчивое и злое, недужный маг повернулся на бок. По телу его пробежала дрожь, и Джастин ощутил присутствие хаоса. Впрочем, пока что белое марево удерживалось на расстоянии, однако инженер пожалел о том, что не прихватил с собой черного посоха. Усилием воли взяв себя в руки, он сосредоточился на гармонии глубин Восточного океана и кристаллической структуры железа. Через некоторое время ему удалось достичь желаемой концентрации и окружить себя гармонической аурой. Потом, следуя урокам Крителлы, он провел по лбу брата кончиками пальцев, позволяя свободно стекать с них потоку гармонии. Раз... еще раз... еще...
   Гуннар застонал, однако напряжение спало. Дыхание стало глубже, веки уже не трепетали, хотя изредка все же вздрагивали.
   Немного выждав, Джастин попытался обнаружить чувствами встревожившую его белесую марь, но она растаяла без следа, уступив место невидимой черноте порядка.
   Осторожно поднявшись на ноги, инженер удалился так же тихо, как и пришел, - стараясь не стучать сапогами, не задеть ведром о стену и не скрипеть рассохшимися деревянными ступенями.
   30
   Хотя чувства Джастина улавливали признаки бури, собиравшейся к западу от Сарронны, воздух в кузнице оставался жарким, влажным и неподвижным. От монотонного грохота прокатного стана болела голова.
   Прокашлявшись, молодой инженер отложил молот и перевел взгляд на Клерва, оттачивавшего и шлифовавшего на точильном камне готовые наконечники из черного железа. Впрочем, перерыв был недолгим. Чуть передохнув, Джастин отправил в горн железный прут, отследил накал до нужного уровня и снова взялся за молот. Наконечников требовалось много, и работа над ними казалась нескончаемой. Наконечники, наконечники, наконечники... В последнее время эти проклятые штуковины начали ему сниться.
   - По-моему, для проверки эффективности их наковано более чем достаточно, - заметила Алтара.
   - Видишь ли, меня больше интересует эффективность как таковая, чем ее проверка, - ответил Джастин.
   - Вообще-то ты прав. Учитывая результаты последнего сражения, тебя можно понять.
   - Рад это слышать, - отозвался Джастин, опуская молот и разминая онемевшие от долгой работы пальцы. - Не все понимают, что если последнее сражение и считается выигранным, то только благодаря Гуннару. Принять участие в следующем он не сможет. А ведь и в этом, победоносном, потери были огромны. Фирбек тоже не в восторге от его результатов.
   - Это точно, - кивнула Алтара, под глазами которой залегли темные круги. - Он не перестает сетовать на нехватку ракет, на потерю двух мулов, а главное - на то, что вызванное Гуннаром наводнение лишило его пусковой установки. Ему словно и невдомек, что этот потоп спас ему жизнь. Не случись эта буря, ему уже никогда больше не пришлось бы командовать ракетным расчетом.
   Звон соседних молотов сделал разговор почти невозможным, и Алтара ненадолго приумолкла.
   - Фирбек вечно всем недоволен, все ему не так, - с горечью сказал Джастин.
   У соседнего горна Бирол и Джиррл изготовляли боеголовки ракет.
   - Ну, не преувеличивай, - слегка улыбнулась ему Алтара. - Не такой уж он бестолковый.
   - Возможно. Гуннар целые сутки оставался слепым. И голова у него кружится до сих пор.
   - Крителла уверяет, что зрение восстановилось полностью.
   - Это сейчас. А что будет после другой такой победы? Каждый раз маг переносит такое все хуже и хуже - это известно из истории. Так было с Креслином, да и Доррин тоже... Магия гармонии - не лучшее оружие.
   - Фирбек убежден, что нет оружия лучше его ракет.
   - На море это, безусловно, так. Однако то, что годится против кораблей, вовсе не обязательно сойдет и против сухопутных войск.
   - Но ты, вроде бы, сумел неплохо использовать их и на суше, прищурилась Алтара. - Фирбек уверяет, что ты каким-то хитрым способом увеличил меткость стрельбы, и в следующем бою ждет от тебя того же.
   - Надо же, насколько я стал популярен! Ты хочешь, чтобы я поехал. Фирбек хочет, чтобы я поехал. Правда, он меня ни о чем не просил.
   - И не будет. Он не собирается просить об одолжении, тем паче что верит не в уговоры и убеждения, а в приказы. Как, впрочем, и положено военному моряку. Но он интересовался, не можем ли мы найти способ повысить точность ракет? Не магический, а инженерный.
   Джастин хмыкнул:
   - Маловероятно. Можно, конечно, приладить к корпусу стабилизаторы, но это утяжелит ракету, а точность увеличится незначительно. Разве что... - он прокашлялся. - Пушки стреляют куда точнее. Почему бы нам не сварганить пушку и не поставить ее на телегу? Конечно, отлить пушку из черного железа мы не сможем, но если сделать ствол сварным, а вместо бомб использовать снаряды с пороховым двигателем... Вроде тех же корабельных ракет? Они должны ложиться намного точнее.
   - Пушку на обычной телеге не установишь, - заметила Алтара. - Тут требуется особое устройство, которое называется лафет, и сделать эту вещицу совсем непросто. Впрочем, просто или непросто, но это в наших силах. Ты лучше скажи, как собираешься уберечь эту пушку от подрыва? Насколько я знаю, корпуса наших ракет целиком из черного железа - только за счет этого мы и можем выступать с ними против Белых.
   - Порох нужно хранить уже отмеренными зарядами в матерчатых мешках, помещенных в особые магазины из черного железа. Сделать такой магазин не так уж сложно. Если заряд будет попадать в пушку непосредственно перед выстрелом, ни один Белый маг не успеет обнаружить и поджечь его раньше самого пушкаря.
   - Ну, тут тоже все не так просто. Сколько этих твоих магазинов потребуется даже для одной пушки, как их перевозить, как уберечь от сырости? Но главное, ты завален работой над наконечниками. Даже тебе не управиться со столькими делами сразу.
   - Это точно. Но сегодня до конца дня я сделаю еще шесть десятков.
   - Думаешь, моряки и сарроннинцы успеют за ночь насадить их на древки? Ведь вам отправляться поутру.
   - Должны успеть, - со вздохом ответил Джастин. - Одни наконечники погоды не сделают. Толк будет лишь в том случае, если они окажутся на оперенных стрелах.
   Молодой инженер вытащил из горна очередной кусок железа и поднял молот. Алтара печально улыбнулась и отступила.
   Джастин переместил раскаленный до вишневого оттенка брусок на наковальню и нанес удар.
   Клерв продолжал работать с точильным кругом. Вся мастерская полнилась металлическим звоном, лязгом и скрежетом.
   Джастин успел сделать еще с десяток заготовок, когда его внимание привлекла появившаяся в дверях фигура в черном. Фирбек направлялся прямиком к нему.
   - Привет героическому командиру моряков без корабля, - промолвил Джастин.
   - Привет прославленному придумщику по части огня и железа, - с широкой улыбкой отозвался Фирбек. - С нетерпением ожидаем встречи с тобой завтра. Рано поутру.
   - Я тоже, - ответил Джастин, кое-как выдавив улыбку.
   Моряк еще раз изобразил на лице восторг, кивнул и двинулся туда, где Алтара и Никос разбирались с маленьким токарным станком, который не вовремя заклинило.
   Джастин набрал воздуху, чтобы успокоиться и не двинуть молотом по заготовке сильнее, чем надо. Почему Фирбек все время цепляется именно к нему? Что ему нужно?
   Еще раз вздохнув, Джастин жестом привлек внимание Клерва.
   - Я скоро вернусь, - сказал он помощнику и вышел из кузницы на боковое крыльцо.
   Ведро оказалось пустым. Хрипло рассмеявшись Джастин поднял его и зашагал к насосу. Он плескал холодную воду в разгоряченное лицо до тех пор, пока не смыл копоть и не охладился. Чувствуя себя малость посвежее, Джастин наполнил ведро и направился обратно. На огороде уже цвели бобы, вымахавшие по колено.
   Случайно оглянувшись в сторону фермерского дома, он приметил медленно бредущего навстречу рослого, светлоголового человека. Гуннар жестом указал ему на скамью. Джастин поставил почти полное ведро на приступок и остановился, чтобы подождать брата.
   - Привет, Гуннар, как себя чувствуешь? Да садись ты, во имя Тьмы, слабый ведь еще совсем, а уже болтаешься по двору!
   - Думаю, ты сам ответил на свой вопрос, - усмехнулся Гуннар. - Я не только вижу, но уже в состоянии самостоятельно одолеть целую дюжину локтей, не опасаясь свалиться, - с этими словами он медленно примостился на краю скамейки. - А твои дела как?
   - Нормально, как всегда. Снова выпало счастье отправиться в поход против Белых.
   - Завтра, да?
   - Завтра... - Джастин покачал головой. - Слушай, я тут кое о чем задумался...
   - Задумался? Это ты брось, инженеру такое не подобает.
   Джастин оставил шуточку брата без внимания.
   - ...задумался вот о чем, - продолжал он. - Ты ведь знаешь, что силы гармонии не рискуют использовать порох, не упрятав его в черное железо, из опасения, что Белые подорвут заряд на расстоянии. А почему бы нам не ответить им тем же?
   - Тем же? Ты хочешь использовать против них магию хаоса?
   - При чем тут магия хаоса? Вот взять тебя: ты творишь бурю, которая сеет разрушение. Но разве не существует какого-либо другого способа добиться того же эффекта?
   - Занимался бы ты лучше своими железяками, - пробормотал Гуннар, покачав головой, и тут же поморщился. - Тьма, даже головой не пошевелить. Сразу кругом идет.
   - Но Гуннар, если тебе и Креслину под силу сеять разрушение с помощью магии гармонии...
   - Тьма! - Гуннар снова поморщился. - Не знаю я, Джастин, просто не знаю. Есть способ, нету... Возможно, и есть. Исследуй, изобретай, ставь опыты, но имей в виду, что запросто можешь закончить, как я... а то и как Креслин. Чертовски мало радости прийти в себя живым, но слепым и с такой головной болью, что не способен и шелохнуться.
   Джастин наполовину наполнил водой чашку и протянул брату:
   - На, попей.
   - Спасибо.
   Медленными глотками Гуннар осушил чашку, после чего заговорил снова:
   - Здесь нас ожидают серьезные затруднения.
   - Кажется, я начинаю это понимать.
   - И вот о чем я подумал. Присмотревшись к этой их Железной Страже. А что, если Белые заведут нечто подобное и на море?
   Джастин наморщил лоб и, поразмыслив, кивнул:
   - Ты хочешь сказать, что мы будем не единственными, кто использует основополагающую гармонию океана? Однако что это меняет?
   - Джастин, - Гуннар поставил пустую чашку на скамью между ними, - у нас никаких оснований для уверенности в том, что в рядах Железной Стражи со временем не появятся свои Черные.
   - Вот как? Но не повторится ли тогда случившееся во времена Креслина?
   - Как знать, может и повториться. Только вот много ли в мире Креслинов? И хотел бы ты поставить будущее Отшельничьего в зависимость от отсутствия или наличия в нужный момент мага с нужными способностями?
   - Вот как ты заговорил, - усмехнулся Джастин. - А ведь, если мне не изменяет память, кто-то совсем недавно уверял, будто Белые не представляют собой серьезной угрозы.
   - Я понял свою ошибку... Может быть, из-за того, что лучше всякого другого осознал, ЧТО ИМЕННО мною было сделано, - пробормотал Гуннар, глядя себе под ноги.
   Джастин молчал, ожидая продолжения.
   - Я вызвал чуть ли не самую сильную бурю со времен Креслина, но с каким результатом? С каким стратегическим результатом? Возможно, мне удалось погубить тысячу, а то и больше солдат, однако все эти жертвы лишь незначительно замедлили продвижение Белых. Это при том, что сам я лишился чувств. Если бы не ты, меня бы уже не было...
   - Это нас бы никого не было, если бы не...
   - Да ладно, братишка, оба мы понимаем что к чему, - Гуннар помолчал, собрался с мыслями и продолжил: - Конечно, по неопытности я натворил много глупостей и, случись мне прибегнуть к моей силе снова, сделаю это с лучшим результатом. Наверное, мне по плечу вызвать бурю, способную уничтожить действительно большую армию или флот. Однако на всем Отшельничьем никто, кроме меня, ни на что подобное не способен. А мне, как ты понимаешь, нельзя доводить себя до такого напряжения слишком часто. Белые, надо думать, это тоже понимают. Нехватки в бойцах у них не предвидится, и вряд ли они сосредоточат все свои силы в одном месте, чтобы подставить их под мою бурю.
   - Что же получается? По-твоему, выходит, что... что Отшельничий потерпит поражение?
   - Возможно, хотя Белым вовсе не обязательно сталкиваться с нами напрямую. Сам подумай, что будет с островом, если Фэрхэвен приберет к рукам не только Кандар, но и Хамор, Нолдру и Остру. Одно утешение - вряд ли чего-то в этом роде следует ожидать на нашем веку.
   - Ну, брат, утешил!.. Так что же, по-твоему, нам остается делать?
   Гуннар с видимым усилием заставил себя не морщиться и взглянул брату в глаза:
   - Думать - вот что! И прежде всего: чем бы ни обернулся предстоящий поход, ты непременно должен вернуться живым! По той простой причине, что от живого тебя будет больше проку, чем от геройски сложившего голову в сражении, которое в конечном итоге ничего не решает.
   - Остаться в живых может оказаться не так-то просто.
   - Это серьезное задание, - вздохнул Гуннар. - А серьезные задания простыми не бывают. Никогда.
   31
   - Ну, старушка, давай... давай... - Джастин погладил холку серой кобылы. С его пальцев на шею лошади перетекал поток гармонии. День только начинался, и в каньоне стояла приятная прохлада, однако впереди их ждали долгий путь и несносная жара.
   - Да, подруга, война со всеми ее прелестями тебе не по нраву. Мне ли тебя не понять, я ведь и сам тот еще вояка, - бормотал инженер.
   - Не пойму, какой толк разговаривать с лошадью? Неужто она подходящий собеседник для инженера? - заметил, обернувшись в седле, Фирбек.
   Командир моряков держался рядом с тянувшей артиллерийскую подводу лошадью. Правившая подводой женщина по имени Дерин щелкнула вожжами, чтобы не отстать от Фирбека. Сарроннинская колонна двигалась по дороге, идущей на подъем, к одной из горных долин в Закатных Отрогах. Диесса надеялась, что успеет соединиться с командующей Зерланой прежде, чем та столкнется с наступающими Белыми.
   - Она - самый лучший собеседник, - с усмешкой отозвался Джастин. Слушать слушает, а свое мнение держит при себе.
   - Ты просто не успел ей как следует надоесть, а то бы она высказала все, что думает о твоей болтовне, - отшутился Фирбек.
   Дорога, следуя проделавшей себе путь в толще гранита воде, совершила резкий поворот и теперь шла по гранитному уступу вдоль стены ущелья. Каменное ложе реки пролегало рядом, всего на пару локтей ниже уровня дороги.
   Инженер усмехнулся, подумав о том, что ему, возможно, удастся устроить здесь озеро, и не прибегая к помощи магии. Кстати - почему, собственно говоря, он еще до начала битвы думает об обеспечении отхода? Кривить душой перед самим собой не имело смысла, а честный ответ заключался в том, что ему не очень-то верилось в предстоящую победу. Да и не ему одному. Диесса была мрачна и даже не разговаривала с Фирбеком. А простые сарроннинские солдаты и вовсе держались так, словно их гнали на убой. Поерзав в седле (пора бы привыкнуть, но все равно оно казалось ему жестким и неудобным), Джастин продолжил путь вдоль потока, журчавшего в каменной ложбине. Порой он поднимал глаза и рассеянно поглядывал на пики Закатных Отрогов, вздымавшиеся высоко над стенами каньона.
   Послышался протяжный крик. Черный стервятник, взмахнув крыльями, взлетел с ветки высохшей ели и, с усилием набрав высоту, воспарил над каньоном, направляясь на восток. Джастин непроизвольно коснулся черного посоха. Птица могла быть обычным падальщиком, однако не исключено, что ее глазами обозревал горы Белый маг.
   После бесчисленных поворотов горная дорога вывела наконец отряд Диессы и добровольцев с Отшельничьего к такой же холмистой и каменистой долине, как Серединная, но окруженной не столь крутыми склонами. На сей раз сарроннинцы окопались менее чем в половине кай от створа западного ущелья. Конница скрывалась за валунами и холмиками, то время как пехотинцы навалили полукругом камней и земли, соорудив некое подобие стены.
   На дальнем конце долины развевались белые знамена. Но не только белые - с ними соседствовали золотистые, зеленые и темно-красные стяги.
   Наездница в лазоревом кожаном колете рысью подъехала к Фирбеку.
   - Командир Зерлана просила передать, что, по ее мнению, вон тот холм предоставит вам наилучший обзор. Она настоятельно рекомендует занять эту позицию.
   Джастин ухмыльнулся. "Настоятельная рекомендация" сарроннинской военачальницы сильно смахивала на приказ.
   - Спасибо, - вежливо, но с прохладцей отозвался Фирбек, после чего повернулся к своим: - Следуйте за гонцом. Инженер, ты с нами?
   - А куда я денусь? - фыркнул Джастин.