какие-либо представления о справедливости.
Теперь Альтон пробовал найти решение другими способами.
Сначала он попытался обратиться к нижним планам, результатом была
катастрофа с ледяным дьяволом. Теперь у Альтона была одна вещь,
которая могла ему помочь наконец решить мучивший его вопрос: том,
написанный волшебником с поверхности. В обществе дроу с царством
мертвых имели дело только жрицы Ллот, но в других обществах
волшебникам мир духов тоже был доступен. Альтон разыскал эту
книгу в библиотеке Сорсере и перевел. Он считал, что достаточно
хорошо понял текст.
Альтон стиснул руки, осторожно открыл книгу на заложенной
странице и просмотрел текст еще раз.
- Ты готов? - спросил он у Мазоджа.
- Нет.
Альтон опять пропустил это издевательство мимо ушей, положил
ладони на стол и начал медленно погружаться в глубокий
медитативный транс.
- Фей иннад... - Он остановился и прокашлялся. Мазодж, хотя
и не слишком хорошо помнил заклинание, заметил ошибку.
- Фей иннунад де-мин... - Еще одна пауза.
- Охрани нас Ллот, - пробормотал Мазодж.
Альтон удивленно посмотрел на студента.
- Это перевод, - прорычал он. - С чужого языка
волшебника-человека.
- Белиберда, - пожал плечами Мазодж.
- Здесь у меня книга заклинаний мага с поверхности, - ровным
тоном сказал Альтон. - Архимага, если верить записке орка-вора,
который ее украл и продал нашим агентам.
Он опять сосредоточился и тряхнул своей безволосой головой,
стараясь вернуться в глубины транса.
- Простой глупый орк ухитрился украсть книгу заклинаний
архимага, - риторически прошептал Мазодж. Абсурдность этого
утверждения говорила сама за себя.
- Волшебник был мертв! - зарычал Альтон. - Книга подлинная!
- И кто же ее перевел? - спокойно заметил Мазодж.
Альтон отказался слушать дальнейшие возражения. Не обращая
внимания на взгляд Мазоджа, он начал снова.
- Фей иннунад де-мин де-сул де-кет.
Мазодж вышел из комнаты и попытался заняться своими уроками,
надеясь, что его истерический смех не помешает Альтону. Он ни на
секунду не верил, что попытка Альтона удастся, но не хотел еще и
еще раз выслушивать идиотское заклинание.
Через некоторое время Мазодж услышал взволнованный шепот
Альтона:
- Матрона Жинафейя?
И быстро вернулся назад.
Над пламенем свечи парил шар необычного зеленоватого дыма.
Он явно принимал все более и более определенную форму.
- Матрона Жинафейя! - повторил Альтон, завершив заклинание.
Перед ним парило лицо его мертвой матери.
Дух растерянно оглядел комнату.
- Кто ты? - спросила наконец Матрона Жинафейя.
- Я Альтон, Альтон ДеВир, твой сын.
- Сын? - спросил дух.
- Твой ребенок.
- Я не помню такого безобразного ребенка.
- Это маскировка, - быстро ответил Альтон, с опаской
оглядываясь на Мазоджа. Но Мазодж не собирался смеяться. На его
лице было написано подлинное уважение.
Улыбнувшись, Альтон продолжал:
- Это только маскировка, чтобы я смог выжить в городе и
отомстить нашим врагам!
- В каком городе?
- В Мензоберранзане, конечно.
Но дух, казалось, все еще не понимал.
- Ты ведь Жинафейя? - гнул свое Альтон. - Матрона Жинафейя
ДеВир?
Дух нахмурился, раздумывая.
- Я была ею... Кажется.
- Мать-Матрона Дома ДеВир, Четвертого Дома Мензоберранзана,
- объяснил взволнованный Альтон. - Высшая жрица Ллот.
Упоминание Королевы Пауков прояснило память духа.
- О, нет! - воскликнул дух. Теперь Жинафейя вспомнила. - Ты
не должен был этого делать, мой безобразный сын!
- Это всего лишь маскировка, - прервал ее Альтон.
- Я должна уйти, - продолжал дух Жинафейи, нервно
оглядываясь вокруг. - Отпусти меня!
- Но мне нужно задать тебе один вопрос, Матрона Жинафейя.
- Не зови меня так! - провизжал дух. - Ты не понимаешь! Я в
немилости у Ллот...
- Проблемы, - пробормотал Мазодж себе под нос.
- Всего один вопрос! - потребовал Альтон, не желавший
упускать еще одну возможность узнать, кто его враги.
- Быстро! - крикнул дух.
- Назови дом, уничтоживший Дом ДеВир.
- Дом? - призадумалась Жинафейя. - Да, я помню ту страшную
ночь. Это был Дом...
Клуб дыма стал быстро терять форму, искажая черты Жинафейи,
и ее следующие слова оказалось невозможно разобрать.
Альтон вскочил на ноги.
- Нет! - крикнул он. - Ты должна сказать мне! Кто мои враги?
- Сочтешь ли ты меня одним из них? - спросил дух совершенно
другим голосом. Этот голос был полон такой мощи, что у
Альтона кровь отхлынула от лица. Изображение изменилось, стало
уродливым, уродливее Альтона. Слишком отвратительным, чтобы быть
порождением Материального Плана.
Альтон, конечно, не был жрецом, его знание религии, как и
знание любого мужчины-дроу, ограничивалось начальными понятиями.
Но он знал, что за существо парит теперь перед ним в воздухе.
Существо было похоже на скользкую полуоплывшую свечу: то была
йохлоль, фрейлина Ллот.
- Ты осмелился прервать муки Жинафейи? - прорычала йохлоль.
- Проклятье! - прошептал Мазодж, медленно залезая под стол.
Он всегда побаивался опытов Альтона, но такого кошмара не ожидал.
- Но... - попытался объясниться Альтон.
- Больше никогда не тревожь этот план, слабоумный волшебник!
- приказала йохлоль.
- Но я не обращался к Бездне, - слабо запротестовал Альтон.
- Я хотел только поговорить с...
- С Жинафейей! - прорычала йохлоль. - С падшей жрицей Ллот.
И где ты ожидал найти ее дух, глупец? Резвящимся в Олимпусе, у
фальшивых богов эльфов поверхности?
- Я не думал...
- А ты вообще когда-нибудь думаешь?
- Нет, - ответил про себя Мазодж, изо всех сил стараясь
забраться как можно дальше.
- Больше никогда не тревожь этот план, - в последний раз
предупредила йохлоль. - Королева Пауков не милосердна и не любит,
когда мужчины вмешиваются в ее дела! - Покрытое слизью лицо
йохлоль исказилось и расплылось за пределы дымного шара. Альтон
услышал бульканье и отшатнулся, прижавшись спиной к стене и
закрыв лицо руками.
Рот йохлоль раскрылся невероятно широко и выплюнул массу
каких-то мелких предметов. Они осыпали Альтона и всю стену вокруг
него. Камни? - недоуменно подумал безликий волшебник. Затем один
из этих предметов ответил на его немой вопрос. Он зацепился
лапками за черную одежду Альтона и принялся карабкаться вверх по
обнаженной шее. Пауки.
Волна восьминогих тварей накатилась на столик, из-под
которого выкатился Мазодж. Он вскочил на ноги, развернулся и
увидел Альтона, яростно шлепающего себя и трясущего свои одежды в
попытках избавиться от множества наползающих на него существ.
- Не убивай их! - закричал Мазодж. - Убивать пауков
запрещается...
- В Девять Преисподних жриц и их законы! - заорал Альтон.
Мазодж пожал плечами, беспомощно соглашаясь, и вытащил
из-под мантии тот самый двуручный арбалет, которым он когда-то
убил Безликого. Он посмотрел на могучее оружие и на крохотных
пауков, расползавшихся по комнате.
- Расстреливаем? - спросил он вслух. Не услышав ответа, он
опять пожал плечами и выстрелил.
Тяжелая стрела резанула Альтона по плечу, оставила глубокую
царапину. Волшебник в недоумении посмотрел на нее, затем яростно
обернулся к Альтону.
- У тебя был один паук на плече, - объяснил студент.
Выражение Альтона не прояснилось.
- Неблагодарный! - зарычал Мазодж. - Глупый Альтон, все
пауки на твоей стороне комнаты. Понятно?
Он повернулся к двери и сказал через плечо:
- Доброй охоты.
Как только Мазодж взялся за ручку, поверхность двери
превратилась в изображение Матроны Жинафейи. Она широко
улыбнулась, слишком широко, высунула длинный мокрый язык и
лизнула Мазоджа в лицо.
- Альтон! - закричал Мазодж, шарахаясь от гнусного языка. Он
увидел, что Альтон произносит заклинание, изо всех сил стараясь
удержать концентрацию, а по его одежде все еще ползут вверх
голодные пауки.
- Ты мертв, - заметил Мазодж, тряхнув головой.
Альтон наконец произнес все необходимые слова, не обращая
внимания на ползущих тварей, и выкрикнул завершающую фразу. За
все свои годы ученичества Альтон и подумать не мог, что он
когда-либо сделает такое; он бы просто посмеялся над подобной
идеей. А теперь она казалась куда лучше, чем ползучая смерть от
йохлоль.
Он взорвал огненный шар у своих ног.

* * * * *

Обнаженный, без волос, Мазодж выкатился из пылающего ада. За
ним выкатился пылающий безликий преподаватель, на ходу срывая с
себя изодранную горящую мантию.
Увидев Альтона, сбивающего с себя последнее пламя, Мазодж
кое-что вспомнил, понял, чего ему больше всего хочется, и
пробормотал:
- Надо было убить его, пока он был в паутине.

* * * * *

Через некоторое время, когда Мазодж вернулся в свою комнату
к занятиям, Альтон надел узорные металлические браслеты - знак
преподавателя Академии - и вышел из Сорсере. Он прошел к широкой
изогнутой лестнице, ведущей от Тиер-Бреч вниз, и присел, глядя на
огни Мензоберранзана.
Но даже вид города не отвлек Альтона от мыслей о его
последней неудаче. Целых шестнадцать лет он, забыв о всех
остальных желаниях и стремлениях, пытался узнать имя виновного
дома. Все шестнадцать лет его преследовали неудачи.
Он призадумался, сколько же еще он будет решать эту загадку.
Мазодж, его единственный друг - если его можно назвать другом -
прошел уже больше половины курса в Сорсере. Что будет делать
Альтон, когда Мазодж закончит учебу и вернется в Дом Хюн'етт?
- Может быть, я буду мучиться еще много столетий, - сказал
он вслух, - и в конце концов какой-нибудь отчаянный студент убьет
меня, как я - как Мазодж - убил Безликого. Может быть, этот
студент изуродует себя и займет мое место?
На его безгубом рту появилась невольная усмешка при мысли о
вечном "безликом преподавателе" Сорсере. Когда у Матроны-Ректора
возникнут подозрения? Через тысячу лет? Десять тысяч? Или, может
быть, Безликий переживет даже город Мензоберранзан? Жизнь
преподавателя казалась Альтону не такой уж плохой. Многие дроу
немало отдали бы, чтобы добиться этой чести.
Альтон уткнулся лицом в локоть и заставил себя отвлечься от
глупых раздумий. Он не настоящий преподаватель, и украденное
место не принесло ему никакого удовлетворения. Может быть, тогда,
шестнадцать лет назад, когда беспомощный Альтон лежал в паутине
Безликого, стоило позволить Мазоджу застрелить себя.
Отчаяние Альтона только усугубилось, когда он подумал о
своем возрасте. Ему только что исполнилось семьдесят лет, он еще
молод для дроу. Мысль о том, что он прожил всего десятую часть
жизни, не порадовала Альтона.
- Сколько я еще проживу? - спросил он сам себя. - Пока
безумие моего существования не пожрет меня?
Альтон оглянулся на город.
- Лучше бы Безликий убил меня, - прошептал он. - Потому что
я теперь Альтон из Дома, Не Заслуживающего Упоминания.
Это Мазодж назвал его так в утро после падения Дома ДеВир,
но тогда, когда его жизнь держалась на кончике арбалетной стрелы,
Альтон не понял всего значения этого прозвища. Мензоберранзан был
сборищем отдельных домов. Бездомный дроу из простых может найти
себе местечко в каком-нибудь доме, но вряд ли какой-нибудь дом
примет бездомного благородного. Ему осталась только Сорсере, и
все... пока не откроется его настоящее имя. И какое наказание
последует тогда за убийство преподавателя? Может быть, конечно,
его убил Мазодж, но Мазоджа защитит могущественный дом. А Альтон
- всего лишь бездомный благородный.
Он откинулся на локти и принялся наблюдать, как разгорается
свет Нарбонделя. Шли часы, и мысли Альтона приняли другое
направление. Он думал теперь об отдельных домах, а не о том, что
связывало их в единый город, и о том, какие мрачные тайны хранит
каждый из них. Он напомнил себе, что один из них хранит секрет,
узнать который ему, Альтону, важнее всего на свете. Один из них
уничтожил Дом ДеВир.
Он забыл ночную неудачу с Матроной Жинафейей и йохлоль,
забыл свои огорчения по поводу ранней смерти. Он решил, что
шестнадцать лет - это не так уж долго. У него, возможно, осталось
еще семьсот лет жизни. Если нужно будет, он готов каждую минуту
этих долгих лет потратить на поиски дома-виновника.
- Месть, - прорычал он. Ему необходимо было услышать это
слово - единственное, ради чего он цеплялся за жизнь.

    Глава восьмая. Родичи



Зак выполнил серию колющих ударов. Дриззт попытался быстро
отступить и перейти в контратаку, но Зак беспрерывно преследовал
его, и ему пришлось защищаться. Чаще, чем ему бы хотелось,
рукояти его скимитаров оказывались впереди клинков.
А затем Зак низко наклонился и прошел у Дриззта под клинками.
Дриззт мастерски скрестил свои скимитары, но ему пришлось
быстро выпрямиться, чтобы увернуться от такой же глухой атаки
Мастера Клинка. Дриззт понял, что Зак выиграл. Следующая атака не
была для него неожиданностью. Зак перенес вес тела на заднюю ногу
и, оттолкнувшись, направил острия мечей Дриззту в живот.
Дриззт молча проклял все на свете и скрестил скимитары
снизу, собираясь поймать мечи учителя в образованную клинками
"V". Повинуясь внезапному импульсу, Дриззт заколебался,
перехватывая клинки Зака, и отпрыгнул в сторону, получив в
результате болезненный удар по внутренней стороне бедра.
Огорченный, он швырнул оба скимитара на пол.
Зак тоже отскочил в сторону. На его лице было недоумение.
- Странно, что ты пропустил это движение, - резко сказал он.
- Это парирование неверно, - ответил Дриззт.
Зак оперся на один из своих мечей и приготовился выслушивать
объяснение. Раньше он за подобную наглость учеников ранил, а
случалось, и убивал.
- Скрещивая клинки снизу, можно отразить атаку, только и
всего, - продолжал Дриззт. - Когда движение завершается, кончики
моих клинков оказываются слишком низко, чтобы можно было перейти
к какой-нибудь эффективной атаке, и ты успеваешь ускользнуть и
освободиться.
- Но ты отпарировал мою атаку.
- И мне тут же приходится парировать следующую, - возразил
Дриззт. - После скрестного нижнего парирования в лучшем случае
можно добиться равной позиции.
- Да... - подтвердил Зак, не понимая, почему этот сценарий
не устраивает ученика.
- Вспомни, что ты твердишь мне все время! - крикнул Дриззт.
- Каждое движение должно приносить преимущество, - это же твои
собственные слова, но нижнее скрещивание никакого преимущества не
дает.
- Ты, хитрец, повторил только один кусок этого урока, - Зак
тоже уже разозлился. - Говори фразу полностью или не говори
вообще! "Каждое движение должно приносить преимущество или
уничтожить преимущество противника." Нижнее скрещивание отражает
нижний двойной колющий удар, а раз уж противник решился на такую
явную атаку, значит, он добился преимущества! В такой момент
добиться равной позиции вовсе не вредно.
- Это парирование неверно! - упрямо сказал Дриззт.
- Бери клинки, - зарычал на него Зак и угрожающе шагнул
вперед. Дриззт заколебался. Зак бросился в атаку.
Дриззт наклонился, поднял скимитары и кинулся в бой,
недоумевая, что это - новый урок или уже настоящее нападение.
Мастер Клинка яростно наступал, наносил удар за ударом,
вынуждая Дриззта бешено кружиться, парируя. Дриззт неплохо
защищался и сумел заметить хорошо знакомые движения Зака:
он перенес центр атаки пониже, заставляя Дриззта опустить клинки.
Дриззт понимал, что на этот раз Зак намерен доказать свою
правоту не словами, а делом. А ярость, написанная на его лице,
заставила Дриззта призадуматься над вопросом, как далеко зайдет
на этот раз Мастер Клинка. Если Зак прав, то он опять ударит
Дриззта в бедро? Или в сердце? Зак приблизился, Дриззт замер и
выпрямился.
- Двойной нижний колющий! - заорал Мастер Клинка, и его мечи
устремились вперед.
Дриззт был к этому готов. Он выполнил нижнее скрещивание и
удовлетворенно улыбнулся, когда зазвенели клинки. Затем он
продолжил движение - одним из своих скимитаров, думая, что сможет
отклонить им оба меча Зака. Освободив один скимитар, Дриззт начал
делать хитрый обвод.
Как только Дриззт освободил одну руку, Зак догадался, что
юноша намерен делать - он так и думал. Он опустил к полу острие
меча - того, который был ближе к рукоятке парирующего клинка
Дриззта, - и Дриззт, пытаясь удержать скимитаром оба меча,
потерял равновесие. Тем не менее ученик достаточно быстро
среагировал и выправился, хотя и мазнул по полу пальцами руки. Он
все еще думал, что ему удалось подловить Зака, что он вот-вот
успешно завершит свой блистательный маневр. Он сделал маленький
шаг вперед, чтобы полностью восстановить баланс.
Мастер Клинка бросился на пол, пролетел под летящим
скимитаром Дриззта, описал полный оборот и ударил Дриззта
под незащищенное колено каблуком. Не успел Дриззт заметить всего
этого, как он уже распростерся на полу.
Зак резко выпрямился и встал на ноги. Дриззт еще даже не
успел осознать ошеломляющий контр-маневр, когда обнаружил, что
над ним стоит Мастер Клинка. Острие Закова меча весьма
ощутимо прокололо кожу на его горле.
- Хочешь еще что-нибудь сказать? - прорычал Зак.
- Парирование неверно, - ответил Дриззт.
Зак расхохотался. Он отшвырнул меч в сторону, наклонился и
поставил упрямого ученика на ноги. Затем оттолкнул его на
расстояние вытянутой руки, посмотрел в лавандовые глаза Дриззта и
быстро успокоился. Зак любовался легкостью движений Дриззта и
его непринужденным обращением со скимитарами - как с собственными
руками. Дриззт тренировался всего несколко месяцев, но уже
овладел почти всем арсеналом Дома До'Урден.
Эти скимитары! Избранное оружие Дриззта с искривленными
клинками, подчеркивающими стремительные движения молодого воина.
Со скимитарами в руках этот юный дроу, почти ребенок, мог бы уже
победить половину Академии. Мурашки побежали у Зака по спине,
когда он представил себе, каким великолепным воином Дриззт станет
после многих лет тренировок.
Но Зака заставили призадуматься не просто физические
возможности Дриззта До'Урдена. Зак убедился, что Дриззт
действительно не такой, как обычные дроу: юноша обладал
душевной чистотой и был абсолютно незлобив. Зак смотрел на
Дриззта с невольной гордостью. Молодой дроу следовал тем же
принципам, что и Зак - крайне необычным в Мензоберранзане
Дриззт тоже осознавал эту связь, хотя и не имел
представления, насколько уникальны их с Заком взгляды в злобном
мире дроу. Он понял, что "Дядя Зак" совсем не такой, как все
остальные знакомые темные эльфы, хотя знаком он был только с
собственной семьей и полусотней солдат на службе у Дома. Конечно,
Зак был совсем непохож на Бризу, старшую сестру Дриззта, с ее
рьяным, почти слепым усердием в культе Ллот. Конечно, Зак был
совсем непохож на Матрону Мэлис, мать Дриззта, которая никогда
ничего Дриззту не говорила, а только приказывала.
Зак умел улыбаться не оттого, что остальные вокруг страдают.
Он был первым дроу в жизни Дриззта, которого, казалось,
устраивало его положение в жизни. Зак был первым дроу, которого
Дриззт видел смеющимся.
- Хорошая попытка, - оценил Мастер Клинка неудачный маневр
Дриззта.
- В настоящем сражении я бы погиб, - ответил Дриззт.
- Конечно, - сказал Зак, - потому-то мы и тренируемся. Твой
план был хорош, расчет правилен. Только ситуация не та. Но все же
это была хорошая попытка.
- Ты ее ожидал, - сказал ученик.
Зак улыбнулся и кивнул.
- Должно быть, потому, что я уже видел, как другой ученик
пытался провести этот же маневр.
- Против тебя? - спросил Дриззт, огорченный тем, что
оказался неоригинальным.
- Да нет, - подмигнул ему Зак. - Я наблюдал эту попытку с
той же позиции, что и ты, и с тем же результатом.
Лицо Дриззта просветлело.
- Значит, мы похоже думаем, - заметил он.
- Да, - сказал Зак, - но за моими знаниями стоят четыреста
лет опыта, а ты и двадцати еще не прожил. Поверь мне, мой
нетерпеливый ученик. Нижнее скрещивание - верное парирование.
- Может быть, - ответил Дриззт.
Зак спрятал улыбку.
- Когда найдешь лучший способ, мы с тобой его опробуем. Но
до тех пор - поверь моему слову. Я уже не помню, скольких солдат
я тренировал. Я выучил всю армию Дома До'Урден, и еще в десять
раз больше - когда преподавал в Мелее-Магтере. Я учил Риззена,
всех твоих сестер, обоих твоих братьев.
- Обоих?
- Я... - Зак замолчал и с любопытстсвом посмотрел на
Дриззта. - Я вижу, - сказал он наконец, - они тебе так и не
сказали.
Зак задумался, должен ли он сказать Дриззту правду. Он
не думал, чтобы Матрону Мэлис это как-то затронуло; она скорее
всего не рассказала Дриззту о смерти Налфейна просто потому, что
не сочла нужным.
- Да, обоих. - Зак решил объяснить. - У тебя было два брата,
когда ты родился: Динин, которого ты знаешь, и еще старший брат,
Налфейн, могущественный волшебник. Налфейн погиб в сражении в
ночь твоего рождения.
- Против гномов или злобных гнумов? - пискнул Дриззт, глядя
на учителя вытаращенными глазами ребенка, выпрашивающего на ночь
страшную сказку. - Он защищал город от злых завоевателей или
диких монстров?
Заку оказалось нелегко согласовать наивные предположения
Дриззта с истинным положением вещей. "Завалите младших ложью", -
всхлипнул он, но Дриззту ответил:
- Нет.
- Тогда против кого-то еще более ужасного? - настаивал
Дриззт. - Против проклятых эльфов с поверхности?
- Он умер от рук дроу! - рявкнул отчаявшийся Зак, и
нетерпение в сияющих глазах Дриззта сразу же угасло.
Дриззт отшатнулся, пытаясь понять, как такое могло быть, и
Зак с трудом выдержал зрелище исказившегося от растерянности лица
юного дроу.
- Война с другим городом? - жалобно спросил Дриззт. - Я не
знал...
Зак не выдержал. Он отвернулся и молча направился в свою
комнату. Пусть Мэлис или кто-нибудь из ее лакеев сами разрушают
невинную логику Дриззта. А у него за спиной Дриззт понял, что
разговор, как и урок, подошел к концу, а у него в голове
крутятся много-много вопросов. И понял еще, что коснулся чего-то
важного, хотя и не знал, чего.

* * * * *

Мастер Клинка и Дриззт сражались в тренировочном зале.
Проходили дни, недели, месяцы. Время потеряло свое значение: они
сражались до изнеможения и возобновляли тренировку, когда немного
отдохнут.
На третий год, в возрасте девятнадцати лет, Дриззт мог
часами сражаться с Мастером Клинка и нередко переходил в
нападение.
Заку нравились эти дни. Впервые за много лет он встретил
ученика, способного стать ему равным. Впервые за всю жизнь Зака
звону адамантитового оружия в тренировочном зале аккомпанировал
смех.
Он видел, как Дриззт вырос - высоким, стройным,
наблюдательным, стремительным и умным. Преподавателям Академии
трудно будет найти Дриззту подходящего партнера, даже на первом
курсе!
Эта мысль недолго радовала Мастера Клинка. Он вспомнил о
порядках Академии, о порядках в жизни дроу, и о том, что сделают
эти порядки с его замечательным учеником. О том, как из
лавандовых глаз Дриззта исчезнет улыбка.
Живое напоминание о мире дроу посетило однажды тренировочный
зал в лице Матроны Мэлис.
- Обращайся к ней с должным уважением, - предупредил Зак,
когда Майя объявила о визите Матери-Матроны. Мастер Клинка
благоразумно вышел на несколько шагов вперед, чтобы лично
приветствовать главу Дома До'Урден.
- Приветствую вас, Матрона, - сказал он с низким поклоном. -
Чему я обязан чести вашего посещения?
Матрона Мэлис издевательски посмотрела на Зака. Она видела
его насквозь.
- Ты немало времени провел здесь с моим сыном, - сказала
она. - Я пришла посмотреть, как дела у мальчика.
- Он хороший боец, - заверил ее Зак.
- Ему нужно будет стать хорошим бойцом, - пробормотала
Мэлис. - Всего через год он отправится в Академию.
Зак прищурился в ответ на эти слова и прорычал:
- Академия еще не видела более блистательного бойца.
Матрона отошла от него и встала перед Дриззтом.
- Я не сомневаюсь в твоем умении обращаться с оружием, -
сказала она Дриззту, хотя и взглянула при этом на Зака косо. - В
твоих жилах течет хорошая кровь. Существуют иные свойства,
необходимые воину-дроу - свойства сердца. Сердца воина!
Дриззт не знал, что ей ответить. За последние три года он
видел ее всего несколько раз, и она ни разу не обратила на него
внимания.
Зак увидел растерянность на лице Дриззта и испугался, что
мальчик ошибется - именно этого хотела Матрона Мэлис: тогда у
нее будет предлог забрать Дриззта из-под руководства Зака (заодно
опозорив Зака) и отдать его Динину или какому-нибудь еще
бесстрастному убийце. Зак, возможно, лучший учитель фехтования на
свете, но теперь, когда Дриззт научился владеть оружием, Мэлис
хотела, чтобы он научился бессердечию.
Зак не мог этим рисковать, он слишком дорожил часами
общения с юным Дриззтом. Он выхватил мечи из украшенных
самоцветами ножен и рванулся вперед прямо перед Матроной Мэлис,
крикнув:
- Покажи ей, молодой воин!
Глаза Дриззта вспыхнули. В его руках моментально возникли
скимитары.
И хорошо, что моментально! Зак накинулся на него с такой
яростью, какой молодой дроу еще ни разу не видел, даже тогда,
когда Зак объяснял ему необходимость нижнего скрестного
парирования. Мечи столкнулись со скимитарами, полетели искры, и
Дриззт оказался отброшенным назад, его руки заболели, едва не
вывихнутые мощными ударами Зака.
Дриззт растерялся.
- Что ты...
- Покажи ей, - прорычал Зак, атакуя снова и снова.
Дриззт еле увернулся от одного удара, который непременно
убил бы его. И все же он еще толком не понял намерений Зака и