— Устает она очень из-за вашей работы… Все время в постели лежит… — пояснила та.
   — Маша устает не от работы, а от своих переживаний… — вздохнула Римма.
   — Из-за этого Алеши, что ли? — уточнила Зинаида. Римма кивнула:
   — Ну да. Из-за него…
   — Вот беда… Девочка просто на глазах чахнет… — причитала Зинаида.
   Римма поддержала:
   — Вот я и говорю. Машеньке, чтобы забыть этого парня, не в постели лежать надо, а как можно больше работать… Тогда и печалиться будет некогда!
   — Вот это верно! Дело — оно любое горе забивает… — одобрительно сказала Зинаида и показала на дверь комнаты Маши. — Я ей то же самое говорю, а она все мимо ушей пропускает. Поговорите хоть вы с ней. Она вас уважает. Может, прислушается…
   Римма зашла в комнату Маши, подошла к постели и села рядом.
   — Тебе не надоело быть дома? По работе не соскучилась еще?
   — Нет. Мне нравится быть одной… А на работу я не хочу… — безнадежно отозвалась Маша.
   — А можно я поговорю с тобой, как старшая подруга? — осторожно спросила Римма.
   Маша равнодушно откликнулась:
   — Если хотите…
   — Знаешь, девочка… То, что случилось с тобой, переживает почти каждая женщина. И я, кстати, тоже не исключение.
   Маша повернулась и удивленно посмотрела на Римму.
   Та проникновенно продолжала:
   — Есть старинная игра в кошки-мышки. Знаешь такую?
   — Конечно, — тихо отозвалась Маша.
   — Так вот. Отношения мужчины и женщины мало чем отличаются от этой игры. Нас догоняют — мы убегаем. Мы догоняем — от нас убегают…
   Маша молча слушала, и Римма продолжала:
   — Мой тебе совет: докажи своему Леше, что ты лучше, чем эта Катя, на которой он собрался жениться.
   — Как доказать? — наконец пришла в себя Маша.
   — Пусть он узнает, что быть с тобой — честь для него, потому что ты — интереснее, ярче всех девушек! — заявила Римма.
   Маша удивленно спросила:
   — А почему это я интереснее всех?
   — Перед нашим салоном целыми днями стоит очередь. Люди ждут часами, потому что хотят лечиться только у тебя, — ободряюще сообщила ей Римма.
   Маша привстала:
   — А как они про меня узнали?
   — Слухами земля полнится… — И Римма показала Маше заказную статью-рекламу.
   Маша начала читать статью о себе, а Римма расписывала радужные перспективы:
   — И это — лишь начало. О тебе не только в нашем городе скоро узнают. Тебя покажут по ТВ. Люди издалека будут приезжать, чтобы получить твой совет… Ты станешь знаменитой… И тогда этот твой Леша поймет, как он ошибся!
   Маша прислушивалась к ней с интересом.
   — Он потянется к тебе, а ты будешь недоступна, как далекая звезда на небе…
   Маша грустно сказала:
   — Мне казалось, что мы с Лешей одно целое… Что у нас с ним — одна душа на двоих. И вдруг все снова изменилось: Леша женится на Кате… Он ее по-прежнему любит.
   Римма сочувственно молчала, и Маша жалобно воскликнула:
   — У Кати нет никакого дара, у нее вздорный характер, но он ее любит. Где же справедливость?
   Римма взяла инициативу в свои руки:
   — Справедливость, Машуня, с неба не упадет. Мы сами себе хорошую жизнь сделать должны. В нашем женском деле самое главное: знать себе цену! Так что хватит, девочка моя, страдать. Давай вставай и пошли работать.
   — Но… Мне нужно переодеться, — неуверенно сказала Маша.
   — Конечно. — Римма осмотрела Машу оценивающим взглядом и с воодушевлением заявила:
   — А начнем мы вот с чего… То, в чем ты обычно ходишь, ты больше носить не будешь!
   — У меня такие плохие вещи? — растерялась Маша. Римма запнулась:
   — Нет… Они неплохие. Но… Мы же хотим всем утереть нос?! Поэтому ты отныне у нас супердевочка. И одежда у тебя теперь должна быть высшего класса!
   — А у меня ничего другого и нет, — развела руками Маша.
   Римма ее успокоила:
   — Ерунда! В моем салоне есть кое-какие шмотки. Я тебе подберу на первое время. А потом ты себе сама купишь все, чтобы сразить наповал любого мужчину. Так что давай-ка вставай, голубка!
   И Римма помогла Маше встать, подав ей руку.
   — Мы — женщины сильные, пойдем, — громко сказала она.
   Маша робко встала, собираясь идти с Риммой. Та ласково смотрела на Машу.
   — Да что ж ты так не уверена в себе? Ну ничего! Скоро ты себя зауважаешь!
   И они направились в салон.
   Таисия сидела на диване и читала журнал. В комнату забежала Катя.
   — А вот и я! Привет, мама! — весело поздоровалась она с матерью.
   Таисия отложила журнал в сторону и сдержанно сказала:
   — Здравствуй… Решилась наконец мать проведать?
   — Ну, мамочка… Хватит злиться, — примирительно ответила Катя.
   Она подошла к Таисии и поцеловала ее в щеку. Но мать не смягчилась:
   — Ты по делу или в гости?
   — И то, и другое… Во-первых, соскучилась. А во-вторых, мне паспорт нужен. Мы с Лешей хотим завтра заявление подавать.
   Таисия поджала губы и холодно обронила: — Ах, вот оно что! Я так и знала… Не хочу иметь к этому никакого отношения. — И она демонстративно взяла в руки журнал и стала снова его читать.
   — Мама! Может, ты все-таки подумаешь о моей свадьбе? — окликнула ее Катя.
   — Я только о ней и думаю, Катя. И мое мнение тебе хорошо известно! — сухо ответила та.
   — Но мне нужен твой совет — хотя бы по поводу платья, — попыталась объяснить Катя.
   Но мать стояла на своем:
   — Я могу посоветовать тебе только одно: не затевай свадьбу с Алексеем. Но этот совет ты вряд ли примешь!
   Катя взорвалась:
   — Да что ж это такое! У меня — такое событие на носу, а родители с головой в своих проблемах погрязли и никому до дочки нет дела. А еще меня в эгоизме обвиняете!
   — Я должна радоваться, что ты за Алешу замуж собралась? Ты этого хочешь?! — возмутилась мать.
   — Да, хочу! По-моему, это естественно! — с вызовом выкрикнула Катя.
   — А по-моему, ты, Катя, совершаешь большую ошибку. И очень скоро пожалеешь, что не послушалась свою мать! — заявила Таисия.
   — Мама! Ты хотела выйти замуж за папу, хотя знала, что он любит другую женщину, и вышла, — разгоряченно бросила ей в лицо Катя.
   Таисия вскочила:
   — И что хорошего? Посмотри, что из этого получилось!
   Катя подошла к ней и уже мягко сказала:
   — А я вот в Лешиной любви уверена. Так почему же я не могу выйти за него?
   Таисия тоже изменила тон:
   — Можешь. Но и я тоже могу сказать, что думаю обо всем этом. Любовь приходит и уходит. Брак держится не на эмоциях, а на том, насколько люди подходят друг другу. Я знаю вас обоих, потому и говорю: Леша — не тот человек, который тебе нужен.
   — Когда вы с папой расписались, ты была уверена, что он — имений тот. И что?! К чему вы в итоге пришли?! Ни один брак без любви долго не продержится! — уверенно сказала Катя.
   Таисия, глядя на дочь, только покачала головой:
   — Я вот смотрю на тебя и не узнаю. Ты всегда была такая расчетливая… Такая практичная…
   — Я сама себя не узнаю, мама. Это — любовь! Таисия пренебрежительно отмахнулась:
   — Дурь это в твоей голове и блажь. И больше ничего!
   — Я хочу быть женой Алеши и буду! — упрямилась Катя. Стараясь сменить тему, она спросила:
   Кстати, а как папа? Ты ничего не рассказываешь…
   — Я думаю, он скоро вернется домой, — сухо ответила Таисия.
   — Да?! С чего ты это взяла? — удивилась Катя.
   — У меня, дочка, большой жизненный опыт. И поверь мне… Все будет так, как я сказала, — жестко сказала мать и ушла. Катя поспешила в свою комнату за паспортом. Пока она рылась в ящиках, раздался звонок в дверь.
   — Мама, открой! — крикнула Катя, продолжая поиски. В гостиную вошла Зося. — Ой, Зося, привет! Сто лет тебя не видела, — обрадованно поздоровалась Катя.
   — И не говори. Ты у нас все время такая занятая, — усмехнулась Зося.
   — А у меня, Зося, столько событий, столько всего произошло за это время — ты не представляешь! — взахлеб начала Катя.
   Зося с любопытством смотрела на подругу:
   — Правда? И что же?
   — Замуж я выхожу. Вся в хлопотах. Сама понимаешь: кучу всяких вопросов нужно решить — платье, прическа, кольца… Ну и все такое прочее…
   Слушая Катю, Зося без энтузиазма обронила:
   — Снова замуж? Хотя… ты всегда об этом мечтала…
   — Так что приглашаю тебя, Зося, на свадьбу, — важно объявила Катя.
   Зося притворно вздохнула:
   — К сожалению, я не смогу. Так что заранее поздравляю…
   — Почему не сможешь? — удивленно посмотрела на нее Катя: по ее мнению, ничего более важного для подруги и быть не могло!
   — Меня в городе не будет. Уезжаю, — пояснила Зося. Катя запротестовала:
   — Как уезжаешь? Куда? Это что, нельзя отложить?!
   — Нельзя, Катюша. Это очень важно, — возразила та.
   Катя обиженно надула губы:
   — Неужели важнее, чем свадьба лучшей подруги?
   — Это не от меня зависит. Я уезжаю на конкурс, — кокетливо пожала плечами Зося.
   Катя от изумления даже рот раскрыла:
   — Какой конкурс?
   — На международный конкурс красоты! — победно объявила Зося, глядя на Катю.
   — Как ты туда попала — на этот конкурс? Откуда он взялся? — начала выяснять Катя.
   Зося стала охотно рассказывать:
   — Ой! Да все так быстро получилось. Я сама удивляюсь. Ты не поверишь! Я послала свои фотографии и получила приглашение на участие в конкурсе!
   — Просто так?! Без протекции? — широко раскрыла глаза Катя.
   Зося подтвердила:
   — Да, совершенно никакой протекции! Голосование шло в Интернете, и меня выбрали обычные люди — простым большинством.
   — Фантастика! — выдохнула Катя. Зося свысока кивнула:
   — Я тоже так думаю! Мне сказали, что у меня такая необычная, очень неординарная внешность…
   Поймав Катин завистливый взгляд, Зося решила ее добить окончательно:
   — И еще… Что у меня с таким лицом, с такой фигурой есть серьезный шанс на победу.
   Катя разобиделась:
   — Но мы же вместе хотели… Почему ты мне не сказала, когда отправляла фотографии?
   — Ты же собираешься замуж. Какой конкурс? Теперь ты не можешь быть «мисс», — резонно возразила Зося.
   — Да? — уныло понурилась Катя.
   Зося ехидно ухмыльнулась:
   — Теперь ты можешь претендовать только на звание «миссис»…
* * *
   В подвале маяка смотритель рвал и метал. Он рвал перед собой воздух и метал его невидимые ошметья в своих бестолковых сыновей. Перед ним, потупившись, стояли Жора и Толик.
   — Кошмар какой-то! Вам что ни поручи — перепутаете. И этот Костя — тоже. «Я все продумал… Я все организую», — передразнил смотритель. — Ну и что на этот раз случилось? Почему вы не смогли похитить Лешу?
   Жора оправдывался:
   — Мы все сделали, как Костя сказал. Но… Вышло дурацкое недоразумение… Это была простая случайность… От нас не зависело ничего…
   Отец строго осадил его:
   — Вы сами — ходячее недоразумение. Короче! Жора, запинаясь, продолжал:
   — Да там обычно никого нет, мы много раз проверяли. Там — пустынное место. Вообще никто не появился ни разу. А тут вдруг компания приперлась…
   Толик пришел на помощь брату:
   — А перед тем еще собака какая-то здоровая бегала. Лешину девушку напугала. Из-за всего этого у нас, в общем, и не получилось.
   Повисла неловкая пауза, которую прервал Жора:
   — Но в следующий раз мы все сделаем, как надо! Даже и не сомневайся!
   Отец угрюмо смерил их взглядом:
   — Смотрите мне… Но если опять у вас что-нибудь случайное произойдет… Если опять сорвется — то пеняйте на себя!
   И братья придумали, с их точки зрения, неплохой новый план. В плане стала фигурировать машина, на которой Лешу можно будет увезти подальше. Поскольку своей машины у братьев не было, то решили угнать какую-нибудь из тех, которых не сразу хватятся.
   Жора даже приглядел парочку таких машин и предложил брату походить и присмотреться.
   — Вот подходящие машины, — показал Жора на несколько стоящих в подворотне машин.
   — А хозяева? — поинтересовался Толик.
   — Наверное, в отпуск уехали. Тачки уже две недели без дела стоят, — доложил Жора, — их точно не хватятся.
   — В общем-то, подходят, — согласился Толик.
   — Вполне. Ну пошли. Не будем лишний раз глаза мозолить, — позвал брата Жора. И они стали думать, что делать дальше.
   Когда они встретились с Костей, план был полностью разработан и утвержден. Оба брата имели таинственный вид, а Жора держался даже немного высокомерно:
   — Ну что? Когда братца твоего брать будем?
   — Завтра, — сказал Костя.
   — На этот раз не облажаешься? — ехидно спросил Жора.
   Костя покачал головой:
   — Нет. Все будет нормально. В шесть вечера мы идем в ЗАГС подавать заявление. Я его выведу на улицу и оставлю одного.
   — Одного? У ЗАГСа? Да там же всегда толпа народу! — возмутился Жора.
   — Вот именно. И этой толпе ни до кого, кроме себя, нет дела. Как раз в толпе легче всего потеряться. Никто никого не знает и не запоминает… — возразил Костя.
   — Надеюсь, ты правильно рассчитал. Значит, в шесть тридцать у ЗАГСа, — с нажимом повторил Жора и посмотрел Косте прямо в глаза. Тот выдержал взгляд.
* * *
   Костя всегда шел до конца, уж если решил, то решил. В этом смысле он походил на своего отца.
   Костя направился к Леве за благословением и, так сказать, моральной поддержкой. Он рассказал о своих планах и добавил:
   — Все должно произойти сегодня. Лева кивнул и усмехнулся:
   — Поздравляю.
   — Рано, Лева. Я очень боюсь, что все сорвется, как в прошлый раз! Невозможно учесть все мелочи! — сетовал Костя.
   Всегда осторожный Лева посоветовал:
   — Ну, можно все-таки попытаться подстраховаться.
   — Да, тогда мне тоже казалось, что я все продумал. Лес, безлюдно, а все вот так сорвалось… глупо… — переживал Костя. — А еще боюсь, что, не дай Бог, на меня падет подозрение, не хочу ни в чем быть замешан.
   Лева ободряюще похлопал его по плечу:
   — Не волнуйся, ты все сделаешь с умом. Тебе надо, чтобы Леша стоял на улице один? Значит, так, есть одно предложение… Понимаешь, Костя… Я знаю женщин, больше всего на свете они любят потрепать языками, — издалека начал Лева.
   Костя нетерпеливо смотрел на него:
   — Ну и?
   Но Лева не торопился, он спокойно продолжал:
   — Ну это же четвертая попытка свадьбы? Инвалид встал на ноги? Любовь преодолела все преграды? Это чудные темы, на которые Катя с удовольствием начнет разговаривать с регистраторшей.
   — Да, ты прав. А как мне увести оттуда Лешу? Он должен стоять на улице один, — задумчиво спросил Костя.
   Лева никогда не начинал советовать, не продумав все до мелочей.
   — Ты думаешь, ему понравится все это слушать? Да он сам с радостью куда-нибудь денется, чтобы только на него пальцами не указывали. А ты просто должен придумать предлог, чтобы снова зайти в ЗАГС, когда вы с Лешей выйдете на улицу. Ты оставишь его на пять минут и вернешься к Кате. Ведь главное, чтобы при похищении Леши ты был с ней!
   Гениальная идея. Жаль, что Костя не додумался сам. Но не важно, кто придумал, важно, чтобы сработало!
* * *
   Толик, Жора и смотритель собрались в подвале. Отец сурово и испытующе посмотрел на сыновей.
   — Значит, сегодня вы точно все сделаете? — строго спросил он.
   — Да, — кивнул Толик.
   — Срывов не будет?
   — Не должно… — подтвердил Жора. Отец неодобрительно хмыкнул:
   — «Не должно». Смотри у меня! Жора начал оправдываться:
   — Но правда не должно! Мы с Костей обсудили все детали. Время, место — все схвачено!
   — Ясно. Надеюсь, машина у вас уже есть? Толик и Жора переглянулись, и Толик признался:
   — Нет еще.
   Увидев лицо отца, Жора поспешно добавил:
   — За полчаса до дела угоню. У меня есть парочка на примете.
   Смотритель смерил его недоверчивым взглядом и скептически сказал:
   — Да?
   — Уже неделю стоят без присмотра, похоже, хозяева куда-то уехали, — объяснил Жора.
   Отец погрозил ему кулаком:
   — Ну смотри. Только не жмоться. Потом сразу машину бросай. Ну, удачи. И осторожнее там!
   — Конечно, пап. Справимся, — кивнул Жора, и братья отправились на дело.
   В тихой и безлюдной подворотне, куда зашли Толик и Жора, стояли две машины. Жора толкнул брата:
   — Видишь вон ту машину?
   — Да. Ничего, — кивнул он, а Жора воскликнул:
   — Да это самое то! Давай иди за угол, стой на шухере. Я сейчас подъеду.
   — А если там сигнализация? — засомневался Толик, но Жора только рукой махнул:
   — Да какая сигнализация?! Я тебя умоляю. И потом, я спец в этом деле, так что не дрейфь. Иди. Ну? Что стоишь?
   Толик помялся, но потом все-таки пошел, а Жора занялся машиной. Он осторожно дернул ручку, но машина, естественно, была закрыта. Тогда Жора достал металлическую линейку, просунул ее в щель возле стекла и резко нажал. Раздался тихий щелчок, и дверь открылась.
   Не теряя времени даром, Жора быстро юркнул на сиденье. В салоне он сдернул панель и принялся соединять провода. Поначалу ничего не вышло, но после нескольких попыток машина все-таки завелась.
   Облегченно вздохнув, Жора вытер пот со лба и вырулил из подворотни.
   — Прыгай! — крикнул он брату, открывая дверцу, и Толик запрыгнул на ходу.
   — Супер! — восхищенно оглянулся Толик.
   — Ха, а ты сомневался? Ну что? Судя по всему, наш инвалид уже на подходе к ЗАГСу. Пора и нам туда рулить. — И Жора добавил газу.
* * *
   Самойлов шел сообщить Буравину о том, что они больше не будут работать вместе.
   Самойлов злился на Буравина из-за Полины, а Таисия подлила масла в огонь и помогла ему принять решение о разделе компании. Когда Самойлов зашел в офис, Буравин был погружен в работу.
   Настроенный действовать решительно, Самойлов сухо начал:
   — Я вижу, ты уже проснулся? Весь в делах? Отлично. У меня к тебе серьезный разговор.
   Буравин отложил в сторону бумаги и посмотрел на Бориса:
   — Судя по тону, у тебя действительно что-то серьезное. Я тебя слушаю.
   Самойлов прошелся по кабинету, собираясь с мыслями. Спокойствие и самообладание Буравина бесило его и выводило из равновесия.
   — Видишь ли, в последнее время, у нас с тобой очень напряженные отношения, — начал, он наконец. — И это очень мешает нашей работе. Извини, но мы не можем больше делать вид, что ничего не происходит.
   Буравин удивленно посмотрел на Самойлова:
   — Боря, я правильно тебя понимаю? Ты смешиваешь наши личные отношения и работу?
   — Мне, конечно, нелегко это говорить, все-таки нас многое связывало, общее прошлое… — Самойлов замолчал, но потом все же продолжил: — Я думаю, ты меня понимаешь. В такой ситуации, как мы оказались, я не могу больше с тобой работать.
   Виктор пристально посмотрел на него и холодно ответил:
   — Ясно. И что ты предлагаешь?
   — Нам надо разделить бизнес, — жестко потребовал Борис.
   Буравин подумал и согласился:
   — Ну что ж… Я догадывался, что рано или поздно ты это предложишь. Я согласен. Если мы с тобой соперники в личной жизни, мы не можем быть партнерами по бизнесу. Ты прав. Давай разделимся.
   Самойлов облегченно вздохнул и усмехнулся:
   — Я рад, что ты так реагируешь. Мне будет проще. Буравин перешел на официальный, деловой тон.
   — Хорошо, Боря, если вопрос решен, давай обсудим детали. Как ты себе представляешь разделение?
   — Ну, я уже все обдумал. И даже кое-что предпринял в этом направлении, — деловито начал тот. — Я зарегистрировал свою компанию, а эту компанию оставляю тебе.
   — Надо же! Широкий жест, — усмехнулся Виктор.
   Борис продолжал:
   — Но офис мы больше делить не можем.
   — Не вопрос, забирай его себе, — пожал плечами Виктор.
   Самойлов поспешно добавил:
   — Это будет справедливо, поскольку на самом деле все это заварилось из-за тебя.
   Буравин сдержанно повторил:
   — Хорошо. Сегодня же я освобожу офис.
   — Очень хорошо, что мы с тобой так быстро договорились. Учредительные документы возьми в сейфе — я выхожу из состава учредителей, — добавил Самойлов.
   Буравин кивнул:
   — Хорошо. Знаешь, Боря, я рад, что мы с тобой так мирно расходимся, ведь наши дети скоро поженятся, мы будем родственниками. И нам придется общаться.
   — Твой подарок молодоженам — квартира — в силе? — спросил Борис.
   — Да. Кстати, что там со свадьбой Алеши и Кати, как мы ее будем устраивать?
   — Они уже вовсю хлопочут. Сказали, что все сделают сами, — успокоил его Борис, и Буравин усмехнулся:
   — Ну что ж. Значит, мы можем помочь только материально. Сколько?
   Борис с достоинством сказал:
   — Поскольку я — отец жениха, то все расходы на свадьбу за мой счет. Ты и так сделал хороший подарок.
* * *
   Катя, нервничая, собиралась в ЗАГС, Алеша с улыбкой наблюдал, как она суетится. Катя переживала:
   — Так. Паспорта взяли? Алеша улыбнулся еще шире:
   — Ты уже третий раз спрашиваешь. Взяли. Еще час назад. Они в твоей сумке!
   — Точно? — Катя поспешно полезла в сумку и, увидев паспорта, растерянно опустилась на постель. — Да. Действительно.
   Алеша обнял ее и начал успокаивать:
   — Катюш, да не нервничай ты так. Ну даже если мы что-то забудем, то вернемся…
   — Ага, конечно! Между прочим, возвращаться — плохая примета! — озабоченно напомнила ему Катя.
   Леша ничего не желал слушать:
   — Плохая примета — это когда тебе навстречу идет черная кошка с пустым ведром и разбивает зеркало. Вот тогда действительно в этом есть что-то… м-м-м… мистическое! — таинственным тоном произнес Леша.
   Катя рассмеялась, шутливо толкая его в бок:
   — Лешка, да как же ты не понимаешь, подача заявления — очень ответственная вещь.
   — Я знаю. Знаю, Катюш! Я и сам, честно говоря, нервничаю, — согласился Леша.
   Катя решительно встала:
   — Ладно, пошли! Но Леша попросил:
   — Постой, надо дождаться Костю.
   Катя с недовольным видом повернулась к нему:
   — Костю? С какой стати? Алеша пожал плечами.
   — Потому что он хотел пойти с нами, — объяснил он.
   Катя мгновенно завелась:
   — Слушай, мы хоть в ЗАГС можем пойти вдвоем?! Что он вечно с нами таскается?!
   Растерянный Леша явно не ожидал такой реакции. Он протянул примиряюще:
   — Катюш, да ладно тебе, что ты так реагируешь… Катя в бешенстве кричала:
   — Да потому что нас все время трое, Леша! А свадьба — это дело двоих!
   — Но я так рад, что у нас с ним наконец наладились отношения… Пожалуйста, не порть их, — просительно заглянул ей в глаза Леша.
   Катя была непреклонна:
   — Это — мое условие!
   Леша не нашел лучшего варианта, как сдаться. Миролюбиво улыбнувшись, он кивнул:
   — Ну, хорошо… Будет так, как ты хочешь.
   Катя с Лешей уже стояли на пороге, готовые к выходу, и Катя придирчиво оглядывала, как Алеша одет, поправляя ему ворот рубашки, когда появился Костя.
   — Я успел вовремя? Вы еще не ушли? — обрадовался он.
   Катя мрачно смотрела на Костю, она была очень недовольна:
   — Уже уходим.
   — Что-то случилось? — спросил Костя, глядя на понурившегося брата.
   Но тот молчал, опустив голову. Катя решительно взяла инициативу в свои руки:
   — А с чего ты, собственно, взял, что ты идешь с нами? — уперев руки в боки, повернулась она к Косте.
   Тот начал оправдываться:
   — Но как же, мы ведь договаривались с Лешкой… Катя жестко прервала его:
   — Так вот, Костя. Все поменялось. Мы с Лешей поговорили. И он передумал. Ты с нами не идешь, потому что это наше с ним дело! И в ЗАГС мы пойдем только вдвоем!
   Алеша стоял растерянный, а Катя, абсолютно довольная произведенным эффектом, кивнула ему:
   — Все, Леша, пошли. Нам пора. Костя развел руками:
   — Подождите, постойте, как это вы пойдете без меня? Мы же решили, что вместе…
   Катя высокомерно бросила:
   — Ты тупой или притворяешься? Тебе же сказали — нет!
   Костя смотрел на брата, ища поддержки:
   — Леша, что ты молчишь? Ну скажи ей!. Алеша поднял глаза и виновато отказал:
   — Костя, извини, но Катя так хочет. Катя демонстративно взяла его под руку:
   — Да, я так хочу.
   Костя повернулся к Кате и спросил:
   — Катя, почему ты так ко мне относишься? Я опять в чем-то провинился? Ты держишь на меня зло? А если Лешка устанет или еще что-нибудь? Я же хочу помочь, я хотел как лучше, я думал, мы помирились… — Костя изображал обиду и растерянность. — Я так хотел быть рядом с братом в такой важный для Лешки момент! Я же искренне радуюсь за вас и желаю вам счастья…
   Костя проникновенно посмотрел на Лешу и Катю. Леша совсем растерялся:
   — Катя, он прав. Извини, Костя. Конечно, пошли с нами.
   Костя был доволен, а Катя, в свою очередь, растеряна. Но она вынуждена была смириться и сухо ответила:
   — Ладно, пусть идет.
* * *
   Рано утром Маша и Римма пришли на работу. Римме было необходимо некоторое время, чтобы преобразить Машу. Поэтому большую часть утреннего времени они примеряли Риммины наряды, подбирая наиболее эффектный вариант.
   Маша, уже переодетая, крутилась перед зеркалом, рассматривая свой необычный элегантный наряд из дорогой ткани. Ей такое было в новинку, и Римма, наблюдая, как Маша любуется собой, глядя в зеркало, понимала это.
   — Ну что, дорогая? Ты себе нравишься? — с улыбкой спросила Римма.
   — Я раньше никогда бы это не надела. Но, кажется, мне идет? — удивленно продолжала смотреться в зеркало Маша.
   — Конечно, очень идет! — объявила Римма и, подойдя к Маше, поправила ей волосы.
   — Ты должна себя любить, ты должна выглядеть вот так. С твоей внешностью просто кощунство не делать прически… И не носить красивые вещи. У тебя такая фигурка!
   Маша задумчиво покачала головой.
   — Не знаю, зачем пытаться что-то из себя изображать? Гораздо лучше быть естественной.
   — Да почему изображать?! Девушка должна думать о своем внешнем виде! — возразила Римма.