- Эй, Ломаный, просыпайся, соня! Вставай! Хи-хи-хи, угадай, что я нашел?
   Горностай недовольно заворчал, когда приятель стал его трясти:
   - Двух лягушек, я думаю, да одуванчик в придачу. Отвали, понял? Я спать хочу.
   Хорек едва справлялся со своим ликованием.
   - Я нашел большой ручей, лагерь, огонь и еду. А кроме того, двух мышей и крота!
   Ломоноса такая новость заставила проснуться.
   - Где?
   - Недалеко. Надо немного пройти в ту сторону. Слушай, если мы будем действовать без промедления и подкрадемся неслышно, мы сможем взять их в плен!
   Горностай так и подпрыгнул.
   - Здорово! Ты говоришь, что у них есть огонь и еда?
   - Да, половина жареной рыбы, а еще мешки, набитые всякой вкуснятиной, ответил Чернозуб. - Ты ведь знаешь жителей леса - уж о еде-то они всегда позаботятся.
   - Мы отведем их обратно, в Котир.
   - Хи-хи-хи! Представь себе, какая рожа будет у старины Кладда, когда мы вернемся с тремя пленными! Повелительница, наверное, сделает нас генералами. Уж я тогда этого Кладда малость погоняю! Он у меня взвоет!
   - Отлично! Черный, приятель, веди меня!
   Оба бесшумно пошли по берегу, не забыв прихватить свои копья.
   Три друга спали у огня, не подозревая, что четыре глаза глядят на них с высокого берега.
   Фортуната направилась в глубь Леса Цветущих Мхов, зная, что из высокого окна своей комнаты Цармина внимательно глядит ей в спину. Лисица сняла с себя роскошные одеяния Котира и переоделась, как встарь, в поношенный плащ знахарки. На плече она несла сумку с целебными травами и тяжело опиралась на ясеневую клюку. Эта роль больше подходила характеру Фортунаты: открытой войне она предпочитала происки хитрости. Вдобавок обещанная награда была весьма заманчивой.
   Цармина отошла от окна и позвонила в колокольчик. Вошел Кладд, отдав честь щитом и копьем.
   - Слушаю, госпожа.
   - Прикажи кому-нибудь убрать в этой комнате. Здесь слишком грязно. Муштруй войско и держи его в готовности. Я их не затем держу, чтобы они меня без толку объедали. Да, кстати, организуй отряд фуражиров. Нам необходимо пополнять кладовые, если мы собираемся продержаться дольше, чем лесные жители.
   Кладд снова отдал честь:
   - Будет исполнено, госпожа.
   Дикая кошка снова свернулась в своем любимом кресле. Теперь правила игры требовали терпеливо выжидать.
   Колумбина несла дозорную службу на своем посту и тихонько грызла недозрелый орех. Густой кустарник скрывал ее от посторонних глаз. Молодая мышка частенько добровольно отправлялась в дозор, надеясь, что первой увидит путешественников, когда они будут возвращаться в Барсучий Дом. Этот повеса Гонф! Он, наверное, будет шагать, распевая во все горло:
   - К тебе, Колумбина,
   Вернулся я снова
   Во имя свободы
   Народа лесного!
   Или что-нибудь в том же жизнерадостном роде. Колумбина лежала на спине, наблюдая, как между узорчатыми зелеными листьями танцуют пылинки, и мечтая о своем воришке.
   И тут она заметила лису!
   Одета лисица была как странствующая знахарка. Она шныряла из стороны в сторону, принюхивалась, рассматривала опавшие листья... Было очевидно, что лиса что-то ищет.
   Колумбина ползком выбралась из своего укрытия. Как только она оказалась достаточно далеко, чтобы лиса не смогла ее увидеть, она вскочила и стремглав помчалась в Барсучий Дом.
   Загнав домой несколько детенышей, пытавшихся без разрешения улизнуть на прогулку, она заперла дверь. Был час второго завтрака. Мыши из Глинобитной Обители подавали на стол монастырский ореховый пудинг с травяным соусом. Колумбина прямиком бросилась к Белле.
   - Лиса! Сюда идет лиса! - вымолвила она, с трудом переведя дыхание.
   Командор успокаивающим жестом положил лапу на плечо Колумбины.
   - Тише, тише. Что за лиса? Откуда идет?
   - Там, в лесу. Идет с северо-запада, принюхивается и все осматривает. Она скоро доберется сюда, если мы ее не остановим.
   Госпожа Янтарь собрала хлебной коркой соус с тарелки.
   - Лисица, да? Ты ее узнала, Колумбина?
   - Конечно! Эта та, которую называют Фортуната. Правда, она слегка изменила свой наряд. Я и узнала-то ее по этой попытке замаскироваться.
   - А маскировка состоит, наверное, из старого потрепанного плаща с капюшоном? - перебила Белла. - Сумка с травами и клюка?
   Колумбина кивнула.
   - Старый наряд странствующей знахарки. Пора бы ей что-нибудь новенькое придумать, а, Маска? - презрительно улыбнулась барсучиха.
   Тот поднял глаза от своей тарелки с пудингом:
   - Как вы собираетесь с ней поступить?
   Госпожа Янтарь взялась за колчан.
   - Метко пущенная из тугого лука стрела избавит нас от нужды спорить об этом, - сказала она.
   Командор крепко сжал лапой пращу:
   - Да, стрела или тяжелый камень, который стукнет ее по бушприту.
   Маска встал, поглаживая себя по набитому животу.
   - Сударыня барсучиха, почему бы не предоставить это дело мне? Может быть, я смогу помочь вызволить наших пленников.
   Белла пододвинула к Колумбине тарелки с едой.
   - Поешь, малышка. Давай, Маска, расскажи нам, что ты придумал.
   Тот уже обернулся ко всем спиной и подбирал себе наряд.
   - Вот моя мысль: пусть лиса придет сюда, пусть увидит все, что хочет, только не говорите ей, кто я такой. Уверяйте ее, что я только недавно к вам пришел.
   Когда Маска повернулся лицом к членам Сосопа, он и впрямь выглядел необычно для обитателя Барсучьего Дома. Выдра превратилась в тощего старого седого лиса с такой зловещей мордой, какой никто из присутствующих и представить себе не мог!
   Маска удалился в кабинет Беллы, чтобы довести свое превращение до совершенства.
   - Подберу подходящий хвост, вотру коричневой глины в шкуру, да еще кое-какие мелочи подправлю. Ха-ха-ха, она меня от своего дедушки отличить не сможет, когда я закончу!
   - Отлично! Попались, ребята! И не пытайтесь штуки выкидывать, а не то мы в этом кроте дырок понаделаем!
   Мартин открыл глаза. Хорек и горностай стояли над Динни, приставив копья к его шее. Воителю инстинктивно захотелось броситься на врагов, но Гонф умерил его пыл:
   - Делай, что они говорят, товарищ. Они захватили нас врасплох.
   Все трое лежали не шевелясь. Чернозуб довольно ухмыльнулся:
   - Я буду крота под копьем держать, Ломаный. Погляди в их барахле, может, какую веревку найдешь.
   Ломонос отошел и стал рыться в мешках.
   - Еще лучше веревки, приятель. Смотри, канат! - крикнул он.
   - Давай его сюда, да наставь копье на крота. Проткни его, если шевельнется! - с этими словами Чернозуб обмотал путешественников канатом. Связав их всех вместе, он подергал за один конец, чтобы убедиться в прочности пут.
   Подняв с земли свое копье, он принялся важно вышагивать вокруг мышей и крота.
   - Ха-ха, теперь вы у нас в плену. Мы с вами рассчитаемся за то, что вы нарушили законы Котира и заставили нас гоняться за вами! Стоять смирно!
   Ломонос тем временем вытряхивал мешки с провизией.
   - Хи-хи-и! Смотри-ка - яблоки, хлеб, сыр... ммм... Пирог!
   Чернозуб подбросил дров в костер и с волчьей жадностью набил свою пасть едой. Это занятие не мешало ему угрожать пленникам копьем.
   - Это повеселее будет, чем раньше, Ломаный! - торжествующе воскликнул он. - Иди сюда, погрейся у огня.
   Гонф подмигнул Мартину и прошептал:
   - Положись на меня, товарищ. Я с этими дураками справлюсь.
   Чернозуб резко дернул за канат.
   - Эй вы, придержите язык. Еще одно слово услышу, пожалеете, ясно?
   Гонф пожал плечами, насколько канат позволял это сделать.
   - Не беспокойся, командир. Вы нас взяли в плен, тут спорить не приходится. Но, пожалуйста, не съедайте все наши запасы. У нас больше ничего нет, мы можем умереть с голоду.
   Ломонос швырнул в Гонфа огрызком яблока и откусил кусок сыра.
   - Да не ной ты, мышь! Погляди на нас, мы выжили, питаясь несколько дней подряд малюсенькой корочкой и травой. Мммм, вкусный сыр. Ого, фруктовый пирог! Клянусь когтями, мне это по нраву.
   - Эй, жадина, мне полагается половина! - Чернозуб ткнул Ломоноса копьем.
   - Еще чего! Ты вон сколько себе заграбастал, жирнопузый! - возразил Ломонос.
   - Ах ты, жадный червяк!
   - Ой! Прекрати тыкаться копьем, гниль!
   - Так, правильно, товарищ, - одобрительно крикнул Гонф. - Докажи ему, что командовать положено горностаям.
   Чернозуб уже поднял копье, чтобы пронзить Гонфа, но тут Ломонос ткнул его в зад.
   Мартин принял сторону Чернозуба.
   - Не давай ему над тобой издеваться, хорек. Ткни-ка его!
   Динни был за Ломоноса:
   - Он же просто наглец большой! Стань ему на глотку, горностай!
   Чернозуб треснул Ломоноса по голове древком копья. В ответ Ломонос поранил острием лапу Чернозуба.
   Трое друзей подзадоривали обоих громкими криками:
   - Ты его победил! Заколи его!
   - Вот так! Не давай ему встать!
   - Перегрызи глотку!
   - Пихай его в костер, скорее!
   В слепой ярости горностай и хорек дрались, перемещаясь по всему лагерю. Они катались по костру, падали в мелкие прибрежные лужи, наталкивались на пленников, позабыв все на свете, кроме ненавистного противника.
   - Грррр, вот тебе, свиной горногрыз!
   - Ахррр, тебе больше не придется меня гонять, хорьковая рожа! Получай!
   Чернозуб повалился, пронзенный копьем противника. Ломонос тут же отскочил на мелководье и погрузился в воду. Чернозуб из последних сил поднялся и, пошатываясь, пошел на врага, выставив копье вперед. Ломонос зашел в воду еще глубже. Теперь он был без копья и умоляюще протягивал лапы:
   - Не надо, Черный... Я не хотел...
   Хорек неверными шагами забрел в воду, поднял копье, готовясь метнуть его, и упал замертво.
   Ломонос, будто под гипнозом, продолжал отходить назад:
   - Я не хотел, Черный... Честное слово. Возьми себе половину...
   И он исчез! На поверхности был виден лишь хорек Чернозуб, лежавший в воде мордой вниз.
   Трое друзей повалились на землю. Они лежали, не имея возможности пошевелиться, и смотрели во все глаза на то место, где за мгновение до того стоял Чернозуб.
   - Ямы на дне, товарищи, донные ямы, полные жидкой грязи, - объяснил Гонф, - Надо иметь их в виду, когда станем переправляться.
   Динни принялся извиваться в путах.
   - Надо бы нам подумать, как развязаться!
   Мартин с трудом повернул голову к Гонфу.
   - У тебя есть мысли на этот счет?
   Воришка только улыбнулся в темноте.
   - Лежи спокойно. Я могу дотянуться до кинжала. Разве я никогда тебе не говорил, товарищ, что я Король Освободителей?
   Мартин почувствовал, как острое лезвие перепиливает связывавший их канат.
   - Мне кажется, товарищ, нечто в этом роде я уже слышал в тюрьме Котира.
   Вскоре обрезки каната упали на землю. Гонф поднялся.
   - И в тот раз тоже сбылось все, что я обещал, - сказал он.
   Динни с наслаждением выпрямил спину:
   - Сбылося, сбылося, хоть ты этим и не любишь хвастать.
   Они принялись подсчитывать потери. Мартин отшвырнул в сторону растоптанный сыр.
   - Они сгубили все наши запасы! - с отвращением произнес он. - Большая часть еды вместе с ними упала воду. Смотри, они даже рыбу уронили в костер! Мартин показал обгоревший остов.
   Гонф спихнул мертвого Чернозуба в быстро текущую воду.
   - Все могло и хуже кончиться, товарищ. Главное - мы живы.
   Динни раздул тлевшие уголья и подложил сухого тростника и дров.
   - Ничего, Мартин. Мы со всем справимся, вот увидишь.
   25
   Фортуната шла по следу, который вел в никуда. Кто-то тщательно и искусно замел все отпечатки лап, но лисица все равно знала, что здесь прошли лесные жители. Те, кто проводил маскировку, не смогли, разумеется, уничтожить все следы: оставался запах и сломанные кое-где мелкие веточки. Лисица пошевеливала кустарник, стараясь обнаружить еще что-нибудь.
   - Ты что-то потеряла?
   Голос заставил лисицу вздрогнуть. Она резко обернулась, стараясь обнаружить того, кому он принадлежал. Но ничего, кроме молчаливо стоявших деревьев, увидеть Фортунате не удалось. И вдруг - совершенно неожиданно - она заметила, что совсем рядом с ней стоит ее соплеменник - лис!
   - Я спрашиваю, ты что-то потеряла? - снова спросил он.
   Фортуната внимательным взглядом оценивала, на что способен этот незнакомец. Это был старый лис, шкура которого пестрела пятнами седого и тускло-коричневого меха. Он был тощ и слегка горбился. Но больше всего ее поразили глаза - они были ужасны: плоские желтые круги смотрели искоса, да так злобно и свирепо, что Фортуната невольно вздрогнула. Более страшного соплеменника ей встречать еще не приходилось.
   - Нет, я ничего не теряла, - произнесла она, стараясь придать своему голосу оттенок беспечности. - Я просто так, мимо иду.
   - Ну что ж, и я тоже. Возможно, мы окажемся полезны друг другу, предположил старый лис.
   - Да, возможно. Меня зовут Метлохвостка. Я странствующая знахарка. А как зовут тебя?
   - Меня - Латаная Шкура. Я пришел из далеких восточных стран, - ответил лис.
   Фортуната кивнула. Да, его шкура и впрямь была похожа на старый плащ в заплатах.
   - Гм, ну а я... я иду с юго-востока. Может, поэтому мы никогда и не встречались. Знаешь, Латаная Шкура, я вообще-то ужасно проголодалась. Ты, наверное, заметил, как много здесь отпечатков лап. Наверное, где-нибудь неподалеку находится лагерь лесных жителей. Обычно они соглашаются кормить меня в награду за мои услуги знахарки.
   Латаная Шкура потер свой впалый живот.
   - Ммда, я тоже голоден. Недолго протянешь, питаясь травой и запивая ее росой. Послушай, Метлохвостка, наверное, я мог бы путешествовать с тобой в качестве помощника. Кстати, сегодня я проходил мимо одного места, где, возможно, как раз и находится то, что ты ищешь.
   Фортуната навострила уши.
   - В самом деле? И где же?
   Странный лис неопределенно помахал лапой.
   - Да знаешь, там вон, в той, в общем, стороне... Я не стал там задерживаться, потому что эти самые лесные жители меня обычно гонят прочь... Гм, можно подумать, что я собираюсь их детенышей воровать! Выглядело это место как хорошо оборудованное укрытие, снабженное полными кладовыми. Я думаю, что смог бы снова найти дорогу туда...
   - Никак не могу их осудить за то, что они тебя гонят, друг мой Латаная Шкура, - захихикала Фортуната. - Скажу честно, ты отнюдь не выглядишь безобидно, как маленькая мышка на солнечной лужайке.
   Латаная Шкура запрокинул назад голову и злобно захохотал:
   - Ха-ха-ха! На себя погляди, бродяга голозадая! Любой приличный обитатель леса тебя за милю обходить должен. Давай-ка заключим союз. Что скажешь? Без меня тебе укрытия не найти.
   Фортуната принялась потирать усы, притворяясь, что всерьез раздумывает над предложением лиса. Наконец она протянула ему свою лапу.
   - Так и быть, Латаная Шкура, - согласилась она. - Мне тоже кажется, что нам выгоднее держаться вместе. По лапам, лис!
   - По лапам, лиса!
   Они пожали левые лапы друг другу и затянули старинную песню, сопровождавшую обряд заключения союза между двумя злодеями:
   Мы пожали лапы вместе.
   Как там, когти-то на месте?
   Свистнули? Так обыщи!
   Их теперь ищи-свищи!
   Бен Колючка наблюдал только что описанную сцену, прячась за земляным холмиком. Он торопливо заковылял в Барсучий Дом, чтобы доложить Сосопу, что Маска, он же Латаная Шкура, познакомился с Фортунатой, сиречь Метлохвосткой.
   Маска заставит Фортунату изрядно побродить по лесу, прежде чем в Стране Цветущих Мхов настанет вечер...
   День уже перевалил за половину, когда Чибб улетел прочь от окна тюремной камеры в Котире. Джиндживер со своими маленькими друзьями сидел на соломе и терпеливо разъяснял им послание Сосопа:
   - Значит, если хорек похож на хорька, или горностай похож на горностая, или ласка похожа на ласку - не доверяйте им! Но вот если лис, похожий на лиса, говорит, что его зовут Маска и что его послал Сосоп, мы должны в точности исполнять все, что он прикажет - быстро и не задавая вопросов.
   Ферди почесал свою колючую голову.
   - А если это будет горностай, похожий на ласку, нос как у хорька... хвост лисий - что тогда, господин Джиндживер?
   Джиндживер по-дружески опрокинул его в солому.
   - Тогда не доверяй ему, даже если это окажется Ферди, похожий на Коггза, да еще и со шкурой, как у Джиндживера. Проказник ты этакий! Шшш! Тихо! Кто-то идет! Лучше я вас опять в мешки спрячу.
   По коридору, оживленно разговаривая, прошли два стражника ласки.
   - И что же принес отряд фуражиров?
   - Ничего! Ни желудя! Госпоже это не очень-то по вкусу пришлось.
   - Ну что ж, ничего другого ждать не приходилось.
   - Да, но дело усугубляется. Кладд доложил, что одного из наших солдат схватил старый орел.
   - И кого же он схватил?
   - Говорят, горностая.
   - Ааа... наплевать, лишь бы не ласку.
   - Да-да. Я тоже горностаев не выношу. Противные хитрецы!
   - Что правда, то правда. Не то что мы, приятель. Все равно, если бы орел напал на одного из наших, тот бы наверняка как-нибудь изласкился на свободу.
   - Ха-ха-ха! Ну ты и шутннк! "Изласкился"! Здорово сказано!
   Волны быстро мчавшегося ручья сверкали под лучами послеполуденного солнца. Трое путешественников с утра шли по берегу, высматривая подходящую мель для переправы. Мартин поднял глаза на гору. Они уже значительно приблизились к ней. Он мог различить зеленую растительность у ее подошвы, переходившую выше в базальт и серый камень скалы, вздымавшей ввысь покрытые снегом вершины, которые, казалось, поддерживали само небо, как сказочные колонны.
   Гонф, волоча за собой удочку, весело распевал:
   Маячат горы впереди
   На чистом небосклоне,
   И знай себе теперь иди
   Ведь больше нет погони!
   Но дня того я не дождусь,
   Когда из сей пустыни
   С победой славною вернусь
   К любезной Колумбине!
   По дороге Динни выкапывал съедобные коренья, чтобы пополнить запас продовольствия.
   Впереди Мартин увидел излучину с крутым береговым склоном.
   - Вперед, товарищи! Кажется, ручей здесь поуже. Наверное, удастся переправиться.
   Он оказался прав. Сразу за излучиной их глазам предстало отрадное зрелище: поперек ручья был натянут канат, привязанный к столбам, глубоко врытым в землю. У противоположного берега на отмели лежало ивовое бревно. Гонф подергал туго натянутый канат.
   - Это паром, товарищи. - объяснил он. - Видите бревно у того берега? Жаль, конечно, что оно не здесь. Ну да ничего, даже если придется слегка искупаться, мы переберемся по канату.
   Между тем на противоположном берегу за ними следили две пары глаз.
   Мартин вошел в воду, держась за канат.
   - Идите, здесь не слишком глубоко, - крикнул он. - Держитесь за канат с этой стороны, тогда течение не так будет сносить.
   Динни и Гонф отправились вслед за ним. Идти было не очень тяжело. Перебирая лапами, они пересекли поток воды. На полпути дно ушло у них из-под задних лап. Теперь приходилось плыть, но тем не менее с помощью каната они продвигались вперед.
   И вдруг с того берега кто-то крикнул:
   - Чужеземцы, остановитесь!
   Из-за ивового бревна показались змея и ящерица.
   - Похоже, мы снова попали в передрягу, Дин, - прошептал Гонф.
   Мартин, будто ничего не слышал, продолжал двигаться вперед.
   Динни дружелюбно крикнул:
   - Добрый день! Мы переправляемся! Нас нечего бояться.
   Змея угрожающе подняла голову.
   - Хссссс! Здесь никто не смеет переправляться бесплатно. Я - Смертный Извив, а рядом со мной - Секущая Чешуя. Мы сторожим переправу. Платите, или прощайтесь с жизнью.
   Гонф догнал Мартина.
   - Мне эта парочка не нравится. Интересно, ты видишь на змеиной шкуре гадючьи метки?
   Боевая натура Мартина возмутилась. Покрепче уцепившись за канат одной лапой, он снял с шеи обломок меча.
   - Для настоящей гадюки она слишком тоща и мала, - успокоил он друга. - Я совершенно уверен, что вторая тварь - что-то вроде обычного тритона. Предоставь это дело мне. Я разберусь.
   Стражи переправы поняли, что путники вскоре достигнут берега.
   - Что вы нам дадите? - спросила ящерица злобным голосом. - Давайте пошевеливайтесь. Выбирайтесь на берег и вытряхивайте мешки. Да быстро!
   Лицо Мартина приняло суровое выражение:
   - Послушайте, вы двое. Нас вы не испугаете. Мы путешественники, у нас нет никаких ценностей, но если придется, мы готовы к бою, так что вам лучше держаться подальше.
   Змея, склонив голову к канату, свирепо глядела на троих друзей.
   - Хсс, дурачье, одного укуса моих зубов достаточно, чтобы наступила смерть. Если у вас нет ничего ценного, отправляйтесь обратно и раздобудьте что-нибудь для уплаты за переправу.
   Мартин резко дернул книзу туго натянутый канат и тут же выпустил его. Канат, вибрируя, подпрыгнул вверх. Змея получила несколько ударов по нижней челюсти, прежде чем ее отшвырнуло на берег.
   - Это тебе для начала, червяк! - засмеялся Гонф. - Погоди, я дам тебе проверить, остер ли мой кинжал. Дай только до берега добраться. Вперед, Дин!
   Крот помахал мощной лапой землекопа:
   - Я тебя в узел завяжу, а потом и ящерицу поучу вежливости.
   Наконец трое друзей выпрыгнули на берег. Стекавшая с них вода ничуть не уменьшала их решимости дать бой. Впереди шел Мартин, размахивая обломком меча. Гонф обнажил свой кинжал, вместе с Динни они выступали с флангов, стремясь взять врага в клещи. Крот размахивал мешком, набитым травами и кореньями.
   Когда противники сошлись совсем близко, змея, извиваясь бросилась на Мартина.
   - Хххссс, твои кости сгниют на этом берегу, мышь!
   26
   Фортуната начинала злиться на своего спутника.
   - Клянусь клыками, Латаная Шкура, я совершенно уверена, что мимо этой тисовой рощицы мы уже в третий раз сегодня проходим. Что за игру ты затеял, скажи на милость?
   Латаная Шкура резко повернулся к лисице и наставил на нее длинный ржавый кинжал.
   - Ты хочешь назвать меня лгуном, Метлохвостка? Думаешь, я не знаю дороги?
   Лисица отпрянула, нервно поводя языком по мгновенно пересохшим губам.
   - Нет, конечно же нет, друг мой. Прошу прощения, но мне все деревья кажутся очень похожими. Ведь я знахарка, а не следопытка.
   Латаная Шкура проворчал, вкладывая кинжал обратно в ножны:
   - Гм, я тоже не мастер разбирать следы. Мое дело - воевать за плату. Я всегда готов поменять любой лес на хорошую казарму. Не расстраивайся, идти осталось недолго.
   Фортуната отвела в сторону торчавшую ветку.
   - Воевать за плату? Так ты наемник! Ну что ж, услужи мне, и я, может быть, обеспечу тебе хорошую казарму. Я даже могла бы назначить тебя командиром.
   - Командиром, говоришь? Где это?
   Лисица хитро подмигнула:
   - Как-нибудь в другой раз расскажу. Мы скоро придем?
   - Видишь вон тот большой дуб? - спросил Латаная Шкура, указывая лапой. Между его корнями есть потайная дверь. Иди за мной.
   Услышав стук, Белла чуть-чуть приоткрыла дверь и посмотрела через узкую щелку. Командор и госпожа Янтарь вытянули шеи, чтобы увидеть пришельцев, а Белла неприветливо спросила:
   - Кто вы такие? Что вам нужно?
   Фортуната заискивающе поклонилась.
   - Меня зовут Метлохвостка. А это мой помощник, Латаная Шкура. Быть может, вам нужны услуги знахарки?
   Госпожа Янтарь оскалила зубы.
   - Нам твои шарлатанские снадобья не надобны, лиса. Убирайтесь, да поживее!
   - Пожалуйста, пожалейте нас, - жалобно заскулил Маска. - Нам сейчас так тяжко! Лис отовсюду гонят, даже если это честные путешественники, прошедшие много миль, чтобы найти работу. Мы никому не желаем зла. Мы умираем от голода.
   Командор подмигнул барсучихе:
   - Впусти их, сударыня Белла. У нас ведь наверняка найдется кусок хлеба и тарелка супа для этих двух блохастых бродяг!
   Белла пошире отворила дверь.
   - Заходите, лисы. Но смотрите ведите себя смирно, а не то мы вас подвесим за хвосты на высоком дереве.
   Оказавшись внутри, Фортуната принялась бросать быстрые взгляды во все стороны, высматривая каждую особенность обстановки. В комнату вошли аббатиса Жермена в сопровождении двух ежат, одетых в плащи из одеял и с кастрюлями на голове вместо шлемов.
   - Ферди, Коггз, отведите этих путешественников на кухню, - приказала им аббатиса. - Попросите Гуди их накормить.
   Гуди Колючка подала несимпатичной парочке остатки весеннего овощного супа с хлебом и сыром. Незваные гости принялись есть с нескрываемой жадностью.
   - Батюшки! Похоже, вы с прошлой осени ничего не ели, - заметила Гуди. - Я вам нарежу еще хлеба с сыром, а после еды, чтобы нас даром не объедать, вы отработаете чисткой кастрюль и сковородок. Нужно и моим старым лапам немного отдохнуть.
   Наконец гости неохотно оторвались от своих тарелок. Их взору предстала огромная гора грязной посуды в чанах с водой.
   Лисица брезгливо скривила губы:
   - Ты будешь мыть, а я вытирать.
   Маска отрицательно покачал головой:
   - Нет-нет. У знахарки должны быть чистые лапы. Ты будешь мыть, а я вытирать.
   Во время работы Маска прошептал Фортунате:
   - Что ты обо всем этом думаешь, Метлохвостка?
   - Гм, логово у них вполне уютное, - ответила та. - Да и припасено довольно. Но знаешь, Латаная Шкура, они мягкосердечны и просты, как свежевыпеченный хлеб. Подумай только, как легко они нас впустили.
   Маска с умным видом потер нос:
   - Лесные простофили, правда? Одно подразделение бравых солдат могло бы им всем усы в узел завязать.
   Фортуната передала ему для протирки большую сковородку.
   - А тебе бы пришлось по вкусу командовать этим подразделением, а, Латаная Шкура?
   - Это и есть то место командира, о котором ты поминала? - едва слышно прошептал Маска.
   Фортуната вытерла лапы полотенцем.
   - Ну да. Я наблюдаю за тобой, Латаная Шкура. Ты мне по сердцу пришелся. Слушай внимательно, да служи мне верно: мы оба сделаемся богатыми и могущественными лисами, если будем вести игру тонко!