— Чем больше я понимаю тебя, тем больше я понимаю нашего врага, — сказал Секот, — Ты видишь тут противоречие, джедай?
   — Всё зависит от того, кому служит Секот.
   — Я тоже служу Силе — но в том виде, в каком её определяет Потенциум. Сила — это только свет. Магистр Леор Хал и ферроанцы подарили мне сознание. Но Чужаки Издалека — йуужань-вонги — научили меня тому, что хоть зла и не существует, существуют злые поступки. У меня хватило сил, чтобы остановить йуужань-вонгов, когда они напали на меня пятьдесят лет тому назад, и я смогу остановить их снова. Инстинкты говорят мне, что я всегда буду сильнее их.
   Джейсон вспомнил удар Силы, который испытали те, кто находился на борту «Тени Джейд», когда корабль только-только появился в системе Классе Эфемора.
   — И ты используешь это могущество, чтобы разбить йуужань-вонгов? — осторожно спросил он.
   — Если необходимо — но без ненависти. Если я буду ненавидеть их за то, кем они стали, я отделю себя от Силы и позволю эгоизму одержать верх над стремлением расширить моё понимание действительности. Тогда я оскверню мой свет тьмой. Наш разум обманывает нас, заставляя верить, будто мы отличаемся друг от друга. Но в служении Силе мы познаем истину: что все мы — единое целое; что когда мы действуем в согласии с Силой, мы действуем в согласии со стремлениями всего живого разрастаться вширь, возвыситься над физическим аспектом существования и стать чем-то более значимым.
   — С этой точки зрения все живые существа — семена-партнеры, Джейсон, желающие объединиться с окружающей их жизнью и тем самым породить нечто великое и прекрасное — космический корабль, произведение искусства или благородный поступок, который навеки запечатлится в истории галактики. Я не меньше тебя стремлюсь принять участие в эволюции духовного начала. Моё сознание жаждет этого.
   — Это легче сказать, чем сделать, — заметил Джейсон.
   — Да, здесь дело в равновесии. Каждым своим поступком мы влияем на равновесие во вселенной, смещая его то в одну сторону, то в другую. Чтобы одолеть йуужань-вонгов, мы должны просто идти туда, куда мы хотим прийти. Вот почему мне нужно вернуться в изученное пространство. Но дело здесь не только в верном определении гиперпространственных координат. Если я отправлюсь не туда, куда хочу попасть, всё будет впустую. Даже если я выполню прыжок безукоризненно, мои действия не принесут плодов. Да, Джейсон, именно этому научила меня Вержер.
   Джейсон слишком внимательно слушал слова Секота, чтобы быть готовым к скорому ответу. Вержер указала ему путь, как переделать себя. Но пока этот процесс не завершён, он будет теряться в сомнениях, которые, если верить Секоту, должны оставаться в прошлом и не мешать единению с Силой.
   — Мы должны подойти к поворотному моменту в нашей жизни с чистым сердцем, — продолжал Секот. — И когда перед нами будет опасность или трудный выбор, мы должны успокоиться и встретить испытание с чистым разумом. Когда мы научимся это делать, мы будем понимать, что поступаем правильно, даже не задумываясь об этом.
   — Ты знаешь, куда ты хочешь попасть? — спросил Джейсон, когда понял, что Секот ждёт от него комментариев.
   — Анализируя йуужань-вонгские биотехнологии, которые помогла мне изучить Нен Йим, я узнал, как можно усовершенствовать гиперпространственные двигатели Зонамы, используя энергию самой планеты. Успех испытательных прыжков убедил меня в возможности безопасного возвращения Зонамы в изученное пространство. Я начинаю понимать, как йуужань-вонги создают то, что они называют довинами-тягунами, виллипами, йаммосками. Или, возможно, я просто начинаю вспоминать…
   — Но я опасаюсь, что, если Зонама выйдет из гиперпространства неподалеку от какой-либо обитаемой планеты, это будет иметь для последней пагубные последствия.
   Из записей, полученных в чисской библиотеке, Джейсон и Саба узнали о сейсмической активности, которую вызвало появление Зонамы на орбите планеты Мунлали Мафир стандартное десятилетие назад, и о жертвах среди её населения.
   — Мой дядя предполагал, что ты будешь беспокоиться об этом, — проговорил Джейсон. — Он сам хотел объяснить тебе, что ты не должен беспокоиться.
   Вержер заскользила к нему по воде:
   — Расскажи мне, что задумал мастер Скайуокер.

Глава 24

   Красноватое солнце Кэлуулы поднялось над грядой холмов, освещая кроны высоких деревьев и согревая воздух. Лея принялась растирать руки, но почти сразу остановилась, когда обнаружила, что дрожь, которую она испытывает, не имеет ничего общего с температурой воздуха.
   К северу от тропы, среди поломанных деревьев, их группа обнаружила разбитый прыгун. Прозрачный фонарь кабины йуужань-вонгского истребителя был разбит, внутри сидел мёртвый пилот. Шлем восприятия, посредством которого осуществлялась связь пилота с живым истребителем, сморщился и прилип к лицу пилота, как лист флимсипласта. Хан присел на корточки у тупого носа прыгуна, рассматривая выпавший из расколотого фюзеляжа странный предмет, похожий на сердце тёмно-красного цвета, усеянное бледно-голубыми шипами.
   — Довин-тягун мёртв, — констатировал он.
   — Плазменные пушки тоже, — подтвердил Кип.
   Пока Врау и Сассо проверяли кабину, мастер-джедай обошел прыгун. Пейдж, Ферфер и Мелокью проводили разведку леса в направлении Кэлуула-Сити. Тимбу безмятежно паслись поблизости. Встав, Хан приложил руку ко лбу и устремил взгляд поверх изломанных деревьев.
   — Летел оттуда. — Он указал на впадину вдалеке. — А вот здесь он ударился о землю и пропахал заросли.
   Закончив обход вокруг прыгуна, Кип покачал головой.
   — Вопрос только, кто его сбил?
   — Батареи орбитальной станции или истребители. Больше некому.
   Кип вновь посмотрел на прыгун:
   — На нём нет следов попадания лазером.
   Хан поморщился:
   — Не может быть.
   Он снова присел, осматривая истребитель, затем опять поднялся:
   — Возможно, разряд попал прямо в фонарь.
   — И там нет следов попаданий, — заявил Сассо, спрыгивая с кабины на землю.
   Хан поднял взгляд на Кипа.
   — Возможно, попадание ионной пушки… — Он не договорил, когда и сам понял неправдоподобность своего предположения. — Нет, тогда бы он не входил в зону действия гравитационного поля на предельной скорости…
   Кип кивнул:
   — Судя по глубине кратера и тому, как острижены кроны, прыгун летел на высоте не более чем триста метров.
   — Патрулировал территорию, — предположил Сассо. — Это объясняет, почему на нём нет термических повреждений.
   Хан повернулся к родианцу:
   — Может, это ваши партизаны сбили его?
   Сассо покачал головой:
   — Нет, у нас нет такого оружия.
   С фюзеляжа спрыгнул Врау.
   — Так почему он упал? У него случился сердечный приступ?
   Хан пожал плечами.
   — Может, йуужань-вонги забрали всё хоть сколько-нибудь ценное для эскадры, штурмующей Мон Каламари, а на планетах, подобных Кэлууле, оставили самых негодных био-прислужников и самых неопытных воинов? — Он усмехнулся. — Тогда у них дела ещё даже хуже, чем у нас.
   — Нет, — сказал Кип. — Это только здесь у них всё так плохо.
   Лея слушала, как они пытаются найти убедительное объяснение этой аварии и тем абсурдно хилым воинам, которых они так легко одолели. Но ничего правдоподобного никому в голову не приходило.
   Предыдущей ночью никто не спал: все опасались, что за группой наблюдают. Утром они решили сойти с тропы и пробиваться через густой лес, чтобы избежать обнаружения. Тот факт, что на пути им больше не встречались био-разведчики и патрули, только усиливал подозрение, что они идут прямо в ловушку. А теперь вот блуждания по лесами привели их к этому прыгуну.
   — Знаете, что могло случиться? — предположил Хан. — Йаммоск мог дать ему неверные указания.
   — Возможно, — кивнул Сассо. — Можно даже поверить, что от удара погибли и пилот, и довин-тягун. Но отчего умер шлем восприятия? Или он подпитывался энергией от довина? — Он снова оглядел истребитель. — Я не знаю; я всегда больше прятался от них, чем пытался изучить.
   — Наша дочь могла бы всё объяснить, — промолвил Хан. — Ей приходилось пилотировать корабли йуужань-вонгов.
   «Джейна!»
   Лею охватило сильное чувство тревоги. Но прежде чем она смогла разобраться, что произошло, ход её мыслей нарушил крик Хана, обращённый к Врау. Подняв взгляд, Лея увидела, что ботан вновь залез в кабину и зарисовывает её интерьер.
   — Будет что показать внукам, — пробурчал Врау, когда Хан потребовал объяснений.
   — Внукам? Тебе повезёт, если у тебя хотя бы дети будут.
   Врау закрыл блокнот:
   — Если у меня будут дети, у меня хватит ума держать их подальше от войны.
   Хан с угрожающим видом приблизился к ботану:
   — Наверное, придётся научить тебя хорошим манерам до того, как всё это закончится.
   Лея увидела, что Кип готов встать между ними, но дальнейшего развития конфликта не последовало.
   — Он кореллианин, — сказал Кип, когда Хан отошёл. — Кореллиане впустую не угрожают.
   Врау лишь хихикнул.
   Сассо ушёл искать Мелокью, Пейджа и Ферфера; Хан, Лея и Кип принялись грузить вещи на тимбу.
   — Вы хоть понимаете, что за нами следят? — проворчал Хан.
   Кип кивнул:
   — Похоже, за нами следили с самого начала. Но это ещё не значит, что мы не сможем выполнить нашу задачу. Нам просто нужно быть осторожнее.
   — Кстати, об осторожности: разведка не предоставила данные на Сассо и Ферфера?
   — — Это нужно спросить у Врау. Я знаю, что оба они присоединились к сопротивлению ещё до того, как вонги явились в систему Кэлуула. Сассо даже какое-то время служил на орбитальной станции.
   — По крайней мере, нас ещё не продали вонгам.
   — Пока что.
   Из подлеска донёсся короткий посвист, и через несколько секунд из-за деревьев вышли Сассо, Пейдж, Ферфер и Мелокью. На ладонях у хо'динки лежали около десятка насекомых с хрупкими крыльями, на которых светились большие биолюминесцентные глазки. Мелокью осторожно опустила их на землю и уселась рядом.
   — Они мертвы, — страдальчески промолвила она. — Весь лес усыпан их тельцами. Многие умерли в своих коконах, и лишь некоторые — в полёте.
   — Все мертвы? — в замешательстве переспросила Лея.
   Мелокью покачала головой:
   — Не все, но выжившие очень вялы, они еле двигаются. — Она обвела взглядом Лею и остальных. — Здесь произошло что-то ужасное.
   Хан и Кип хмуро переглянулись.
   — В путь, — скомандовал Пейдж.
 
* * *
   Через несколько часов группа Мелокью подошла к невысокому горному хребту, который высился над южной частью Кэлуула-Сити и большим, похожим на улей миншалом, где и обитал йаммоск.
   — Там три входа, — пояснил Сассо, высунувшись из укрытия, в котором они спрятались. — Два с фасада, один с восточной стороны. Все три закрыты мембранами, которые можно пробить бластерами. Каждый вход охраняют трое или четверо охранников. У нас будет преимущество, если мы атакуем на закате солнца, когда закончится дневная смена. В общей сложности миншал охраняют примерно семьдесят пять воинов. Есть комендант, субалтерны, минимум один жрец и одна из этих… с волосами, похожими на змей.
   — Формовщица, — подсказала Лея.
   Родианец кивнул:
   — Что касается йаммоска — как его убить, я не знаю. Но думаю, у вас на этот счёт имеются идеи.
   — Предоставьте это мне, — произнес Кип.
   — Когда мы окажемся внутри, необходимо будет сразу же вывести из строя виллипы.
   Лея бросила взгляд поверх плоских крыш города. Судя по положению солнца, ждать оставалось ещё долго. Ферфер намерился отправиться на поиски места, где можно было бы спрятать тимбу. Он углубился в лес всего на несколько метров, когда раздался вскрик. Через мгновение рин, пошатываясь, вернулся; его живот был вспорот, словно лопнувший фрукт.
   Позади него появились четыре относительно невысоких и тёмных йуужань-вонга.
   Метнув потрясённый взгляд на Лею, Хан вскинул бластер.
   Пейдж схватил винтовку, но не успел даже поднять её, когда невероятно длинный амфижезл вырвал оружие из его рук и подбросил в воздух, как палочку. Сассо бросился на воина, сжимавшего в руках этот амфижезл, но не успел преодолеть и трёх метров, когда йуужань-вонг подпрыгнул, приземлился позади родианца и вонзил ему в спину нож-куфи.
   Кип и Лея зажгли световые клинки одновременно. Хан и Врау бластерным огнём вынудили двоих воинов пригнуться, но в точности попаданий не преуспели. Зато Кип сумел зацепить клинком грудную клетку одного из противников. Йуужань-вонг с громким рыком упал на землю и откатился, но на его тёмной плоти осталась одна лишь узкая бескровная борозда.
   Кип нанёс новый удар — размашисто, будто орудовал топором. Увернувшись, йуужань-вонг поднялся на одно колено и выставил амфижезл перед собой. Змееподобное существо обернулось вокруг эфеса светового меча. Кип не выпустил из рук оружие и пытался освободить меч, но без успеха. В это время вокруг его пояса и рук обвился второй амфижезл, и джедай рухнул на землю.
   Хан трижды выстрелил во второго воина, вынудив его отступить на пару шагов, но не убив и даже не сумев заставить амфижезл отпустить Кипа. Хан позвал на помощь Врау, но ботан и без того был занят, он отчаянно пытался помешать второй паре воинов схватить Пейджа.
   Времени на лишние размышления у Леи не было — она решила, что Хан и Кип находятся в большей опасности. Выставив меч перед собой, она бросилась к воину, чей амфижезл продолжал швырять Кипа из стороны в сторону. Хан скорее почувствовал, нежели увидел промелькнувший в метре от себя силуэт жены.
   — Лея! — вскрикнул он.
   Не переставая обстреливать йуужань-вонгов из бластера, он бросился за ней.
   Четыре бластерных выстрела продырявили йуужань-вонга, на которого кинулась Лея. Но в этот момент второй воин приказал амфижезлу отпустить меч Кипа и выскочил Лее наперерез.
   Увидев, что происходит, Хан бросился вперёд в отчаянной попытке заслонить Лею от амфижезла. И Лея в ужасе увидела, как амфижезл ударил её мужа в шею, как челюсти живого оружия раскрываются и два длинных клыка вонзаются в плоть кореллианина.
   Хан упал на бедро, но быстро поднялся на колени. Он успел сделать ещё три выстрела, прежде чем бластер выпал из руки. Он покачнулся и повалился на бок, прижимая к груди дрожащие ладони.
   Кип хотел было подбежать к нему, но его уже атаковали трое йуужань-вонгов.
   Рот Леи открылся в безмолвном крике. Выронив световой меч, она подбежала к мужу. Не сводя потрясённого взгляда с двух кровавых точек на его шее, она сжала в ладонях его правую руку, содрогавшуюся от судорог.
   — Хан! — вскрикнула она. — Хан!
   Неожиданно оказавшаяся рядом Мелокью приподняла голову Хана с земли. Его лицо превратилось в безжизненную маску боли.
   — Я… з-знал… что это… н-не моя война… — прохрипел он. Две капли крови вытекли из ранки на его шее.
   — Хан! — зарыдала Лея, её глаза расширились от ужаса. Она смотрела на приближавшихся воинов, двое из которых крепко держали за руки Кипа; она словно ожидала, что они сейчас подойдут и как-то помогут Хану. Вместо этого один из воинов рывком поднял её и Мелокью на ноги.
   — Нет, нет… — бормотала Лея, мотая головой.
   Хан протянул к ней руку, но йуужань-вонг ударил его ногой. Глаза Хана закатились, веки дёрнулись и тело застыло.
   — Нет! — в последний раз выкрикнула Лея, когда воины потащили её прочь.
 
* * *
   — Оценка потерь, понесённых в первом бою, мастер войны. — Наместный командующий Лойрик Каан указал на нишу в переборке командного пункта «Зверя Йаммки».
   Нас Чока сосредоточился на перемещениях жуков-индикаторов.
   — Потери приемлемы, — кивнул он через какое-то время.
   — Эти неверные искусно пользуются преимуществами своих МАШИН, — заметил Лойрик Каан.
   Мастер войны с неудовольствием посмотрел на командующего; его верхняя губа дёрнулась:
   — Очередной пример их трусости… Прекрати думать о том, какое оружие используют наши враги, и сконцентрируйся на том, КАК они его используют. Думай о машинах как о живых существах, если это поможет тебе увидеть картину с большей ясностью.
   Лойрик Каан поклонился:
   — Слушаюсь, мастер войны.
   Нас Чока приблизился к жукам-индикаторам, демонстрировавшим диспозицию вражеского флота.
   — Они хотят защитить свою новую столицу, — молвил Лойрик Каан. — Но в этот раз спасти её им не удастся.
   Нас Чока подозвал одного из субалтернов:
   — Проводите наместного командующего Лойрика Каана из командного пункта. Если бы войну можно было выиграть одними лишь самоуверенными утверждениями, неверные давно бы уже были у наших ног.
   Мастер войны дождался, когда Каана выведут за радужную мембрану.
   — Вражеских кораблей значительно меньше, чем предполагалось, — заметил тактик, когда мембрана закрылась.
   — Разумеется, — кивнул Нас Чока. — Рассчитывая на эффективность своих тактических уловок, они решили придержать часть кораблей в резерве для выполнения каких-то других задач.
   — Истребители противника готовятся к атаке, — доложил субалтерн.
   Нас Чока фыркнул:
   — Как рой насекомых, которых нельзя отогнать и от которых не спрятаться. Зато их можно уничтожить. — Он повернулся к связистке, управлявшей ансамблем виллипов. — Прикажите доменам Ванг и Пекен очистить огнём заражённую зону. Затем пусть йаммоски закроют разрывы в формации резервными истребителями.
   Мастер войны и тактик вновь устремили взоры к иллюминатору, наблюдая за тем, как линейные корабли в центре формации дают залп из плазменных орудий. Десятки вражеских истребителей исчезли в огненном шторме, прочие лишились управления
   — Повторить, — приказал Нас Чока.
   Снова корабли извергли шквал плазменной энергии. Ещё несколько десятков истребителей неверных пали его жертвами.
   — Кораблям йорик-акага и йорик-век отойти в арьергард. Пусть маталоки станут лезвием нашего куфи.
   Субалтерн отсалютовал прижатыми к плечам кулаками.
   — Мастер войны, — обратилась к нему связистка. — На связи Верховный владыка Шимрра.
   Нас Чока подошёл к виллипу Шимрры и преклонил колени.
   — Сражение идёт успешно, о Грозный владыка, — начал доклад Нас Чока. — Мы добудем победу сегодня же, или погибнем в бою.
   — Для воина наилучший исход — погибнуть, сражаясь за победу, мастер войны.
   — Да, повелитель.
   — С тобой моё благословение и благословение богов. Йун-Йуужань и Йун-Йаммка наблюдают за тобой.
   — Я ощущаю их присутствие, о Грозный владыка.
   — Противник боится нас?
   — Пока что они твёрдо держат свои позиции.
   — Значит, они набрались смелости встретить нас лицом к лицу? Это обернётся для них погибелью. Я верю в твою компетентность, мастер войны. Добудь нам победу.
   Виллип Шимрры свернулся, сеанс связи был завершён. Поднявшись Нас Чока подошёл к иллюминатору, за которым в ожесточённом бою сходились кораллы-прыгуны и истребители, йорик-век и бомбардировщики-"сабли".
   — Совв и Кре'фей сражаются умом, но не телом, — проговорил он, обращаясь к тактику. — Они сейчас как карлик, противостоящий великану… Даже если он будет достаточно быстр, чтобы обойти линию обороны, его руки слишком коротки, чтобы причинить заметный ущерб, а мускулы слишком слабы, чтобы поставить великана на колени. Поэтому он вынужден крайне осторожно планировать свои действия. Возможно, он вынудит противника нанести удар первым и промахнуться, а потом точечным ударом заставит его потерять равновесие. Или приведёт своих друзей, таких же карликов, чтобы они отвлекали внимание противника… Пока гигант будет смотреть вправо, удар будет нанесён слева…
   Взгляд мастера войны посуровел:
   — Этот бой — не последний акт отчаяния. Он не имеет ничего общего с честью и готовностью достойно принять смерть. Это обман, попытка отвлечь наше внимание. К счастью, я имею определённые догадки, откуда будет нанесён подлинный удар…
   Тактик понимающе кивнул. Нас Чока повернулся к связистке:
   — Свяжись с боевыми группами доменов Шен'г, Паасар, Эклат и Таав. По моему приказу они должны отделиться от основных сил и приготовиться к переходу в тёмное пространство.
   Связистка поклонилась:
   — К Тунг'лу и Кэлууле, а оттуда — на Йуужань'тар?
   Нас Чока усмехнулся:
   — Играй со своими виллипами, а стратегию оставь тем, кто живёт, чтобы сражаться. — Он махнул рукой тактику. — Скажи ей.
   — На Перлемианский торговый путь, — сообщил тактик связистке. — А оттуда — на Контруум!
 
* * *
   Лея всё ещё не могла оправиться от шока, когда трое уцелевших воинов вывели её, Кипа, Пейджа, Врау и Мелокью к базе йаммоска. Сассо и Ферфер остались умирать в лесу. Хана волокли за руки, как поверженного зверя. Он был жив, но без сознания; очевидно, впал в кому под воздействием яда амфижезла.
   Несмотря на всё потрясение Леи, от её внимания не укрылось, что у восточного входа в миншал стоит лишь один, крайне измученный на вид часовой, и что мембрана, закрывавшая вход, выглядит тонкой и слабой и из неё сочится клейкая жидкость. Когда трое воинов с пленниками приблизились ко входу в помещение, охранник с явным трудом поднялся им навстречу. Кое-как скрестив руки, чтобы отсалютовать вновь прибывшим, он промямлил что-то слабым голосом.
   — Он говорит, что комендант базы ждёт, — тихо перевёл Пейдж.
   Один из воинов споткнулся на входе в тёмный коридор миншала. Странно, но этот воин был единственным из всей троицы, кто не получил ранения во время боя.
   Кип тоже это заметил.
   — Что-то здесь не так…
   Воин больно ткнул его под рёбра за разговоры.
   Запах гноя внутри миншала был невыносим. На губчатом полу скапливались лужи желтоватой жидкости, а биолюминесцентный мох на стенах был покрыт чёрными точками, словно сыпью. Тысячи паукообразных — вроде тех, каких Лея видела в живом кессоне на йуужань-вонгском корабле, — корчились в предсмертных конвульсиях.
   Пол усыпали мёртвые мошки. Двое таких же приземистых тёмных воинов внесли в коридор паланкин, на которых сидела йуужань-вонгская формовщица. Её кожа была бледно-зелёного оттенка, как камуфляж на лице Леи, а рука-имплант с множеством пальцев неподвижно обвисла. Воины толкнули Лею и остальных вперёд; Хана перевернули на спину.
   Сердце Леи дрогнуло, когда она увидела, что Хан шевелится.
   Формовщица обратилась к воинам с паланкина.
   — Она поздравляет воинов с успешным захватом диверсантов, — прошептала Мелокью. — Она говорит, что мы будем ценным вкладом в жертвоприношение.
   Формовщица подозвала к себе двоих воинов и долго изучала их. Один из воинов указал на опухоль на шее, после чего припал перед носилками на одно колено, как будто о чём-то умоляя.
   — Что происходит? — спросил Кип у Мелокью.
   Та какое-то время вслушивалась в разговор йуужань-вонгов.
   — Воин думает, что он стал «отверженным», потому что его тело отвергает какой-то из его имплантов.
   Послушав ещё, Мелокью добавила:
   — Формовщица утверждает, что он не «отверженный». Эта опухоль не имеет ничего общего с богами. Она — порождение этого мира. Порождение Кэлуулы.
   — Кэлуулы? — удивлённо переспросил Пейдж.
   Воин как будто вздохнул с облегчением. Поднявшись, он извлёк из-за пояса куфи и повернулся к Лее, но формовщица остановила его.
   — Он жаждет убить нас, — пояснила Мелокью.
   — Это я уже понял, — буркнул Кип.
   — Она обещает воинам, что мы умрём до захода солнца.
   — Спасибо, утешила, — проворчал Врау. — А я уж боялся, что нас отпустят.
   Кип покосился на ботана:
   — Оставь свои шуточки до более подходящего момента.
   Формовщица вновь заговорила, и в её речи Лея сумела разобрать слово Йуужань'тар. Мелокью перевела:
   — Она приказывает этим воинам — «убийцам», как она их называет, — немедленно доставить её на Йуужань'тар… на Корускант. Она говорит, это очень важно, потому что она должна известить своего начальника о том, что здесь произошло, чтобы остановить распространение болезни. Она обещает «убийцам», что нами займётся лично комендант базы.
   — Йун-Харла не оставляет меня в моих тяготах, — проговорил на общегалактическом мужской голос.
   Лее и Пейджу голос показался знакомым; оба обернулись и увидели говорившего. Высокий, сухопарый йуужань-вонг руками опирался на плечи двух столь же высоких, но явно больных воинов.
   — Добро пожаловать, джедай, хо'динка и ботан. И вы, капитан Пейдж. Разве я не говорил, что наша новая встреча состоится на жертвенном алтаре?
   И тут Лея поняла, отчего он кажется ей знакомым. Это был командующий Малик Карр.

Глава 25

   «Щупальца» йуужань-вонгской формации вращались по часовой стрелке, при этом некоторые из них переплетались и спутывались в петли. Истребители Альянса, оказавшиеся в этих петлях, отчаянно метались, уклоняясь от атак прыгунов, но у них было слишком мало места для манёвра.
   Генераторы дефлекторных щитов истребителя Джейны были на последнем издыхании, а Кэппи, вероятно, уже не подлежал ремонту. Каждый новый плазменный сгусток или снаряд из расплавленного камня встряхивали истребитель со страшной силой. Несмотря на ремни, пристегивавшие её к креслу, Джейна чувствовала себя как насекомое, которого поймали в бутылку и швыряют по её стенкам. Со всех сторон, казалось, разверзлись гравитационные аномалии, готовые поглотить всё, чем их накормят её лазерные пушки. Но это уже было неважно, поскольку всё вооружение истребителя вышло из строя, а компьютер управления огнём не отвечал.