Выбрали бы они Энакина?
   Что такого узнал о них Секот, чего они сами о себе не знали?

Глава 37

   Внезапная тьма накрыла преображённый йуужань-вонгами город.
   Держа наготове световые мечи — синий, фиолетовый, зелёный — и помогая себе Силой, джедаи прыгали по растрескавшимся и скользким после дождя крышам и балконам, окружавшим место, когда-то именовавшееся Эспланадой Глитаннаи. Груды обломков, отвесные стены и зияющие провалы не являлись препятствием для шестерых бойцов, которые перепрыгивали их на бегу, спеша добраться до Цитадели и йуужань-вонгов, превративших Корускант в этот кошмар. Десантники капитана Пейджа не отставали от них только благодаря реактивным ранцам.
   Дождь лил как из ведра, но его струи уносило порывами ветра. В небе уже никто не мог отличить природные молнии от сверкания выстрелов. Было невозможно отличить вой ветра от рёва пикирующих истребителей; клубы дыма от грозовых облаков; шипение огня под ливневыми потоками от свиста лазерных разрядов, рассекающих наэлектризованный воздух. Далёкий грохот канонады мог сойти за раскаты грома, оранжево-красные столбы на горизонте — за вулканические извержения или раскалённые снаряды плазменных орудий.
   Люку казалось, что двойственная природа всего окружающего отражает его внутреннее состояние. Тьма смешивала две разные реальности. Корускант быстро превращался в воронку, в сингулярность, затягивавшую в себя саму ткань реальности. Да и был ли это по-прежнему Корускант? Или планета действительно превратилась в Йуужань'тар — исконный мир, каким он был перед своей гибелью, перед тем как боги, разозлённые приверженностью йуужань-вонгов к насилию, лишили своих детей Силы и изгнали их в межгалактическую бездну?
   — Быстрее всего через северную площадку, — сказала Мара Джаддеру Пейджу, когда все остановились на мокром парапете.
   Вода капала с визиров шлемов и стекала по биокостюмам. Мара вела отряд по памяти, пользуясь помощью Джейсона и Тахири, чьё «вонг-восприятие» позволяло избежать встреч с йуужань-вонгскими патрулями.
   Пейдж изучал забрызганный дождем дисплей системы позиционирования, встроенный в рукав его биокостюма.
   — Судя по карте, здесь должен быть мост, по которому можно выйти на площадку.
   Мара кивнула:
   — Мост Единства. Там на нижнем уровне был ресторан, в котором я часто обедала.
   Несмотря на кошмар, в который превратился Корускант, в её голосе слышались ностальгические нотки. Люк представил картину тридцатилетней давности — как она ходит по дорогим магазинам и ресторанам эспланады, блуждает среди толпы на Имперской Ярмарке, иногда наведывается в Императорский дворец в качестве Руки Императора. Это был Корускант, который Люк знал только по передачам ГолоСети, а также по голо-драмам и документальным фильмам, случайно доходившим до станции Тош на Татуине. Когда он, наконец, сам побывал на столичной планете, большая часть правительственного квартала лежала в руинах после освобождения Корусканта силами Новой Республики.
   Но за десятки лет Корускант стал для Люка домом, так же как и Явин; и его ждала такая же судьба. Люк не ожидал от себя такой эмоциональной реакции; но, с другой стороны, он не ожидал, что за два года Корускант так преобразится — будет превращён во что-то иное.
   Мара махнула рукой, призывая всех продолжать путь.
   После пятнадцатиминутной пробежки они оказались на мосту Единства, который лишился своего плетеного орнамента, делавшего его местной достопримечательностью. Теперь мост представлял собой феррокритовую балку, соединявшую края каньона-эспланады; мост раскачивался под порывами ветра, с него свисали склизкие лианы, и небольшой, но быстрый водопад обрушивался с него вниз, вливаясь в замерзающую реку.
   С южной опоры моста джедаи впервые увидели конечную цель своего похода. В нескольких километрах к востоку, озаряемая ветвистыми разрядами молний и лазерными лучами с круживших в небе истребителей, над инфернальным пейзажем возвышалась Цитадель Шимрры. Похожая на настоящую гору, она стояла на том месте, где когда-то располагался Императорский дворец, и занимала всё пространство от Каламарианского Камина до Плиада ди ам Империам, как называли восточный край Эспланады Глиттанаи. Основание Цитадели терялось в клубах чёрного дыма, но к круглой вершине с разных сторон сходились четыре моста, соединявших Цитадель с окрестными зданиями.
   Вблизи «гора» оказалась такой же неровной и изъеденной, как и все йуужань-вонгские корабли. Однако дворец Шимрры украшала пара изящных крыльев, делавших его несколько насекомоподобным. Казалось, дворец восседал на дне кратера, словно на гнезде. Над его верхушкой носились звенья «крестокрылов» и Е-крылов, но воронки — чернее штормового неба — поглощали всё, что истребители выпускали в Цитадель. Когда две машины подлетели ближе, жерла над её крыльями выплюнули гейзеры плазмы.
   «Крестокрылы» могли и вовсе не включать щиты. Они свалились в штопор, поражённые раскалёнными снарядами, которые сожгли им плоскости и ионные двигатели. На глазах у Люка истребители врезались в неровную стену Цитадели и разлетелись на куски. Подножье горы заволокло густым дымом, и спустя несколько секунд в небо взметнулись огненные грибы.
   Люк молчал, но его взгляд был красноречивее любых слов. В тот момент, когда он запрыгнул на мост, с противоположной стороны донёсся громоподобный рев, и из темноты на незваных гостей уставились два огромных глаза. Словно в сиянии фотовспышек, из-за угла разрушенного здания вразвалочку вышло огромное существо. Это было не первое йуужань-вонгское животное, которое встретилось им после высадки — Священные Пределы буквально кишели сбежавшим зверьём — но данный экземпляр был, без сомнения, самым крупным.
   — Мон дуул! — пояснил Джейсон, перекрикивая шум. — Если в него имплантировать виллип, его брюхо может служить усилителем. В любом случае он безвреден.
   Но Пейдж держал бластерный карабин наизготовку:
   — Как скажешь, малыш. — Он показал дулом вперёд. — Только ты первый.
   Но не успели Джейсон и Люк пройти несколько шагов, как мон дуул уселся на задние лапы, наставив свой живот-барабан в сторону каньона. Раздался низкий угрожающий голос, говоривший на языке йуужань-вонгов.
   — Умрите, — начала переводить Тахири. — Умрите все те, кто стоит на пути моего торжества, все те, кто хочет осквернить мой прекраснейший миг.
   — Шимрра? — спросил Люк.
   Джейсон неуверенно покачал головой:
   — Возможно.
   — Я веду за вас битву с богами, — продолжала Тахири, — а вы отплатили мне мятежом. Так умрите же. Сгиньте, отправляйтесь к своим богам, в то время как я буду строить новый мир.
   — Жаль, что мы не можем ему ответить, — сказала Мара.
   — Скоро сможем, — утешил её Люк.
   Джейсон и Тахири медленно подошли к мон дуулу и с пугающей синхронностью подняли правые руки. Четырёхтонный зверь опустился на четыре лапы и потрусил прочь.
   «Вонг-восприятие», — подумал Люк.
   Джейна подбежала к брату и обняла его за плечи:
   — Ты всегда умел ладить с животными.
   Он криво улыбнулся и зашагал вперёд.
   Трое молодых джедаев вместе перешли мост и повернули на восток, к Цитадели. Ограды безномерных зданий, густо заросшие зеленью, тянулись далеко вперёд, до западных ворот «горы» Шимрры. Едва Люк, Мара и Кент догнали своих юных товарищей, Джейсон и Тахири приказали всем остановиться. Вспышки молний осветили группу худых, как скелеты, людей и гуманоидов, одетых в мокрые изорванные накидки и поношенные живые одеяния.
   — Приблизьтесь, — сказала Тахири на языке йуужань-вонгов.
   «Отверженные» — мужчина и женщина — подошли ближе.
   — Джиидаи, — произнёс молодой мужчина, не сводя глаз с гудящего меча Люка.
   Появилось ещё несколько йуужань-вонгов, и с ними с десяток корускантцев, которые имели такой вид, будто все эти годы питались «серой паутиной» (дешевый белковый продукт из одноклеточных растений).
   «Отверженные» и живые мертвецы", — решил Люк и выключил оружие. Из толпы вышли двое запыхавшихся и перевязанных коммандос, которые отдали честь капитану Пейджу.
   — Отделение «бакта», сэр, — сказал сержант. — Мы только что десантировались. Тут бардак творится, капитан. Еретики дерутся когтями и зубами, но им нужна подмога, причем быстро. Если можете кого-то выделить, сэр…
   Пейдж подозвал одного из своих десантников с реактивным ранцем:
   — Примите поздравления, капрал, я назначаю вас командиром отделения. Возьмите десять человек и отправляйтесь с сержантом. Мы постараемся как можно скорее собраться возле Цитадели.
   Десантник козырнул и пошёл набирать свой отряд. Раненый сержант перевёл взгляд на Люка:
   — Мастер Скайуокер, парочка ваших джедаев могла бы стать решающим аргументом, причём не только для нас… — он показал на «отверженных», — но и для них.
   Кент и Тахири посмотрели на Люка. Тот кивнул.
   — Спасибо, — сказал сержант; двое джедаев подошли к нему. — Мы слышали, что Пророк снова объявился, но не смогли его отыскать. Говорят, его видели на площади Иерархии.
   — Он возглавляет еретиков или помогает истреблять их? — уточнила Мара, делая шаг вперёд.
   — Возглавляет.
   Люк бросил на жену скептический взгляд:
   — Возможно, после Зонамы-Секот в нём заговорила совесть.
   Мара насмешливо фыркнула:
   — Разве что эту совесть ему имплантировали.
   Люк повернулся к тем «отверженным», которые вышли к ним первыми:
   — Бывал ли кто-нибудь из вас в Цитадели?
   Тахири перевела.
   Из толпы вышел мужчина и что-то произнёс. На его лице было гораздо больше шрамов, чем у других, а из его плеч росли короткие рога.
   — Он говорит, что входил в Цитадель, — сказала Люку Тахири. Воин заговорил снова, и она продолжила: — Он был воином, до того, как боги… до того, как его тело отторгло некие биологические импланты, которые для него вырастили формовщики.
   Бывший воин показал на дорожки, которые вели к йорик-коралловой круче.
   — Каждая каста пользуется своей дорожкой. Но все четыре пути ведут в Зал Собраний, где Верховный владыка принимает свою элиту.
   — Спроси его, какова вероятность, что Шимрра сейчас в этом зале, — попросил Люк.
   Тахири перевела вопрос и получила ответ.
   — Он говорит, что там вы Шимрру не найдёте. Он в своём личном… бункере.
   Йуужань-вонг показал толстым коротким пальцем на величественную корону, венчавшую Цитадель.
   — Вам придётся подняться вон туда.
   — Спасибо, — поблагодарил Люк еретика. Тот что-то сказал Тахири.
   — Он хочет задать джедаям один вопрос, — перевела Тахири. — Он хочет знать, собираемся ли мы помочь им или хотим их убить. Он хочет знать, смогут ли «отверженные» отыскать спасение в Силе.
   Люк посмотрел на йуужань-вонгов
   — Мы поможем вам возвратиться к Силе.
   Едва Тахири перевела его слова, «отверженные» заволновались и начали о чём-то переговариваться приглушёнными голосами. Когда Тахири, Кент и десантники направились в сторону площади, Мара посмотрела на Цитадель, затем на Люка.
   — Готов, боец? — Не получив ответа, она спросила: — Что-то не так?
   Люк посмотрел ей в глаза:
   — Мара, я хочу, чтобы ты пошла с Тахири и Кентом.
   Она чуть не рассмеялась.
   — Я хочу, чтобы ты пошла с ними, — повторил Люк.
   Мара перестала улыбаться. В её глазах мелькнул страх:
   — Люк, скажи мне, что так велела тебе Сила, и ты говоришь это не потому, что не хочешь, чтобы мы сражались вместе. Ради Бена.
   — Это так важно?
   Она схватила его за обе руки:
   — На Зонаме-Секот ты обещал мне, что нам с тобой ещё жить и жить.
   Люк улыбнулся и провёл кончиками пальцев по щеке Мары.
   — Ты полагаешь, что я готов покинуть тебя здесь, чтобы сделать тебя вдовой или себя вдовцом?
   Она покачала головой:
   — Это не в твоем стиле.
   — Ну так отправляйся с ними.
   Мара с неохотой кивнула:
   — Хорошо, но не потому, что мне этого хочется. Просто я тебе верю.
 
* * *
   Влекомый яростью бури, которая обрушивалась на северный край Священных Пределов, «Сокол» повернул в сторону Законодательного округа. Благодаря своей прочной, похожей на соты конструкции, рассчитанной на зону землетрясений, сам Сенат выдержал все бомбардировки йуужань-вонгов, однако знаменитое здание было теперь накрыто полусферой полукилометровой высоты, в которой помещался Планетный Мозг.
   — Неудивительно, что их зенитки не бьют по нам, — сказал Хан, когда фрахтовщик начал пробный круг. — Эту черепушку пробьёт разве что планетарный репульсор.
   — Йорик-коралл при помощи энзимов переварил и впитал в себя дюракрит и транспаристаль здания Сената, — отозвался Харрар из кресла навигатора. — Из этих материалов был сформирован новый экзоскелет, который простирается глубоко под землю и образует непроницаемую сферу вокруг мозга-дуриама.
   Ц-3ПО крепко держался за подлокотники соседнего с Харраром кресла, а Р2-Д2 был надёжно пристегнут рядом со своим собратом. Кахмаим сидел на нижней турели, Миуолх — в носовом отсеке.
   — Насколько непроницаемую? — полуобернувшись, спросил Хан.
   — Достаточно непроницаемую, чтобы дуриам мог пережить любую опасность в герметичном, а возможно, и самодвижущемся корабле, подобном тому, который образует верхушку Цитадели.
   — Спасательная капсула, — кивнула Лея.
   — Но только огромная, — уточнил Харрар. — Способная уберечь не только дуриам — со всеми его врождёнными и приобретёнными навыками — но также жизни всех тех, кто окажется в Колодце во время старта сферы.
   — Ой, беда, — простонал Ц-3ПО.
   Р2 дополнил удивлённый возглас протокольного дроида долгим свистом. Хан заворчал и потёр лоб:
   — Так как же нам попасть в эту штуку, если её даже бомбы не берут?
   Харрар припал к иллюминатору:
   — Заверши круг. Посмотрим, не удастся ли обнаружить вход в секретный туннель, через который спаслись Джейсон и Вержер.
   Хан развернул «Сокола» к западу. Лея некоторое время разглядывала поросшие зеленью здания, после чего указала на крайнюю юго-западную точку в тени купола.
   — Вон там должен быть офис Борска Фей'лиа.
   Хан проследил направление, которое она указывала:
   — Ага, под тоннами йорик-коралла.
   Лея искоса посмотрела на него:
   — Надо полагать, с тех пор, как здесь был Джейсон, купол разросся.
   — Спасибо, что предупредила.
   — Неожиданное развитие событий, — прокомментировал Харрар.
   — Достали уже эти сюрпризы, — проворчал Хан. — Здесь где-то должен быть другой вход.
   — Возможно, главная дверь, — предположил Ц-3ПО.
   — Ага, надо только подойти и постучать, — сказал Хан. — Кажется, так вы с Арту проникли во дворец Джаббы?
   — Вообще-то, капитан Соло…
   — Войти через главную дверь может оказаться затруднительно, — вмешался Харрар. — Продолжай круг, и я покажу тебе, почему.
   Озарённый вспышками взрывов и разрядами молний, северный горизонт казался огромной наковальней из чёрных туч. Хан повернул на восток, облетая двухкилометровый купол, и увидел выходивший из него длинный вытянутый тоннель. Этот сводчатый коридор, казалось, был образован переплетёнными ветвями тысяч стройных деревьев.
   — Лабиринт из колючей изгороди, — пояснил Харрар. — Церемониальный путь, который ведёт в атриум Колодца.
   Хан рассмеялся.
   — Парковая дорожка. Ты ещё скажи, что эту изгородь не берет никакое оружие.
   — Изгородь так же прочна и огнеупорна, как ваша дюрасталь, но это ещё не всё. Деревья, из которых она состоит, покрыты острыми, как иглы, шипами размером от твоего ногтя до руки. В шипах содержится нейротоксин, достаточно сильный, чтобы уничтожить нервную систему любого существа, которому не посчастливится быть ими уколотым.
   Хан разочарованно сжал губы.
   — Посмотрим, как она управится с парочкой ударных ракет.
   — Пустая трата боеприпасов, — предупредил Харрар. — Дуриам быстро заделает повреждения, нанесённые ракетами.
   — Ну ладно, раз ты такой умный, ты и придумай, как нам попасть внутрь.
   — Я уже придумал. Насколько широк твой корабль, Хан Соло?
   — Двадцать пять метров в ширину, плюс-минус сколько-то. А что?
   Харрар втянул в себя воздух.
   — Еле-еле пройдет. Но, принимая во внимание твое лётное мастерство, полагаю, это можно осуществить.
   Лея развернулась в кресле к жрецу:
   — Осуществить что именно?
   — Пролететь по тоннелю прямиком к порталу.
   У Леи отвисла челюсть.
   — Ты что, серьёзно?
   — Принцесса Лея права, — вмешался Ц-3ПО, в то время как Р2-Д2 испуганно загудел. — Пожалуйста, подтвердите, что ваше заявление — это шутка.
   Но губы Хана медленно раздвинулись в улыбке:
   — Он на полном серьёзе… и он прав. — Соло посмотрел на жену. — Мы можем это сделать.
   Лея хотела возразить, но прикусила язык и вместо этого сказала:
   — Ну что ж, ты попросил его что-нибудь придумать, вот он и придумал.
   Хан ласково похлопал её по руке:
   — Пристегнись, что ли. Ты тоже, Золотник.
   Ц-3ПО обеспокоено наклонил голову:
   — Если вам всё равно, сэр, мы с Арту лучше переместимся в носовой отсек.
   — Как вам угодно. Только побыстрее.
   Хан поднёс микрофон ко рту:
   — Кахмаим, иди к Миуолх в носовую каюту.
   Он направил «Сокола» по широкой дуге, которая привела их прямо ко входу в колючий тоннель.
   — Ты уверен, что получится? — спросила Лея Хана, щелкавшего рычажками на консоли.
   — Нет. Но, к счастью, уже некогда над этим раздумывать.
   Хан направил фрахтовщик вниз и прибавил скорости. Колючий полукруг в иллюминаторах становился всё больше и больше. Лея рефлекторно отшатнулась и вцепилась в подлокотники кресла.
   — Держись, — процедил Хан. — Держись…
   В следующую секунду они очутились в тоннеле.
   Но едва «Сокол» прошёл в отверстие, как Хан, Лея и Харрар обнаружили, что путешествие будет намного труднее, чем они себе представляли. Прочные узловатые ветви свирепо швыряли корабль из стороны в сторону. «Сокол» дрожал и раскачивался, угрожая перевернуться. Особенно длинные шипы царапали по корпусу, издавая оглушительный скрежет. С визгом отрывались внешние детали — обтекатели, выпрямительная антенна, топливный порт, стабилизаторы давления… «Глотка» изгороди закрывалась, сужалась у них на глазах.
   — Ударные ракеты! — приказал Хан.
   Лея нажала на гашетку. Сначала одна, потом вторая пара ракет помчалась в тоннель, обрывая иглы и ветви, и взорвалась, врезавшись во входной портал купола.
   — Дефлекторы!
   Лея подняла передние щиты навстречу урагану огня и обломков, который обрушился на «Сокола», срывая оставшиеся детали и оставляя подпалины на пластинах корпуса.
   Затем корабль прорвался в широкий клинообразный коридор, образованный огромными деревьями с густой листвой, ветви которых — ныне объятые огнём — переплетались в небе по обе стороны от прохода. Коридор был высотой метров в сто, но сужался вверх, как острие стрелы, образуя колючий пандус. Этот пандус упирался в массивный разрушенный люк-сфинктер, который давным-давно закрыл собой Великую Дверь Сената. «Сокол» промчался через бывшую площадь и влетел во вторую полосу колючей изгороди.
   Хан сражался с приборами, пытаясь удержать корабль в горизонтальном положении. Но крепкие, как дюрасталь, ветви сделали своё дело, задержав, а затем и вовсе остановив содрогающийся корабль. В конце концов «Сокол» застрял в ветвях, накренившись на бок, в десяти метрах от разрушенного взрывами портала. Хотя два его посадочных диска касались тротуара, вся левая сторона корабля, накрепко схваченная переплетёнными ветвями, была поднята над землей.
   — Похоже, дальше нам не пройти, — сказал Хан, вглядываясь в передний экран. Его ладони продолжали сжимать ручку управления.
   Лея выдохнула воздух и напряжённо сглотнула:
   — Не могу сказать, что посадка была мягкой.
   Она, Хан и Харрар вылезли из кресел и пробрались в кольцевой коридор, усеянный разнообразными предметами со всего корабля.
   — Уберём тут позже, — сказала Лея.
   Хан хихикнул:
   — Пускай Трипио этим займётся.
   — Я надеялся, что вы это скажете, сэр, — с готовностью отозвался дроид, который вместе с Р2-Д2 и двумя ногри вышел из носового отсека, держась за стену, чтобы не упасть. — Это замечательное занятие.
   Р2-Д2 протестующе забибикал.
   — Не смей жаловаться, Арту. Раз капитан Соло хочет, чтобы мы остались на корабле, а не сопровождали его в Колодец Планетного Мозга, самое меньшее, что мы можем сделать — это…
   Р2-Д2 издал громкий насмешливый свист. Ц-3ПО гневно фыркнул:
   — Тебе ничем не угодишь.
   — Ну ладно, хватит препираться, — вмешался Хан. — Забудьте про этот бардак. Просто держите корабль наготове и не отходите далеко от комлинка.
   Хан выдвинул посадочный трап, который тут же уткнулся в твёрдую поверхность.
   — В Колодце мы можем не опасаться нападения воинов, — сказал Харрар. — Но, что бы ты ни делал здесь или там, Хан Соло, не убивай формовщиков. Чтобы попасть в Колодец, нам будут нужны их ароматические ключи. Я кое-что знаю о Мозге, но этого недостаточно, чтобы вывести его из игры.
   Хан вручил ногри термические заряды, затем пристегнул один заряд к своему поясу.
   — Просто на случай, если не получится убедить его сдаться.
   Лея включила световой меч. Её глаза сузились:
   — И я ещё клялась, что ноги моей больше не будет в этом Сенате!
   Хан ободряюще кивнул ей:
   — Случается, всем нам приходится нарушать собственные обещания.
   Они быстро спустились по трапу и вошли в медленно зараставший проём, проделанный в сфинктере ударными ракетами. За разорванной в клочья мембраной обнаружилась просторная, тускло освещённая йорик-коралловая пещера. Хан не успел даже оглянуться, как из узкого коридора в противоположной стене выбежало не меньше пятидесяти воинов, вооружённых амфижезлами.
   Кто-то выкрикнул на йуужань-вонгском языке приказ, не нуждавшийся в переводе. В сторону экипажа «Сокола» со свистом полетели жуки-пули и амфижезлы.
   — Кажется, кто-то говорил, что в Колодце воинов не будет! — крикнул Хан.
   Одновременно с ногри он нырнул в укрытие и начал палить в воинов из бластера.
   — Это не колодец, — отозвался жрец. — Это всего лишь атриум!
   Отбивая мечом жуков-пули и жуков-бритв, Лея возглавила отступление. Они попятились обратно к люку, стреляя вслепую; выбравшись на площадь, они побежали к «Соколу». Но «Сокол» был намертво опутан колючими ветвями.
 
* * *
   Несмотря на энтузиазм, который вдохнул в еретиков боевой клич Пророка, контрнаступление складывалось плохо. Несчастных «отверженных» и их новообретённых союзников, застигнутых яростной бурей, рубили на куски ножами-куфи, дырявили жуками-пулями, полосовали и протыкали амфижезлами. Ном Анор тоже был весь окровавлен и спотыкался на градинах и в лужицах собственной чёрной крови, но продолжал сражаться амфижезлом и куфи. Всё же сильно поредевшая толпа неудавшихся революционеров смогла пробиться на площадь Иерархии; однако мстители Шимрры старались загнать их дальше, на площадь Костей. Если воинам удастся окружить их в обвалившемся амфитеатре — пиши пропало, они все здесь костьми и лягут.
   Ном Анор обменивался ударами со здоровенным воином, который был на голову выше его самого, когда рядом послышались возбуждённые голоса и топот бегущих ног. Когда воин повернул голову в направлении шума, Ном Анор воспользовался ошибкой противника и вонзил амфижезл в его правый глаз. Остальные воины закричали в ответ и удвоили натиск.
   «Подкрепления», — уныло подумал Ном Анор.
   Теперь еретикам ещё повезет, если они сумеют хотя бы добраться до площади Костей. Однако, к его удивлению, боевые кличи воинов Цитадели начали утихать, и толпа хлынула обратно в сторону площади Иерархии.
   Подкрепления подошли не к воинам, а к еретикам!
   Ном Анор почувствовал небывалый подъём.
   Если каждая ячейка «отверженных» найдёт в себе храбрость, чтобы восстать против угнетателей, тогда есть шанс, пускай и призрачный, что еретики сегодня победят. Его уверенность возросла ещё больше, когда он услышал звуки разрывов оглушающих и осколочных гранат, отражавшиеся от стен храмов и обиталищ надзирателей. Сотни «отверженных», как по команде, распластались на пропитанной кровью земле, и тот час началась пальба из бластеров.
   «Бойцы сопротивления и десантники Альянса!» — понял Ном Анор.
   Теперь в ловушке оказались воины!
   Ном Анор бросился в гущу драки, вспарывая глотки и разрубая сухожилия. Окружённые со всех сторон, воины сражались беспощадно и отважно, но их оставалось всё меньше и меньше. Один за другим они падали под ноги толпы. Вдруг внимание Ном Анора привлекли новые звуки; от неожиданности он замер, парализованный ужасом.
   Псшшш! Ж-ж-ж…
   Он рискнул бросить взгляд в сторону и увидел троих джедаев, наносивших и парировавших удары световыми мечами. Хуже того — одной из них была Мара Джейд Скайуокер. Та самая джедай, которая когда-то заразилась созданными Анором спорами кумб, сейчас сражалась рядом с ним. Неподалёку от рыжей Скайуокер работала мечом Тахири Вейла — джедай, которую формовщики почти превратили в йуужань-вонга и с которой Ном Анор бился на Зонаме-Секот, после чего сбежал от неё. А рядом с Тахири возвышался джедай постарше, которого Ном Анор не узнал.