* * *
   ...На работе полно разговоров о том, как завершилось проходившее в понедельник обсуждение газеты "День литературы". Как это всегда и бывает, толком никто ничего не видел, но говорят, что после окончания "официальной части" в ЦДЛ все пошли в Московскую писательскую организацию на устроенный Бондаренко фуршет и там у них учинилась большущая пьяная драка, во время которой вынесли чьей-то спиной одну из стеклянных дверей, а прозаику Владимиру Личутину воткнули (правда ли это?) в ногу вилку...
   * * *
   В сегодняшнем номере "Литературной газеты" опубликована моя большая статья "Не с тем ключом" - об утрате русским народом своего тысячелетнего менталитета и невозможности перенесения наработанных вчерашней эпохой нравственных ценностей коллективистского характера в нашу сегодняшнюю сугубо индивидуалистскую форму жизни. Статья несколько сокращена (хотя и так занимает чуть ли не всю полосу!), но главные её мысли остались понятными.
   Там же в "Литературке" - интервью с Сергеем Есиным о кино и литературе, а также Маринины информашечки о вечере Евгения Антошкина и презентации книги Арсентия Струка в МСПС. А вот в газете "Завтра" помещено потрясающее по своей прямоте открытое письмо Президенту Путину от советских генералов и адмиралов. "Господин Президент! - пишут они в своем послании. ...Вам, наверное, легче промолчать, чем признать, что вся деятельность власти за последние десять лет, и Ваша в том числе, по своим трагическим последствиям для России и её народа несопоставима даже с фашистской агрессией в период Великой Отечественной войны. <...> Вы обманули народ и предали его интересы. Сегодня уже очевидно, что президент не с народом, а с теми, кто обокрал его и продолжает обкрадывать. <...> Именно при Вашей поддержке США получили военные базы в Узбекистане, Таджикистане, Киргизии... Эти базы не для удара по бен Ладену, а в конечном итоге по интересам России. <...> Международная политика России стала политикой торговли интересами государства. <...> После того, как в январе-феврале Вы, верховный главнокомандующий, допустили неслыханное оскорбление Российской армии, позволив отключать электроэнергию от стратегических военных объектов, всем стало ясно: не у Вас, Президента Путина, вся полнота власти в стране, а у Волошина, Чубайса и олигархов. Пора, наконец, определиться, кто Вы: Президент России, работающий на страну и её народ, или представитель олигархов иностранного происхождения, разваливших страну и распродающих последние богатства, принадлежащие народу..." - и далее идут подписи авторитетнейших российских военачальников.
   Я давно не мог понять, как наша армия, эта огромная силища, имеющая в своих руках такое мощное оружие, может молчать, глядя, как на её глазах губится сохраненная ею в стольких войнах и битвах Держава. Слава Богу, что нашлись, наконец, среди людей в погонах такие, кто не побоялся высказать вслух свое отношение к развалу Отечества. Хотя опять же таки - среди подписавших обращение к Президенту мы не встретим имен ни адмиралов М. Моцака или В. Попова, ни генерала А. Казанцева, ни кого-нибудь из других, широко известных в народе, военачальников. Боятся потерять свои должности? Но ведь будут молчать - и потеряют гораздо большее: РОДИНУ...
   (...Кстати, в этом же письме генералы напоминают Путину слова патриарха Алексия II, который в декабре прошлого года сказал следующее: "В результате изменения общественного строя и экономических отношений в последнее десятилетие произошло резкое расслоение общества на сверхбогатое меньшинство и бедное большинство. Возросла социальная несправедливость. Более того, изменились сама атмосфера, МЕНТАЛИТЕТ населения..." - то есть Святейший подтверждает здесь практически то же, о чем написал в своей статье в "ЛГ" и я.)
   * * *
   ...Из Питера прислали первый номер журнала "Нева" за этот год со стихами Виктора Брюховецкого и Володи Шемшученко. Попробую в выходные написать о них для "Литературной газеты" - я уже давно ничего не давал им в колонку "Письма о русской словесности".
   21 февраля, четверг. Сегодня, выполняя давнюю мечту Алинки, мы с Мариной вместо того, чтобы идти на работу, отправились в Музей минералогии, располагающийся на Ленинском проспекте, рядом с Академией наук. Я был просто в восхищении от увиденной красоты! Когда-то, учась в Московском Горном институте, я все это изучал и даже трогал руками, но за прошедшие тридцать лет (как же они быстро пролетели, Господи!) успел все изрядно подзабыть, так что смотрел сегодня на все эти кальциты, халькопириты, амазониты, чароиты, халцедоны, агаты, флюориты и прочие каменные красоты как будто впервые. Ну что можно сказать? Природа - самый гениальный художник на свете, и лучше её ничего сделать невозможно...
   Пробыв два часа в музее, я выходил из него буквально как из церкви. Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже!
   22 февраля, пятница. На проходящей в эти дни в американском городе Солт-Лейк-Сити международной зимней Олимпиаде ведется как никогда беспрецедентно-наглая, просто-таки дикая травля русских спортсменов, которых грубо засуживают, снимают со старта, изводят внеплановыми проверками на допинг, а то и просто отбирают завоеванные ими ранее места и медали. Все это свидетельствует о полной потере нами международного авторитета, произошедшей вследствие десятилетнего раболепствования нашей власти перед США и ослабления нашей военной мощи. Видя, что единственной "модернизацией" Российской Армии стала замена её штандартов, которые Путин вручил вчера в Кремле своим верным генералам, американцы уже открыто вытирают о нас ноги, не считая нужным даже соблюдать какие-то формальные приличия.
   Но, может быть, в этом как раз и есть для нас сегодня самый большой выигрыш - увидеть, до чего мы докатились, и что несет нам в дальнейшем устанавливаемый американскими "паханами" беспредел? Если уж мы не возмутились, когда натовцы бомбили наших братьев сербов, когда они протаранили в Баренцевом море российскую подводную лодку "Курск", когда приказали нашему Правительству сбросить в океан уникальную космическую станцию "Мир", когда не давали добить в Чечне горсточку подпитываемых ими же головорезов, так, может, хоть наши болельщицкие эмоции не дадут нам больше терпеть подобных унижений и заставят вспомнить, что мы - это великая страна, которая ещё в силах послать на хер любых америкашек, и жить, не прогибаясь перед ними, как шестерки перед тюремными блатарями?
   Сейчас бы нашим спортсменам плюнуть на их сраную Олимпиаду да покинуть в знак протеста Солт-Лейк-Сити - ведь всем же видно, что нас там за людей не считают...
   * * *
   ...Перед уходом на работу я успел занести в компьютер свои соображения по поводу ещё одной прочитанной мною книги из числа выдвигаемых номинаторами на премию "Национальный бестселлер" - романа Владимира Орлова "Бубновый валет":
   ПОСОБИЕ ДЛЯ НЕРАДИВЫХ СТУДЕНТОВ
   КАК ПРИЗНАЛСЯ в аннотации к своему роману сам автор, "призывая студентов семинара писать вещи детективные, исторические", он и сам отважился взяться за сочинение такого произведения, положив в основу его сюжета некую маячащую на протяжении всего повествования тайну. В двух словах она заключается в том, что редактор одной из крупных газет дарит главному герою старинную фарфоровую солонку из завещанного когда-то редакции сервиза, и уже получив этот неожиданный презент, имеющий на боку инвентарный номер "57", он случайно узнаёт, что четверых, получивших ранее точно такие же подарки, "уже убили". Пытаясь разобраться в том, что же таит в себе эта странная солонка, герой углубляется в историю, пишет диссертацию, уезжает в Сибирь, женится, возвращается в столицу, встречается со своими бывшими сослуживцами по газете, разговаривает, ест, пьет, занимается любовью и т. д. и т. п. - словом, ведет свою, интересную и важную для него лично, но рутинную и мало увлекательную для читателя жизнь, над поверхностью которой, точно голова Несси над знаменитым шотландским озером Лох-Несс, время от времени возносится та самая фарфоровая солонка с инвентарным номером "57".
   К сожалению, удерживать читательское внимание на одной и той же, теряющей свое значение детали очень и очень непросто, и где-то с середины книги солонка практически перестает таить в себе какую-либо тайну, ибо становится ясно, что никто никого не убивал и никакой детективной основы в романе нет, а эта дурацкая вещица используется автором как чисто искусственный прием подогрева читательского интереса к весьма скучному и несодержательному роману...
   Кто знает, может быть, как пособие для студентов Литературного института (на тему, как сделать роман из ничего) это сочинение В. Орлова и имеет какое-то значение, но рассчитывать на то, что оно станет настольной книгой для ВСЕРОССИЙСКОГО читателя, было бы более чем наивно.
   * * *
   ...Сегодня вышел из больницы ложившийся туда на профилактику В.Н. Ганичев и провел свой первый после выписки секретариат, на котором мы обсудили предстоящие дела. Потом я разделался с кое-какими текущими бумагами и, собрав пришедшие со всей России журналы, поехал домой. Надо будет за эти выходные написать свой журнальный обзор в "День литературы", хотя для этого и придется прочитать целую стопку изданий. Вот они лежат передо мной: "Литературная учеба", 2001, № 6; "Дальний Восток", 2002, № 1-2; "Нева", 2001, № 11, № 12 и 2002, № 1; "Север", 2001, № 4-5-6 и № 7-8; "Отчий край", 2001, № 3; "Наша улица", 2001, № 11 и № 12; "Бельские просторы", 2001, № 12 и 2002, № 1 ; "Сура", 2001, № 4; "Родная Кубань", 2001, № 4; "Эфитера", 2002, № 1; "Десна", 2001, № 11; "Светоч", 2001, № 2; "Generation ЭГОИСТ", 2001, № 2 и 2002, № 2; "Новая книга России", 2002, № 2. Сегодня я уже устал, а завтра днем примусь за это дело...
   * * *
   ...В вечерних новостях сообщили, что в Псковской области найдены обломки пропавшего два дня назад бомбардировщика Су-24. Причины аварии самолета пока неизвестны, оба члена экипажа погибли.
   Сегодня же в Архангельской области разбился наш самолет Ан-26, перевозивший командование базирующегося там полка и их семьи, - при этом семнадцать человек (в том числе и дочь одного из офицеров) погибли и только трое остались в живых. Спасателями уже найдены "черные ящики", но причина крушения самолета пока тоже не установлена.
   А в это время Президент Российской Федерации В.В. Путин выступал в Кремле на праздничном вечере в честь Дня защитника Отечества и говорил перед телекамерами о том, как искренне российский народ любит свою Армию и как горячо о ней заботится Правительство России. И если всё это называется как-то иначе, чем ЦИНИЗМ, значит, я больше совершенно не понимаю значения своего родного русского языка....
   23 февраля, суббота. ...Накануне я до двух часов ночи читал присланную мне из Питера книгу Константина и Григория Озеровых "Правда о броненосце "Сисой Великий", а потом начал смотреть трансляцию из Солт-Лейк-Сити финального матча по хоккею между сборными командами России и США. Наши играли очень плохо, и за первый период матча позволили себе всего четыре слабеньких броска по американским воротам, тогда как янки лупили по нашим аж 19 раз, практически не уходя из нашей зоны, и в конце концов затолкнули-таки Хабибулину первую шайбу. Смотреть на все это дальше я не захотел и лег спать.
   Утром включил новости и узнал о поражении русской сборной. Опять говорят о какой-то забитой нами, но не засчитанной шайбе, о несправедливом арбитраже и прочем беспределе, но на все наши кассации оргкомитет Олимпиады дал ясный официальный ответ, заявив, что "никакие жалобы В ПОЛЬЗУ РОССИИ пересматриваться не будут". Думаю, это должно очень хорошо дать всем понять, на какие взаимоотношения со США может претендовать Россия в дальнейшем: мы для них - салабоны, а они для нас - паханы, ну а паханам не пристало соблюдать какие-то там законы или правила, и если они хотят получить то, на что раскрыли рот и салабоны, то они будут просто забирать то, что им нравится, и всё. Скоро они вообще будут забирать все первые места лишь по той причине, что они супердержава и не хотят быть вторыми. На следующей Олимпиаде, наверное, все команды будут бежать кросс, а американцы будут не спеша идти по дорожке и дымить сигарами, а на финише всех прибежавших первыми дисквалифицируют и дадут всё золото самим себе.
   Прав был вчера В.В. Жириновский, высказавшийся в Госдуме в том плане, что пока у нас не будет сильной армии, с нами не будут считаться ни в политике, ни в экономике, ни в спорте, ни в какой иной сфере существования...
   * * *
   ...А утром Алинка устроила мне праздничный завтрак, для чего проснулась раньше всех и приготовила салат, клюквенный морс и даже испекла шарлотку. Правда, в шарлотку она забыла добавить муки, так что получились просто яблоки, запеченные в бизе, ну да это уже мелочи. Главное, что она учится преодолевать свои слабости - лень, стремление подольше поваляться в кровати, нежелание что-то делать и прочее - и пытается жить ДЛЯ ДРУГИХ. Думаю, что это сегодня очень важно для формирования её личности и характера...
   * * *
   Готовясь к работе за столом, я случайно открыл какой-то из своих давних блокнотов и, как всегда, увлекся перечитыванием поэтических и прозаических набросков. Больше всего, конечно, здесь опытов в стихосложении. Вот, например, некоторые их них:
   "...Рассвет продышит пятачок в окне, / словно витраж, расписанном морозом. / "А ну не спать!" - скрывая добрый гнев, / луч по глазам плеснет, слепящ и розов..."
   "...У жаркой печки отойду душою, / на шариковую ручку подышу, / и на открытке праздничной, дешевой, / тебе слова простые напишу..."
   "...Проснусь по-стариковски рано, / нашарю пачку папирос. / Во тьме, рассеянной и рваной, / скрип тех же сосен да берез..."
   А вот сюжет для рассказа "Куболдинская осень" (в духе того, что пишет сегодня Михаил Тарковский): Геологическая партия, Он и Она. Он интеллигент, недоучившийся филолог, Она - настоящая геологиня, немного грубоватая, но приученная тайгой к любым трудностям, умеющая делать всё на свете и по этой причине слегка презирающая мужчин, особенно тех, что способны только на марание бумаги да на комплексы. Отношения между ними натянутые, хотя он в неё явно влюблен. Однажды они отправляются вдвоем в длительный маршрут: уплывают по Большой реке до устья небольшой речки Куболды и затем уходят по ней вверх к истокам. В один из дней в тайге начинается пожар. Торопясь, Она подвернула ногу и не может идти, так что ему приходится взять её на руки и нести несколько километров вниз по Куболде до того места, где они оставили лодку. Идти приходится по середине речушки (благо она всего по колено), так как с боков горит лес, и они идут словно бы в огненном туннеле. Доходят до лодки, он пытается завести мотор, но тот не заводится. Выходит на веслах на середину реки и теряет силы. Сидят и молча смотрят друг на друга.
   "...А из горящей за их спинами тайги тянулся черный смоляной дым и толстым столбом уходил к обесптиченному небу, откуда далеко внизу была видна медленно разворачиваемая течением лодка с безвольно опущенными в воду веслами..."
   Название ещё одного рассказа - "Грабли Страдивари", но о чем он был, я уже не помню, а страницы с набросками сюжета оказались почему-то вырваны.
   И далее опять - стихи, стихи, стихи:
   "...Для того и живем мы на свете, / чтоб рождались стихи или дети..."
   "...Так горько пахнет осень травами, / так сладко голову кружит / желанья давнего отравою - / с хорошей девочкой дружить..."
   А вот строчки из поэмы "Подражание Гомеру". (Слова, которые говорит Агамемнон - Ахиллесу): "...Прячь Брисеиду / хоть за моря, / вечером выйду / будет моя!.."
   Небольшое размышление о песнях: ...После создания их поэтом и композитором песни живут абсолютно своей самостоятельной жизнью. Хорошие и плохие песни при этом ведут между собой непрерывную войну. И плохие делают все возможное для пополнения своих рядов - только, например, композитор сядет сочинять что-нибудь хорошее, они тут же слетаются к нему со всех сторон и лезут в память, звенят в ушах, сбивают его с чувства гармонии. Он пытается сосредоточиться, а в ушах неотвязно вертится какой-нибудь "Цыпленок жареный" или "Мальчик хочет в Тамбов".
   Зарисовка "Разведка боем": Зима. Внезапное потепление. Птицы морзянкой телеграфируют Весне о результатах вылазки...
   * * *
   ...Вечером читал журналы и переводил с белорусского стихи Алеся Писарика.
   24 февраля, воскресенье. Ездили сегодня втроем (я, Марина и Алинка) на Крымский вал на выставку-продажу минералов и самоцветов. Впечатление от увиденного потрясающее, хочется купить чуть ли не каждый из выставленных там камней. А выставлены были практически все те минералы, какие мы видели недавно в минералогическом музее - пирит, халькопирит, лазурит, агат, все виды кварца, малахит, бирюза, авантюрин, горный хрусталь, чароит, яшма и десятки других драгоценных, полудрагоценных и просто красивых или оригинальных горных пород и минералов. Мы не удержались и приобрели себе несколько небольших образцов, а также словарь-справочник минералов. Вроде бы немного-то и покупали, а дома подсчитал, и оказалось, что наш "выезд в свет" обошелся нам в семьсот с лишним рублей...
   * * *
   Покуда ехали в метро, глядели на расклеенные по вагону афиши и упражнялись в рифмовании. Объектами наших поэтических экспериментов оказались в основном музыканты: "Оган Дурьян - косил бурьян" (вариант: "валялся пьян"), "Камиль Сен-Санс - пропил аванс" (вариант: "орал романс"), "Морис Равель - жевал щавель" (вариант: "забился в щель"), "Мсье Берлиоз лечил лейкоз" (вариант: "боялся коз"), "Клод Дебюсси - ловил такси" (варианты: "ел иваси" и "кричал: "Мерси!") - и так далее. Отрадно заметить, что Алинка была в этом деле ничуть не слабее, чем и мы с Мариной...
   * * *
   ...Вечером написал полстранички для романа "Стивен Кинг на русской почве" (ну никак не получается засесть за него основательно!) и сел делать для газеты Владимира Бондаренко обзор "Жизнь журналов". Лег спать только в половине второго ночи.
   25 февраля, понедельник; свят. Алексея, митр. Московского и всея России, чудотворца (1378); Иверской иконы Божией Матери (IХ). От святыя иконы Твоея, о, Владычице Богородице, исцеления и цельбы подаются обильно с верою и любовию приходящим к ней: тако и мою немощь посети, и душу мою помилуй, Благая, и тело исцели благодатию Твоею, Пречистая.
   Святителю отче Алексие, моли Бога о нас! Господи, помилуй, Господи, помилуй, Господи, помилуй. Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу!
   * * *
   С утра уселся за доделывание своего обзора "Жизнь журналов", на который ушел практически весь день. Получилась большая рецензия на два номера питерской "Невы", поменьше - на новый литературный журнал "Эфитерра", и одна общая - на все остальные журналы скопом.
   26 февраля, вторник. Сегодня в Правлении проходило заседание Приемной комиссии, приехало много знакомых. К тому же начинают съезжаться и на завтрашний секретариат по итогам литературного года...
   В три часа дня начался вечер памяти писателя-офицера Сергея Белогурова, погибшего год назад в Югославии. Открыл его Вадим Арефьев, потом сказал несколько слов я, потом пошли воспоминания... Самое грустное, что встреча проходила почти при пустом зале, её организаторы как-то совсем не позаботились о том, чтобы была заполнена вся аудитория.
   В четыре часа я спустился в свой кабинет, чтобы позвонить в издательство "Гелеос" и узнать насчет выплаты гонорара, но в это время телефон сам зазвонил и Алинка испуганным голосом прокричала, что в нашу квартиру ломится какой-то пьяный мужик. Я тут же позвонил в отделение милиции нашего "Марьинского парка" и попросил их съездить разобраться, но дежурный вяло отнекался, сказав, что группа находится в отъезде и ему некого к нам послать. Пришлось все бросить и мчаться через всю Москву домой - слава Богу, по пути не случилось никаких задержек и через час я уже вбежал на площадку четвертого этажа и увидел пьянущего мужика, трущегося о нашу дверь. Еле сдерживаясь, чтобы не врезать ему по морде, я (все-таки хорошенько тряхнув его пару раз по пути) выволок его из нашего холла и, швырнув в кабину лифта, нажал кнопку первого этажа. Затем позвонил в квартиру и убедился, что с Алинкой все в порядке. Потом, оставив дома мешающий мне в руках дипломат, я на другом лифте спустился вниз посмотреть, не валяется ли там этот пьянчуга. Но он уже выбрался из кабины и болтался посередине подъезда. Чтобы он никого тут не пугал, я взял его за шиворот и выдворил на улицу. Судя по всему, это кто-то из наших верхних или нижних соседей, забывший по пьяни, на каком этаже его квартира. Так что пусть немного проветрится и повспоминает...
   Но милиция-то, блин, какова? Я успел приехать с Комсомольского проспекта в Марьино, а они за это время так и не появились! А если бы, не приведи Господи, это был не алкаш, а настоящий маньяк, тогда что?!.
   27 февраля, среда. В 11 часов начался расширенный секретариат по теме "Итоги литературного года". Открыл его В.Н. Ганичев, передавший потом ведение Гене Иванову. Я не выступал - надоело говорить практически одно и то же перед одними же и теми же. К тому же я и так постоянно высказываю свои мысли в печати, а многие из присутствовавших в зале ехали ради пяти минут своего выступления через половину России, так что я решил: пусть уж им останется побольше времени, чтобы высказаться...
   Хорошо говорил Алексей Шорохов. Вернее говорил-то как раз плохо, бубнил себе под нос, но мысли были интересные - об инфляции истории, слов и смыслов. Гораздо прямолинейнее была Лариса Баранова-Гонченко, сказавшая, что самые близкие народу писатели - это Вера Галактионова, Юрий Лощиц и Виктор Верстаков (т. е. практически лишь те, кто входит в круг её личных друзей).
   Женя Шишкин явно "отрабатывал" свою близость к "Литературной России" и Владимиру Еременко - говорил не столько о литературе как таковой, сколько главным образом о необходимости откликнуться на инициативу Дементьева, Еременко, Полякова, Козлова и проч., и, ликвидировав существующие ныне СП, образовать новый единый союз писателей. Понятно, что его выступление было воспринято довольно холодно, так что никто даже не похлопал.
   Близко к тому, что я неоднократно писал о современном литературном герое, говорил А. Суворов. А Николай Коняев высказался в том смысле, что критика может стать национальной только тогда, когда будет соответствовать невысказанным мыслям русского народа...
   После секретариата я немного посидел у Ганичева за чаем с редакторами наших провинциальных журналов, поговорили о том, чем им может помочь Союз писателей России, а затем я поехал в издательство "Гелеос" за гонораром, куда должен был успеть до 18-00. Получил очередную порцию в размере 2,5 тысячи рублей и поехал домой. По пути не удержался и купил для Марины и Алинки небольшой тортик и гроздь бананов.
   * * *
   Из последних новостей:
   - По соглашению с руководством Грузии НАТО вводит в неё свои воинские подразделения на предмет проведения антитеррористической операции в Панкисском ущелье, где якобы укрылись бежавшие из Афганистана талибы и даже сам бен Ладен. Что интересно, год тому назад, как будто специально для этого, с территории Грузии поспешно были выведены все российские части, освободившие занимаемые ими гарнизоны. Похоже, что мы решили сдать Кавказ американцам...
   - В Ростовской области объявлено о закрытии сразу нескольких угольных шахт и сокращении шести с половиной тысяч горняков. При этом было сказано, что в самом ближайшем будущем здесь будут уволены ещё четыре тысячи шахтеров. И это при том, что угольные пласты Восточного Донбасса ещё отнюдь не истощили своих запасов и местные предприятия хотя давно и не модернизировались, но ещё вполне сохраняют свою работоспособность. Не говоря уже о населяющих данный регион тысячах специалистов по угледобыче...
   * * *
   ...Убирая сегодня у Алинки под столом, Марина обнаружила какой-то из выброшенных ею черновых набросков со следующим текстом:
   "...Оставались в комнате только старый стол, стул да парочка ветхих изношенных башмаков. Хозяева недавно переехали на новую квартиру, и вещи, которые им были не нужны, теперь обрели свою неожиданную свободу. Им бы, по правде говоря, стоять на старости лет где-нибудь в теплой комнате на ковре протертыми влажной тряпочкой, а они оказались брошенными на голом холодном полу, и оттого горько и безутешно плакали... Но однажды в пустующую квартиру забрела маленькая соседская девочка, которая надела поверх своих туфелек брошенные башмаки и начала вытаскивать за собой оставленный стул. А стол остался стоять на месте и из-за этого очень огорчился. Но через полчаса в квартиру пришел отец той маленькой девочки и унес с собой также и его. "На кухне, - сказал, - пригодится". И вскоре стол уже стоял на своем новом месте и слушал, как на плите весело закипает чайник.
   Старые вещи были счастливы, что обрели себе новых хозяев, а с ними - и свою вторую жизнь..."
   Понятно, я не хочу преувеличивать значения Алинкиных способностей, но вместе с тем думаю, что разбрасываться в десятилетнем возрасте такими набросками - это все же непозволительное расточительство.
   28 февраля, четверг. Последний день зимы. Приехал из Дагестана Абдурахман Курбалиев, поэмы которого я переводил на русский язык, привез вторую часть гонорара и вино. Были я, Сергованцев, Гена Иванов, Иван Тертычный... Сидели в кабинете Ляпина с Людмилой Калининой, которая после отъезда Жени Шишкина в Москву исполняет вместо него обязанности главного редактора журнала "Нижний Новгород", слушали её воспоминания о поэте Федоре Сухове. О том, как он устраивал свои мини-спектакли, приезжая в Москву в драном тулупе и валенках - эдакий дедок-самородок из глубинки, нищий, бедный, непечатаемый, а ещё и привезший с собой в Москву своих яблочек, которыми он, приходя в редакции журналов и садясь возле женского туалета, угощал всех сотрудниц. Те, само собой, бежали к главному редактору, докладывали, и он вынужден был выходить, разговаривать, брать у него рукописи и т. д., и т. п. Таким образом у этого "нищего", "бедного", "непечатаемого" дедка выходило каждый год не менее трех книг и к концу жизни имелось аж шесть (!) сберегательных книжек. Правда, поэт он при этом все-таки был очень хороший...