Малгори перешагнул тело, устремляясь вперед, туда, где было меньше пыли. Вражеская "скоба" была смята, смешавшись с его войском. Где-то еще сражались, но теперь середины строя не существовало. Две группы конников, человек по пятьдесят в каждой, двигались справа и слева, сближаясь и нацеливаясь на последнюю кучку врагов, теснившуюся прямо перед Малгори. К их неровному, даже с виду слабому строю отступали несколько дерриотийцев, каким-то образом ухитрившихся вырваться из боя с серединой войска Торбии. Мимо них неуклюже и медленно скакали навстречу атакующим металлические воины. Короля бросило в жар. Он почувствовал каждую из десятка струек пота, свербящих его спину и грудь на своем пути вниз. Спокойные и медлительные фигуры, без оружия двигавшиеся на врага, превосходящего их числом в десять раз, внушали не презрение к своей глупости и не восхищение своей храбростью. Они вселяли безотчетный ужас. Король понял, что сейчас произойдет нечто страшное и непоправимое. Он в отчаянии побежал вперед, задыхаясь от тяжести доспехов, чуя за спиной сбитое дыхание других, и пытаясь кричать, но все слова умирали в пересохшей, забитой пылью глотке. Металлические всадники вскоре остановились: пять было справа, пять слева. Они стояли и ждали. Когда наступавшие оказались в трех десятках шагов от застывших блестящих фигур, те быстро вытянули вперед похожие на обрубки толстых бревен руки. Яркое золотистое сияние появилось там, где должны были быть кисти, появилось и разбросало вокруг мириады огромных светлячков. Они мелькали, переливаясь всеми цветами радуги, падая на землю или врезаясь в скачущих во весь опор всадников. Там, куда они попадали, вспыхивали ослепительные сполохи света, превращающие в пепел все вокруг себя. Обугленные остатки людей и коней продолжали лететь вперед, но в конце концов падали на дымящуюся землю. Зрелище повергало в шок, завораживало и вызывало безвольное оцепенение. Король, почти плача, остановился, и, надрывно дыша, смотрел на мгновенную гибель десятков своих людей. Какой-то здоровяк на громадной лошади смог преодолеть смертоносный рой "светлячков" и атаковал крайнего слева металлического воина. Но он даже не успел добраться до врага - комок огня сжег голову его лошади, а самого седока выбил из седла. Обезглавленное тело коня по инерции продолжало нестись вперед, потом споткнулось и полетело кувырком. На пути оно встретило своего убийцу и врезалось в него. Тот рухнул на бок, разбрасывая вокруг рой "светляков", и взорвался. Во все стороны полетели горящие обломки, поражающие и людей, и монстров. Вот взорвалось еще одно чудовище, еще, еще и еще. Луг наполнился едким дымом, пламенем и грохотом. Кто-то кричал, кто-то молча действовал. Мимо короля пробежали несколько человек - те, кто, расправившись с остатками скобы, спешили добить остальных. Дым быстро рассеивался порывами свежего ветра, и взрывы, один за другим, начали раздаваться справа. Очевидно, там произошло тоже самое: металлические всадники падали и взрывались.
   Сзади теперь доносились только редкие, слабые стоны, все звуки битвы переместились вперед. Можно было слышать крики победителей, вырезавших последних степняков. Кажется, несмотря на все происшедшее, Малгори выигрывал эту битву. Воодушевившись, он снова двинулся вперед, чтобы быть среди тех, кто разломает волшебный самоходный балдахин и вытащит на свет вопящего злодея, из-за которого сегодня прервалось так много жизней. Он шел не спеша, сжимая в руке меч, посреди летящих на восток клочьев дыма, ничего не видя, лишь слыша предвещающие скорую победу торжествующие крики его бойцов. И когда король услышал громкий рев, он сначала удивился, недоумевая, кто мог издать его? Этот рев разом заглушил все остальные звуки, он метался из стороны в сторону, то затихая, то усиливаясь. Клочья дыма медленно, как занавес, расползлись перед взором ничего не понимающего Малгори, открыв ему страшную картину. Жалкие, скрюченные фигурки разбегались по сторонам… Это отступало его без пяти минут победоносное войско. Несколько всадников метались по лугу, а дальше, рядом с голубым балдахином, стоял человек, с головы до ног объятый пламенем. Из его горящих рук вырывался колоссальный факел, которым он методично поражал обезумевших от страха воинов - этот факел, с ревом рассекая воздух, и издавал те загадочные звуки. Земля вокруг пылающего человека была иссечена длинными обугленными канавами. Все, что могло гореть, сгорало мгновенно. Бесформенные, черные останки тел устилали землю, на которой была сожжена вся трава…
   Малгори выронил меч и закричал. Вот оно, ВОЛШЕБСТВО! Вот оно! Сказка для непослушных детей, которой он не хотел верить! Теперь было ясно, что он проиграл еще тогда, когда неведомый враг только замыслил покорить его страну. У Малгори не было ни единого шанса победить этого пылающего человека с огромным факелом в руках. С самого начала тот притворялся слабым, почему-то бросив на смерть наемников-дерриотийцев… Наверное, просто не хотел им платить.
   Сейчас для короля оставалось лишь одно - погибнуть, защищая то, что уже невозможно защитить, свое королевство. Чем он лучше трех или четырех сотен солдат, отдавших здесь за него свои жизни? У них у всех, по крайней мере, остались дома жены, матери, дети… а его никто не ждет. Он не может вернуться и смотреть в глаза тех, чьи родные и любимые уже никогда не вернутся… Малгори отбросил щит, подобрал упавший меч и взял его в обе руки. Он не видел, как из дыма за его спиной возник всадник - чумазый юноша без шлема, щита и меча, и ударил короля гладким шаром болы по голове. От сильного удара шлем глухо звякнул, а поднятая маска опустилась и оцарапала щеки. Малгори покачнулся и со стоном рухнул наземь.

4.

   Когда он вновь открыл глаза, кругом царил полумрак. Тюрьма! - было первой его мыслью. Он попытался приподняться, но в висках тут же забилась в такт бешеному стуку его сердца сильная боль. Он скрипнул зубами и упал обратно на подушку. На подушку! Пальцы непроизвольно сжались, но он не смог ухватить гладкий атлас. Перед глазами, на стене и потолке, скользили тусклые багровые отсветы угасающего в камине огня. Это его собственная спальня. От такого открытия он не испытал никакого облегчения, потому что мысли сразу вернулись к проигранной битве и человеку, объятому пламенем, с огромным факелом в руках. Волшебник Клусси… Какое дурацкое у него имя! Но, увы, волшебная его сила нисколько не соответствует имени. Такому могучему колдуну нечего опасаться побитого короля, он может сделать его пленником, даже не заточая в темницу.
   Слева раздался тихий шорох. Малгори повернул голову и увидел осторожно ступающего по ковру Мадди. Король задышал чаще. Предатель! Подлый смерд, он помогает узурпатору, приглядывая за своим униженным государем! Бывшим государем. Король почувствовал, что зародившийся в нем гнев глуп и беспричинен, но он ничего не мог поделать с собой. Не он владел чувствами, а они - им. Ярость продолжала разгораться, когда Малгори подумал, что теперь в глазах всех своих бывших подданных, для которых совсем недавно он являлся вершителем судеб, будет попавшим на привязь волком. Все станут смотреть на него и радоваться, зная, что и владыки могут низко пасть и страдать не хуже простого смертного. Малгори схватил слабой рукой вторую подушку и бросил ею в слугу, не решавшегося подойти ближе.
   – Пошел прочь, подлый изменник, ибо, если я только смогу подняться, то задушу тебя в тот же миг!
   Мадди, вцепившийся в подушку, застыл, непонимающе тараща глаза.
   – Когда я предал вас, мой государь?
   – Не валяй дурака. Ты помогаешь Клусси, приглядываешь за его птичкой в золотой клетке!
   – Не знаю, про что это вы говорите, - слуга поджал губы и покачал головой. - Наверное, вы еще не оклемались после того удара по голове?
   – Ах, да… До сих пор ужасно болит. Подлая тварь, стукнувшая меня, должно быть, получила хорошую награду…
   – Да о чем вы?! - всплеснул руками Мадди. - Ведь это Олек ударил вас и увез оттуда, чтобы не дать глупо и бесславно погибнуть в руках проклятого колдуна!
   – Олек?!
   – Да! Я напою вас отваром, снимающим головную боль. Вам нужно побыстрее встать на ноги и идти на военный совет.
   Малгори закрыл глаза. В который уже раз он оказался глупцом. Ярость быстро испарилась, уступив место смеси стыда и радости.
   – Так значит, Центр Мира не захвачен неприятелем?
   – Пока еще нет, - мрачно ответил старик. Король облегченно вздохнул.
   – Чего же ты стоишь? Быстрее неси сюда свой отвар!!
   Через час Малгори сидел за столом в тронном зале, полностью одетый, и голова у него уже почти не болела, хотя и осталась наполненной тяжестью.
   – Да, я стукнул тебя шаром своей болы, взвалил поперек седла и увез прочь, - говорил Олек несколько раздраженно, потому что король не выказывал ему благодарности. - У вас всех лица судей, собирающихся казнить подсудимого. Подумайте хорошенько!! Король стоял, как истукан, один-одинешенек, перед самым носом этого окаянного колдуна!! Еще пару минут - и тот превратил бы нашего государя в кучу пепла! Подумайте, прежде чем смотреть на меня с таким осуждением!
   Олек выразительно постучал себя пальцем по лбу и оглядел всех по очереди. Король сидел с суровым лицом, Галид смотрел искоса, Садбал - хмурился, а Таккор разглядывал всех по очереди, стараясь понять, как ему лучше себя вести. Так как все молчали, Олек продолжил свое выступление:
   – Король и все его военачальники здесь. У нас еще сто семьдесят годных для битвы воинов. Даже если бы у нас их осталось в десять раз меньше, этого все равно хватило бы для обороны. У Клусси уцелело меньше трех десятков солдат, а стены Центра Мира строились с расчетом выдерживать атаки всего дерриотийского войска! Его волшебный огонь будет бессилен против камня.
   – Люди в панике, - осторожно сказал Садбал, быстро поглядев, как отреагирует на его слова король. - Они могут запросто открыть ворота, убоявшись худшей участи. Говорят, в Алгоре Клусси никого не тронул оттого, что они сдались без сопротивления.
   – Вот тут-то нам и пригодятся солдаты, - воскликнул Олек.
   – Они напуганы не меньше, чем горожане, - тихо промолвил Галид. Он сидел сгорбившись, будто разом став еще старше, и не поднимал взгляда от потемневшей столешницы.
   – Мы будем сражаться! - хрипло и не менее тихо сказал наконец король. Он медленно вздыхал - то ли в раздумьях, то ли собираясь что-то сказать. Однако тут в залу ворвался испуганный воин и закричал, что у запертых ворот появилась группа вооруженных людей. Все совещавшиеся в растерянности поглядели на короля, но тот уже встал на ноги, торопясь на городскую стену. Военачальники поспешили за ним.
   Враги стояли на дальнем конце бело-желтой пыльной проплешины, вытоптанной в траве у городских ворот. Посреди группы высилась платформа с балдахином, а вокруг нее толпилось не больше трех десятков дерриотийцев, еще меньше людей в белых накидках и шесть металлических воинов. Малгори долго смотрел на эту кучку, выглядевшую довольно жалко на фоне высоких крепких стен. За его спиной - огромный город, сотни каменных коробок с черепичными и соломенными крышами. Тысячи людей. Если он сможет воодушевить их на борьбу, многолюдное войско просто сметет эту жалкую кучку, и никакое волшебство уже не поможет мерзкому Клусси… Малгори положил руку на рукоять нового меча, раздул ноздри и расправил плечи. Какая нелепая ситуация - слабак угрожает сильному! Однако тут же в памяти всплыл гигантский факел, превращающий в облака пепла его солдат. Нет, это отнюдь не слабаки. Олек сзади подергал рукав шелковой рубахи короля, привлекая к себе внимание.
   – Я подумал, что он может растопить ворота своим огнем - они ведь металлические! Это наше слабое место. Но я уже додумался, как с этим бороться: пока он будет их растапливать, каменщики смогут выложить внутри добрую каменную стенку. Прикажи загодя разобрать пару ближайших домов!
   – Они не смогут сделать новую стену такой же прочной, как старая, - возразил Галид. Малгори зло улыбнулся.
   – Спасибо за ободрение, старик!
   – А ты предпочел бы лживую лесть? - король, не отвечая, отвернулся. Внизу, впереди группы "осаждавших", стоял человек в бело-красной одежде. Малгори взял подзорную трубу, чтобы разглядеть его как следует. Человек, видно, заметив, что его разглядывают, широко расставил ноги, расправил плечи и гордо поднял голову, усмехаясь своим противникам. Его тронутые сединой волосы были короткими, в белой бороде, тоже аккуратно подстриженной, оставалась лишь пара черных прядей. Над бородой хищно изгибался орлиный нос, еще выше блестели глубоко посаженные глаза в окружении густых морщин. Человек щурился, и от этого казалось, что он собрался посмеяться над далеким наблюдателем. Многочисленные складки бороздили смуглую кожу лица. Клусси - а это, несомненно, был он - выглядел уверенным в своих силах, мудрым и сильным мужчиной в расцвете лет, хотя и прожившим трудную жизнь. Лицо, обветренное и загорелое, говорило о долгом пребывании на открытом воздухе в местах, с климатом более суровым, чем в Торбии. Сильные руки с большими кистями покоились на груди, а плечи немного сутулились против воли Клусси расправить их пошире, словно человек много работал в поле или долго просиживал над книгами. Он был примерно той же комплекции, что и король, только менее рослый, менее мускулистый, но более жилистый и наверняка более выносливый. Одежда у него была простая - некрашеные холщовые штаны, пропитанная потом белая рубаха и расстегнутый красный кафтан. На ногах - высокие дерриотийские сапоги. Откуда же он взялся? - подумал король, откладывая трубу в сторону. - Неужели его породили загадочные пустыни, в которые давно уже не хаживало обленившееся войско Торбии… Однако, колдун не дал королю долго думать над этой проблемой, выкрикнув необычайно громко чистым, почти юношеским голосом:
   – Эй, Малгори!! Не хочешь сдаться, пока не поздно?
   Король презрительно ухмыльнулся - скорее, для своих, так как враг не мог видеть его лица на таком расстоянии.
   – Короли Торбии не сдаются!! - крикнул он в ответ.
   – Жаль. А вот твой брат не был таким спесивым и гордым. Зато теперь он не знает забот! - Клусси лениво помахал рукой у себя над плечом. Один из людей в белых накидках подбежал к нему. Маленькое, круглое лицо обратило взор к стенам, и даже без трубы было ясно, что на этом лице блуждает гадкая улыбочка, а глаза непрестанно бегают, словно их хозяин только что нашкодил.
   – Эй, придурок, выходи! - завопил Хелог дурным голосом, смешно вытягиваясь от старания крикнуть как можно громче. - Все равно тебе крышка!
   Клусси небрежно потрепал крикуна за плечо и тычком в ухо отправил назад.
   – Он у меня вместо шута, знаешь ли. Зато живет почти той же жизнью, что и раньше - обильная еда и питье, каждую ночь - новая девчонка. Ведь ты, я слышал, тоже это любишь? Ну как, еще не передумал? Для тебя найдется место хранителя королевского горшка, гораздо более почетная должность, чем у братца. А королем в Центре Мира должен быть тот, у кого на это больше прав, чем у тебя. Ну как?
   – Значит, ты захотел стать королем? - выкрикнул Малгори, стараясь, чтобы голос его не сорвался от ярости в хриплый визг. - Попробуй!!!
   – Думаешь, я стану карабкаться к тебе на стену? К несчастью для тебя, я вовсе не безумен. Я отправлюсь по округе и стану уничтожать одну твою беззащитную деревню за другой, вместе с их жителями, пока ты не останешься королем без королевства или не соизволишь высунуть свой трусливый нос из города. Как тебе нравится эта идея?
   Все, кто стоял на стене рядом с королем, перестали даже дышать. Малгори потрясенно молчал.
   – Это называется "шантажом", - доверительно сообщил Клусси. - Но, вообще говоря, он больше к лицу подлецам и трусам, а не королям. Поэтому я предлагаю тебе поединок. Будем биться с тобой один на один, а ставками будут королевство для победителя и смерть для проигравшего. Что скажешь на это?
   – Нечестно!! - закричал Олек. - У тебя в руках огонь, которым ты играешь, как комками пуха!
   – Я буду биться обычным оружием, - возразил Клусси и отвернулся, давая понять, что разговоры закончены.
   – Ты не должен делать этого! - быстро зашептал Олек, будто, говори он обычным голосом, враг мог их подслушать. А впрочем, кто знает этих колдунов… - Я прямо сейчас могу всадить ему стрелу под лопатку.
   Малгори медленно покачал головой:
   – Это слишком подло. Он бросил вызов, и получится, будто я струсил. И потом, вряд ли он вышел на переговоры, не обезопасив себя от наших стрел. Мы лишь дадим ему повод для будущих подлостей.
   – А ты думаешь, их не будет?
   Малгори взглянул на Галида, тот кивнул. Король опустил глаза, не чувствуя радости от того, что учитель теперь одного мнения с ним. Неужели я струсил? - подумал он. - Хотел, чтобы и он отговаривал меня? Казалось, Галид читал его мысли, глядя строго и мрачно. Малгори резко повернулся и почти бегом устремился к башне.
   – Решение может быть только одно, - бормотал он на ходу, яростно дергая зацепившийся за ножны плащ. - Я буду сражаться.
   Вскоре он вновь стоял на стене, теперь одетый в кольчугу, тонкий панцирь, поножи, наплечья, перчатки. Легкий шлем пока висел у него плечами на ремешке, на левую руку был надет маленький круглый щит. Длинный меч с узкой, шипастой гардой, покоился в ножнах, а на мизинце сверкал платиновый перстень с опалом, который он всегда надевал в торжественных случаях. Сначала, в детстве - на шею, на цепочке, потом на палец. Подарок отца. Малгори поцеловал перстень и оглядел теснившихся вокруг воинов и командиров.
   – Следите за ними, - сказал он негромко. За спиной у него притаился город, в котором затихла всякая жизнь. Пустые улицы и площадь покрывал мусор, оставшийся от позавчерашних базарных толп, так стремительно растаявших. Посреди площади, ближе к воротам замковой Башни, стояла маленькая худенькая фигурка в развевающемся красном платье. Селия. С какими мыслями вышла она проводить короля, который в последнее время доставил ей столько неприятностей? Король подарил ей долгий взгляд, и пока он смотрел на неподвижную фигуру девушки и трепещущий на ветру подол, его снова посетило предчувствие чего-то плохого. И, отчего-то сердце сжала жалость по отношению к Селии. Что может ждать его, глупого короля, не сумевшего защитить собственное королевство? Смерть, да и только. А что ждет ее, дочь приближенного поверженного монарха? Вряд ли милость завоевателей… Тяжело вздохнув, Малгори снова повернулся лицом к врагу. Его переполнял стыд за самого себя - словно он посмотрел на прошлые поступки со стороны. Все, что раньше казалось неоспоримым, теперь стало неправильным. Такой резкий перелом… Быть может, это и есть предвестие смерти? Говорят, перед глазами умирающих проносится вся их жизнь, и они ясно видят, когда их поступки были дурными или ошибочными… Отметая прочь плохие предчувствия, король хрипло и отрывисто скомандовал:
   – Спускайте! - он уселся в подвешенную за стеной люльку, и четверо крепких воинов начали осторожно вытравливать веревки, пропущенные через смазанные салом блоки. Еще двое спускали длинную, в два десятка шагов, лестницу. Не дожидаясь, когда люлька опустится на землю, король выпрыгнул из нее на высоте своего роста, тяжело присев под тяжестью доспехов и ощутив боль в крестце. Взмах руки - и люлька ползет обратно. Малгори ухватился за лестницу, стоявшую одним концом у края рва, и опрокинул ее, придерживая, чтобы она не свалилась вниз. По этому импровизированному мосту он смело пошел, ступая по дрожащим ступенькам, почти подпрыгивая на середине и рискуя соскользнуть в воду. Несмотря на внешнюю свою громоздкость и неуклюжесть, король прошел весь путь без затруднений. Это была демонстрация его ловкости. Как только он оказался на пыльной земле, воины утянули лестницу обратно наверх. Малгори замер, с трудом удерживая себя от того, чтобы повернуться и бросить прощальный взгляд. Обратного пути нет. Будто все сгинули, пропали, оставив его одного посреди враждебного мира. Никогда в жизни он не был так одинок, и никогда в жизни еще не подвергался такой опасности. Перед ним был первый в жизни заведомо более сильный враг, такой, что его испугался бы и самый бесстрашный и умелый воин. Колдун! Чего можно ждать от него, кроме подлостей и обмана? С кем Малгори ссорился и дрался раньше? С глупыми и трусоватыми младшими братьями-близнецами, которые всегда были слабее его, даже вместе. Потом он вырос и стал господином в стране спокойных и законопослушных людей. Его государство окружали мирные соседи - карликовые государства братьев и владения добродушного короля Накрии Кралидана. В этой тихой стране он был самым опасным и сильным, властвовал, как коршун в небе, заполненном ласточками и голубями. Теперь появился другой коршун. Враг.
   Он стоял напротив Малгори, в десяти шагах от короля, одетый в точно такие же доспехи. На секунду Малгори удивился, не понимая, откуда ему знакомы блестящие на солнце серебряные узоры на щите, выдающаяся вперед нижняя кромка шлема… Ну конечно, это были доспехи Хелога, проклятого слизня, недостойного имени Торби. Малгори сделал несколько шагов вперед. Клусси спокойно ждал, а его крошечное войско рассредоточивалось по полукругу в ожидании зрелища. Король недовольно нахмурился, осознав, что бой для него, по существу, проходит на территории противника. Он облизал пересохшие губы и вновь обратил взор на соперника. Тот недвижно стоял на прежнем месте, навевая страх своим спокойствием. Ах, зачем этот бой, ведь он со своим волшебством просто не может проиграть! Победит одним лишь взглядом. Солнечный луч, отразившись от шишака в центре щита Малгори, упал на шлем Клусси, осветив черные впадины глазных прорезей. Волшебник смотрел, уверенно прищурясь, совсем как тот дерриотиец, с которым король сражался прошлым утром. Сражался - и убил. Малгори улыбнулся, вспоминая это, и почувствовал уверенность. Он перестал думать о неминуемом поражении, переключившись на совсем иные мысли - о том, как сразить врага. Беглый взгляд на него не дал ничего полезного для построения тактики. Панцирь Клусси был сплошным и новым, к тому же пах закрывала подвешенная книзу пластина. Волшебник шумно вдохнул и взялся за рукоять огромного, слегка изогнутого меча, который до того был воткнут в землю у его ног. Стало быть, начали.
   Малгори со скрежетом и звоном провел плоской стороной лезвия по металлической окантовке щита. Клусси едва заметно кивнул и сделал первый выпад. Для этого ему пришлось сделать шаг вперед. Воздух, рассекаемый тусклой синеватой сталью клинка, застонал, будто живое существо. Малгори картинно выставил руку повернув лезвие так, чтобы вражеский меч скользнул в сторону. Первые жесты, что-то вроде церемонии и разведки в одном лице. Если бы Клусси бил всерьез, король сразу выронил бы оружие из рук. А так меч колдуна, звякнув, ушел в сторону. Волшебник, едва слышно крякнув, вернулся в прежнюю позицию. Затем они оба начали кружить по площадке, стараясь занять выгодную позицию, а противника загнать в неудобную. Два шага вправо-вперед, полшага к противнику. Клусси небрежно помахивал кистью, хвастаясь, как легко он управляется с огромным мечом. Изогнутое лезвие плясало, с басовитым свистом вырезая в воздухе восьмерки.