— А куда им было еще податься?! Этот узел явно ведет в следующую систему цепочки. Кстати, известия о происшедшем здесь наверняка достигнут противника в Первом паучьем гнезде еще раньше, чем наше донесение доберется до клыка Прресскотта. Интересно, что предпримут «паафуки»!
 
   Последние корабли эскадры перешли во Франос. Ко второй эскадре, находившейся в третьей по счету системе от Франоса, полетели курьерские ракеты с сообщением о происшедшем. Нетрудно было представить реакцию второй эскадры на эти новости. Впрочем, ей не приходилось выбирать.
   Новая вражеская атака угрожает Франосу, удержать который гораздо важнее, чем опустошенную жизненно важную систему. Значит вторая эскадра обязательно отойдет вглубь цепочки в сторону Франоса, оставив в руках неприятеля опустошенную жизненно важную систему, хотя лишь сквозь нее и можно попасть в системы, где находятся остальные корабли Флота. Поэтому обе эскадры, обороняющие Франос, окажутся полностью отрезанными от других соединений Флота.
   Разумеется, они не будут действовать в изоляции. Уцелевшие жизненно важные системы обязательно организуют контратаку и скоро вызволят оказавшиеся в западне корабли.
   И все же это очень рискованно!
   Хотя в последнее время рисковать приходится все чаще и чаще…

Глава 16
По пятам

   — Ну вот и все!
   Реймонд Прескотт учтиво кивнул начальнику оперативного отдела своего штаба, хотя в его словах и не было особой необходимости, — адмирал и сам видел, как последние багровые точки паучьих тяжелых кораблей, с которыми он намеревался помериться силой, слились на дисплее с условным обозначением узла номер пять Первого паучьего гнезда и исчезли.
   Схватка с объединенной флотилией паучьих канонерок и камикадзе закончилась успешно, хотя паучьи кораблики и успели уничтожить мониторы «Амос Гусе» и «Торвульк», а также повредить еще несколько кораблей союзников, прежде чем их истребители, канонерки и бортовые сверхскоростные ракеты не очистили окрестности ударной группы от космических аппаратиков противника. Почти сразу после этого паучьи тяжелые корабли начали уходить из системы.
   — Ну и что из этого вытекает? — спросила Мандагалла.
   — Пока к нам не прибыли донесения от клыка Заарнака, могу только предположить, что его удар увенчался успехом и паучьи корабли отошли в сторону открытого им второго фронта… Паучьи эскадры явно хотят соединиться! — Прескотт взглянул на Чанга, и разведчик кивнул.
   — В таком случае, — осторожно начал Бише, — нам, наверное, стоит довести до конца начатое дело.
   — Что? — Прескотт оторвался от дисплея, на котором изучал условное обозначение узла номер пять.
   — Пожалуй, стоит уничтожить оставшиеся укрепления возле узлов, — пояснил свою мысль Бише.
   — Ах вот вы о чем! — Прескотт выпрямился. — А почему бы и нет?! Нам все равно придется пробыть здесь какое-то время в ожидании резервных истребителей. Стив, организуйте с вице-адмиралом Рратараном цепочку авианосцев до ЭП-4, по которой к нам прибудут новые машины.
   — Будет исполнено!
   — Тем временем мы добьем местных «пауков», но, — добавил Прескотт, на секунду умолкнув и многозначительно заглянув по очереди в глаза всем офицерам своего штаба, — не забывайте о том, что мы ударили по укреплениям возле узлов исключительно для того, чтобы выманить сюда часть паучьих кораблей. Это нам удалось. Теперь надо, чтобы эти корабли все время метались в разные стороны. Для этого мы при первой возможности начнем их преследование. — Адмирал повернулся к начальнице своего штаба: — Антея, немедленно отправьте разведывательные ракеты в узел номер пять. Мы форсируем его, как только прибудут резервные истребители.
   Мандагалла откашлялась:
   — Позволю себе напомнить о том, что часть наших кораблей повреждена…
   — Пока у нас есть время, мы постараемся устранить повреждения, которые можно исправить на месте. Но мы не вправе медлить! Надо как можно скорее идти вперед. Заарнак на это рассчитывает и действует строго по намеченному плану. Мы от него не отстанем. Ясно?
 
   За узлом номер пять оказалась система, в глубине которой светили две звезды — оранжевое светило спектрального класса К и красный карлик. Вокруг каждой из звезд вращалось по несколько планет.
   В штабной рубке возле флагманского мостика «Ривы-и-Сильвы» работал оптический дисплей. Его зловещие оранжевые блики играли на мрачных лицах собравшихся офицеров, только что выигравших сражение, ставшее бы для них последним, не израсходуй «пауки» в Первом гнезде свой запас канонерок и камикадзе. Тяжелым кораблям противника пришлось сражаться без поддержки мелких космических аппаратов, но, в отличие от противников Заарнака, они и не думали отступать.
   Чанг до сих пор ломал голову над тем, почему две паучьи эскадры повели себя по-разному. Прескотт же понимал, что командам его шести тяжелых кораблей и пяти авианосцев, погибших за время бушевавшего несколько дней сражения, на это наплевать.
   Новая система была похожа на ту, в которую ворвался Заарнак. Здесь тоже обитало некоторое количество «пауков», и ударная группа Прескотта с мрачной решимостью ринулась вглубь системы, стараясь как можно скорее преодолеть пять с половиной световых часов, отделявших ее от населенной планеты. Подойдя к ней, Прескотт, несмотря на отчаянное сопротивление противника, умудрился нанести истребителями удар по ее поверхности, повлекший за собой желанный результат. Пламя от взрывов антивещества еще бушевало на испепеленной планете, а ударная группа бросилась на пришедшие в замешательство паучьи корабли, очень немногим из которых удалось спастись бегством туда, где неподалеку от светила находился второй узел пространства, хорошо заметный благодаря окружавшим его укреплениям. Уцелевшие паучьи корабли скрылись в узле, оставив первую ударную группу зализывать раны и обдумывать дальнейшие действия.
   — Сообщение клыку Заарнаку отправлено, — доложила Мандагалла. — На наших кораблях идет спешный ремонт.
   — Очень хорошо! — Прескотт повернулся к Чангу: — Амос, вы уже изучили данные, доставленные разведывательными ракетами из узла номер три?
   Как и в Первом паучьем гнезде, местным узлам пространства были присвоены номера. Узел, сквозь который вошла ударная группа, получил первый номер. Остатки паучьей эскадры скрылись в узел номер два, а отправленные вслед за ними разведывательные ракеты обнаружили уже привычные космические крепости и следы нейтрино с не очень густонаселенной планеты. Не исследованным пока оставался узел номер три, лежавший от главной звезды еще дальше, чем узел номер один, и находившийся по отношению к нему под углом в девяносто градусов. Условное обозначение этого узла, как магнит, притягивало взор Прескотта.
   — Так точно! — ответил разведчик. — Там светит красный карлик. Искусственных источников излучения не обнаружено. Космических укреплений тоже нет. Эта система пустынна!
   — Благодарю вас! — Прескотт окинул взглядом свой штаб. У офицеров были озабоченные лица.
   Ничего удивительного: ударная группа спешила углубиться в неизвестность наподобие флота союзников, погибшего в конце операции «Дихлофос».
   — Сквозь какой же из двух узлов нам следует двигаться, чтобы встретиться с Заарнаком? — пробормотал адмирал. — Что думаете об этом вы, Жак?
   Начальник оперативного отдела откашлялся:
   — Господин адмирал, конечно, разведывательным ракетам было не под силу разглядеть всю систему за узлом номер три, но, судя по всему, она действительно бесплодна. Это наверняка тупик. Кроме того, уцелевшие корабли противника, наверное, устремились на соединение со своими товарищами, сражающимися с Заарнаком, самым коротким путем. А ведь они скрылись в узел номер два!
   Прескотт несколько мгновений взвешивал слова Бише, а потом кивнул:
   — Благодарю вас… Но прежде чем принять решение, выслушаем начальника разведывательного отдела. Каковы ваши окончательные выводы, Амос? Сколько звездных систем нам предстоит преодолеть до встречи со второй ударной группой?
   Чанг красноречиво развел руками:
   — Я точно не знаю. Мы только что оставили за кормой еще пять световых часов в эйнштейновом пространстве. Но больше нам ничего не известно. Судя по тому, сколько времени паучьи корабли и курьерские ракеты тратят на свои перемещения между концами этой цепочки, Первое паучье гнездо и ЭП-5 разделяют примерно двадцать четыре световых часа. Значит, до ЭП-5 нам осталось преодолеть не более девятнадцати световых часов. Думаю, между этой системой и ЭП-5 еще три звездные системы. Если клык Заарнак захватил еще одну систему, мы встретимся со второй ударной группой, форсировав два узла пространства. Но повторяю: это лишь догадки!
   Бише подпрыгнул в кресле.
   — Значит, нам надо в узел номер два! — решительно заявил он. — Ведь за узлом номер три нет ни кораблей, ни укреплений, готовящихся сопротивляться клыку Заарнаку.
   Чанг немного смутился. Разведчики всегда были особой категорией офицеров на борту космических кораблей, на командование которыми они не могли претендовать ни при каких обстоятельствах. Это было давней незыблемой традицией. Кроме того, Бише мог похвастаться большей выслугой лет в своем нынешнем звании, чем Чанг. И все же разведчик не побоялся настаивать на своем мнении:
   — Мы заметили, что по пути к узлу номер два остатки паучьих кораблей отправили курьерские ракеты в узел номер три. К чему бы им посылать их в пустынный тупик?!
   Хотя Бише еще не изменил свою точку зрения, он говорил уже не так безапелляционно, как раньше:
   — А к чему бы им самим отступать в тупик? Прескотт негромко ответил Бише за Чанга:
   — Ответ напрашивается сам собой, Жак. «Пауки» пытаются отвлечь нас, чтобы расправиться с клыком Заарнаком, пока мы будем гоняться за их кораблями. А может, они надеются, что мы не решимся двинуться в узел номер три, опасаясь удара в спину. К счастью, у нас в тылу уцелело слишком мало паучьих кораблей…
   — Выходит, вы решили лететь в узел номер три? — осторожно спросила Мандагалла.
   — Совершенно верно. Подготовьте вместе с Жаком подробный план наступления, которое начнется, как только на кораблях будет закончен неотложный ремонт.
   — И как только авианосцы доставят нам резервные истребители из ЭП-4! — с надеждой в голосе подсказал Ландрум, но Прескотт покачал головой.
   Оглядев собравшихся офицеров, он остановил взгляд на Ландруме и украшенном хищным клювом лице адмирала «змееносцев», смотревшем на него с экрана коммуникационного монитора.
   — Я же все объяснил вам еще в Первом паучьем гнезде! — ровным голосом сказал Прескотт. — Мы должны неутомимо преследовать противника. Идти за ним по пятам! Представьте себе, сколько времени мы потеряем, посылая авианосцы за истребителями в ЭП-4!
   Ландрум понял, к чему клонит Прескотт, и нахмурился. Он подался вперед и открыл было рот, но адмирал неумолимо продолжал:
   — Кроме того, мы уже потеряли немало авианосцев, и ангары на уцелевших не будут пустовать. Не так ли, Стив?
   Вопрос Прескотта застал «фаршаток’ханхака» врасплох, и он машинально ответил:
   — Так точно, господин адмирал. На уцелевших авианосцах заполнено восемьдесят пять процентов ангаров.
   — Я так и думал. Поэтому мы продолжим наступление с теми истребителями, что у нас остались.
   В рубке повисло ошеломленное молчание. Штабные офицеры поняли, что Прескотт не только уже принял решение, но и не собирается его обсуждать. Наконец молчание нарушил Рратаран, которому позволял возражать его адмиральский чин:
   — Ггосподин аддмирал!..
   Прескотт поднял руку, а точнее, ее протез:
   — Одну минуту, адмирал Рратаран! Я так решил еще по одной причине.
   Прескотт негромко отдал приказ компьютеру, и на плоском экране главного дисплея появилась карта звездных систем, которую Чанг показал ему еще в Первом паучьем гнезде. Теперь к гипотетической цепочке прибавилась система, в которой они сейчас находилась, и две системы, обнаруженные разведывательными ракетами за ее узлами.
   — Как я уже говорил, немногочисленные паучьи корабли, ускользнувшие в узел номер два, не могут серьезно угрожать нам с тыла. Тем не менее определенный риск все же есть. — Лазерной указкой Прескотт указал цепочку систем, идущих из Первого паучьего гнезда в Центавр — Цепочку Андерсона. Адмирал остановил луч указки на системе Дихлофос и снова заговорил, не обращая внимания на волнение своих офицеров. — Паучьи эскадры атаковали Второй флот в системе Дихлофос, — негромко сказал он, глядя на штабных офицеров; все они, кроме Ландрума, прошли с ним страшные испытания, выпавшие на долю Двадцать первой ударной группы в Дихлофосе. — Одна из этих эскадр прилетела из Первого паучьего гнезда, а остальные из каких-то других систем… Теперь «паукам» из этих неизвестных систем ничто не мешает занять Первое паучье гнездо у нас за спиной.
   Адмирал спрятал кривую усмешку, заметив, что у Теренция Мукерджи посерело лицо. Прескотт снова пожалел о том, что позволил Кевину Сандерсу уговорить себя принять извинения адмирала, навязанного ему земными политиками, — теперь приходилось опять терпеть его присутствие на совещаниях. Обычно Мукерджи старался держать язык за зубами, но сейчас ужас взял в нем верх над осторожностью.
   — Господин адмирал, вы считаете, что «пауки» заманили нас в ловушку?
   — Нет, я не думаю, что они сознательно пожертвовали местной населенной планетой. Конечно, «пауки» когда-то отдали на растерзание Антонову планету Харнах, чтобы Второй флот чувствовал себя в безопасности, но сейчас они наверняка испытывают экономические трудности и вряд ли бросили бы просто так систему с немалым промышленным потенциалом. Просто паучьи подкрепления не прибыли вовремя… Однако не исключено, что, пока мы будем перевозить по Первому паучьему гнезду истребители, там появится крупное паучье соединение. Как вы думаете, что будет с нашими авианосцами, которые там окажутся?
   Мукерджи затрясся как осиновый лист, хотел было вытереть холодный пот со лба, но передумал, огляделся по сторонам, понял, что далеко не все присутствующие в восторге от изложенной Прескоттом перспективы, набрался храбрости и снова заговорил:
   — Господин адмирал, но ведь это ужасно! Если «пауки» снова займут Первое гнездо, мы все погибнем! Нас отрежут от Земной Федерации!
   — Разумеется, положение второй ударной группы несколько выгоднее нашего. Она, по крайней мере, может спокойно отступить, — признал Реймонд Прескотт. — Но в этом-то все и дело! — Он подался вперед, и у него на лице появилось выражение, которого никто не видел до гибели Эндрю Прескотта. — Выход из этого опасного положения очевиден. Мы будем наступать, пока не прорвемся к ударной группе Заарнака. Вы все, конечно, это понимаете. Это должны понять и все командиры эскадрилий и кораблей первой ударной группы! Мы продолжим наступление, как только закончим ремонт, и произойдет это очень скоро. Сообщите это вашим подчиненным и напомните им, что я жду от них беспрекословного выполнения всех приказов.
   Кроме Антеи Мандагаллы, никто из офицеров штаба Прескотта, не исключая тех, что прошли вместе с ним сквозь пекло операции «Дихлофос», лично не знал Ивана Антонова, ведь тогда все они лишь начинали свою службу. Однако теперь, глядя на своего невысокого, худощавого, всегда уравновешенного адмирала, они внезапно поняли все, о чем им там много рассказывали ветераны, хотя сегодня Прескотт даже ни разу не повысил голоса.
 
   Наверное, эскадре не следовало принимать бой в системе, где была колония всего лишь на одной планете.
   Перед началом сражения казалось, что в этом есть смысл, ведь теперь на вес золота был промышленный потенциал любой населенной планеты. А тут речь шла о спасении не одной, а двух колоний, включая ту, что находилась в системе, где теперь оказались запертыми остатки эскадры. Да и вообще, зачем нужен Флот, если он не будет пытаться защитить уцелевшие населенные миры?! Кроме того, между наступавшими с двух сторон вражескими соединениями осталось так мало систем, что остановить врага нужно было как можно раньше!
   И все же эскадре следовало принять бой в следующей системе. Конечно, там не было космических укреплений, чьей поддержкой можно было бы воспользоваться, но там не было и населения, уничтожение которого парализовало сопротивление эскадры.
   Впрочем, уже ничего не вернуть. К сожалению, наступление неприятеля даже не удалось приостановить, заманив его корабли в заканчивающуюся тупиком систему, которой и так суждено зачахнуть в полной изоляции! Теперь враг неумолимо движется в сторону следующей пустынной системы. Там никто не окажет ему сопротивления, а дальше лежит Франос!
 
   Ирма Санчес убеждала себя в том, что Девяносто четвертой эскадрилье просто невероятно повезло. За все сражения в Первом паучьем гнезде она не потеряла ни одного пилота. Не многие эскадрильи могли этим похвастаться. Некоторое время Ирма думала, что ее эскадрилье так же повезет во время упорных боев и за эту систему.
   Теперь она поняла, что стала слишком самонадеянной и перестала дрессировать Давру Леннарт, постоянно выбивавшуюся из строя, в котором ее могли прикрыть огнем другие пилоты эскадрильи.
   И все же Ирма напоминала себе, что ни одна эскадрилья, кроме Девяносто четвертой, не прошла сквозь такую мясорубку, потеряв одного-единственного пилота.
   «Это первая потеря с тех пор, как я стала командовать. Нам постоянно твердят о приемлемых потерях! Надо постараться об этом не забывать. А сколько раз приходилось оплакивать погибших товарищей командиру… то есть Бруно?! А скольких мне еще придется оплакать?! Может, так тяжело только в первый раз?!»
   Шагая по коридору, Ирма усилием воли прогнала мрачные мысли. Ударная группа неслась к узлу пространства, выбранному командованием, и Ирме предстоял последний разговор с ее пилотами перед проходом узла. Она подошла к повороту коридора, за которым был кубрик пилотов Девяносто четвертой эскадрильи. Она услышала их голоса, остановилась и стала слушать.
   — Эй, замком эскадрильи! — раздался голос мичмана Ляна. — А правда, что мы летим на курорт? Ведь в следующей системе нет «пауков»!
   — Уймись! Сейчас командир тебе все объяснит! — ответил Месвами с высоты своей должности. — Разведчики уже все ей доложили.
   — Ха! — воскликнул мичман Нордлунд. — А много они сами знают!
   — Вот именно, — мрачным тоном добавил Лян. — Может, они знают, почему нам не дали никого вместо Давры?!
   — Раз не дали, значит, не надо, — строго сказал Месвами. — И не спрашивайте меня почему! Такое решение принято наверху. Вы поняли? Может, самим адмиралом Прескоттом!
   Услышав фамилию командующего, молодые пилоты притихли, а Месвами решительно продолжал:
   — И плевать нам на разведчиков, старуха сама во всем разберется!
   Послышались одобрительные возгласы, а Ирма, стоя за углом, никак не могла понять, о ком это они.
   «Что еще за „старуха“?» — раздраженно недоумевала она.
   Через несколько мгновений до нее все дошло, и она еще некоторое время стояла с отвисшей челюстью, опершись плечом о переборку.

Глава 17
«Мы выполним свой долг!»

   В безжизненной системе с красным карликом первая ударная группа действительно не встретила никакого сопротивления и спокойно преодолела три с половиной световых часа, отделявших узел, сквозь который она в нее проникла, от второго и последнего узла этой системы.
   Когда авангард Прескотта приблизился ко второму узлу, в него полетели разведывательные ракеты. Как и предполагал адмирал, они обнаружили именно ту систему, в которой он надеялся соединиться с Заарнаком. В ней светили белая звезда и далекий красный карлик. Описание этих звезд, увиденных разведывательными ракетами орионца, содержалось в его донесении Прескотту. Кроме укреплений возле узлов пространства, в системе дрейфовала паучья эскадра, корабли которой также перечислил Заарнак. Ей пришлось разделиться, чтобы прикрывать оба узла. Впрочем, было бы наивно рассчитывать на то, что в недавних сражениях «пауки» израсходовали весь запас канонерок: нейтрино, долетевшие до разведывательных ракет от третьей планеты главной звезды, показали, что она населена гуще остальных обитаемых планет, встреченных союзниками в этой цепочке звездных систем. Конечно, Прескотт не попал в очередное «паучье гнездо», но все равно планета этой системы вполне могла в кратчайшие сроки изготовить полчище маленьких космических аппаратов. Впрочем, «паукам» здесь явно не хватало баз для канонерок. Кроме того, очень обнадеживало то, что паучьи корабли разделились.
   Именно об этом и думал Прескотт во время совещания со своим штабом. А еще он размышлял о том, почему «пауки» все-таки не прилетели из неизвестных систем вдоль Цепочки Андерсона и не ворвались из системы Дихлофос в свое Первое гнездо, чтобы отрезать его ударной группе путь к отступлению. Адмирал старался не выдать своего удивления этим обстоятельством и боязни того, что это еще может произойти.
   Внезапно Прескотт понял, что Чанг закончил обобщать данные, доставленные разведывательными ракетами, и предложил собравшимся высказывать свои мнения. Кто-то громко откашлялся. В рубке воцарилась мертвая тишина, Прескотт поднял глаза и вздохнул:
   — Слушаем вас, адмирал Мукерджи.
   Мукерджи уже справился со страхом, обуявшим его на подходе к этой системе. Теперь он набрал побольше воздуха в грудь и заговорил с видом человека, тщательно подготовившего свою речь, но знающего, что к его доводам отнесутся пренебрежительно из-за личной неприязни.
   — Господин адмирал, данные, доставленные ракетами, подтверждают вашу правоту. Перед нам действительно именно та система, в которую должен с другой стороны ворваться клык Заарнак. Поэтому я считаю, что вы не ошибались и в другом случае.
   Прескотт несколько мгновений смотрел Мукерджи прямо в светившиеся притворной преданностью глаза. Любимец политиков так тщательно подбирал слова, что Прескотт не мог сейчас просто от него отмахнуться, не демонстрируя этим глубокого пренебрежения к его персоне.
   — О каком «другом случае» вы говорите? — спросил он, подозревая, каким будет ответ.
   — Вы говорили, что паучьи силы могут в любой момент возникнуть в системе Дихлофос, а оттуда занять Первое гнездо. Должен сказать, что мы все удивлены тем, что они еще этого не сделали.
   В глазах офицеров штаба и командиров соединений ударной группы, смотревших с экранов коммуникационных мониторов, Прескотт прочел согласие со словами Мукерджи. Да он и сам подписался бы под ними.
   — Более того, — осторожно продолжал Мукерджи, явно ободренный молчанием Прескотта, — продвигаясь к этой системе, наша ударная группа и ударная группа клыка Заарнака понесли ощутимые потери. А коммодор Чанг только что описал, какие мощные перед нами космические укрепления. Пожалуй, пора проявить осторожность и закрепить достигнутый успех.
   Прескотт про себя отметил, что Мукерджи не сказал «успех, достигнутый под вашим мудрым руководством» или что-нибудь в этом роде. Любимец политиков стал намного осторожнее, чем раньше. Он избегал любых намеков на лесть, призывов учитывать политическую ситуацию и других фраз, которые могли лишь разозлить Прескотта.
   — Ну и что же вы предлагаете, адмирал Мукерджи?
   — Предлагаю не штурмовать следующую систему, а отойти в Первое паучье гнездо, приказав клыку Заарнаку прибыть туда на соединение с нами. Блокировав эту цепочку звездных систем нашим объединенным флотом, находящимся в Первом паучьем гнезде, мы выполним две задачи. Во-первых, мы отрежем населенную «пауками» систему, в которой сейчас находимся, от остального паучьего пространства и будем ждать мощных подкреплений, которые возьмут ее штурмом, а во-вторых, мы защитим всю Цепочку Прескотта, по которой и будут двигаться эти подкрепления.
   «А в-третьих, — подумал Прескотт, — мы сохраним в целости и сохранности нашу ударную группу, а значит, и шкуру адмирала Мукерджи, обезопасив себя от внезапного удара в спину из Дихлофоса и Первого паучьего гнезда».
   Конечно, адмиралу было наплевать на личную безопасность Мукерджи, но судьба первой ударной группы не могла его не заботить. Он огляделся по сторонам:
   — Какие еще будут мнения?
   Антее Мандагалле было явно не по себе.
   — Вынуждена согласиться с адмиралом Мукерджи, — сказала она, не добавив «к сожалению». — Мне очень не нравится то, как «пауки» перемещают космические форты. Она повернулась к Чангу: — Противник, кажется, еще не закончил их перестановку?
   — Нет, — ответил начальник разведотдела. — Разведывательные ракеты сообщают о том, что «пауки» буксируют форты откуда-то из глубин системы. Скорее всего от других узлов, которым пока ничто не угрожает. Некоторые форты буксируют к узлу, находящемуся всего в восьмидесяти четырех световых минутах от того, который нам предстоит форсировать. Оттуда и появится клык Заарнак. Об этом говорят данные его разведывательных ракет. — Чанг указал на плоский дисплей, изображавший систему и еще два ее узла, лежавшие примерно в одном и том же направлении от главного светила на расстоянии 5, 8 и 4, 4 светового часа от него и не более чем в девяноста световых минутах один от другого. — Вначале ракеты клыка Заарнака обнаружили двенадцать космических фортов возле узла, который ему предстояло штурмовать. «Пауки» обычно равномерно распределяют укрепления между узлами пространства в своих системах. Значит, возле узла, который надо штурмовать нам, тогда тоже было двенадцать фортов. А сейчас их уже двадцать, и каждый из них с добрый монитор. Кроме того, там тысячи две лазерных буев. Нашим ракетам не удалось как следует рассмотреть узел, из которого появится клык Заарнак, но не сомневаюсь в том, что его укрепили не хуже.