— Нет. Я выполню его, но не разделяю самонадеянности его авторов и приму кое-какие меры предосторожности.
   — Я так и знал, — сказал Леблан и еще несколько мгновений о чем-то думал. — Я должен лететь с тобой! — наконец упрямо заявил он.
   — Нет! — Ванесса улыбалась, но говорила очень решительно. — Может, ты помнишь один наш разговор?..
   — Да, лет пять назад на террасе с видом на море! — перебил Леблан Ванессу, поднявшую на него удивленный взгляд.
   — Ты не забыл?! Значит, ты все понимаешь!
   — Нет! — отрезал Леблан. — Не понимал и не понимаю! Нельзя думать только о том, как бы ни один волосок не упал с головы тех, кто тебе небезразличен.
   — Ты действительно ничего не понимаешь… А между тем я просто боюсь! — Ванесса посмотрела прямо в глаза Леблану, сказав наконец то, что долго ее мучило. — Мне и без того трудно жить в постоянном ожидании смерти, но я уже привыкла. А если под угрозой будет не только моя жизнь, но и твоя…
   Леблан все понял, но не хотел признаваться. Вместо этого он заключил Ванессу в объятия.
 
   И без того ненадежные пути сообщения были перерезаны, и теперь было неизвестно, сообщаются ли между собой две другие жизненно важные системы. Впрочем, сейчас это не имело особого значения. Здешняя система могла теперь полагаться только на себя саму и на ресурсы обслуживавших ее колоний.
   К счастью, положиться было на что, ведь речь шла о самой густонаселенной и промышленно развитой жизненно важной системе. Враг не мог знать об истинной численности ее населения и размерах ее промышленной базы — вражеским роботам-разведчикам издалека было не рассмотреть второстепенную звезду этой системы, вокруг которой вращались еще две промышленно развитые планеты. Враг не подозревал о том, что ему предстоит иметь дело с пятью мощными планетами, способными производить канонерки и мелкие космические аппараты в любых количествах. К тому же космические укрепления возле узлов пространства этой системы обороняли двадцать пять мониторов, семьдесят два сверхдредноута, семьдесят пять линейных и девяносто легких крейсеров!
   Однако важнее всего было то, что враг не имел представления об истинном положении этой системы относительно остальных. Откуда ему было знать о том, что через три звездные системы по другую ее сторону уже очень давно бездействуют его же собственные крупные силы. Знай неприятель об этом, он нанес бы по системе сокрушительный удар с двух направлений.
   Флот изо всех сил боролся с назойливыми вражескими роботами-разведчиками. В пространстве вокруг узла постоянно кишели патрульные канонерки и вооруженные мелкие космические аппараты. Кроме того, сменившиеся с боевого дежурства тяжелые корабли отошли подальше от узла. Теперь излучение их работающих вполсилы двигателей стало совсем незаметным.
   Враг и не представляет, сколько канонерок и мелких космических аппаратов подкарауливает его на поверхности планет. А что он знает об особенностях конструкции этих новых канонерок?!
 
   Ванесса Муракума мрачно усмехнулась, когда датчики корабля ВКФ Земной Федерации «Ли Чен Лу» заметили силовые поля двигателей пробуждающихся паучьих кораблей. Начали подтверждаться наихудшие опасения, которые испытывала она сама и оставшийся в Зефрейне Марк Леблан. Слава Богу, Марк и не представляет себе истинной ситуации в «паучьем гнезде», а то он сошел бы с ума от волнения!
   Сейчас Леблана должно было немного успокаивать хотя бы то, что Ванесса заранее решила крайне осторожно двигаться вглубь системы, которая, как показал анализ конструкции укреплений возле узла, оказалась Вторым паучьим гнездом.
   В первую очередь Ванессе пришлось иметь дело с сорока восемью огромными космическими фортами, действовавшими при поддержке девяноста шести тяжелых сторожевых крейсеров и тридцати легких крейсеров-камикадзе. Их окружало восемь тысяч мин, не считая трех тысяч трехсот лазерных буев, и Ванесса не имела ни малейшего желания бросаться вперед очертя голову. Сначала она разместила более половины собственных мин вокруг узла, ведущего во Второе паучье гнездо из Орфея-1. Мины располагались в виде множества не очень плотных колец, уходящих вглубь системы, и не могли остановить тяжелые корабли, но были способны истребить немало бросившихся в контратаку канонерок. Потом Ванесса стала осторожно посылать в узел одну волну беспилотных носителей стратегических ракет за другой, вынуждая «пауков» включать все новые и новые кольца буев с маскировочными устройствами, работающими в дезинформационном режиме, чтобы их заметили и уничтожили антирадиационные самонаводящиеся ракеты. Теперь, когда в бой с полуразрушенными фортами и остатками паучьих крейсеров вступили ее форсировавшие узел корабли, у Ванессы оставалось еще изрядное количество беспилотных носителей стратегических ракет.
   Считая только что обнаруженные многочисленные паучьи корабли, Ванесса похвалила себя за такое решение. Ведь они были совсем рядом и явно готовились к ближнему бою.
   — Они прятались, почти выключив двигатели! — произнес вслух то, о чем думала Ванесса, Лерой Маккена.
   — Пожалуй, им удалось нас провести, — заметила она.
   — Я этого не говорил… — начал было начальник штаба Ванессы.
   — И правильно делали, — перебила она его. — Потому что провели не вас, а меня. Впрочем, большинство наших кораблей уже здесь, а с авианосцев, кажется, уже стартовали патрульные истребители.
   С этими словами Ванесса вопросительно взглянула на Энсона Оливейру, и «фаршаток’ханхак» Шестого флота энергично закивал:
   — Ну вот и отлично! Если «пауки» хотят завязать с нами перестрелку, я не против!
   Ванесса говорила громко, чтобы ее слышали все на мостике, но это была не пустая бравада. Она прекрасно знала, что может положиться на свой личный состав.
   — Капитан Дельбридж! — обратилась Ванесса по внутренней связи к командиру своего флагмана. — Боевая тревога! Противник уже рядом.
 
   Первая часть плана работала. К сожалению, перед Флотом стояла очень трудная задача. В отличие от тяжелых кораблей канонерки и мелкие космические аппараты не могли скрываться под защитой маскировочных устройств. Кроме того, вражеский запас способных преодолевать узлы носителей ракет в последнее время казался неистощимым. У противника явно колоссальная промышленная база! И патрульным канонеркам, конечно, было не устоять перед тучами этих носителей, к тому же оснащенных теперь неуловимыми сверхскоростными ракетами.
   Канонерки и мелкие космические аппараты можно было спасти от уничтожения, лишь отведя их от узла за пределы дальности действия вражеских датчиков или оставив на внешней подвеске и в шлюпочных отсеках кораблей с маскировочными устройствами. Прячась в отдалении от узла, канонерки и мелкие космические аппараты, разумеется, не могли немедленно атаковать выходящие из него вражеские корабли, а на внешней подвеске и в шлюпочных отсеках замаскированных кораблей было сравнительно мало места.
   В этой ситуации Флот решил, что ограниченное количество канонерок и камикадзе все же лучше их полного отсутствия, и когда неприятель стал двигаться вглубь системы, а тяжелые корабли ударной эскадры обнаружили себя, включив двигатели, от них в сторону врага полетела туча маленьких космических аппаратов.
 
   На кораблях Шестого флота никого не поразило появление канонерок и камикадзе. Удивляла лишь паучья неспособность согласовать их действия с полчищами этих маленьких корабликов, несомненно шнырявших за пределами чувствительности датчиков.
   «А чему тут удивляться?! — думала Ванесса, наблюдая за приближавшимися к ее кораблям условными обозначениями паучьих корабликов. — Паучьи корабли тихоходнее наших и могут перехватить нас лишь возле самого узла, пока мы не скрылись под защитой маскировочных устройств и не обошли их с фланга! А если бы „пауки“ оставили все свои канонерки возле узла, мы бы их сразу заметили и расстреляли с беспилотных носителей!»
   Впрочем, и теперь перед Ванессой были десятки канонерок и сотни челноков-камикадзе, летящих прямо на ее корабли.
   К ним навстречу вылетели эскадрильи Энсона Оливейры, и на дисплее внезапно вспыхнули тысячи крошечных точек. Это противники стали засыпать друг друга зенитными ракетами и предназначенными для уничтожения канонерок ракетами типа FM-3. Багровые обозначения паучьих корабликов стали стремительно гаснуть, но вместе с ними исчезло и несколько ярко-зеленых обозначений истребителей Шестого флота. А ведь камикадзе, стартовавшим с таившихся недалеко от узла паучьих кораблей, было совсем недалеко до своих целей.
   К счастью, сейчас «пауки» не выстроились «снежным комом», который причинил столько хлопот Седьмому флоту, а истребителям союзников не пришлось, по крайней мере, прорываться к своим целям сквозь тучи зенитных ракет, запущенных с тяжелых кораблей противника. Возможно, «паучьи гнезда» уже были отрезаны одно от другого, и местные «пауки» не знали о новом тактическом приеме, изобретенном их соплеменниками из других «гнезд». Однако Ванесса напомнила себе о том, что это всего лишь догадка, проверила, хорошо ли застегнут ее боевой скафандр, и опустила противоударный зажим своего кресла. Как раз в этот момент к ее тяжелым кораблям бросилась первая из канонерок, прорвавшихся сквозь строй истребителей.
 
   К счастью, Флот с самого начала не надеялся на успех канонерок и камикадзе, стартовавших с кораблей эскадры. Питай он такие надежды, его ждало бы горькое разочарование.
   Эти канонерки и камикадзе хотя бы вынудили противника истратить некоторое количество боеприпасов и сбили несколько десятков вражеских штурмовых аппаратиков. Было бы здорово, если бы они нанесли ощутимый ущерб и вражеским кораблям, но сейчас об этом не могло идти и речи.
   Флот, конечно, не рассчитывал на то, что его ударная эскадра уничтожит врага. У неприятеля было слишком много кораблей, а узел, из которого они появились, был слишком близок. В лучшем случае ударная эскадра могла вытеснить неприятеля из системы, но Флот сомневался в том, что к этому нужно стремиться. Если враг бежит, он рано или поздно все равно появится снова! Решение сразиться с ним возле самого узла было принято не потому, что это было лучшее место для битвы, а из-за того, что врагу нельзя было дать продвинуться вглубь системы, откуда его датчики сразу увидели бы, с чем ему в действительности придется иметь дело.
   Неприятеля нужно было держать в неведении как можно дольше. Поэтому-то ударная эскадра и вступила в бой сразу. Будет неплохо, если она выдворит врага из системы. В противном случае с ним расправятся основные защитники системы. Конечно, эскадра к этому времени перестанет существовать, но ее гибельничтожная плата за то, чтобы враг так ничего и не узнал.
 
   Тяжелые корабли противника воспользовались атакой канонерок и камикадзе, чтобы сблизиться с Шестым флотом. Корабли Ванессы маневрировали, уклоняясь от корабликов-самоубийц, и не смогли воспользоваться превосходством в скорости, для того чтобы оторваться от противника. Поэтому паучьи корабли вышли на дистанцию огня стратегическими ракетами еще до того, как рядом с мониторами Шестого флота погибли последние из рвавшихся к ним камикадзе.
   Ванесса не имела ничего против такого развития событий. Несмотря на атаку камикадзе, паучьи корабли не успели подойти к Шестому флоту ближе, чем на предел дальности полета стратегических ракет. На таком расстоянии им было не уничтожить Шестой флот, который начал уходить от них сразу после уничтожения последнего камикадзе.
   Впрочем, Ванесса не собиралась искать спасения в бегстве. Пока ее корабли выходили из-под паучьего обстрела, на борту ее авианосцев перевооружались истребители, а командиры штурмовых групп реорганизовывали, к счастью, не очень пострадавшие эскадрильи. Ванесса несколько мгновений ждала, что «пауки» бросят вперед свои вооруженные тяжелыми ракетами линейные крейсера, но противник явно избегал лишних потерь. Наверное, «пауки» понимали, что их линейные крейсера будут тут же уничтожены огнем не пострадавших вражеских мониторов. Ванесса не знала, что происходит в паучьих головах, и, по большому счету, ей было на это наплевать, но сейчас она убедилась в том, что «пауки» не хотят бесцельно жертвовать своими кораблями.
   «Ну что ж, — подумала она. — Если гора не идет к Магомету, Магомет пойдет к горе».
   — Эрнест, — негромко обратилась она к начальнику оперативного отдела штаба, — пусть Энсон прикажет пилотам уничтожать в первую очередь командные корабли противника. Потом выполним план «Руперт».
 
   Если бы существа, управлявшие кораблями Флота, были способны на эмоции, они почувствовали бы отчаяние, когда их датчики снова обнаружили сотни вражеских штурмовых аппаратиков. Враг оторвался от эскадры, остановился и катапультировал их. Намерения неприятеля были очевидны.
   Ударной эскадре было не помешать врагу. Она могла лишь попытаться нанести ему как можно больший урон перед своей гибелью.
 
   Пилоты Энсона Оливейры ринулись прямо на вооруженные до зубов паучьи корабли. Смертоносное оружие в умелых руках, истребитель все равно был хрупким и уязвимым, особенно по сравнению с паучьими левиафанами.
   Поэтому план «Руперт» и не подразумевал, что истребители в одиночку пойдут в лоб на паучьи летающие крепости.
   Вслед за истребителями двинулись все корабли Шестого флота. Целые эскадрильи запускали ракеты-ловушки, и рядом с паучьими кораблями возникали сотни ложных целей. Бортовые маскировочные устройства истребителей тоже помогали им уклониться от огня лазерных батарей и зенитных ракет. Кроме того, своими маневрами пилоты плели знаменитую «вальдекскую паутину», сводившую с ума системы наведения оборонительного оружия. И все же больше всего истребителям помогло решение Ванессы возобновить ракетную дуэль.
   Ее мониторы и сверхдредноуты дали залп ракетами с внешней подвески. К «паукам» устремились тучи стратегических ракет с боеголовками, снаряженными антивеществом, и тяжелых ракет. Паучьей противоракетной обороне пришлось позабыть об истребителях и заняться новой угрозой. Поэтому интенсивность огня, обрушившегося на истребители, снизилась почти вдвое.
   Тяжелым кораблям Ванессы пришлось заплатить за помощь, оказанную истребителям. На Шестой флот посыпались ответные паучьи ракеты. Щиты кораблей вспыхивали и разрушались под ударами боеголовок. «Пауки» стреляли главным образом по тяжелым кораблям, но порой срывали злобу на более беззащитных жертвах. Тогда целые боевые группы паучьих мониторов или сверхдредноутов открывали огонь по дивизионам вражеских линейных крейсеров, которым было не устоять под таким обстрелом, и Ванесса стиснув зубы слушала поступавшие с них сигналы «Омега».
   Впрочем, жертвы Шестого флота были не напрасны. Истребители F-4 проникли к паучьим кораблям. Десятки из них были сбиты, несмотря на ракеты-ловушки, маскировочные устройства и головокружительные маневры. Впрочем, сотни уцелели, а высокая плотность огня выдала паучьи командные корабли.
   Командиры штурмовых групп звенящими от напряжения голосами направили свои эскадрильи на внезапно обнаружившие себя цели, и истребители начали кромсать внутренности этих колоссов излучателями первичной энергии. Приборы для создания информационной сети гибли под ударами тонких, как шпага, не знающих преград лучей. Паучьи боевые группы стали распадаться.
   Приближаясь к противнику вслед за истребителями, Ванесса предвидела это и не позволила прийти в себя «паукам», смешавшимся после потери командных кораблей. Ванесса не дала им времени реорганизоваться и безжалостно обрушила огонь своих объединенных информационной сетью боевых групп на отбивавшиеся теперь в одиночку паучьи корабли.
   Ледяными темно-зелеными глазами Ванесса наблюдала за тем, как разлетаются на куски паучьи мониторы.
   Позднее она с трудом поверила в то, что ракетная дуэль была столь скоротечной.
 
   Опытные военные знают, что в бою время тянется мучительно долго, и Ванесса думала, что этим ее больше не удивить. Однако теперь и она поражалась тому, что такое жаркое и кровопролитное сражение длилось всего полчаса.
   Ванесса раздраженно прогнала досужие мысли, постаралась не обращать внимания на шум работающих аварийных команд и на звон, все еще стоявший у нее в ушах. Ни на что больше не отвлекаясь, она стала изучать поступавшие донесения.
   У нее погибло немало кораблей, но паучьи потери были гораздо больше. Ванесса читала список поврежденных и уничтоженных кораблей Шестого флота, стараясь не думать о погибших и искалеченных членах их экипажей. Дочитав список, она глубоко вздохнула и подозвала Лероя Маккену.
   Начальник штаба подошел со шлемом в руках.
   — Вот список, — сказала Ванесса, указав на названия поврежденных кораблей. — Отошлите самые пострадавшие корабли в Орфей-1. Потом приготовьтесь к реорганизации боевых групп… Да, вот еще! Пусть Энсон как можно скорее разошлет разведывательные истребители. Во время сражения пилотам было не до разведки, — с деланной небрежностью добавила она, — а мне надо знать, что творится вокруг.
 
   Жаль, что ударная эскадра погибла. Однако теперь неприятель преисполнился уверенности в своих силах и наверняка не рассчитывал столкнуться с серьезным сопротивлением в ближайшем будущем.
   По счастливой случайности флотилии канонерок и мелких космических аппаратов, стартовавших с планет, вращавшихся вокруг второстепенной звезды, были еще далеко от тех, что базировались гораздо ближе к полю боя. Даже увидев первую волну корабликов с ближайших планет, неприятель не поймет, какие силы ему противостоят. Ведь в состав этой волны входит лишь треть канонерок и камикадзе, базирующихся в системе!
 
   — Вы говорите, восемь тысяч?!
   Начальница разведотдела адмирала Муракумы Мартина Абернать мужественно не опустила глаз.
   — Так точно! Сначала мы обнаружили только две тысячи канонерок и камикадзе. Первый из заметивших их истребителей немедленно вернулся на дистанцию уверенной связи и доложил об увиденном. Остальные истребители его эскадрильи продолжали патрулирование и скоро увидели еще три флотилии, каждая из которых не уступает размером первой.
   — Понятно, — сказала Ванесса и опустила голову.
   На застывшем в ужасе флагманском мостике воцарилась мертвая тишина. Потом Ванесса повернулась к Маккене.
   — Интересно, сколько еще флотилий летит вслед за этими… — словно невзначай заметила она.
   — Откуда же им взяться?
   — А как насчет второстепенной звезды этой системы? — с едва заметным нетерпением в голосе пояснила свою мысль Ванесса. — Она тоже относится к спектральному классу F. Хотя такие планеты обычно слишком молоды для того, чтобы на их планетах зародилась жизнь, к местному главному светилу это правило явно не относится. Выходит, возле второстепенной звезды тоже могут быть промышленно развитые планеты, и не одна. Область жидкой воды вокруг таких ярких звезд обычно весьма широка… Мы просто не представляем, с какой промышленной мощью столкнулись в этой системе, а эти болваны в Главном штабе Великого флота… — Ванесса взяла себя в руки, осеклась и раздраженно тряхнула головой. Теперь она сердилась лишь на саму себя. — А впрочем, какая теперь разница! С нас хватит и восьми тысяч. Пора убираться подобру-поздорову в Орфей-1.
   — Слава Богу, что мы пока рядом с узлом! — пробормотал Маккена.
   В этот момент от компьютера поднял голову Эрнест Крусейро.
   — Будь у «пауков» хотя бы две тысячи канонерок, мы могли бы продолжать операцию! — решительно начал начальник оперативного отдела штаба Ванессы. — Но восемь!.. — Он покачал головой. — А ведь они догонят нас возле самого узла!
   — Знаю, — сказала Ванесса, еще несколько мгновений созерцала дисплей, изображавший всю систему, а потом перевела дух и повернулась к своему «фаршаток’ханхаку»: — Вашим пилотам снова придется поработать, Энсон!
 
   Стало понятно, что на врага нужно было одновременно бросить все двадцать четыре тысячи базирующихся на планетах канонерок и поддерживающих их мелких космических аппаратов. Даже тех корабликов, которые уже заметил неприятель, хватило, чтобы он немедленно развернулся, пытаясь покинуть систему, прежде чем его настигнут канонерки. При этом враг прикрывал отход штурмовыми аппаратиками.
   Обычно эти аппаратики в первую очередь занимались нагруженными антивеществом камикадзе, представляющими собой самую страшную угрозу для тяжелых кораблей, но на этот раз они действовали необычно.
 
   «Нас опять застали врасплох!» — думал Энсон Оливейра, который смотрел на дисплей, не веря своим глазам.
   Как и адмирал Муракума, он сражался с «пауками» с самого начала войны и не понимал, почему не погиб в кровопролитнейших сражениях, унесших жизни бесчисленного множества пилотов в Скоплении Ромул. Оливейра ни разу даже мысленно не упрекнул Ванессу за эти огромные потери. Ведь и тяжелые корабли Пятого флота пострадали не меньше. Однако сверхдредноут мог выдержать много попаданий, а истребителю хватало одного.
   Вот поэтому-то основные потери среди личного состава Пятого флота пришлись именно на пилотов.
   Энсон Оливейра не знал, каким чудом уцелел. Иногда по ночам его даже мучило то, что психиатры именуют «чувством вины спасшегося перед погибшими». Сейчас это чувство преследовало его настойчивее, чем обычно.
   «Я должен был сражаться вместе с ними!» — в полуоцепенении думал Оливейра, проклиная свою относительно безопасную должность старшего пилота Пятого флота. В его руках находились все нити операций с участием космических истребителей, но сквозь шипение помех ему все время приходилось слушать голоса гибнущих пилотов.
   Дальним уголком мозга Оливейра почти бесстрастно думал о том, что не должен больше поражаться техническим новшествам часто преподносивших союзникам неприятные сюрпризы «пауков».
   Флотские разведчики и ученые из Бюро кораблестроения рано или поздно поймут суть нового паучьего изобретения, но от этого не будет ни тепло ни холодно уже погибшим пилотам и тем, кому еще предстоит погибнуть!
   «Пауки» каким-то образом умудрились создать настолько миниатюрное устройство для подавления информационной сети истребителей, что оно вмещалось на борт канонерки. Насколько было известно Оливейре, никто в Великом Союзе и представить себе не мог такую адскую машинку. По крайней мере о ней никто не упоминал и уж конечно не объяснял, каким образом эскадрилья могла выжить в ближнем бою с канонерками, внезапно лишившись возможности согласовывать действия своих пилотов.
   Пространство вокруг узла бурлило взрывами, разносившими на куски истребители и канонерки. Пилоты сражались теперь не только без информационной сети, но и практически без связи со своими товарищами. Координация действий с помощью визуального наблюдения не имела ни малейшего смысла в условиях глубокого космоса, а фрагменты передач, пойманные Оливейрой и его помощниками, говорили о том, что новые паучьи приспособления глушат даже бортовые датчики отдельных истребителей.
   К счастью, корабли Шестого флота вроде бы находились за пределами радиуса действия паучьих глушителей. А больше всего истребительным эскадрильям Шестого флота помогла их непревзойденная выучка. Сам Оливейра всегда считал, что его подчиненные ничем не уступают прекрасно вышколенным пилотам Седьмого флота, а может, и превосходят их своим мастерством. Отрывки передач, доносившиеся из эфира, лишь подтверждали это. Конечно, его пилотами сначала овладели замешательство, страх и даже паника, но все они были закаленными в боях ветеранами.
   Сегодня они в очередной раз доказали свое беззаветное мужество, и Энсон Оливейра с трудом сдерживал слезы, глядя на то, как гаснут на дисплее зеленые точки их машин. При этом «фаршаток’ханхак» Шестого флота ощущал не только горе, но и гордость, потому что ни один из его бойцов не пустился в бегство.
 
   Низкие лучи катившегося к закату главного светила альфы Центавра лились в окна кабинета Ктаара’Зартана, куда без приглашения ворвалась Эллен Макгрегор.
   — Вы уже ознакомились с рапортом Муракумы? — воскликнула она.
   — Я только что его прочитал, — сказал Ктаар, откладывая в сторону последний лист отчета Ванессы об операции «Калека».
   Не обратив внимания на земные кресла, командующая Вооруженными силами Земной Федерации плюхнулась на разбросанные по кабинету орионские подушки.
   — Операция провалилась, — подытожила она.
   — Ни больше ни меньше, — с отсутствующим видом согласился Ктаар, все еще обдумывавший прочитанное.
   — А ведь Муракума предупреждала о том, что мы идем на риск, — через несколько мгновений заметила Макгрегор, пробудив Ктаара от размышлений. — И она была права. Хотя откуда ей было знать, что «пауки» придумают для канонерок приспособление, подавляющее информационную сеть истребителей.
   — Этого никто не мог предвидеть! — согласился Ктаар. — Хотя для его создания «паафукам» и не пришлось изобретать ничего радикально нового, нам давно пора бы понять, с какими изобретательными тварями мы имеем дело!