вопрос о выживании, правильная трактовка событий становится искусством, и
Эвери не сомневался: кто-то где-то научился ликвидировать пузыри.


    Глава 11




Бандиты продолжали стрелять. Вили услышал, как пошевелился Джереми,
словно готовясь вскочить на ноги и открыть ответный огонь. Потом Вили
сообразил, что они стреляют сами в себя. Отражение, которое обмануло его,
определенно и их ввело в заблуждение. Что произойдет, когда они наконец
сообразят, что стреляют в пузырь? И что на самом деле им противостоит лишь
одна винтовка в руках не слишком умелого стрелка?
Постепенно разрозненный огонь смолк.
- Давай, Джереми! - сказал Нейсмит.
Джереми вскочил и повел дулом винтовки в сторону оврага. Он выпустил
всю обойму. Вспышки выстрелов осветили овраг. Враг был невидим, если не
считать одного типа, которому явно не повезло, - пуля попала ему в грудь и
отбросила на камни.
По всему оврагу послышались крики боли. Как это удалось Джереми? Даже
одно попадание было фантастическим везением. А Джереми Каладзе и при дневном
свете никуда не мог попасть с первого выстрела.
Джереми повалился на землю рядом с Вили.
- Неужели я п-попал в каждого из них? - В его голосе слышался ужас.
Ответного огня не было. Но что это? Бандит, лежавший у стены оврага,
вскочил на ноги и побежал! После такого попадания в грудь он должен был
умереть или в лучшем случае с трудом ползти. Сквозь кусты Вили увидел, как
остальные тоже начали подниматься на ноги и побежали к дальнему концу
оврага. Один за другим мелькали их удаляющиеся силуэты.
Джереми поднялся на колени, но Нейсмит заставил его снова лечь.
- Ты прав, сынок. Тут есть что-то странное. Давай не будем больше
испытывать удачу.
Они еще долго лежали неподвижно в звенящей тишине, пока затаившиеся
животные снова не начали подавать признаки жизни, а звезды над их головами
не засияли яркими огнями. В радиусе пятисот метров людей, кроме Джереми,
Вили и Пола Нейсмита, не было.
- Проекции? - вслух размышлял Джереми. - Зомби?
Вили оставил свои мысли при себе, но он понимал, что и то и другое -
очевидная ерунда. Попавшие в бандитов пули сбили их с ног. А потом они
вскочили и в панике убежали - а это совсем не похоже на поведение зомби из
легенд нделанте. Нейсмит тоже не стал делиться своими соображениями на сей
счет.
К тому моменту, когда подоспела помощь, снова пошел дождь.

    x x x



В девять утра воздух уже был влажным и очень жарким. Дождевые облака
зависли высоко над Куполом, днем обязательно пойдет дождь. Вили Вачендон и
Джереми Сергеевич Каладзе шагали по широкой мощеной дороге, ведущей из
главного здания фермы в сторону построек, расположенных вдоль края Купола.
Они производили странное впечатление: один - двухметрового роста, белый,
длинноногий и тощий; другой - невысокий, худой, черный и совсем слабый на
вид. Однако Вили начал понимать, что между ними было много общего.
Оказалось, что они ровесники - им обоим исполнилось пятнадцать. К тому же
Джереми был очень умен, хотя до Вили ему было далеко. Он никогда не пытался
произвести на Вили впечатление или запугать его своими размерами. Похоже, он
немного благоговел перед Вили (если, конечно, такое вообще могло быть
присуще человеку, вроде Джереми Сергеевича - столь открытому и
неугомонному).
- Полковник говорит... - Ни Джереми, ни другие обитатели фермы не
называли старого Каладзе "дедушка", хотя в их отношении к нему не было
страха, только глубокая привязанность. - Да, полковник говорит, что за нашей
фермой наблюдают с тех пор, как мы втроем сюда приехали.
- Бандиты?
- Понятия не имею. Нам не купить такое оборудование, как у доктора
Нейсмита, - микрокамеры и все прочее. Но у нас есть телескоп, а на крыше
сарая установлена камера, которая работает двадцать четыре часа в сутки.
Процессор, прикрепленный к этой камере, засек несколько вспышек между
деревьями. - Парень махнул рукой в сторону хребта, где лес подходил почти к
банановым плантациям. - Возможно, это отражение линз старых оптических
приборов.
Несмотря на то что сияло теплое солнце. Вили вдруг стало холодно. По
сравнению с домом Нейсмита, одиноко стоящим в лесу, здесь было очень много
народу, и тем не менее ферму никак не назовешь надежно защищенной: ни
высоких стен, ни сторожевых башен, ни наблюдательных шаров. Здесь было
множество детей, а большинству взрослых перевалило за пятьдесят. Типичное
возрастное распределение, но совершенно неподходящее для обороны. Интересно,
подумал Вили, какие тайные возможности защиты есть у Каладзе?
- И что вы собираетесь делать?
- Да ничего особенного. Их не может быть слишком много; и ведут они
себя скромно. Мы бы на них напали, если бы у нас было больше людей. А так на
всех четыре ружья и четверо муж чин, которые умеют с ними управляться. Кроме
того, шерифу Венцу известно, что здесь происходит... Так что беспокоиться не
стоит. - Джереми не заметил, что Вили весь напрягся. И вообще, Вили уже
начал понимать, что у Джереми на удивление мирный и беззлобный характер. - Я
хочу показать тебе, что у нас тут есть.
Он свернул с дорожки, усыпанной гравием, и направился к большому
одноэтажному зданию. На сарай это строение совсем не походило; вся крыша
была выложена солнечными батареями.
- Если бы не Ванденбергский Купол, я думаю, что Центральная Калифорния
прославилась бы продукцией "Красной стрелы". Мы производим не такие
изысканные вещи, как "зеленые" из Норкросса, но наша продукция отличается
превосходным качеством.
- Это же всего лишь большая ферма, - с деланным равнодушием проговорил
Вили. - По крайней мере мне так показалось.
- Конечно, а доктор Нейсмит - всего лишь отшельник. У нас прекрасная и
очень большая ферма. Но как ты думаешь, где моя семья взяла деньги, чтобы ее
приобрести? Нам страшно повезло: у Бабушки и Полковника после Войны родилось
четверо детей, и у них у всех родились свои дети, не меньше двоих на каждую
семью. Практически мы являемся родственным кланом, но потом к нам пришли и
другие люди, способные решать задачи, которые мы сами решить не в состоянии.
Полковник твердо верит в принцип разносторонности, так что мы отлично
справляемся с фермерскими задачами и с задачами, которые ставит перед нами
наука программирования. Мы не потопляемы.
Джереми начал колотить по тяжелой белой двери. Ответа не последовало,
только дверь медленно открылась внутрь, и молодые люди вошли. По обеим
сторонам длинного здания располагались окна, впускавшие сюда утренний свет и
легкий ветерок - в помещении было достаточно уютно. Когда Вили огляделся по
сторонам, у него сложилось ощущение, что его окружает элегантный хаос.
Стоящие тут и там столы украшали изысканные растения и множество аквариумов.
Большинство столов были пустыми, но в противоположном конце огромного
помещения проходило что-то вроде совещания. Кто-то помахал Джереми рукой,
однако спор, явно грозящий перейти в серьезную перепалку, не прекратился.
- Сегодня здесь гораздо больше народа, чем обычно. Многие предпочитают
работать дома. Смотри.
Джереми указал на один из занятых столов, где, не обращая на них
внимания, сидел мужчина, а на топографическом изображении над его столом
плыли разноцветные фигуры, которые все время меняли очертания. Мужчина
внимательно наблюдал за изображением. Потом он кивнул самому себе, и рисунок
разделился на три совершенно одинаковые картинки. Каким-то образом человеку,
наблюдающему за изображением, удавалось его контролировать. Вили узнал
построение линейных и нелинейных преобразований: он развлекался с ними всю
зиму, придумывая в уме самые разнообразные варианты.
- Что он делает?
Сейчас Джереми говорил непривычно тихо.
- Как ты думаешь, кто претворяет в жизнь алгоритмы, которые
придумываете вы с доктором Нейсмитом? - Парень обвел комнату широким жестом.
- Нам удалось сделать несколько самых сложных в мире разработок.
Вили явно не понял, что имеет в виду Джереми.
- Послушай, Вили, я знаю, что у вас в горах есть множество самых
замечательных машин. Как, по-твоему, откуда они все там появились?
Вили задумался. Ему никогда не приходило в голову поинтересоваться тем,
как попадают в особняк Нейсмита те потрясающие приборы и приспособления, что
он там видел. Нейсмит занялся его образованием, и Вили очень быстро
прогрессировал. Ему пришлось заплатить за это тем, что его представления об
окружающем мире были странной смесью математических абстракций и мифов
нделанте.
- Наверное.., я считал, что большинство из них сделал Пол.
- Доктор Нейсмит - выдающийся ученый, но для того, чтобы сделать вещи,
которые ему необходимы, работали сотни людей, разбросанных по всему миру.
Майк Росас говорит, что это похоже на пирамиду: на ее вершине находятся
несколько человек - скажем, Нейсмит, когда нужны сложные алгоритмы, или
Масарик, когда требуется решение проблем поверхностного натяжения в физике,
- то есть люди, способные изобрести нечто действительно новое. В связи с
запретом Мирной Власти на большие научные организации эти люди вынуждены
работать в одиночку, и сейчас таких корифеев, наверное, не более пяти или
десяти во всем мире. Следующими в пирамиде идут такие организации, как наша.
Мы получаем готовые алгоритмы и претворяем их в реальные компьютерные
программы.
Вили наблюдал за тем, как запрограммированные фантомы перемещаются по
экрану. Их формы были одновременно и знакомыми, и чуждыми. Словно его
собственные идеи преобразовывались для какой-то странной разновидности
"Селесты".
- Но эти люди ничего не делают. Откуда же берутся новые машины?
- Ты совершенно прав, без компьютеров, которые смогут реализовывать
наши программы, мы не более чем мечтатели. Это следующий уровень пирамиды.
Стандартные процессоры стоят совсем дешево. Еще до эпидемий несколько семей
осели в Солнечной долине, в Санта-Марии. Они привезли с собой полный
грузовик разного оборудования для травления при помощи гамма-лучей. Мы
импортируем очищенное сырье из Орегона. А специальные компоненты привозим
совсем издалека. "Зеленые", например, производят лучшую синтетическую
оптику.
Джереми посмотрел на дверь.
- Я бы показал тебе сегодня больше, только они сейчас ужасно заняты. В
этом, вероятно, твоя вина. Полковник, как мне показалось, был особенно
взволнован тем, что вы с Нейсмитом изобрели этой зимой.
Парень замолчал и посмотрел на Вили, словно надеялся, что тот просветит
его. А Вили про себя подумал: "Как я могу что-нибудь объяснить Джереми?" Он
вряд ли смог бы доступно изложить, в чем состоит суть придуманного им
алгоритма. Это была невероятная последовательность кодов, позволяющая очень
хитро и очень быстро запаковывать и распаковывать определенную информацию.
Потом Вили сообразил, что Джереми интересует результат - способность
Мастеровых перехватывать информацию, с Поступающую со спутников Мирной
Власти.
Его колебания были не правильно поняты - Джереми рассмеялся.
- Ладно, ладно, не настаиваю. Мне, наверное, вообще не следует это
знать. Пошли, покажу тебе кое-что еще - хотя, может быть, это тоже должно
оставаться секретом. Полковник думает, что Мирная Власть сразу запретит нашу
деятельность, если только пронюхает.
Они продолжали шагать по главной дороге фермы, ведущей прямо к
Ванденбергскому Куполу, до которого оставалось около километра. Даже
смотреть в том направлении Вили не мог - сразу начинала кружиться голова. С
такого близкого расстояния ощущение формы и размеров пропадало, в каком-то
смысле Купол становился невидимым - огромное вертикальное зеркало, да и
только. В нем отражались зеленые поля фермы и все, что лежало позади молодых
людей: несколько маленьких лодочек, пробирающихся под парусами к северному
берегу озера Ломпок, и паром, пришвартованный у ближнего берега фьорда.
По мере приближения к пузырю Вили стал замечать, что земля у его
основания рыхлая и неровная. Из-за дождей, стекающих с Купола, у подножия
образовалась река, которая несла свои воды в озеро Ломпок. Почва в этом
районе постоянно дрожала из-за небольших землетрясений. Вили попытался
представить себе, как выглядит другая часть пузыря - та, что на многие
километры уходила в глубь земли. Неудивительно, что мир, окружавший такое
грандиозное явление, трепетал перед его величием.
Вили поднял голову и тут же споткнулся.
- Действует на тебя, да? - Джереми схватил Вили за руку и помог ему
удержаться на ногах. - Я вырос рядом с Куполом, но все равно каждый раз,
когда оказываюсь здесь и пытаюсь представить себе, что забираюсь на его
вершину, мне не удается устоять, и я шлепаюсь прямо на мягкое место.
Мальчишки вскарабкались по склону и посмотрели вниз на реку. Хотя дождь
прекратился несколько часов назад, вода в реке была по-прежнему бурной и
грязной. С другого берега на Вили и Джереми пялились их собственные
отражения.
- Ближе подходить опасно. Вода тут довольно сильно подмывает берега,
случалось несколько серьезных оползней... Впрочем, мы пришли сюда не за тем.
- Джереми повел Вили вниз к небольшому домику. - В пирамиде Майка есть еще
один уровень: люди, которые делают дома, повозки, плуги и тому подобные
вещи. Ремонтники продолжают производить все это, но руины практически
исчерпаны, по крайней мере здесь. Новые предметы производятся точно так же,
как их делали сотни лет назад. Это дорого и очень трудоемко - на подобном
производстве специализируются республика Нью-Мексико и Азтлан. Так вот, мы
можем запрограммировать процессоры так, что они будут контролировать станки
с подвижными деталями; почему же не использовать станки для производства
того, что нам необходимо? Это мой собственный специальный проект.
- Да, но ведь существует Запрет. Ты хочешь сказать...
- Станки с подвижными деталями не запрещены - по крайней мере впрямую.
Власть противится созданию мощных высокоскоростных станков. Они не хотят,
чтобы кто-нибудь стал производить бомбы или делать новые пузыри, а потом
снова развязал Войну.
Здание очень напоминало то, из которого они совсем недавно вышли,
только окон здесь было поменьше. Возле входа из земли торчал древний
металлический столб. Вили с любопытством посмотрел на него, а Джереми
сказал:
- Он не имеет никакого отношения к моему проекту. Когда я был совсем
маленьким, на нем еще читались цифры, написанные краской. Это часть крыла
древнего самолета, на каких летали до Мирной Власти. Полковник полагает; что
он взлетал с военно-воздушной базы в Ванденберге в тот момент, когда на них
опустился пузырь: часть самолета упала здесь, а остальное осталось внутри
Купола.
Вили вслед за Джереми вошел в здание. Здесь было гораздо темнее, чем в
том помещении, где работали программисты. Что-то двигалось, откуда-то
доносились высокие монотонные звуки. Вили понадобилось несколько секунд,
чтобы понять, что они с Джереми единственные живые существа здесь. Джереми
повел приятеля по проходу в ту сторону, откуда слышался шум. В темноту
уходила небольшая лента конвейера. Пять крошечных механических рук делали..,
что они такое делали? Это был предмет в два метра длиной и метр высотой, с
колесами, хотя и гораздо меньшего размера, чем на повозках. Места ни для
пассажиров, т для груза не было. Рядом с этой машиной, которая еще только
появлялась на свет, Вили заметил еще по крайней мере четыре законченных.
- Мой производитель продукции! - Джереми прикоснулся к одной из
механических рук. Машина моментально остановилась, словно демонстрируя
уважение хозяину. - Я не могу сделать всего, что мне необходимо, только
обмотку мотора и электропроводку. Но я собираюсь модернизировать свой
станок.
Вили заинтересовало, что здесь производится.
- Что.., это такое?
Он указал на странные предметы на колесах.
- Фермерские тракторы, конечно! Они совсем небольшие, не могут
перевозить пассажиров, тому, кто на нем работает, приходится идти рядом.
Заряжаются от батарей, находящихся на крыше. Я знаю, что для первого проекта
это довольно-таки опасное предприятие, только мне ужасно хотелось сделать
что-нибудь действительно полезное. Вообще-то тракторы не считаются
транспортными средствами; думаю, Мирная Власть даже не заметит их. А если
они и обратят внимание на мои тракторы, мы сделаем что-нибудь другое. Мои
производители продукции - система очень гибкая.
Они издадут Закон, запрещающий твои производители, вот и все. Полу
удалось привить Вили свой взгляд на Мирную Власть. Запретили ведь проводить
исследования, которые могли бы привести к тому, что его болезнь
излечивалась.
Однако вслух Вили ничего не сказал. Он подошел к ближайшему готовому
"трактору" и положил руку на кожух мотора, предполагая, что тут же
почувствует пальцами уколы электричества. В конце концов это машина, которая
способна двигаться самостоятельно. Сколько раз Вили мечтал о том, что будет
водить автомобиль. Для любого джонкского аристократа самой заветной была
мечта о том, что один из его сыновей получит работу водителя грузовика,
принадлежащего Мирной Власти.
- Знаешь, Джереми, а ведь эта штука вполне может вместить пассажира.
Готов побиться об заклад, что я сяду вот здесь, сзади, и смогу дотянуться до
рычагов.
Улыбка озарила лицо Джереми.
- Здорово! Я понял, что ты имеешь в виду. Если бы я не был таким
большим... Послушай, ты же мог бы стать автомобилистом! Давай выведем
трактор наружу. Позади здания есть ровная площадка...
Едва слышный сигнал донесся из телефонного аппарата, прикрепленного к
поясу Джереми. Парень нахмурился и поднес приборчик к уху.
- Ладно, идем, - Вили, полковник и доктор Нейсмит хотят нас видеть -
срочно. Наверное, они полагали, что мы будем слоняться в окрестностях
большого дома и дожидаться, когда им приспичит с нами поговорить. - Это было
первым проявлением неуважения к старшим, которое Джереми позволили себе за
все время общения с Вили. Юноши направились к двери. - Мы вернемся до того,
как начнется вечерний дождь, и попробуем покататься.
Однако его голос был грустным, и Вили оглянулся на утонувшую в темноте
комнату. Почему-то он сомневался, что скоро сюда вернется.


    Глава 12




Совещание очень походило на военный совет. Полковник Каладзе, во всяком
случае, полностью соответствовал своему званию. Глядя на него. Вили
почему-то вспоминал повелителей Нделанте Али: очень короткие волосы - везде,
даже на лице, серебристая щетина лишь подчеркивала загар - и великолепная
военная выправка, несмотря на достаточно солидный возраст - почти
восемьдесят. Николай Сергеевич был одет в серо-зеленую рабочую одежду, ничем
не примечательную, идеально чистую и накрахмаленную. Голубые глаза Каладзе
могли искриться юмором - Вили заметил это во время торжественного обеда,
устроенного на ферме "Красная" стрела" по случаю их приезда, - но сегодня
утром они оставались жесткими и внимательными. Рядом с полковником Мигель
Росас - с пистолетом за поясом и шерифской повязкой на рукаве - казался
совершенно гражданским человеком.
Пол выглядел как обычно, но избегал смотреть Вили в глаза.
А это было очень дурным знаком.
- Садитесь, господа, - обратился к собравшимся старый полковник. На
совете присутствовали все его сыновья, кроме отца Джереми, который уехал с
торговой миссией в Корвалис. - Вили и Джереми, вы отправитесь в Сан-Диего
раньше, чем мы планировали. Власть собирается финансировать чемпионат
Северной Америки по шахматам, как это уже было с несколькими последними
олимпиадами. Они выбрали места для проведения полуфиналов по своему
усмотрению и обещали обеспечить доставку участников.
Так, наверное, должен чувствовать себя грабитель, когда ему становится
известно, что будущая жертва рассылает письменные приглашения всем желающим
посетить его дом, подумал Вили.
Даже Джереми казался немного обеспокоенным.
- А как это может отразиться на плане получения, э-э, помощи для Вили?
Ведь нам придется действовать прямо у них под носом. Удастся ли проделать
все так, чтобы никто ничего не заподозрил?
- Думаю, да. Майк со мной согласен. - Полковник посмотрел на Мигеля
Росаса, который быстро кивнул. - Власть относится к нашей группе с
подозрением, как, впрочем, и ко всем остальным Мастеровым, но у них нет
никаких причин следить за Вили. В любом случае, если мы собираемся
участвовать в турнире, нужно подготовиться к появлению колонны грузовиков.
Они проедут мимо фермы примерно через пятнадцать часов.
Колонна грузовиков... Мальчики переглянулись. На мгновение они забыли
об опасностях. Мирная Власть доставит их на своих грузовиках, словно
королей, до самой Ла-Джоллы. Они проедут вдоль всего калифорнийского
побережья!
- Все, кто отправляется на турнир, должны покинуть ферму через два
часа, чтобы добраться к шоссе Э 101 до того, как грузовики будут там
проезжать. - Полковник улыбнулся Ивану, своему старшему сыну. - Каладзе все
равно приняли бы участие в этом соревновании, даже если бы Власть проявляла
к нашей ферме самый пристальный интерес, а Вили не нуждался в помощи. Вам,
ребята, меня не провести. Я знаю, что вы уже давно ждете подобной
возможности. Мне хорошо известно, сколько времени вы потратили на создание
программ, которые считаете непобедимыми.
Казалось, слова полковника привели Ивана Николаевича в легкое
замешательство, однако он быстро справился с собой и улыбнулся отцу.
- Кроме того, - продолжал полковник, - там будут люди, которых мы знаем
много лет, но никогда не встречали лично. Если мы откажемся от участия, это
может вызвать подозрения.
- Вы считаете, так будет лучше. Пол? - спросил Вили, бросив взгляд
через стол на Нейсмита.
Неожиданно ему показалось" что Нейсмит еще больше состарился и стал
даже старше полковника Каладзе.
- Да, Вили. Это прекрасная возможность.., помочь тебе... Кроме того, мы
решили нанять Майка, чтобы он поехал с вами вместо меня. Понимаешь...
Пол продолжал что-то говорить, но Вили его больше не слушал. "Пол
останется здесь. Единственный шанс меня вылечить - и Пола не будет рядом".
На короткое мгновение, которое в сознании Вили растянулось на несколько лет,
комната, где он находился, вдруг начала бешено вращаться, а потом исчезла.
Он ушел в далекие воспоминания.
Вид на улицу Клермонт сквозь незастекленное окно. Вили лежит на
маленькой кровати. Первые пять лет своей жизни он провел в основном на этой
кровати, глядя на пустую улицу. Тут ему повезло: в то время Глендора была
окраиной и находилась вне досягаемости джонков и тирании господ нделанте.
Все эти пять лет Вили был таким слабым, что у него едва хватало сил
самостоятельно есть. Его жизнь целиком и полностью зависела от дяди Слая.
Сейчас Сильвестр был бы старше самого Нейсмита. Когда родители Вили хотели
отдать слабого новорожденного сына койотам и воронам, именно дядя Сдай
уговорил их оставить ему едва живого малыша. Вили никогда не забудет лицо
старика - такое черное и морщинистое, окаймленное серебристыми волосами.
Внешне он совсем не походил на Нейсмита, и тем не менее у них было много
общего.
Когда началась Война, Сильвестру Вашингтону (а он настаивал именно на
таком произношении своего имени) перевалило за тридцать. Бывший школьный
учитель с редким упорством сражался за жизнь своего последнего воспитанника.
Он сделал кроватку для Вили и поставил ее так, чтобы больной мальчик мог
видеть и слышать все, что происходило на улице. Каждый день Вашингтон
подолгу разговаривал с Вили. Другие дети с подобным заболеванием чахли на
глазах и умирали, а Вили медленно, но все-таки рос. Среди его самых ранних
воспоминаний, если не считать вида на улицу Клермонт, были игры с числами,
приду-, манные дядей Сдаем, который заставлял мальчика мыслить, раз УЖ он не
мог двигаться.
А потом пришла очередь физических упражнений. Старик хотел - конечно,
насколько это было возможно, - развить тело Вили. Только вот занимались они
всегда после наступления темноты, за развалинами, которые называли "наше
ранчо". Ночь за ночью Вили ползал по теплой земле, и наконец ноги у него
окрепли настолько, что он смог стоять. Сдай заставлял его тренироваться до
тех пор, пока Вили не научился ходить.
Однако дядя Слай никогда не разрешал Вили выходить из дома днем - он
говорил, что это очень опасно. Мальчик никак не мог понять почему. Улица за
окошком всегда была пустынной и тихой.
Вили исполнилось шесть лет, когда он раскрыл эту тайну, но это знание
круто изменило его жизнь. Сильвестр ушел на работу на потайной пруд, который
он соорудил вместе со своими друзьями, воспользовавшись ирригационными
каналами нделанте. Обещал вернуться домой пораньше и принести Вили подарок
за то, что мальчик научился ходить.
В их крошечной конуре было страшно жарко днем, и Вили надоело сидеть и
смотреть в окно на пустую скучную улицу. Он осторожно выглянул из
покосившегося дверного проема, а потом, наслаждаясь обретенной свободой,
медленно пошел вперед, пока вдруг не сообразил, что находится всего в
нескольких шагах от перекрестка улиц Клермонт и Каталина - намного дальше,
чем во время прошлых прогулок. Вили бродил минут двадцать, восхищаясь
волшебной страной, раскинувшейся перед его глазами: пустые руины под палящим
солнцем, развалины самых различных размеров и цветов, ржавые металлические