Терл говорил с пришедшим так, чтобы ни голосом, ни выражением физиономии не выдать презрения к очередному животному. О Сните, генерале наемников, он знал все. Как военный офицер, офицер безопасности и политик он был очень хорошо осведомлен о банде. Как и все его предшественники на этом посту, Терл допускал ситуацию, что группа людей, обитающая в непроходимом лесу, до которой ни пройти, ни проехать и которую невозможно контролировать, развивает символические отношения с психлосами. Наемники выбили из округи представителей всех других рас и представили сотни банту и пигмеев на вспомогательные шахты. Единственным привлекательным моментом в этой ситуации было то, что в любую минуту можно было закупить человеческое существо для пыток. Да, Терл не только знал о них все, но и сам организовал их доставку сюда. Терл нуждался в верных и надежных войсках под рукой, а поэтому ему нужен был Стаффор. Тот был решительно согласен: доверять этим шотландцам не следует, они слишком хитры и коварны, не следует также вовлекать в дело и курсантов, преисполненных неуместного восхищения этим… Тайлером.
   Наемники пришли, но Стаффор, похоже, трусил вести переговоры. Терл предложил командиру гостей спуститься к клетке.
   — Кто ты? — повторил он по рации.
   Говорит ли в самом деле это существо по-психлосски, как было доложено? На психлосском, но так, словно у него во рту была каша, генерал Снит нагло спросил сам:
   — Ты-то что за фрукт?
   — Я Терл, главный офицер службы безопасности этой планеты.
   — Тогда что ты делаешь в клетке?
   — Это наблюдательный пост по предотвращению распространения людей.
   — Ага! — ответил Снит, прекрасно все поняв.
   — Я так думаю, — продолжал Терл, — что у вас возникли какие-то разногласия в деталях. — И подумал: «Идиот, я вытащил его из джунглей, а он еще не соображает, что я — сила».
   — Плата за работу… — начал было Снит.
   Разговор с психлосом по рации казался генералу вполне естественным. Он и прежде общался с ними таким образом. Оставалось только произвести на этого надлежащее впечатление. Уж монстры понимают толк в переговорах.
   — Плата за работу? — переспросил Терл.
   Он прекрасно понимал причины беспокойства, хоть и считал всегда, что наемники работают лишь за взрывчатку и какой-нибудь хлам.
   — Нам давали ссуду в Банке, — объяснил вояка. Он знал все права, хорошо разбирался в торговле. — Тысячу долларов на душу в день. Но мы не получили никаких денег!
   — А сколько вас? Какие сроки? — выспрашивал Терл.
   — Я грубо подсчитал: тысяча человек, так? На тысячу лет.
   Терл быстро прикинул: 36 500 в год на каждого, 36500000 — на армию. Всего…! Но он решил испытать собеседника.
   — Что? — притворно удивился он. — Это же больше миллиона!
   Снит важно кивнул:
   — Так. А они не соглашаются.
   Психлос знал, как избежать западни. Может быть, еще удастся сговориться с болваном. Эта дубина не способна произвести даже элементарный подсчет.
   — По твоим словам, вы были наняты Банком, чтобы занять Китангани, затем войти в Киншасу, свергнуть правительство и, дождавшись прибытия представителей Банка, договориться о приемлемых платежах по ссудам. Так?
   Сниту нечего было ответить ни по существу договора, ни по порядку. Предания всегда были для него ерундой. Но неожиданно он осознал, что разговаривает с тем, кто подробно осведомлен в их делах. А Терл свое знал. Ему не составило труда добыть нужную информацию. Маленькая шутка, ставшая возможной благодаря тысячелетнему пребыванию психлосов на планете. Все подробности удалось заполучить от взятого в плен торговца, подобающим образом допрошенного через несколько дней после возвращения.
   — Но твои предки, — Терл подвел безжалостный итог, — взяли лишь Китангани. Они не завладели Киншасой.
   Снит весьма туманно представлял, что же там на самом деле происходило, однако надеялся, что это никогда уже не всплывет. Деятельность его предков была прервана вторжением психлосов.
   — Видишь ли, — продолжал Терл, — Банк был взят под контроль. — Он надеялся, что эта дубина проглотит любую ложь. — Галактический Банк, расположенный в системе Кредидеса, выкупил его права.
   — В системе Кредидеса? — опешил Снит.
   — Да… Это в восьмой Галактике.
   Это действительно было местонахождение Галактического Банка. Всегда неплохо подсластить ложь капелькой правды.
   — Так, значит… — промямлил сбитый с толку Снит. Надо смотреть в оба. Кажется, их собираются надуть. Или уже надули?
   — Далее, — врал Терл, — тебе, наверное, будет очень приятно узнать, что им приняты все облигации вашего Банка, и твоя в том числе. — Такой поворот совершенно сбил Снита с толку. — Итак, как один из агентов Галактического Банка — о, если бы так было! — я уполномочен оплатить работу. Но предки твои выполнили лишь половину ее, следовательно, и ты получишь только половину. Итого пятьсот тысяч долларов. — Про себя Терл гадал — что же такое доллары? — Полагаю, вполне приемлемо.
   Для Снита мир вокруг стал светлее. Он уже думал, что вообще ничего не получит.
   — Да, — протянул он, размышляя. — Мне кажется, я смогу уговорить своих парней принять условия. — Он уже про себя прикидывал:
   «Выйдет по десятке на брата, а остальное — мне…»
   — Какие у вас еще проблемы. Помещения подобрали?
   Снит кивнул. Ими занят целый район в городе. Дома, правда, в плохом состоянии, но все равно — дворцы после джунглей!
   — Следует ввести униформу, — посоветовал Терл.
   Он внимательно разглядывал грязное существо в обезьяньих шкурах, увешанное отравленными стрелами, в островерхой кожаной шапке с бриллиантом. — Почиститесь, причешитесь, приведите себя в порядок. Приобретите вид, подобающий регулярным войскам.
   Ну и сказанул! Снит даже разозлился. На него просто плюнули и растерли, как и на все его войско! Двадцать подразделений по пятьдесят человек в каждом, все обучены, натренированы.
   — Как у вас с продовольствием? — поинтересовался Терл.
   Снит вздрогнул.
   — Еда ни к черту! — признался он в сердцах. — В домах мертвяков завались, но все старые, сухие. В следующем контракте надо бы вставить пункт о питании.
   Терл вдруг вспомнил, что наемники — известные каннибалы, что частенько мешало торговле с базами. Он решительно отказал:
   — Такого пункта не будет!
   Весь план может полететь к чертям, если дать этим тварям разгуляться. Во время разработки золотой жилы он из книг чинко выяснил, что эти создания поразительно привержены людоедству. Один раз он уже хотел использовать наемников в своих целях, но, во-первых, слишком много вопили о нехватке еды, людей в округе им уже недоставало, а во-вторых, они все же были далеко.
   — До продления контракта у вас еды будет — завались! — пообещал Терл.
   — Это неплохо… — хитрил Снит. Ему-то хотелось тотчас согласиться, ведь его людям приходилось уже есть всякую дрянь: болотных буйволов, слонов, обезьян… Но не стоит сразу быть таким сговорчивым, можно и поторговаться. — Ладно, согласен, если деньгами не обидите…
   Далее Терл признался, что вскоре попытается отправиться на Психло и, лично собрав деньги в Галактическом Банке, вернется. И как бы между прочим обнадежил, что смог бы нанять их как вооруженные силы для охраны комплекса и Совета.
   — Ты сам привезешь деньги? — недоверчиво посмотрел на него Снит. — Все пятьсот тысяч?
   Конечно, нашел дурака… Снит категорически заявил:
   — Нет, я сам и еще шесть моих парней отправимся с тобой и присмотрим!
   Терл не знал, проявит ли правительство Империи хоть какой-то интерес к бандитам. Но возможно… Он согласился:
   — Разумеется, добро пожаловать! Ну а до отъезда ты поможешь мне. Есть что-нибудь еще?
   Было и еще. Снит втиснулся между барьером и прутьями клетки и придвинулся насколько было возможно. Терл взял протянутый ему предмет.
   — Они… это… вот такими хотят заплатить, — ябедничал Снит. — Тут рисунок только с одной стороны, и я сомневаюсь — не подделка ли.
   Терл поднес к свету. Что еще такое?! Он не мог ничего понять.
   — Знаешь, я думаю, лучше тебе самому прочитать.
   — Ладно, сейчас, — согласился Снит. Читать-то он не умел, но что там написано, ему рассказали. — Значит, тут написано, что это одна кредитка. Она является единственным законным платежным средством. А по кругу рисунка, смотри, Джонни Гудбой Тайлер, победитель психлосов.
   Именно то, что психлосы побеждены, генерала больше всего и беспокоило.
   Терл среагировал мгновенно:
   — Конечно, это фальшивка!
   — Я так и думал, — облегченно вздохнул Снит.
   Его предки никогда не забывали об осторожности в таких делах. Обмани прежде, чем обманут тебя, — вот заповедь, достойная настоящего мужчины!
   — Послушай, что я собираюсь сделать, — сказал Терл. — Только теперь, когда ты все знаешь, помалкивай. А в Галактическом Банке за это получишь звонкой монетой.
   Прекрасно! Теперь Снит знает, на кого работает. Психлос, похоже, деловой парень.
   — Годится, — согласился он. — Кстати, я знаю человека с этой картинки.
   Терл еще раз поднес бумажку к своим глазам. Черт, как же он похож на его первое животное! Он старался вспомнить, где слышал названное только что имя. Точно! Это же и есть та самая бледная тварь!
   — Этот орел улизнул из-под носа, — сообщил Снит. — Совсем недавно. Напал на моих парней, ни слова не сказал. Положил всех! Еще и тела укрыл, и телегу с товаром.
   — Где?
   — Где… В лесу. Понятно, где…
   Ничего себе новость! Этот негодяй разгуливает по всей планете. Терл знал, что этим обрадует Хромого. Животное было вовсе не там, где думал старший член Совета. Да еще и войну разжигает среди мирных племен. Стаффор был очень способной политической марионеткой. Теперь его необходимо превратить еще и в военную марионетку. К делу!
   — Итак, по существу договорились. Если чего-то не учли — решим потом, — сказал Терл. — Подписывай и через пару недель, а то и раньше, приступайте к исполнению своих обязанностей.
   — Есть! — с готовностью отчеканил Снит.
   — Что касается наград, — добавил Терл, — я постараюсь убедить кого надо предоставить тебе право убить это… насолившее тебе животное.
   Снит отправился к себе, в старый город, в сопровождении Ларса, стойко терпевшего вонь во имя великого учения Гитлера.

9

   В подземных помещениях на базе у озера Виктория было прохладно. Ангус задействовал мощную систему охлаждения, и атмосферная влага оседала на теплообменниках вдоль стен, стекая на пол мутными лужицами. Гудел минералоискатель, зеленовато горел работающий экран, в который напряженно вглядывались Мак-Кендрик, Ангус, сэр Роберт, Даннелдин и Джонни. Тяжелая безобразная голова психлоса, более восемнадцати дюймов в диаметре, лежала на столе. Основную ее часть занимала кость. Череп напоминал человеческий, и при плохом освещении можно было ошибиться. Там, где у людей находились глаза, брови, губы, нос и уши, у психлосов выступали костистые образования. При осмотре они не казались ороговевшими, и лишь прикосновение выдавало их жесткость.
   — Кость! — воскликнул Ангус. — Почти такая же твердая, как металл, — не проникнуть…
   Кто-кто, а Джонни мог засвидетельствовать это, помня, как быстро оправился Терл после удара охотничьей дубинкой.
   Ангус изменил настройку, отрегулировав прибор на поиск металлов. Он увеличил глубину проникновения на пять делений.
   — Стоп! — остановил доктор. — Вернись немного, кажется, я что-то заметил.
   Прибор регистрировал наличие извести. На экране отразилась ничтожная разница плотностей, небольшое пятно. Ангус сфокусировал луч точной настройкой. На экране четко проступили внутренние кости и извилины. Пять пар глаз следили неотрывно. Пальцы шотландца нажали на другую клавишу, включив еще один луч, с другой стороны объекта.
   — Подожди, — попросил Мак-Кендрик, — верни луч на пару дюймов к полости рта. Да, здесь. Подрегулируй. Есть! Вот оно…
   Действительно, на экране проявилось плотное темное пятно, задерживающее излучение. Ангус включил режим записи.
   — Они что-то вставляют в мозги! — заметил возбужденно Роберт Лиса.
   — Не спеши, — остановил его Мак-Кендрик, — рано еще делать выводы. Это может быть просто застаревшим ранением.
   — Да нет же, нет, — волновался Роберт, — слишком гладкий!
   Джонни выдернул рисунок с изображением. Сбоку шли результаты анализа металла. У них с собой была психлосская книга с расшифровкой поверхностных проб грунта. В сырой комнате пахло плесенью, и Джонни неожиданно охладел к этой важной для всех работе. Он воспользовался возможностью и вышел, чтобы заглянуть в справочник. Он долго перелистывал страницу за страницей в поисках похожего спектра. Ничего, что могло бы заинтересовать. Странно… Начал искать среди комбинаций. Психлосские инженеры, работавшие на этом оборудовании, возможно, дали бы ему ответ и без справочника. Он почувствовал досаду на русских парней, которые из мести за полковника, устроили психлосам бойню. Те четверо, в охраняемой комнате, находились в тяжелейшем состоянии. Двое были простыми шахтерами, третий — управляющим, если верить одежде и документам, а четвертый — инженером. Мак-Кендрик очень сомневался, что сможет поставить их на ноги. Он извлек пули и зашил раны, но психлосы были все еще без сознания. А может, только делали вид? Они лежали в комнате, куда подавался дыхательный газ, привязанные к койкам, и часто-часто дышали. У доктора даже не было в распоряжении психлосского терапевтического справочника, который Джонни однажды видел. Компания предпринимала все усилия, чтобы возвращать на Психло мертвые тела, но гораздо меньше пеклась о поддержании здоровья психлосов. Факт наводил на мысль, что главной целью такого подхода было недопущение попадания тел к чуждым расам, а вовсе не сантименты. В комплексах вообще не было госпиталей, при том, что несчастные случаи при горной разведке бывали нередко. Вот, кажется, схожий спектр: медь! Теперь следующий фрагмент: олово! Он совместил два изображения — похоже. Олово и медь. Нет, еще что-то. Оставался небольшой участок спектра. Искать дальше, дальше… Нашел: свинец! В основном медь, немного олова и совсем чуть-чуть свинца. Он соединил три спектра в одну картинку — да, это, что нужно. Был еще один справочник по смешанным рудным залежам для проведения разведки с воздуха. А в нем десять тысяч разделов, и Джонни поначалу не хотел в нем копаться. Но оказалось, что работать с ним очень легко. Он открыл раздел «Залежи меди», затем — «Залежи олова» и «Залежи свинца», где и разыскал нужное кодовое изображение. И не только его, но и соотношения, приведенные к одиннадцатеричной системе. Коду соответствовало пять частей меди, четыре — олова, и две — свинца. Он поискал еще. В книгах людей такой комбинации соответствовала бронза. Это, по всей видимости, был очень стойкий сплав, сохранявший свои свойства сотни лет. Упоминался даже Бронзовый век, в то время орудия делались в основном из бронзы. Замечательно. Но Джонни показалось забавным, что развитая в техническом отношении раса вставляет бронзу в черепа.
   Он вернулся с найденными материалами и обнаружил, что Мак-Кендрик с помощью молотка и подручного зубила расчленил череп на составляющие. Джонни с удовольствием пропустил бы данную процедуру…
   — Мы просканировали весь череп, — доложил Ангус, — там только эта чудная штуковина.
   — Я порылся в его карманах, — добавил Роберт Лиса, — он всего лишь чернорабочий. В удостоверении написано, что его зовут Кла, проработал сорок один год, на Психло у него три жены.
   — Компания выплатит им пособия? — спросил Даннелдин.
   — Нет, — ответил Роберт, показывая смятую бумагу. — Здесь также сказано, что ему исправно платили за мужские подвиги в Доме Компании. Только не знаю, как это понимать…
   — Экономическая система поощрения патриархата, — съехидничал Даннелдин. — Мораль в рассрочку.
   — Кончайте шутить, ребята! — оборвал их Джонни. — Так вот: предмет сделан из сплава под названием «бронза». К сожалению, сплав этот совершенно не магнитный.
   Доктор стоял перед окончательно вскрытым черепом. С профессионализмом опытнейшего хирурга он отделил нечто, похожее на толстые нити. Так оно и было! Две плотно прижатые друг к другу полусферы, и вокруг каждой намотана нить.
   — Я думаю, что это нервы, — сказал Мак-Кендрик. — Сейчас все узнаем. — Он осторожно освобождал предмет от обмотки. Сняв запекшуюся кровь, положил его на стол. — Не прикасайтесь! При вскрытиях это опасно.
   Джонни пригляделся: тускло-желтого цвета, примерно с полдюйма. Ангус выхватил предмет пинцетом и заложил в анализатор.
   — Он не полый. Сплошной кусок.
   Мак-Кендрик достал маленький футляр с проводами и зажимами. Но, прежде чем присоединить контакты руками в перчатках, отвлекся на структуру нитей. Это была мозговая ткань, но как она отличалась от человеческой! Он взял пробы с нити и кожи трупа и понес их к старому, наспех собранному микроскопу. Он сделал с образцов срезы и посмотрел в окуляр. В удивлении присвистнул:
   — Демоны состоят не из клеток. Не знаю, как у них с обменом веществ, но их структура не клеточная. Вирусная! Да, вирусная. — Он повернулся к Джонни. — Знаешь, похоже, эти громадины представляют собой вирусную субстанцию. Интересно чисто теоретически. Это означает, что их тела существенно плотнее наших. Возможно, для нас это и не важно. Давайте исследуем нити.
   Он присоединил к концу нити зажим, а второй заземлил на руку. Замерил электрическое сопротивление нити, отступил и пропустил ток. У присутствующих зашевелились волосы: труп двинул левой ногой.
   — Хорошо, — удовлетворенно произнес доктор. — У них не бывает трупного окоченения, гибкость сохраняется. Я наткнулся на центр, который отвечает за ходьбу.
   Зрители были в ужасе, наблюдая, как Мак-Кендрик помечает бирками нерв за нервом, определяя их функции, а труп поочередно двигает то челюстью, то ухом, а то вообще высовывает язык. Мак-Кендрик невозмутимо комментировал:
   — Собственно, ничего нового в этом нет. Обычные электрические импульсы, заменяющий команды мозга. Какой-то ученый делал подобные эксперименты еще тринадцать столетий назад. Он думал, что все тайны мысли в его руках, и сделал из этого культ под названием «психология». Теперь все забыто… Обыкновенная мышечная реакция. Я лишь систематизирую линии связи.
   Все равно жутко! Забытые суеверия зашевелились в мужчинах. Одетые в перчатки руки Мак-Кендрика были испачканы зеленой кровью, а работал он с необыкновенным изяществом, пока не пометил полсотни нервных окончаний.
   — Ну, теперь к главному! — сказал доктор, присоединяя контакты к нервам, снятым с бронзы.
   Работа была нелегкая. В комнате холодно. От трупа тошнотворно попахивало. Мак-Кендрик, чувствовалось, порядком устал.
   — Я не думаю, что этот кусок металла может привести к самоубийству, однако мы имеем великолепную возможность проверить. — Он указал на бирки. — Вкусовые и сексуальные центры находятся здесь, очень близко друг от друга. Теперь — эмоции и действия, вот здесь, с другой стороны. Этот металл был вживлен в младенчестве. Смотрите, с этой стороны черепа заметны шрамы. В таком возрасте кости еще мягкие и срастаются быстро.
   — Как же он все-таки работает? — нетерпеливо гадал Ангус.
   — Я думаю, — ответил Мак-Кендрик, — что центры действия и наслаждения замкнуты накоротко. Возможно, это сделано для того, чтобы психлос чувствовал себя счастливым только в работе. Но я не могу дать окончательный ответ, пока мы не рассечем нервы вот здесь. Полагаю, они вызывают удовольствие при совершении жестокости.
   Неожиданно Джонни вспомнился Терл. Когда тот делал что-нибудь грубое, мерзкое, всегда смеялся и приговаривал: «Восхитительно!»
   — В попытке сделать их просто трудолюбивыми, — продолжал доктор, — ученые просчитались, создав настоящих дьяволов.
   С ним никто не мог спорить.
   — Самоубийства им не помогут! — заявил Роберт Лиса. — Нам нужен другой труп. Есть ведь еще помощник управляющего шахтой, как сказано в бумагах, и оплата у него вдвое больше. На стол его!
   Мак-Кендрик перешел к другому столу. Они поместили в установку другую голову. Было уже ясно, где искать. Они теперь всматривались в мозг того, кто носил имя Бло. Вдруг Джонни, с отвращением наблюдавший за работой и совсем было потерявший надежду, улыбнулся. В голове этого психлоса было… два металлических предмета! Выхватив рисунок, он кинулся к справочнику. Сомнений не оставалось: серебро! Когда он вернулся, Мак-Кендрик увереннее, чем в первый раз, заканчивал вскрытие. Он пометил точки соединения второго куска металла, прежде чем извлечь его. Тот оказался полым, но с тончайшей нитью внутри. Они предположили, что в других телах могут быть такие же. Мак-Кендрик простерилизовал находки. Джонни же располовинил серебряный предмет. То, что находилось внутри, напоминало элемент дистанционного управления.
   — Странный какой-то нерв, — удивился доктор. — Не могу сказать точно, куда он ведет. Я поработаю с этим…
   — Может быть, это резонатор? — предположил Джонни.
   — Дифференциальный волномер, — убежденно заявил Ангус. — Вроде измерителя разности длин мыслительных волн.
   Джонни не мешал им, но в нем засела идея, что все это сделано для того, чтобы создать импульс при определенном сочетании условий, который и побуждал к нападению или самоубийству.
   — Есть во всем этом одна сложность, — задумчиво произнес Мак-Кендрик. — Вживлялась эта штука ребенку, а вот вытащить ее из мозга взрослого… Но я попробую.
   Сам он при этом не верил в успех. Кроме того, живых психлосов всего четверо, да и те при смерти.

ЧАСТЬ 19

1

   Хромой на заседании Совета пребывал в отвратительном расположении духа. Все теперь галдели, обсуждая старшего советника планеты Брауна Стаффора и выясняя его намерения. И этот черномазый африканец, и эта желтомордая азиатская обезьяна, и этот коричневый латиноамериканец, и эта тупая скотина из Европы… Неужели они еще не поняли, что он старается вовсю, чтобы сделать для людей как можно больше и лучше? Плюс ко всему, он теперь, после прихода наемников, представляет интересы пяти племен и является Верховным мэром Америки. Но они надумали проверить условия найма и затраты по нему, причем во всех деталях. А ведь какой кровью достались ему пункты договора! Сколько часов он бился, чтобы договориться с генералом Снитом. Планете же нужны вооруженные силы. У Верховного мэра Африки вызывал сомнение размер оплаты. Мол, сто кредиток в день на одного наемника — это чересчур, члены Совета, в крайнем случае, согласны на пять, но и это не что иное, как разбазаривание денег, приводящее к их обесцениванию. Споры, и споры, и споры, ковыряние в мелких незначительных вопросах. Браун поспешил удержать Совет хотя бы на цифре 5, не дай бог тот окажется решительнее. Его мозги в попытке решить проблему в свою пользу буквально одеревенели.
   Сопровождаемый Ларсом в старый район, где обосновались наемники, Браун был немало смущен поведением их женщин, которые свободно расхаживали по улице без какой бы то ни было одежды. Генерал Снит, махнув рукой, назвал все это лишь забавами. По пути назад
   Ларс без умолку твердил ему о замечательном, выдающемся вожде древности, как его там… Биттер… Гитлер… Да, Гитлер! Каким тот был подвижником расовой чистоты и моральной честности. Расовая чистота нисколько не привлекла внимание Брауна, а вот слова «моральная честность» его заинтересовали. В этом плане его отец, можно сказать, был выдающимся человеком. Выслушивая бесконечные аргументы Ларса, он вдруг вспомнил свой разговор с Терлом, вполне дружелюбным созданием. Они говорили о рычагах воздействия. Если они есть, никто не помешает сделать все, что заблагорассудится. Звучит неплохо. Хромой Браун ухватился за эту идею. Он искренне надеялся, что Терл сочтет его послушной куклой, которой он всегда рад помочь и предложить дружбу. Ясно, что у него не было никаких рычагов воздействия на свой Совет. Он усиленно пытался разработать тактику, которая позволила бы ему и секретарю Совета получить полномочия в управлении планетой. Он вспомнил еще одну вещь, сказанную Терлом: хороший Совет — это послушный Совет. Да, это было бы неплохим вариантом: принять закон, затем арестовать возмутителей спокойствия или использовать их как рычаги воздействия. Что-то вроде этого… Мысль вспыхнула и крепко засела в его голове.
   Браун поднял руку, требуя молчания:
   — Мы сейчас же примем резолюцию о заключении контракта с наемниками, — сказал он, придавая голосу всю властность, на которую способен.
   Все примолкли, а азиат запахнул свою одежду. Что в этом было — пренебрежение, вызов? Сейчас он получит!
   — Я исхожу, — заявил Браун, — из моральных соображений.
   Далее он произнес речь о морали как становом хребте любого общества, о том, что власти предержащие должны быть правдивы и честны, что не надо выносить сор из избы и раскрывать народу обстоятельства скандальных ситуаций. Это прошло неплохо. Все, разумеется, были согласны, что моральные качества руководства должны быть на высоте, невзирая на разность трактовок того или иного момента. Предложенная резолюция была принята незамедлительно, и любые возражения против соответствующего развития событий в государственном управлении привели бы теперь к смещению нарушителя с поста. На этот счет члены Совета были щепетильны. Итак, одна резолюция принята. Был объявлен перерыв. По возвращении в офис Браун и Ларс по крохам припоминали сведения о видеоклопах. Ларсу было кое-что известно. Вероятно, Терл покажет ему, где они установлены.