На следующее утро, когда все официальные лица покинули свои комнаты, Ларс, приличия ради, установил их в укромных местах, подключив к автоматическому записывающему устройству. Той же ночью Браун имел секретнейшую встречу с генералом Снитом, в результате которой дюжина женщин из наемников была принята на службу в отель, управляющий которого остался очень довольным, что заполучил красоток, способных сделать пребывание его гостей более комфортным, и предложил свои услуги в любом деле.
   Терл высоко оценил мудрость Брауна и признался, что чрезвычайно горд тем, что его идеи пригодились. Хромой был весьма ему обязан и, вернувшись в офис, допоздна работал над этапами реализации своих планов. Особое место среди прочих проблем занимали провинности Тайлера, в отношении которого у Стаффора, наконец, были развязаны руки. Список этих провинностей получился длинным, а наказание явно запаздывало.

2

   Ночь была безлунной. Ни один фонарь у клетки не горел. Часовому было приказано куда-нибудь исчезнуть. Браун уселся на землю. Терл нагнулся, опершись на барьер. Ларс Торенсон со словарем, освещенным переносным фонариком, пристроился между ними. Говорили они негромко. Ничто из их беседы не должно было проникнуть наверх. Сегодня великая ночь! Терл щелкнул челюстями. Волны энергии так и изливались из него. Это совещание было столь важным, столь значимым для исполнения задуманного, что он едва дышал. Однако голос должен быть спокойным, небрежным, услужливым. Конфликтные ситуации сейчас недопустимы. Чтобы контролировать ход событий, ему пришлось собрать в кулак всю волю. Браун шепотом докладывал, как он преуспел в раздувании подробностей шумного скандала в Совете. Он поочередно уединялся со всеми четырьмя Верховными мэрами и демонстрировал им записи, неопровержимо доказывающие, что их управление представляет собой сплошное нарушение их же собственных законов. Каждый имел возможность полюбоваться на себя, вытворяющего черт знает что с женщинами наемников, и мэры были вынуждены со стыдом согласиться, что это может стать позором для всего правительства. Ларс испытал некоторые затруднения, выискивая в психлосском словаре «стыд», но в конце концов нашел это понятие в разделе вышедших из обихода. Резолюция, предложенная Совету Брауном Стаффором при содействии секретаря, которой едва мог расписаться, а читать вовсе не умел, прошла. Вся власть Совета отныне оказалась главным образом в руках Брауна Стаффора как наиболее опытного и заслуживающего доверия советника. Остальные собрали пожитки и разъехались по домам. Отныне слово Брауна Стаффора стало законом для всей планеты. Терл решил, что по этому поводу не мешает выразить восторг, и не поскупился на похвалы в связи с проявлением государственного ума. Но Брауна, чувствовалось, что-то еще угнетало.
   — Могу ли я еще чем-то помочь тебе? — спросил Терл.
   Хромой издал глубокий, разочарованный вздох и извлек лист с обвинениями против Тайлера.
   — Но теперь, — чуть слышно произнес Терл, — у тебя достаточно сил и полномочий, чтобы взять его в оборот. Обвинения серьезные?
   — О да, — прошептал, светлея, Браун. — Он помешал переселению племени, проводимому по решению Совета. Похитил координаторов, убивал людей, крал принадлежавшее им и всячески нарушал их права.
   — Да, — прошептал Терл, — это серьезно.
   — И это еще не все! — горячился Браун. — Он устроил засаду на психлосский конвой, затеял беспощадную резню, завладел всеми машинами.
   — У тебя есть доказательства? — задрожал Терл.
   — Очевидцы из племени уже здесь. И видеозаписи нападения ночью были показаны здесь недалеко, в горах. Ларс снял копии.
   — Я думаю, что всего этого более чем достаточно для совершения правосудия.
   Слово «правосудие» было еще одним из найденных в словаре совсем недавно.
   — Более того, — не унимался Браун, — когда он стащил два миллиона галактических кредиток, найденных в комплексе, там едва ли осталось три сотни. Это же грабеж!
   У Терла перехватило дыхание: два миллиона галактических кредиток? Его золотые гробы меркли по сравнению с этим… Чудовищу понадобилась пара минут, чтобы привести мысли в порядок, после чего оно заявило Ларсу, что нуждается в новом картридже с дыхательным газом. Ларс передал ему один, не заметив, что электронное заграждение включено. А Терл, спохватившись лишь в последний момент, едва успел переключить контрольный тумблер. Заменив картридж, он стал лихорадочно гадать. Старый Намп? Должно быть… Этот идиот вовсе не такой простак. Он, наверное, столько наворочал за тридцать лет… Два миллиона галактических кредиток! Неожиданно Терл внес в свои планы коррективы. Он точно знал, что сможет сделать с этим. Эти два миллиона будут упрятаны в три-четыре запечатанных гроба с пометкой «Радиационное поражение», в них никто не сунется, и они пойдут прямо на кладбище. До этого у него были менее действенные варианты. Он отбросил все, и перед ним развернулась ослепительная перспектива — не только беспроигрышная, но и чрезвычайно прибыльная. Это безопаснее, чем все, что он задумывал раньше. Удобнее в реализации.
   Тайная встреча в темноте продолжалась.
   — Что? — прошипел Терл. — И в этом вся проблема?
   Он точно знал, что к чему. Этот кретин не мог наложить лапу на его животное — Тайлера!
   Хромой Браун прогнулся еще.
   — У меня есть и другие причины свести с ним счеты…
   — Гм-м, — промычал Терл, надеясь, что это прозвучит весьма деликатно и глубокомысленно. — Дай-ка подумать… Гм-м. Главное — заманить его в определенное место. — Обычная техника работы шефа секретной службы. — Невозможно пойти и схватить его, так как он неуловим или слишком хорошо охраняем, следовательно, правильнее всего заманить его сюда, подальше от охраны, а затем арестовать.
   Браун чуть не подпрыгнул от внезапно нахлынувшей на него радости: вот так чудо-идея!
   — Последний раз он проявлял свою деятельность, — прошептал Терл, — когда мы проводили телепортацию. Когда он узнает о следующей, непременно прибудет с налетом. Здесь ты и сможешь его схватить.
   Хромому все было ясно.
   — Но, — добавил Терл, — тут есть одна трудность. Он использует собственность Компании. Самолеты, оборудование. Если бы это принадлежало тебе, можно было бы приписать ему колоссальное воровство.
   Хромой сник. Ларс уже повторил и пояснил, но он все никак не мог уловить сути.
   — Так же он использует все остальное, — продолжал Терл абсолютно спокойно. — Да будет тебе известно, Межгалактическая Рудная Компания заплатила правительству Психло триллионы кредиток за эту планету. Вся Земля — собственность Компании!
   Ларсу приходилось одновременно следить за речью психлоса и шарить в старом английском словаре в поисках, что же такое триллион, объясняя все Брауну. В конце концов он понял главное: это неизмеримая уйма денег.
   — Считается, что ресурсы планеты, — сказал Терл, — полностью выработаны. Ложь! Планета не «выработана» до тех пор, пока не доберешься до жидких слоев. Теперь ее стоимость — несколько миллионов кредиток. — В действительности, Терл знал, — сорок триллионов, но он решил сбить Брауна с толку. Кажется, ему это удалось… — Я, — шептал он, — постоянный агент и представитель Компании и уполномочен распоряжаться ее собственностью по своему усмотрению. — Все было враньем, но надо же замести следы. — Конечно, вам это понятно. Скотине Тайлеру тоже, и именно поэтому он оставил меня в живых.
   — О! — вырвалось у Брауна. — Это-то и не давало мне покоя. Я не понимал, как кровопийца, прикончивший братьев, оставил в живых тебя.
   — Что ж, теперь тебе известен секрет, — сказал Терл. — Он и сам пытался вести со мной переговоры о выкупе планеты. Чувствует, что может бродить по ней, в полной мере используя имущество Компании. Конечно, я и слушать об этом не захотел, зная его скверный нрав.
   Хромой был буквально подавлен тем, какую ловушку расставил для него Тайлер. Ему показалось, что земля разверзается под ногами.
   — Он знает, где эти два миллиона? — спросил Терл.
   — Да.
   Боже мой, как же он, Браун, был слеп! Тайлер купил бы и Компанию, и планету… А что бы стало с ним, Брауном?
   Терл все предусмотрел.
   — Ему, этому животному, я ничего не намерен продавать. Я думал о тебе.
   У Хромого вырвался вздох облегчения. Он огляделся по сторонам и подался вперед, не в силах выжидать задержек с переводом.
   — А не продашь ли ты Компанию и планету мне? Я имею в виду всех нас.
   Терл задумался.
   — Разумеется, стоимость высока, но, понимая, каковы теперь обстоятельства, пожалуй, могу…
   Браун был достаточно сведущ в экономике. Он знал, как показать себя на высоте.
   — С соответствующим договором?
   — О, конечно! — заверил Терл. — Договор вступит в силу с момента подписания. Но его нужно зарегистрировать на Психло, таков порядок.
   Черт возьми, да попытайся он в самом деле такое предпринять, испарят немедленно… Он опять притворился, что сел дыхательный картридж, и выиграл дополнительное время. Существовал определенный порядок списания планет. Компания ведь никогда не покупала их. Кроме того, всегда оставалась масса оружия. Землю же Терл твердо решил уничтожить. Он постарался взять себя в руки. Так, если он уничтожит планету, от договора о продаже останется пепел. Отлично! Компании понадобится не меньше двух лет для контратаки. У него очень много времени. Да, он со спокойной душой может подписывать фальшивку.
   Тайное совещание возобновилось.
   — Для реализации плана тебе необходимо выполнить следующее: вернуть мне рабочее помещение, дать возможность расчистить и восстановить перевалочную станцию, обеспечить меня всем необходимым, а также предоставить мне силы для надлежащей защиты от нападения.
   Стаффор заколебался.
   — Я же должен захватить два миллиона в представительство Компании на Психло, — сказал Терл. — Ты не думай — я не вор!
   Стаффор принял довод.
   — Кроме того, необходимо составить акт о продаже планеты и отделения Компании здесь, чтобы заручиться законностью действий, — убеждал Терл. — Я не хочу, чтобы ты остался без акта. Я хочу быть честным в отношении тебя.
   Стаффор неуверенно поддакнул, все больше склоняясь к тому, что Терл намерен вести дела честно. Но все же еще сомневался.
   — Если у тебя будет договор о продаже, ты станешь владельцем планеты, а значит — шахт и всего оборудования, и никакой Тайлер тебе уже не сможет помешать.
   Стаффор выпрямился. Он почувствовал прилив энергии.
   — Непременно, — продолжал Терл, — предай гласности сообщение о предстоящей телепортации на Психло. Стоит ему узнать, тотчас примчится сюда и попадет в твои руки.
   Решено! Браун хотел было протиснуться через ограждение для рукопожатия, но Ларс вовремя напомнил, что оно под током. Браун отскочил и завопил:
   — Я составлю акт! — Потом снова перешел на шепот. — Да, составлю. Все твои условия приняты. В точности так и сделаем, как ты сказал.
   Он рванулся к наземной машине, но перепутал направление. Ларсу пришлось встряхнуть советника и подтолкнуть в нужную сторону. По дороге в Денвер Хромой с обезумевшим взглядом не переставал повторять:
   — Теперь все… Правосудие свершится…
   Терл не верил счастью. Он содрогался всей тушей, едва сдерживая распиравший его смех. Он это сделал! Он станет богатейшим из ныне здравствующих психлосов! Успех! Могущество! Ему удалось! Но еще ему хотелось бы, чтоб Земля непременно разлетелась в прах. После того, конечно, как он покинет ее.

3

   Джонни бросал камни вниз, к затерянному в горах озеру, настоящему внутреннему морю, вытянутому до самого горизонта. Над ним зарождалась буря — достаточно обычное для этих мест явление. Склон, на котором Джонни стоял, обрывался над озером почти отвесно, футов на двести. В результате разрушения или вулканического выброса на северо-востоке склон был усыпан камнями величиной с кулак, словно предназначенными для метания. Джонни взял себе в привычку ежедневно приходить сюда, за несколько миль от шахты. Здесь, в экваториальной зоне, было жарко и влажно, но ходьба приводила его в норму. Хищников он не опасался, так как постоянно носил с собой оружие. Звери беспокоили, но не нападали. Здесь простиралась дорога — должно быть, психлосы протоптали, спускаясь от шахты. Дорога эта пересекала склон и спускалась к озеру, где был своего рода пляж. Но психлосы не любят купаться, поэтому приходили сюда скорее всего покататься на лодке.
   Джонни читал, что район этого озера самый густонаселенный на континенте. Здесь в свое время жили несколько миллионов человек. Психлосы же давным-давно сделали свое дело и здесь, не оставив ни людей, ни хижин. Джонни всегда удивляло, почему чудовища охотятся в основном на людей. Доктор Мак-Кендрик объяснял, что дело в симпатической нервной системе психлосов: страдания животных доставляли им меньше наслаждения, или, возможно, потому, что люди походили на них самих — две руки, две ноги, прямая походка. Даже их отравляющий газ, ориентированный на одушевленных существ, был в гораздо меньшей степени опасен для четвероногих и рептилий. Так было сказано в психлосской инструкции по применению. Чудовища истребляли существ с высокоразвитой центральной нервной системой. Но, так или иначе, дичи вокруг полно, и звери, заслышав человека, не убегали, как от психлосов. Джонни догадался: у людей нет того резкого, неприятного запаха, как у тех.
   Буря накатывалась все ближе. Джонни взглянул на далекую базу: готовы ли там к приближению непогоды? Он заметил, что от шахты отъехала трехколесная машина, едва различимая из-за расстояния. Кто-то хочет видеть его, или это обычная вылазка?
   Джонни в раздумьях побрел назад к скалам. Дела шли из рук вон плохо. Один из психлосов умер, остальные едва держались. Примерно у трети покойников обнаружили по две отметины в голове, и Мак-Кендрик теперь тренировался в извлечении металла без риска для жизни психлосов — в надежде, что это удастся реализовать на ком-нибудь из оставшейся тройки. Двое из них имели в черепах по два объекта. Будет ли для них радостным избавление от этих страшных приспособлений? Возня с трупами была Джонни не по душе. Он старался думать о чем-нибудь другом. Во время боя он неожиданно осознал, что управляет летающей платформой двумя руками! Мак-Кендрик был убежден, что стрессовая ситуация заставила другую часть мозга взять на себе утраченные функции первой. Джонни не поверил, считая, что это он сам, усиленно тренируясь управлять своими нервами, добился успеха. А начинал он с простых контролируемых движений рукой и ногой. С каждым днем дело шло все лучше, и теперь Джонни мог даже бегать. Без посоха. Мог метать дубинку. Чувство беспомощности понемногу покидало его.
   Он подобрал камень и швырнул. Тот, описав дугу вдоль склона, поднял на воде маленький всплеск, звук которого дошел до Джонни секундой позже. «Совсем неплохо», — сказал себе Джонни.
   Буря надвигалась большой темно-серой стеной. Джонни обнаружил, что трехколеска почти уже рядом с ним. Остановилась. Он не узнал водителя и подошел ближе, всматриваясь. Оказалось, это его третий «двойник», Стормалон. На самом деле парня звали Стан Ставерглер. Он был из норвежской группы, в далеком прошлом эмигрировавшей в Швейцарию. Ему удалось скрыть имя и происхождение, но не манеры. Каждое движение выдавало в нем принадлежность к шотландцам. Он был одного роста и телосложения с Джонни, с такими же голубыми глазами, но более темными волосами и загорелой кожей. Со времени разработки золотой жилы он нисколько не заботился о поддержании сходства и даже подрезал снизу свою бороду. Стормалон преподавал в Академии. Ему, талантливому пилоту, нравилось обучать новичков. Парень где-то разыскал летный костюм, белый шарф, огромные очки и с удовольствием все это носил. В общем, любил немного покрасоваться.
   Они похлопали друг друга по спинам и улыбнулись.
   — Мне сказали, что ты здесь бросаешь камни в крокодилов, — сказал Стормалон. — Как рука?
   — Ты, наверное, видел последний бросок, — отвечал Джонни. — Слона бы я не убил, но вон туда достал.
   Они подошли к большому плоскому камню и уселись на него лицом к озеру. Шторм набирал силу, но они не спешили уходить. Обычно Стормалон не отличался разговорчивостью, сейчас же у него была масса новостей. Ему пришлось чуть ли не носом землю рыть в поисках Джонни. В Америке никто ничего не знал, и Стормалон направился в Шотландию, чтобы найти друга или услышать что-либо о его местонахождении. От Крисси сердечный привет. Глава фиргусов просил засвидетельствовать свое уважение, подчеркнуть, не почтение, а уважение. Тетка Элен низко кланяется, она теперь замужем за пастором, живут в Шотландии. О Джонни же Стормалон услышал от координаторов, вернувшихся в Шотландию после миссии к племенам наемников. О, этот наемный сброд теперь обосновался в Денвере. Страшные люди. Стормалону приходилось сталкиваться с ними. Привезли тело Аллисона для захоронения. Его убийство вызвало в Шотландии бурю негодования. Но Стормалон не за этим искал Джонни. Во время перелета с ним приключилось нечто необыкновенное.
   — Ты говорил, — напомнил Стормалон, — что возможно новое вторжение на Землю? Похоже, так оно и есть…
   Он летел в Шотландию по Северному Полярному кругу на обычном боевом самолете. Уже достигнув острова, он сначала по приборам, а потом и просто через окно кабины увидел невероятных размеров летательный аппарат. Он подумал, что вот-вот врежется в него. Объект закрыл весь экран. И вдруг — ничего нет.
   — Ничего нет? — удивился Джонни.
   — Да. Самолет врезался в твердое тело, которого на самом деле не было. Прямо в небе, понимаешь? Огромный, во все небо — и нет его. В сумке у меня есть снимки изображений с экранов
   Джонни просмотрел их. Это была сфера, опоясанная кольцом. Не похоже ни на что из виденного раньше. Громадина. В углу четко просматривались Оркнейские острова. Летающий объект, насколько можно судить, в поперечнике был равен расстоянию от середины Шотландии до островов. На втором снимке самолет был охвачен вспышками выстрелов. А на третьем — таинственная сфера исчезла…
   — Корабль, которого не было… — задумчиво произнес Стормалон.
   — Свет… — Джонни вспомнилась одна теория. Эта штука могла двигаться быстрее света. А изображение ее отстало. — Знаешь, это догадка, но я как-то читал, что если предмет движется быстрее света, то кажется невообразимо огромным. Я читал это в книгах по ядерной физике, но почти ничего не понял.
   — Да, возможно, — согласился Стормалон. — И старуха говорила, что он не столь велик.
   Старуха?
   Когда первый испуг прошел, Стормалон прокрутил записи назад. Оказалось, что он не заметил появления на экране Шотландии.
   — Ты знаешь, как это бывает: усталость от долгого перелета, рассеянное внимание, недостаток сил, такое случается с курсантами — реакция притупляется как раз тогда, когда требуется повышенная собранность.
   Просмотр записей вспять выявил маленький след, поднимающийся от фермы к западу Кинлохберви.
   — Ты знаешь это местечко на северо-западе Шотландии?
   Стормалон сбросил скорость и вышел на эту точку для обстрела или разведки. Там образовалось лишь выгоревшее пятно, вокруг фермы в основном торчали скалы, других повреждений или противника он не обнаружил и приземлился рядом с фермой. Вышла старая женщина, ошеломленная появлением двух гостей с неба в один день. Живя здесь, она годами не видела чужаков. Она усадила Стормалона за стол, напоила травяным чаем и показала подаренный складной нож.
   — Складной нож? — Джонни, всегда очень серьезный и собранный, вдруг заинтересовался сущим пустяком. — Помнишь, мы находили такие в развалинах старинных городов?
   — Да, только этот совсем новый и блестящий. Но слушай же дальше. Старуха вспомнила, что вычесывала шерсть своей собаки, как вдруг почувствовала сзади легкий порыв ветра. Она обернулась и увидела перед собой маленького серого человека. За ним был большой серый шар, опоясанный кольцом. Он приземлился как раз там, где обычно паслась корова. Совсем без звука, словно специально, чтобы напугать старушку. Она пригласила этого маленького человека на чашку чая, как и меня, но, в отличие от него, я спустился вниз с грохотом и представился. Маленький серый человек выглядел даже привлекательно. Ростом значительно меньше, чем обыкновенные люди, с серыми волосами, в сером костюме. На ремне, охватывающем шею, висела какая-то коробка. Человек что-то сказал в коробку, и та заговорила по-английски. Он говорил тихо, но с интонациями и выражением, а коробка — монотонно и механически.
   — Вокодер, — догадался Джонни. — Портативное устройство для перевода. Описано в психлосских книгах, но психлосы не пользуются такими.
   — Может, и так… Далее маленький серый человек спросил женщину, есть ли у нее какие газеты. Нет, конечно, она и в глаза их не видела, но есть люди, у которых газеты имеются. Затем он спросил у нее о книгах по истории. Доброй женщине так не хотелось разочаровывать пришельца, и она сказала, что слышала об этих книгах, только у самой нет ни одной такой. Ей было трудно понять гостя, но тот изо всех сил пытался объяснить, что ему нужна хоть какая-нибудь бумажка, где было бы что-либо напечатано. Это дало толчок. Женщина вспомнила о новых кредитках, которыми с ней расплатились за шерсть.
   — Кредитки?!
   — Ах да, ты же еще не видел! — Стормалон пошарил в кармане и извлек одну. — Теперь нам платят вот этим.
   Это был банкнот… Банка планеты Земля. Джонни внимательно осмотрел его. И вдруг глаза его остановились на картинке… Его собственная персона с оружием в руках. Джонни так смутился, что даже не задумался о сходстве.
   — Как бы то ни было, — продолжал Стормалон, — старуха взяла это именно из-за картинки. Одну бумажку она сразу повесила на стену. Вторую отдала маленькому серому человеку за нож.
   — Я думаю, недорого за нож такого качества, как ты говоришь, — заметил Джонни.
   Стормалон как-то не подумал об этом…
   Необычный гость спокойно допил чай, аккуратно упрятал банкнот между металлическими пластинками, положил во внутренний карман и, поблагодарив хозяйку, направился к кораблю, где сказал что-то тому, кто был внутри. Он попросил женщину не подходить близко и закрыл за собой дверь. Из шара вырвалась струя пламени, шар поднялся, стал размером во все небо и исчез. Да, наверное, Джонни прав, скорость была сверхзвуковая. Но объект не летал, как наши самолеты, и не телепортировался. А маленький серый человек, похоже, не был психлосом.
   Джонни напряженно замер: неизвестная раса? Проявляют интерес к Земле, когда психлосов уже нет? Озадаченный, он молча уставился на озеро. Шторм усиливался.
   Невозмутимый Стормалон раскрыл планшет для карт.
   — Тебе письмо от Кера, — сказал он. — Несчастный так настаивал, чтобы я непременно передал письмо в твои собственные руки. Я твердо пообещал, но он все равно добавил, что, если ты не получишь его послание, произойдет катастрофа. Вот, читай.

4

   Конверт был из материала, который используется для огнеупорных прокладок. Вверху было выведено: «Страшная тайна». Джонни посмотрел конверт на свет, все больше меркнувший от надвигающейся грозы. На взрывчатку вроде не похоже. Вскрыл. Конечно, это каракули Кера. Его полуграмотные закорючки едва ли были безупречны с точки зрения психлосского языка, но содержание доносили вполне. Джонни читал: «Страшная тайна. Адресат известен. Как ты знаешь, личная переписка запрещена правилами Компании, и отправка этого письма может стоить мне трехмесячного жалования. Но перед отбытием ты просил написать при возникновении определенных ситуаций и отдать пилоту, который быстро доставит тебе весть. Итак, без имен. Похоже, началось! Вот и пишу тебе, несмотря на то, что Компания срежет мне плату. Последствия обнаружения этого текста ужасны. Вчера этот горе-летчик, этот дубина Ларс, считающий себя чемпионом по боевому пилотажу с подачи того, кого я не называю из соображений безопасности, сломал свою дурацкую шею и нанялся помощником „сам знаешь к кому“, спустился вниз и теперь ведет к тому, чтобы всем психлосам установить устройства подачи и насосы для дыхательного газа в старом офисе. Насколько я знаю, помогать они не желали. Да и, как ты тоже догадываешься, не будут. Похоже, они уверены, что ты знаешь, кто убил старого. Второй, которого убили вместе со старым, успел что-то рассказать им, за что и поплатился. Они не намерены ничего делать „известно для кого“ и вообще сотрудничать „известно с кем“, так как уверены, что „известно кто“ взорвет их к черту. Все вентиляционные устройства и насосы подачи газа в этой секции взорваны, и вряд ли там кто-либо сможет работать без дыхательной маски. Этот олух, чемпион по боевым полетам, ни разу не воевавший и сломавший себе шею, пришел ко мне, и я сказал, что смогу отремонтировать „известно чьи“ помещения, но мне понадобятся кое-какие комплектующие. Возможно, даже с других шахт, так как здесь все поломаны. Он ответил, что есть распоряжение Совета, и я могу быть уверен что получу все необходимое. Я накатал им потрясающий план проведения ремонта с указанием массы комплектующих и теперь тяну резину, как могу. Мне сказали, что „известно кто“ на Совете заявил, что это секретное и безотлагательное дело, они торопят меня и обещают дополнительную плату. Ха-ха! Но я вожу их за нос, да будет тебе известно. Тебе же теперь лучше быть здесь, так как я заявил им, что нуждаюсь в помощниках, конечно, не назвав твоего имени, а то „сам знаешь кто“ подпортит нам воздух в шахте. Итак, ты знаешь, что к чему, а мои когти уже болят от писанины, но я носом чую, что надо поторапливаться, хотя сам буду тянуть столько, сколько смогу, заказывать ненужные запчасти для газового насоса, который не работает и не будет. Ха-ха! И вот это личное письмо может стоить мне трехмесячного жалованья. Так что, если меня заметут, с тебя причитается. Ха-ха! Порви это письмо, если не хочешь, чтобы оно стоило мне не только трехмесячного жалованья, но и моей мохнатой шеи. Ха-ха!»