• Алекс Орлов. Представитель
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
  • 11
  • 12
  • 13
  • 14
  • 15
  • 16
  • 17
  • 18
  • 19
  • 20
  • 21
  • 22
  • 23
  • 24
  • 25
  • 26
  • 27
  • 28
  • 29
  • 30
  • 31
  • 32
  • 33
  • 34
  • 35
  • 36
  • 37
  • 38
  • 39
  • 40
  • 41
  • 42
  • 43
  • 44
  • 45
  • 46
  • 47
  • 48
  • 49
  • 50
  • 51
  • 52
  • 53
  • 54
  • 55
  • 56
  • 57
  • 58
  • 59
  • 60
  • 61
  • 62
  • 63
  • 64
  • 65
  • 66
  • 67
  • 68
  • 69
  • 70
  • 71
  • 72
  • 73
  • 74
  • 75
  • 76
  • 77
  • 78
  • 79
  • 80
  • 81
  • 82
  • 83
  • 84
  • 85
  • 86
  • 87
  • 88
  • 89
  • 90
  • 91
  • 92
  • 93
  • 94
  • 95
  • 96
  • 97
  • 98
  • 99
  • 100
  • 101
  • 102
  • 103
  • 104
  • 105
  • 106
  • 107
  • 108
  • 109





  •       © Copyright Алекс Орлов
          Email: ambeir@cityline.ru
          Изд. "Альфа"
          Четырнадцатый фантастический роман из серии "Тени войны"
          Страница автора: http://www.alexorlov.ru




          Фантастический роман

    1



          Стадо туков попалось очень беспокойное. Животные то и дело переходили с
    места на место, хотя на всех кочках вокруг было сколько угодно полыни.
          Майк нехотя поднимался с брошенной на землю накидки и, опираясь на
    длинный пастуший посох, шел следом за стадом. Собственно, против переходов
    он не возражал, но в стаде было несколько норовистых туков, которые с места
    в карьер неслись к соленым озерцам и напивались воды, невзирая на то что
    Майк немилосердно лупил их посохом.
          От соленой воды у туков пучило животы, и они целую неделю не давали
    молока За это хозяин вычитал из скудного жалованья пастуха штраф, а то и
    попросту бил Хозяин любил распускать руки.
          С востока, со стороны долин, снова налетел сырой ветер. Он принес с
    собой тяжелый запах йода. Даже полынь подчас уже не горчила, а источала все
    тот же надоевший запах.
          Наконец туки остановились и принялись срывать жесткую траву. Майк
    подогнал к стаду стоявшую в стороне самку и, сбросив на землю накидку и
    кожаный мешок с водой, присел на большую кочку
          Соленый ветер понемногу ослабел, а солнышко пригрело так, что Майк
    задремал. Очнулся он от тревожного звона колокольчика, висевшего на шее у
    вожака стада матерого тука Абсента.
          Пастух открыл глаза и, проследив за взглядом вожака, заметил человека,
    идущего прямо к стаду.
          Незнакомец был высок ростом, и Майк невольно нащупал лежавший в кармане
    нож. Времена были неспокойные, и случалось, что на пастухов нападали, чтобы
    угнать скот.
          Вскоре незнакомец подошел ближе, и Майк расслабился. Этот человек не
    походил на разбойника. Даже Абсент понял это и, опустив голову, принялся
    срывать траву.
          -- Доброго здоровья, господин пастух, -- произнес путник,
    останавливаясь в нескольких шагах от Майка и скидывая заплечный мешок.
          -- Здравствуйте, -- отозвался Майк, все еще с недоверием разглядывая
    незнакомца. Внешне он был похож на гиптуккера, перегонщика туков. Об этом
    говорил его просторный кожаный плащ, широкополая шляпа и загорелое лицо.
    Однако гиптуккеры всю свою жизнь проводили верхом на быстрых лахманах, а
    этот пришел пешком.
          -- Твой костер -- мой чай, пастух. Договорились? -- с улыбкой предложил
    путник.
          -- Я не могу, -- Майк виновато пожал плечами. -- Туки переходят с места
    на место через каждые полчаса. Они мне покоя не дают.
          -- Ничего. Пока я здесь, туки никуда не денутся, -- пообещал
    незнакомец. -- Постереги мои вещички, а я схожу под гору -- принесу сухих
    корней.
          -- Да, мистер, но ваши вещи... Если туки пойдут...
          -- Ничего не бойся. Если стадо двинется, можешь бросить мой мешок. Но,
    уверяю тебя, туки не сдвинутся с места. Здесь много травы -- часа на три им
    хватит.
          Майк не нашел, что возразить, и незнакомец стал спускаться к подножию
    холма, туда, где росли невысокие чахлые кустики. Не выдерживая засоления
    почвы, они гибли, и их сухие ветки вполне годились для костра. Майк,
    проследив взглядом за высокой фигурой этого человека, подумал, что он
    все-таки очень смахивает на гиптуккера.
          Между тем стадо продолжало оставаться на месте, а Абсент покинул своих
    самок и подошел совсем близко, принюхиваясь к содержимому мешка незнакомца.
          -- Иди отсюда, это не твое, -- буркнул Майк. Тук как будто не слышал.
    Пастух потянулся, за своим длинным посохом, и Абсент тут же отошел. Что
    такое посох Майка, он испытал на себе.
          Вскоре вернулся незнакомец. Он принес такую охапку сухих веток, что их
    хватило бы на целый день.
          Бросив их на землю, он посмотрел на Майка и протянул ему руку.
          -- Теперь давай знакомиться, -- сказал он, -- меня зовут Джо Беркут.
          -- А меня -- Майк. Майк Баварски, -- Пастух пожал большую мозолистую
    ладонь Беркута и сразу почувствовал к этому человеку симпатию.
          -- Очень приятно, Майк. Теперь давай готовить чай.
          С этими словами Джо присел на корточки и начал мастерски укладывать
    сухие ветки, разламывая их своими сильными руками.
          Вскоре костер уже горел и на нем грелась вода Майка, налитая в котелок
    Беркута. Новый знакомый достал сухари из кукурузного хлеба и даже половинку
    шоколадной плитки.
          Судя по всему, он выложил все, что у него было.
          Поборовшись с собой пару минут, Майк вытащил из кармана сахар --
    шестнадцать кусков. Причем шесть из них он получил законно -- по
    распоряжению хозяина, а десять стащил на кухне.
          -- О, так много сахару! -- удивился Беркут и, отломив чуть-чуть от
    одного кусочка, положил в рот. -- В детстве я любил сладкое, -- пояснил он.
    -- А уж два таких куска мы с друзьями считали целым состоянием.
          Майк улыбнулся и кивнул. Пока ему не дали эту работу, он тоже нечасто
    получал сахар. Теперь же он был при деле, и каждый его день приносил немного
    денег.
          -- Почему туки не уходят? -- спросил Майк, когда Беркут стал засыпать в
    котелок заварку.
          -- Потому что их вожак остается возле нас, -- пояснил Джо, размешивая
    кипящую воду тонкой палочкой.
          -- А почему он остается?
          -- Потому что у меня в мешке лежит кусочек подкопченного хлеба... --
    невозмутимо ответил Беркут. Он пошарил в своих вещах и достал две серебряные
    чашки. И хотя они были без ручек, Майк восхитился украшавшим их тонким
    рисунком.
          -- Вот уж не знал, что туки любят копченый хлеб, -- сказал он,
    разглядывая чашку.
          -- Не все, -- покачан головой Беркут. -- Только самцы.
          -- Вы так хорошо знаете туков... Как будто вы гиптуккер.
          -- Так я и есть гиптуккер, -- сказал Джо, бесстрашно выхватывая из
    костра горячий котелок и ставя его на высокую кочку.
          -- А где же ваш лахман, мистер Беркут? Я еще не видел ни одного пешего
    гиптуккера.
          -- Пал мой лахман, -- признался Джо. По его лицу пробежала тень. --
    Хороший был скакун -- настоящий друг.
          Майк тактично покачал головой и больше ни о чем не спрашивал. Между тем
    Джо разлил горячий чай по чашкам, и несколько минут были слышны только
    свистящие звуки втягиваемой жидкости.
          -- А как зовут твоего хозяина? -- спросил наконец Беркут, когда чай был
    выпит.
          -- Мистер Нант Каспар.
          -- Чем он занимается: торгует скотом или цедит мальзиву?
          -- И то и другое, -- ответил Майк, еле удерживаясь, чтобы не отломить
    еще кусочек от шоколадки Джо.
          -- Бери, не стесняйся, -- заметив колебания подростка, предложил тот.
          -- Нет-нет, спасибо, я уже сыт, -- с достоинством ответил Баварски и
    отвернулся, чтобы не видеть шоколад. -- Люди боятся гонять скот через
    соляные долины, вот мой хозяин и скупает туков по дешевке. Самых хороших
    оставляет себе, а тех, что похуже, подкармливает и продает гиптуккерам,
    когда они проходят мимо.
          -- А сами через соли, стало быть, не гоняете?
          -- Нет, куда там. Все боятся разбойников.
          -- Ты их сам-то видел, разбойников? -- поинтересовался Беркут.
          Поначалу Майку показалось, будто гость над ним подсмеивается, однако
    лицо Джо было серьезно.
          -- Год назад один наш работник сбежал к разбойникам...
          -- Почему сбежал?
          -- Он... Он девушку убил... Надругался и убил.
          -- А она кто тебе была?
          -- Никто, но мы росли вместе. Она была внучкой старого Герхарда -- этот
    старик подобрал меня когда-то на улице. Воспитал, дал свою фамилию и научил
    грамоте. Я умею читать и писать. И еще дроби знаю.
          -- А сам Герхард жив?
          -- Жив, -- кивнул Майк. -- Как будто бы жив, но после смерти Софи почти
    не разговаривает.
          -- Понятно, -- кивнул Беркут и стал собирать в мешок остатки еды. Потом
    стянул шнурок и, завязав его сложным узлом, серьезно спросил: -- А почему ты
    не защитил свою сестру?
          -- Как же я мог? Я даже не знал, когда это случилось. И потом, мне
    тогда было только тринадцать лет, а Лозмар, сэр... -- Майк посмотрел на
    Беркута, невольно оценивая его фигуру. -- Он с вас ростом, а в плечах в
    полтора раза шире. Громила, его даже хозяин побаивался...
          Джо ничего не сказал, оба немного помолчали. Между тем туки все так же
    мирно паслись вокруг потухшего
          костра и никуда уходить не собирались, а солнце светило необычно
    ласково Майк сидел рядом с незнакомцем и чувствовал, что этому человеку
    можно доверять. Он почему-то был уверен, что, если расскажет Беркуту о своих
    заботах, тот не станет смеяться, а наоборот -- выслушает и даст хороший
    совет.
          -- Знаете, мистер Беркут, когда-нибудь я уйду от хозяина и разыщу
    Лозмара... -- неожиданно сказал Майк. Сказал и сам подивился собственным
    речам.
          -- Как выглядел этот Лозмар? Опиши его.
          -- Он просто огромный, -- со вздохом произнес Майк. -- И у него длинные
    светлые волосы.
          -- Да, -- кивнул Джо, -- а еще серые водянистые глаза и перебитый нос.
          -- Точно, а откуда вы это знаете?
          -- Мы столкнулись с ними в ста километрах отсюда. Как раз посередине
    соляных долин. Их было больше сотни, а нас всего пятнадцать. Я выстрелил в
    него и ранил -- в руку, кажется. А он попал в моего лахмана... Но даже с
    пулей в брюхе мой лахман скакал, сколько смог, -- спасал хозяина, а потом
    свалился замертво.
          -- Да-а... -- произнес Майк, мысленно представляя себе всю картину.
    Теперь он понимал, почему так серьезен его собеседник и отчего тень грусти
    набегает на лицо Джо, едва он замолкает.
          -- Я потерял скот, всех своих друзей и лахмана. Осталось только вот, --
    С этими словами Беркут достал из мешка вышитую уздечку. -- А седло снять не
    успел, времени не было...
          Джо вздохнул и посмотрел в сторону соляных долин -- ровных, как море в
    штиль. Банды разбойников появлялись там из ниоткуда и так же быстро
    растворялись на бескрайних просторах, будто тонули в полуденном мареве.
          -- Но того парня, их вожака, я запомнил хорошо. Уверен, что это твой
    знакомый.
          -- Он убийца.
          -- Как ты думаешь, твоему хозяину нужны работники? -- спросил вдруг Джо
          -- Вы хотите наняться к мистеру Каспару? -- удивился Майк. Ему
    казалось, что уж такой человек, как Беркут, не захочет работать простым
    пастухом
          -- Да, парень, мне нужна работа. Я на мели. Без хорошего лахмана я не
    человек, а на него сначала нужно заработать.

    2



          Под вечер стадо вернулось обратно на ферму, сопровождаемое пастухом и
    его новым знакомым.
          Завидев издали чужого человека, хозяин в сопровождении двух работников
    вышел за ворота.
          -- Кого ты привел, Майк? -- строго спросил Каспар, неприветливо
    уставившись на Беркута. Эта высокая фигура в длинном плаще показалась Нанту
    подозрительной.
          -- Он просто ищет работу, сэр. -- Майк пожал плечами и посмотрел на
    Джо. Тот коротко кивнул, показывая, что теперь обойдется без его помощи.
          -- Если ты просто бродя га-побирушка, то можешь проваливать. Я не подаю
    всяким бездельникам, -- раздраженно произнес Каспар. Спокойная уверенность
    незнакомца тревожила его. Не помогало даже присутствие двух дюжих
    работников.
          -- Я не бродяга, хозяин. Я гиптуккер...
          -- Ты гиптуккер? -- На лице Каспара появилась злорадная улыбка. -- А
    где же твой быстрый лахман?
          -- Я столкнулся с бандой разбойников всего в ста километрах отсюда...
    Одним из них был Лозмар.
          -- Лозмар? -- еще больше удивился Каспар. Это сообщение напрочь сбило
    его насмешливый настрой, и, махнув рукой, он сказал:
          -- Ладно, гиптуккер, заходи. Сегодня получишь ужин и место для ночевки
    в сарае. А завтра, может быть, подыщу для тебя какую-нибудь работенку. Как
    тебя зовут?
          -- Джо Беркут, хозяин, и большое тебе спасибо.
          -- За что спасибо-то? Я еще не сказал ничего определенного. Сказал
    "может быть"...
          -- Спасибо за ужин и за ночлег.
          Каспар не нашелся, что еще добавить, и, развернувшись, пошел к воротам.
    Его работники, выполнявшие роль охраны, последовали за хозяином. Один из
    них, обернувшись, дружески подмигнул Беркуту.
          Посчитав это хорошим знаком, Джо поправил заплечный мешок и пошел за
    ними следом и тут же оказался на широком дворе, где вовсю кипела жизнь.
    Несколько женщин суетились возле сложенной из обожженных кирпичей печи,
    готовя ужин. Двое конюхов тащили за упряжь упрямого лахмана, которому
    хотелось еще погулять со своей подругой.
          С десяток мальчишек, закончив плести корзины, перетаскивали в
    решетчатый сарай готовую продукцию и оставшиеся пучки лозы.
          Едва Джо остановился, как к нему подошел тот самый приветливый
    работник, который ему подмигивал.
          -- Меня зовут Батрейд, -- представился тот. -- Пойдем, я покажу тебе
    кровать, где ты будешь спать.
          -- Кажется, хозяин упомянул о сарае.
          -- Это он так -- для строгости. -- Батрейд улыбнулся, показав редкие
    зубы. -- На самом деле он ценит хороших работников. А по тебе видно, что ты
    хороший работник.
          -- Как ты определил?
          -- У тебя руки, как лопаты.
          -- Правда? -- Джо невольно посмотрел на свои руки. -- Действительно,
    как лопаты.

    3



          Помещение, где жили работники, представляло собой некое подобие
    казармы. Однако Джо досталась настоящая кровать, застеленная к тому же
    свежим бельем.
          Из признательности за такое уважительное к себе отношение он даже
    принял душ, хотя обычно делал это не чаще раза в месяц
          Потом был по-настоящему сытный ужин, какого он не едал уже давно, зато
    ночью полное брюхо не давало Джо уснуть, и он снова и снова вспоминал
    подробности гибели своих друзей. И стремительную скачку через долины.
          Раненый лахман вынес его, а затем рухнул. И еще полдня Джо шел пешком,
    пока не добрался до поросших горькой травой холмов.
          Здесь, в, чистой и сухой постели, казалось бы, спи и отдыхай, но уснуть
    не давала тревога. Джо опасался, что разбойники заявятся и сюда. Ведь их так
    много, а до фермы Каспара рукой подать, тем более что Лозмар знает эту ферму
    очень хорошо.
          В конце концов усталость взяла свое, и Джо стал погружаться в сон. Он
    увидел бескрайние поля васильков, увидел себя, помогавшего отцу вспахивать
    целину, но затем какой-то внешний звук, похожий на вздохи кузнечного меха,
    оторвал Джо от его путешествия в детство.
          -- Эй, новичок, -- послышалось совсем рядом, и Джо толкнули в плечо.
          -- А? Что? -- Гиптуккер очнулся, его рука скользнула в стоявший рядом с
    кроватью мешок. Там Джо держал свой пистолет.
          -- Ты пойдешь к Тритни, новичок9 -- спросил незнакомый
    голос.
          Джо понял, что это не нападение и пистолет доставать не нужно. Он
    откинулся на подушку.
          -- А кто такой Тритни?
          -- Не "такой", а "такая", -- пояснил неизвестный. -- Тритни -- это
    вроде общественной жены. Платишь четыре кредита в неделю и имеешь ее сколько
    хочешь. Но, конечно, только в свободное время.
          -- У меня нет денег, -- попытался отвертеться Джо.
          -- Для новичков первая неделя бесплатно...
          Мысли Джо путались, он не знал, что сказать. На конец брякнул первое,
    что пришло в голову:
          -- Я это... Я ударился о седло и теперь даже сижу с трудом, не то
    что...
          -- Бедняга... -- покатилось по "казарме". -- Сидит с трудом.
          Кто-то захихикал, а кто-то сочувственно покивал в темноте головой,
    видимо имея опыт подобной травмы.
          Между тем Тритии была где-то рядом -- это ее глубокие и прерывистые
    вздохи Джо принял во сне за кузнечные мехи.
          Он еще не успел снова погрузиться в сон, когда Тритни освободилась и
    подошла к его кровати. Где-то возле двери горел тусклый светильник, и в
    полутьме все казалось расплывчатым и таинственным. И Тритии показалась Джо
    вполне симпатичной женщиной. Ее потное разгоряченное тело блестело в слабом
    свете ночника. То, что нельзя было разобрать, без труда дорисовало
    воображение Джо Беркута.
          -- Так что с тобой случилось, милый? -- произнесла Тритии, присаживаясь
    на постель новичка.
          -- Я... -- Голос Джо зазвучал хрипло. -- Я болен, мэм...
          -- Могу я тебе чем-то помочь? -- В голосе Тритии слышалась явная
    насмешка.
          -- Не сейчас, мэм...
          -- Ну дай тебя хоть немного потрогать, чтобы лучше понять твою болезнь,
    -- насмешливо произнесла женщина, и ее руки проворно поползли под одеяло. --
    О, да ты не так уж безнадежен.
          Джо закрыл глаза, желая только одного -- чтобы Тритии убрала свои
    бесстыдные руки.
          -- Ладно, -- смилостивилась она. -- Могу спорить, что ты здесь лучший
    кавалер, но, раз не хочешь, неволить не буду
          Женщина поднялась с кровати и пошла прочь. Потом, остановившись,
    добавила:
          -- Учти, новенький, бесплатная неделя пролетит быстро. Будешь потом
    жалеть.
          "Не буду, -- подумал про себя Беркут. -- Пошла вон, шлюха".
          По правде говоря, Тритии проняла его до самых косточек, и ее дурманящие
    флюиды заставили Джо сопеть, как паровая машина, но забираться на бабу,
    когда не прошло и трех дней после гибели его друзей, Джо считал величайшим
    свинством.
          Тритци была видной женщиной, однако память о павших друзьях тоже что-то
    значила.
          Вскоре все разговоры стихли и работники стали погружаться в сон. Джо
    уже почти спал, когда его снова толкнули в плечо.
          -- Одевайся -- поговорить нужно.
          Беркут сразу узнал мистера Каспара, поэтому без лишних слов поднялся и,
    одевшись, пошел следом за ним. Они прошли через весь двор и оказались в
    длинном помещении, разгороженном на стойла для туков.
          Хозяин включил свет, и животные заволновались, перебирая ногами и с
    испугом глядя на появившихся не ко времени людей.
          -- Ну что скажешь, гиптуккер? -- спросил Каспар, испытующе глядя на
    Джо. А тот завороженно смотрел на статных туков, самцов и самок. Таких
    породистых и сильных животных он еще ни разу не видел. И было их в стойлах
    не меньше трех сотен.
          -- Удивлен, Беркут?
          -- Да, хозяин. Выглядят они отлично, только вот...
          -- Доятся тоже. И мальзива получается высший класс, и это, заметь, при
    стойловом содержании...
          -- Вы не выводите их на холмы?
          -- Нет конечно. -- Каспар самодовольно усмехнулся. -- Я тот человек,
    парень, кто вывел породу туков стойлового содержания. Прикидываешь, сколько
    стоят эти животные? Ведь им не обязательно жить здесь, на холмах. Если
    перегнать их через соляные долины, в Ларбени или в Куцак, они будут
    приносить огромные деньги.
          -- А те туки, что в загоне? -- спросил Джо, имея в виду небольшое
    стадо, которое пас Майк.
          -- Те на откорме. Когда наберут вес, я их продам.
          -- Но зачем вы мне все это показываете, мистер Каспар? Я же чужой
    человек и...
          -- Наплевать, -- отрезал хозяин и, подойдя к Джо ближе, добавил: -- Об
    этом богатстве знает Лозмар, и рано или поздно он сюда явится. А я в этих
    животных вложил тридцать лет кропотливого труда. Я перепродал не один
    десяток тысяч туков и по одному выбирал из всей массы лучших.
          -- Вы хотите, чтобы я перегнал ваших туков через соляные долины? --
    догадался Джо.
          -- Вот именно. И если это удастся, я дам тебе половину в нашем деле. Ты
    гиптуккер и ты умеешь обращаться с животными, а именно такой человек мне и
    нужен.
          -- Но гиптуккеров много. Почему именно я?
          -- Потому, что у тебя умное лицо, Беркут. Остальные твои друзья, ты уж
    извини, ничем не отличаются от скота, который они перегоняют... Держу пари,
    что ты окончил гимназию.
          Джо невольно усмехнулся и поправил:
          -- Колледж, сэр.
          -- Ну вот, я же вижу благородного человека, -- обрадовался хозяин. --
    Ну так что ты скажешь?
          Джо пожал плечами. Хорошо, конечно, иметь к старости теплый угол и
    гарантированную миску супа, но чтобы стать бизнесменом -- об этом он никогда
    не думал. До сих пор он был вполне доволен своей жизнью, но, может, как раз
    сейчас и стоит задуматься о будущем?
          -- Я, конечно, не против, сэр, -- наконец сказал Джо. -- От такого
    предложения грех отказываться, только перейти с таким стадом через соли --
    это будет нелегко.
          Разбойников стало слишком много. Может быть, проще остаться здесь,
    укрепить ферму и нанять охрану?
          -- Нет, этот вариант я уже обдумывал, -- возразил Каспар. -- Разбойники
    все больше мешают перегонять скот, и цены на него уже начали падать. Скоро и
    скупщики мальзивы станут занижать цены, поскольку не каждый из них захочет
    рисковать жизнью, чтобы добраться до наших холмов.
          -- А если по воздуху?
          -- Слишком дорого. На это уйдут все свободные деньги, а на что я тогда
    куплю на новом месте ферму?.. И потом, для грузового судна у нас нет
    посадочной площадки, на соль они садиться не желают, говорят, это опасно для
    турбин.
          -- Понятно. -- Джо окинул взглядом стоявший в стойлах отборный скот. --
    Пока что ничего конкретного сказать не могу, ведь чтобы пройти через долины,
    нужно точно знать, что предпримут разбойники. Одним словом, требуется
    подготовительная работа... У вас есть буер?..
          -- Буер?.. -- переспросил Каспар. -- Очень старый, в смысле давнишний,
    но за все время я выезжал на нем пару раз, не больше. Рулевой из меня
    никудышный.
          -- Нужно его осмотреть, проверить и привести в порядок. Если вы не
    возражаете, я займусь этим прямо с утра.
          -- Нет проблем, Беркут, -- согласился хозяин. -- Тебе нужны помощники?
          -- Мне бы подошел Майк. Он смышленый мальчишка. Надеюсь, вам есть кем
    его заменить?
          -- Заменим. Если нужен именно Майк -- заменим.

    4



          Утро выдалось солнечное, и это добавляло Майку хорошего настроения,
    ведь сегодня он впервые не пошел со стадом туков, а отправился с Джо
    Беркутом в большой сарай, где хранился буер мистера Каспара.
          Джо сразу сообщил Майку, что собирается заняться разведкой соляных
    долин, и тот был в восторге от перспективы погонять на настоящем буере.
    Иногда ему случалось видеть на горизонте их высокие паруса, однако сам он ни
    о чем подобном и не мечтал. И вот такая удача.
          Мистер Каспар был аккуратным хозяином, поэтому его буер находился в
    отличном состоянии. Джо и Майк вынесли из сарая разборные конструкции и
    стали монтировать раму. Когда она была готова, пришла очередь паруса -- его
    разложили на траве для просушки, а надувные колеса с блестящими спицами
    накачали и положили в тень, чтобы посмотреть, как они держат воздух.
          Немного передохнув и похрустев утянутым с кухни сахаром, Джо и Майк
    начали ставить колеса и натягивать парус.
          Уже перед самым обедом появился мистер Каспар и, увидев аппарат в
    полной готовности, удовлетворенно кивнул:
          -- Молодцы, ребята. Я уже не думал, что когда-нибудь эта птица снова
    будет летать.
          -- После обеда, сэр, мы сможем испытать ее на соли, -- сказал Джо.
          -- Хорошо, возьмите повозку с Пуцелином. Майк знает -- это наш ломовой
    лахман.
          -- А я думал, мы поедем на буере прямо отсюда, -- удивленно сказал
    Майк.
          Каспар и Джо засмеялись.
          -- Нет, Майк, -- пояснил Джо -- Буер -- птица гордая, он не побежит по
    кочкам да холмам. Ему нужен простор. Так что давай его разберем, чтобы сразу
    после обеда перевезти в долину.
          За завтраком работники пытались то один, то другой завести разговор с
    Майком, чтобы выведать, чем он занимался вместе с новым работником, однако
    тот отмалчивался, а спросить у самого Джо никто не решался Уж больно
    неприступен он был на вид.