Страница:
Несмотря на «образованные» сомнения, внутреннее ощущение подсказывало: киник-скиф, оставаясь глубоко преданным Гилее, своей родине и территории будущей метанации, при этом закономерно не чужд ни поклонению Гераклу, ни кинизму, ни тем событиям, которые, по
неугодническимпророчествам, выделяли древний Иерусалим из множества городов.
Только где искать обоснование этой неведомой закономерности?
Приведённая часть логоса «отца истории» Геродота о Скифии и даёт это обоснование!
Если уж Гилея и Геракл (в восприятии дошедших до нас кинических авторов, Геракл — первокиник; киник —от арабского «быстро продвигаться») совместимы в подсознании греков, то тем более они совместимы в гилеянине!
Выразимся изящней: чего бы на территории Гилеи ангажированные властью идеологи ни внушали исполнителям, неугодникиз числа коренных жителей Гилеи не мог, подобно младшему сыну женщины-змеи, не опоясаться на манер никогда не виденного им воочию Отца. Тем более, если с младенчества оказался вне досягаемости идеологов-путаников. Пребывание в заложниках Рима, где был храм, посвящённый Геркулесу-Гераклу, своеобразное одиночество, оказалось для Киника благословением — облегчило его возврат к «кладовым» родовой памяти!
Детали описания пребывания Геракла в Гилее весьма интересны.
Второй лук, который Геракл прихватил в Гилею, чтобы с его помощью указать единственному своемусыну наилучшее место для проживания, раскрывает в Геракле прорицателя или провозвестника.
Кстати, самые «крутые» предсказатели Зевса — в Додоне — спали на голой земле и не мыли ног, чтобы не разобщаться с матушкой-землёй, носительницей знания о прошлом и будущем. Не случайно Геракл ходил босым. Тема памяти земли поднимается в главе «Священная земля Болграда».
А деталь с характерным опоясыванием, как вернейший способ познания глубинной сущности человека! Она показывает, что Геракл был грамотен и мировоззренчески: был прекрасно осведомлён о великой роли родовой памяти в жизни человека. Именно великой, иначе пропагандисты всех иерархий не пытались бы столь старательно из людей это знание вышибить, подменяя на ложь и суррогаты — на концепцию «чистого листа бумаги» или веру в переселение душ.
Но истинные гилеяне о родовой памяти должны если не знать (на уровне рацио, словесных формулировок), то хотя бы интуитивно догадываться — тем являя себя истинными потомками Геракла.
Итак, всякий истинный гилеянин — копьеметатель (в огромный лук Геракла закладывалась стрела не обычного размера, а, скорее, копьё), у которого на «видном месте» в библиотеке родовой памяти оказываются два образа: первокиника и императрицы-змеи.
Разве образы, мелькавшие в сознании Киника, размышляющего, лёжа в книгохранилище на полу(!!! Ай да я! ай да сукин сын! и здесь «угадал»!), не таковы? (Вот-вот, я и сам удивился возможности обосновать верность его образов!) Разве не такой человек должен был быть послан на помощь Пилату — подобное к подобному? Кому, как не гилеянину, сыну женщины-змеи, по силам (опыту предков) понять странное положение, в котором оказался «удачно» женатый, но нелюбимый всеми иерархиями префект Иудеи?
Тексты Геродота, несмотря на тысячелетия войн и бедствий для нас сохранённые, сообщают нам и ещё нечто ценное.
11. Существует ещё и третье сказанье (ему я сам больше всего доверяю). Оно гласит так. Кочевые племена скифов обитали в Азии. Когда массагеты вытеснили их оттуда военной силой, скифы перешли Аракс и прибыли в киммерийскую землю (страна, ныне населённая скифами, как говорят, издревле принадлежала киммерийцам). С приближением скифов киммерийцы стали держать совет, что им делать пред лицом многочисленного вражеского войска. И вот на совете мнения разделились. Хотя обе стороны упорно стояли на своём, но победило предложение царей. Народ был за отступление, полагая ненужным сражаться с таким множеством врагов. Цари же, напротив, считали необходимым упорно защищать родную землю от захватчиков. Итак, народ не внял совету царей, а цари не желали подчиниться народу. Народ решил покинуть родину и отдать захватчикам свою землю без боя; цари же, напротив, предпочли скорее лечь костьми в родной земле, чем спасаться вместе с народом… Приняв такое решение, киммерийцы разделились на две равные части и начали между собой борьбу. Всех павших в братоубийственной войне народ киммерийский похоронил у реки Тираса (могилу царей там можно видеть ещё и поныне). После этого киммерийцы покинули свою землю, а пришедшие скифы завладели безлюдной страной.
12. И теперь ещё в Скифской земле существуют киммерийские укрепления и киммерийские переправы… Спасаясь бегством от скифов в Азию, киммерийцы, как известно, заняли полуостров там, где ныне эллинский город Синопа…
Во времена Тиберия город Синоп в римскую провинцию Понт не входил, хотя от границ Понта до Синопа — рукой подать. А в Понтийское царство Синоп очень даже входил. Так что наличие киммерийской крови (согласно комментариям, киммерийцы жили на территории современной Кубани. — См. Геродот, История. М., Ладомир—АСТ, 1999) в Понтии Пилате весьма вероятно.
Конечно, сообщения Геродота надо критически осмысливать, а то, если понимать их буквально, получается, что у киммерийцев каждый второй был царём — ведь написано, что они поделились поровну, причём численность царей была сопоставима с численностью народа! Скифы-захватчики явно носители духа Геракла — Геродот прямо говорит о кочевниках, а гераклиды по духу — жители леснойГилеи.
Итак, на территории нынешней Кубани некогда жили киммерийцы, внутри этого народа при приближении орд захватчиков началась гражданская война. Всё психологически достоверно: только в замороченном сознании адепта суверенитизма приближение врага должно вести к сплочению народа, дескать, потому что выгодноради самосохранения. На самом же деле при приближении орд могущественного своей гипнотической силой вождя, а тем более сверхвождя, толпари начинают послушно истреблять сами себя, прежде чем выживших обратят в рабство или уничтожат. Так было и при осаде Иерусалима Титом в I веке нашей эры, так было и во времена Тамерлана в Азии, так было в России в 1917-м, так было и в Испании при нависшем над нею Гитлером.
Как и во всякой гражданской войне, население полностью перебито не было — часть киммерийцев осталась у родных очагов, а часть по берегу Чёрного моря (Понта Эвксинского) ушла в Малую Азию.
Так что если подходить к вопросу национальности Пилата вероятностно, то можно предположить, что в его жилах текла и киммерийская кровь тоже. Таким образом, у выходца из провинции Понт на полпути к Ра-реке (ныне Волга), на Кубани, жила «родня». А как порой хочется навестить именно дальнюю родню!
Но может, у Пилата и на Ра-реке жили соплеменники?
В самом деле, а какие ещё народы населяли провинцию Понт?
Ба! Знакомые всё лица! Чуть ли не половину Малой Азии и юго-западные предгорья Кавказа населяли армяне! Римская провинция Понт была разве что не в центре заселённых ими территорий! А Митридат VI Евпатор, последний до-римский царь Понтийского царства, был другом и союзником Тиграна II, царя Армении.
С римских времён многое изменилось. Армяне жили в Малой Азии до 1915 года — до времени тотального геноцида их турками. Тогда несколько миллионов армян было вырезано, миллион предпочли Запад, несколько сот тысяч ушли в Армению (нынешнюю), где большинство из них погибло от холода и голода, а примерно миллион армян — в Россию.
Таким образом, если рассуждать узко вероятностно, отталкиваясь только от национального состава населения Понта, то величайший автор всех времён и народов был, скорее всего, армянином!
А армяне народ не только умельцев-строителей, но и торговцев, и трудно представить, что их «представительств» не было на таком торговом пути, как Ра-река. «Таком» — в том смысле, что он был не первостепенным и потому для чемпионов торговли из ойкумены мало интересен.
Итак, Пилат, покидая территории, охваченные деятельностью изгнавших его иерархий — римско-административной-«внешнической», еврейской («внутреннической» и тем более «иудо-внутреннической»), «сыно»-«христианской», и, видимо, хотя прямых указаний нет, «когорты» тоже, — в поисках созвучного его душе и духу месту на границах Гилеи и Гипербореи, идти должен был самым простым путём — через места проживания «соплеменников» — через Кубань и вверх по Ра-реке.
Эта реконструкция ничего особенного собой не представляет, обычная милицейская разработка: объявленный в розыск редко оказывается в незнакомом для себя месте, чаще в «родном» — там его и берут. Если бы отрядили группу оперуполномоченных того времени разыскать Пилата, то они, выявив хотя бы половину обсуждённых в главах «Комментариев» связей, соединяющих Пилата с Гипербореей, Гилеей и Ра-рекой, и не обнаружив ни одной, связывающей его с другими частями света, отправились бы вверх по Ра-реке и объявленного в розыск армянина разыскали бы легко.
Это то, что на поверхности.
Есть и иные лучи. Духовное притяжение Пилата к Гилее было подкреплено ещё и общением с Киником. Подобное — к подобному…
(Можно сказать и так: Киник ровнял путь Пилату ещё и для отхода.)
Чем глубже погружаюсь в изучение сохранившихся исторических свидетельств, тем очевиднее становится, что Киник с Пилатом должны были понимать друг друга с полуслова. Даже их боги произрастают от одного подсознательного корня: и Аполлон, и Геракл побывали в рабстве (редчайшая среди богов деталь биографии!), оба — лучники (копьеметатели?), оба — своеобразные образцы мужественности, оба — провозвестники; и это только то, что попало в энциклопедии, то есть хоть как-то воспринимается массовым сознанием.
То, что предположение об армянской крови Пилата верно, можно убедиться и по некоторым чертам сегодняшней жизни. Неугодникрождается свыше благодатью Божьей, но принять благодать надо согласиться, что редкость. Это на «бульваре» пытаются представить «генеалогическое древо» «истинно верующих» так: предки всё скоты, скоты, скоты — а потом вдруг р-раз! — «святой» выродился. В определённом смысле верно: на «бульваре» «святыми» всегда признаются яркие некрофилы.
Появление Иисуса предваряли много людей из разных народов, влившихся в метанацию той эпохи (один из примеров — Руфь). Что закономерно: подобное к подобному. Если позволительно употребить такое слово, одухотворённая составная кровь неугодникаАвраама (не все потомки Авраама мужского пола были егосыновьями) в веках сливалась с одухотворённой кровью неугодниковиз других народов.
Пример: семья Иисуса: Мария, мать Иисуса, Иосиф, муж Марии, Креститель, племянник Марии, Елисавета, мать Крестителя, Захария, отец Крестителя — три независимых ветви притянулись друг к другу. Такая концентрация неугодников —аномалия среди «нормальных» евреев. Но аномалия посреди богопротивного в целом народа отнюдь не случайная.
Эту мысль можно выразить и так: способность принять талантво многом «зарабатывается» благородством предков. Креститель и даже Иисус — не отклонения. Чудо чудом, но Иисус родился не в каком-то народе, а именно в метанации (той эпохи). Точно так же, как метанация нашей эпохи непременно произведёт плод, который не смогли, несмотря ни на какие рациональные усилия, взрастить в других народах.
Иными словами, автор Протоевангелия мог родиться только в том народе, где неугодникии прежде были не редкостью.
Таким образом, подтверждение предположения о высокой вероятности того, что Пилат был армянином, должно подтверждаться реликтовым присутствием неугодниковв армянском народе.
Какие в нынешний, самый трудный период истории России народы из бывшего Социалистического Содружества остались друзьями России?
Всякие разные «православные» Болгарии с Украинами и Грузиями, и прочие Польши почти поголовно перебежали на сторону строителей всемирной иерархии и не знают, каким ещё образом предать недавнего союзника.
На стороне России остались: Белоруссия, Сербия, Вьетнам и Армения. Белорусы — понятно, можно сказать, мы так перемешались, что давно уже стали единым народом (хотя мы потому так и перемешались, что психология близка). Близкие с нашими реакции части сербов, как было выяснено в «КАТАРСИСе-2», следствие не их православности и славянства, а векового притяжения к этим территориям носителей духа неугодничества. Но пусть русские действительно славяне (теория, в XIX веке проплаченная немецкими властителями над Россией, ничем не подтверждённая), но с какой стати армяне (кавказцы и неправославные христиане-григорианцы) — наши союзники? Уж они-то точно не славяне и не православные, однако… Грузины — православные, и должны, казалось бы, быть к нам ближе, чем армяне… Однако ж, всё наоборот.
Но эта близость к нам армян, по чертам лица на русских совершенно не похожих, проявлялась не только в наши дни. Вспомним Великую Отечественную. Азербайджанская ССР дала, согласно советским справочникам, двадцать семь Героев Советского Союза. В справочниках, жалко, не упоминается, что из них двадцать шесть были армянами из Нагорного Карабаха… Конечно, показатель не очень корректный, но лучшего у меня пока нет, может, к следующему изданию читатели что и подскажут…
Впрочем, и так невооружённым глазом видно, что армяне отличаются от почти всех кавказцев. Сродство армян с русскими того же происхождения, что и у белорусов с сербами.
Можно себе только представить каковы были армяне две тысячи лет назад, до многовекового исхода армян- неугодниковв Россию. Появление в такомнароде автора Протоевангелия не удивительно.
На южном побережье Понта Эвксинского были торговые полисы, населённые преимущественно греками, а также не помнящими родства карфагенянами и очень даже помнящими евреями — народами явно «внутренническими». Судя по тому, что Пилат был из всаднической семьи, следовательно, вливание крови из полиса, как говорится о прискорбных фактах, увы, было. Но это плоть, интересная лишь постольку, поскольку Пилат её преодолел — в своём роду явно не первый.
Так что, если говорить о значимом, была в Пилате и илионская кровь, и кровь изгнанного евреями-толпарями «иосифа», и, соответственно, кровь египетского жречества (хотя бы через жену Иосифа Асенефу, дочь жреца Солнца Потифера. — См. Быт. 41:45), влилась в него, наверно, и скифская с гилеянской (что не удивительно в тысячелетней перспективе), — словом, образовалась своеобразная мини-метанация в лице одного человека, но с точки зрения, так скажем, паспортной он был, весьма вероятно, армянин.
Хотя его потомки — преимущественно русские.
«Преимущественно» потому, что перед Пилатом были серьёзные препятствия на пути к желанному верховью Волги (а Москва расположена в центре земель, охватываемых Волгой с трёх сторон — неповторимое место): одно дело — личное мужество в психологическом противостоянии стае, а другое — комплекс переживаний южанина, когда он в первый раз проваливается в снег по пояс.
А это удовольствие можно испытать уже под Сталинградом.
Так что Пилат продвигался вверх по Волге постепенно, может быть, и не в одном поколении, соответственно, оставляя некоторую часть потомков и братьев ниже по течению. А там не все называют себя русскими.
часть пятая
глава тридцать четвёртая
Только где искать обоснование этой неведомой закономерности?
Приведённая часть логоса «отца истории» Геродота о Скифии и даёт это обоснование!
Если уж Гилея и Геракл (в восприятии дошедших до нас кинических авторов, Геракл — первокиник; киник —от арабского «быстро продвигаться») совместимы в подсознании греков, то тем более они совместимы в гилеянине!
Выразимся изящней: чего бы на территории Гилеи ангажированные властью идеологи ни внушали исполнителям, неугодникиз числа коренных жителей Гилеи не мог, подобно младшему сыну женщины-змеи, не опоясаться на манер никогда не виденного им воочию Отца. Тем более, если с младенчества оказался вне досягаемости идеологов-путаников. Пребывание в заложниках Рима, где был храм, посвящённый Геркулесу-Гераклу, своеобразное одиночество, оказалось для Киника благословением — облегчило его возврат к «кладовым» родовой памяти!
Детали описания пребывания Геракла в Гилее весьма интересны.
Второй лук, который Геракл прихватил в Гилею, чтобы с его помощью указать единственному своемусыну наилучшее место для проживания, раскрывает в Геракле прорицателя или провозвестника.
Кстати, самые «крутые» предсказатели Зевса — в Додоне — спали на голой земле и не мыли ног, чтобы не разобщаться с матушкой-землёй, носительницей знания о прошлом и будущем. Не случайно Геракл ходил босым. Тема памяти земли поднимается в главе «Священная земля Болграда».
А деталь с характерным опоясыванием, как вернейший способ познания глубинной сущности человека! Она показывает, что Геракл был грамотен и мировоззренчески: был прекрасно осведомлён о великой роли родовой памяти в жизни человека. Именно великой, иначе пропагандисты всех иерархий не пытались бы столь старательно из людей это знание вышибить, подменяя на ложь и суррогаты — на концепцию «чистого листа бумаги» или веру в переселение душ.
Но истинные гилеяне о родовой памяти должны если не знать (на уровне рацио, словесных формулировок), то хотя бы интуитивно догадываться — тем являя себя истинными потомками Геракла.
Итак, всякий истинный гилеянин — копьеметатель (в огромный лук Геракла закладывалась стрела не обычного размера, а, скорее, копьё), у которого на «видном месте» в библиотеке родовой памяти оказываются два образа: первокиника и императрицы-змеи.
Разве образы, мелькавшие в сознании Киника, размышляющего, лёжа в книгохранилище на полу(!!! Ай да я! ай да сукин сын! и здесь «угадал»!), не таковы? (Вот-вот, я и сам удивился возможности обосновать верность его образов!) Разве не такой человек должен был быть послан на помощь Пилату — подобное к подобному? Кому, как не гилеянину, сыну женщины-змеи, по силам (опыту предков) понять странное положение, в котором оказался «удачно» женатый, но нелюбимый всеми иерархиями префект Иудеи?
Тексты Геродота, несмотря на тысячелетия войн и бедствий для нас сохранённые, сообщают нам и ещё нечто ценное.
11. Существует ещё и третье сказанье (ему я сам больше всего доверяю). Оно гласит так. Кочевые племена скифов обитали в Азии. Когда массагеты вытеснили их оттуда военной силой, скифы перешли Аракс и прибыли в киммерийскую землю (страна, ныне населённая скифами, как говорят, издревле принадлежала киммерийцам). С приближением скифов киммерийцы стали держать совет, что им делать пред лицом многочисленного вражеского войска. И вот на совете мнения разделились. Хотя обе стороны упорно стояли на своём, но победило предложение царей. Народ был за отступление, полагая ненужным сражаться с таким множеством врагов. Цари же, напротив, считали необходимым упорно защищать родную землю от захватчиков. Итак, народ не внял совету царей, а цари не желали подчиниться народу. Народ решил покинуть родину и отдать захватчикам свою землю без боя; цари же, напротив, предпочли скорее лечь костьми в родной земле, чем спасаться вместе с народом… Приняв такое решение, киммерийцы разделились на две равные части и начали между собой борьбу. Всех павших в братоубийственной войне народ киммерийский похоронил у реки Тираса (могилу царей там можно видеть ещё и поныне). После этого киммерийцы покинули свою землю, а пришедшие скифы завладели безлюдной страной.
12. И теперь ещё в Скифской земле существуют киммерийские укрепления и киммерийские переправы… Спасаясь бегством от скифов в Азию, киммерийцы, как известно, заняли полуостров там, где ныне эллинский город Синопа…
Во времена Тиберия город Синоп в римскую провинцию Понт не входил, хотя от границ Понта до Синопа — рукой подать. А в Понтийское царство Синоп очень даже входил. Так что наличие киммерийской крови (согласно комментариям, киммерийцы жили на территории современной Кубани. — См. Геродот, История. М., Ладомир—АСТ, 1999) в Понтии Пилате весьма вероятно.
Конечно, сообщения Геродота надо критически осмысливать, а то, если понимать их буквально, получается, что у киммерийцев каждый второй был царём — ведь написано, что они поделились поровну, причём численность царей была сопоставима с численностью народа! Скифы-захватчики явно носители духа Геракла — Геродот прямо говорит о кочевниках, а гераклиды по духу — жители леснойГилеи.
Итак, на территории нынешней Кубани некогда жили киммерийцы, внутри этого народа при приближении орд захватчиков началась гражданская война. Всё психологически достоверно: только в замороченном сознании адепта суверенитизма приближение врага должно вести к сплочению народа, дескать, потому что выгодноради самосохранения. На самом же деле при приближении орд могущественного своей гипнотической силой вождя, а тем более сверхвождя, толпари начинают послушно истреблять сами себя, прежде чем выживших обратят в рабство или уничтожат. Так было и при осаде Иерусалима Титом в I веке нашей эры, так было и во времена Тамерлана в Азии, так было в России в 1917-м, так было и в Испании при нависшем над нею Гитлером.
Как и во всякой гражданской войне, население полностью перебито не было — часть киммерийцев осталась у родных очагов, а часть по берегу Чёрного моря (Понта Эвксинского) ушла в Малую Азию.
Так что если подходить к вопросу национальности Пилата вероятностно, то можно предположить, что в его жилах текла и киммерийская кровь тоже. Таким образом, у выходца из провинции Понт на полпути к Ра-реке (ныне Волга), на Кубани, жила «родня». А как порой хочется навестить именно дальнюю родню!
Но может, у Пилата и на Ра-реке жили соплеменники?
В самом деле, а какие ещё народы населяли провинцию Понт?
Ба! Знакомые всё лица! Чуть ли не половину Малой Азии и юго-западные предгорья Кавказа населяли армяне! Римская провинция Понт была разве что не в центре заселённых ими территорий! А Митридат VI Евпатор, последний до-римский царь Понтийского царства, был другом и союзником Тиграна II, царя Армении.
С римских времён многое изменилось. Армяне жили в Малой Азии до 1915 года — до времени тотального геноцида их турками. Тогда несколько миллионов армян было вырезано, миллион предпочли Запад, несколько сот тысяч ушли в Армению (нынешнюю), где большинство из них погибло от холода и голода, а примерно миллион армян — в Россию.
Таким образом, если рассуждать узко вероятностно, отталкиваясь только от национального состава населения Понта, то величайший автор всех времён и народов был, скорее всего, армянином!
А армяне народ не только умельцев-строителей, но и торговцев, и трудно представить, что их «представительств» не было на таком торговом пути, как Ра-река. «Таком» — в том смысле, что он был не первостепенным и потому для чемпионов торговли из ойкумены мало интересен.
Итак, Пилат, покидая территории, охваченные деятельностью изгнавших его иерархий — римско-административной-«внешнической», еврейской («внутреннической» и тем более «иудо-внутреннической»), «сыно»-«христианской», и, видимо, хотя прямых указаний нет, «когорты» тоже, — в поисках созвучного его душе и духу месту на границах Гилеи и Гипербореи, идти должен был самым простым путём — через места проживания «соплеменников» — через Кубань и вверх по Ра-реке.
Эта реконструкция ничего особенного собой не представляет, обычная милицейская разработка: объявленный в розыск редко оказывается в незнакомом для себя месте, чаще в «родном» — там его и берут. Если бы отрядили группу оперуполномоченных того времени разыскать Пилата, то они, выявив хотя бы половину обсуждённых в главах «Комментариев» связей, соединяющих Пилата с Гипербореей, Гилеей и Ра-рекой, и не обнаружив ни одной, связывающей его с другими частями света, отправились бы вверх по Ра-реке и объявленного в розыск армянина разыскали бы легко.
Это то, что на поверхности.
Есть и иные лучи. Духовное притяжение Пилата к Гилее было подкреплено ещё и общением с Киником. Подобное — к подобному…
(Можно сказать и так: Киник ровнял путь Пилату ещё и для отхода.)
Чем глубже погружаюсь в изучение сохранившихся исторических свидетельств, тем очевиднее становится, что Киник с Пилатом должны были понимать друг друга с полуслова. Даже их боги произрастают от одного подсознательного корня: и Аполлон, и Геракл побывали в рабстве (редчайшая среди богов деталь биографии!), оба — лучники (копьеметатели?), оба — своеобразные образцы мужественности, оба — провозвестники; и это только то, что попало в энциклопедии, то есть хоть как-то воспринимается массовым сознанием.
То, что предположение об армянской крови Пилата верно, можно убедиться и по некоторым чертам сегодняшней жизни. Неугодникрождается свыше благодатью Божьей, но принять благодать надо согласиться, что редкость. Это на «бульваре» пытаются представить «генеалогическое древо» «истинно верующих» так: предки всё скоты, скоты, скоты — а потом вдруг р-раз! — «святой» выродился. В определённом смысле верно: на «бульваре» «святыми» всегда признаются яркие некрофилы.
Появление Иисуса предваряли много людей из разных народов, влившихся в метанацию той эпохи (один из примеров — Руфь). Что закономерно: подобное к подобному. Если позволительно употребить такое слово, одухотворённая составная кровь неугодникаАвраама (не все потомки Авраама мужского пола были егосыновьями) в веках сливалась с одухотворённой кровью неугодниковиз других народов.
Пример: семья Иисуса: Мария, мать Иисуса, Иосиф, муж Марии, Креститель, племянник Марии, Елисавета, мать Крестителя, Захария, отец Крестителя — три независимых ветви притянулись друг к другу. Такая концентрация неугодников —аномалия среди «нормальных» евреев. Но аномалия посреди богопротивного в целом народа отнюдь не случайная.
Эту мысль можно выразить и так: способность принять талантво многом «зарабатывается» благородством предков. Креститель и даже Иисус — не отклонения. Чудо чудом, но Иисус родился не в каком-то народе, а именно в метанации (той эпохи). Точно так же, как метанация нашей эпохи непременно произведёт плод, который не смогли, несмотря ни на какие рациональные усилия, взрастить в других народах.
Иными словами, автор Протоевангелия мог родиться только в том народе, где неугодникии прежде были не редкостью.
Таким образом, подтверждение предположения о высокой вероятности того, что Пилат был армянином, должно подтверждаться реликтовым присутствием неугодниковв армянском народе.
Какие в нынешний, самый трудный период истории России народы из бывшего Социалистического Содружества остались друзьями России?
Всякие разные «православные» Болгарии с Украинами и Грузиями, и прочие Польши почти поголовно перебежали на сторону строителей всемирной иерархии и не знают, каким ещё образом предать недавнего союзника.
На стороне России остались: Белоруссия, Сербия, Вьетнам и Армения. Белорусы — понятно, можно сказать, мы так перемешались, что давно уже стали единым народом (хотя мы потому так и перемешались, что психология близка). Близкие с нашими реакции части сербов, как было выяснено в «КАТАРСИСе-2», следствие не их православности и славянства, а векового притяжения к этим территориям носителей духа неугодничества. Но пусть русские действительно славяне (теория, в XIX веке проплаченная немецкими властителями над Россией, ничем не подтверждённая), но с какой стати армяне (кавказцы и неправославные христиане-григорианцы) — наши союзники? Уж они-то точно не славяне и не православные, однако… Грузины — православные, и должны, казалось бы, быть к нам ближе, чем армяне… Однако ж, всё наоборот.
Но эта близость к нам армян, по чертам лица на русских совершенно не похожих, проявлялась не только в наши дни. Вспомним Великую Отечественную. Азербайджанская ССР дала, согласно советским справочникам, двадцать семь Героев Советского Союза. В справочниках, жалко, не упоминается, что из них двадцать шесть были армянами из Нагорного Карабаха… Конечно, показатель не очень корректный, но лучшего у меня пока нет, может, к следующему изданию читатели что и подскажут…
Впрочем, и так невооружённым глазом видно, что армяне отличаются от почти всех кавказцев. Сродство армян с русскими того же происхождения, что и у белорусов с сербами.
Можно себе только представить каковы были армяне две тысячи лет назад, до многовекового исхода армян- неугодниковв Россию. Появление в такомнароде автора Протоевангелия не удивительно.
На южном побережье Понта Эвксинского были торговые полисы, населённые преимущественно греками, а также не помнящими родства карфагенянами и очень даже помнящими евреями — народами явно «внутренническими». Судя по тому, что Пилат был из всаднической семьи, следовательно, вливание крови из полиса, как говорится о прискорбных фактах, увы, было. Но это плоть, интересная лишь постольку, поскольку Пилат её преодолел — в своём роду явно не первый.
Так что, если говорить о значимом, была в Пилате и илионская кровь, и кровь изгнанного евреями-толпарями «иосифа», и, соответственно, кровь египетского жречества (хотя бы через жену Иосифа Асенефу, дочь жреца Солнца Потифера. — См. Быт. 41:45), влилась в него, наверно, и скифская с гилеянской (что не удивительно в тысячелетней перспективе), — словом, образовалась своеобразная мини-метанация в лице одного человека, но с точки зрения, так скажем, паспортной он был, весьма вероятно, армянин.
Хотя его потомки — преимущественно русские.
«Преимущественно» потому, что перед Пилатом были серьёзные препятствия на пути к желанному верховью Волги (а Москва расположена в центре земель, охватываемых Волгой с трёх сторон — неповторимое место): одно дело — личное мужество в психологическом противостоянии стае, а другое — комплекс переживаний южанина, когда он в первый раз проваливается в снег по пояс.
А это удовольствие можно испытать уже под Сталинградом.
Так что Пилат продвигался вверх по Волге постепенно, может быть, и не в одном поколении, соответственно, оставляя некоторую часть потомков и братьев ниже по течению. А там не все называют себя русскими.
часть пятая
«Пророческая „бригада”» — над и вне времени. Подходы к теории жизни
глава тридцать четвёртая
«Пророческая „бригада”»: хресмологи (Даниил, Иоанн Богослов и др.), профеты (Иоанн, Павел и др.), мантис Понтий Пилат, провозвестники и иные
В «молитвенном доме» любой протестантской деноминации пасторы рассаженным в правильные ряды внимающим верующим по меньшей мере раз в месяц «открывают глаза» на то, что русским словом «любовь» (английским словом love, и т. п.) богатство смыслов Евангелия не перевести, дескать, в древнегреческом языке по меньшей мере пять несовпадающих по смыслу слов (любовь братская, возвышенная, плотская и др.), а переводят их одним словом.
Одними только этими повторениями можно свести с ума и, следовательно, психоэнергетически подчинить подсознание исполнителей воле лидера-некрофила — но речь сейчас не об этом, а о важной для осмысления жизни и, следовательно, овладения ею, многозначности ряда слов.
Весьма поучительно то, что эти пасторы ни словом ни полсловом не обмолвливаются о том, что многочисленные греческие слова, которые в словарях по всему миру переводятся одним словом «пророк», тоже далеко не синонимы. Напрашивается предположение, что, в отличие от подавляющих маятникообразных «размышлений» о пяти видах «любви», знание о специализации пророков каким-то образом приближает человека к раскрепощению, глубинной самореализации, выходу из-под власти иерархии. Потому сектантские пасторы и не знают о специализации пророков, а иерархобогословы и вовсе костьми лягут на пути этого знания. Что не удивительно: они сами такое же стадо, как и их паства.
Но нашёлся человек, который «отбился от стада». Понятно, что это — россиянка, Елена Владимировна Приходько ( Е.В.Приходько.Двойное сокровище. М., Прогресс-Традиция, 1999).
Анализируя античные тексты, она выяснила, что многочисленные «пророки» — далеко не одно и то же.
Потребность древних в целом комплексе слов объясняется просто (хотя этот вывод автором прямо и не сформулирован): Истина от Бога людям передаётся не одним человеком, а целой, если допустимо это слово, «бригадой» пророков, каждый со своей «специализацией».
У многоуважаемой Елены Владимировны в её весьма ценном труде есть некоторые недоработки — она, к примеру, подвержена суеверию, что абсолютное большинство людей отнюдь не некрофилы, но стремятся к благу и к жизни, дескать, они — суверенные личности. Через эту мировоззренческую прореху в результаты её исследования задувает много путаницы. В частности, непонятны причины особой популярности у толпы не пророков, а лжепророков. Систематическое предпочтение лжепророков она объясняет, в конечном счёте, статистической погрешностью — дескать, ошиблись случайно.
Приверженность вдалбливаемой вере в отсутствие родовой памяти не позволяет увидеть генетическую связь «гадателя» и «прорицателя», и становится неясна противоположность их провозвестнику.
Тема талантаи вовсе не затрагивается, что при такой путанице естественно.
И так далее.
Поэтому, чтобы не путать читателя, некоторые выявленные Е.В.Приходько «специальности» переосмыслим с позиций теории стаи —как «специальности» участников «пророческой „бригады”».
Хресм ` олог — это человек, который способен видеть будущие события на тысячи лет вперёд, как правило, до конца мира зла. Всемирная история интересует хресмолога как целое. Он не указывает сроки исполнения череды открывшихся ему событий. Они произойдут, и притом в той самой увиденной им последовательности, а когда — не важно. Безразличие к срокам естественно: хресмолог как бы уже в вечности, будущие события им уже пережиты, детали заслонены грандиозностью смысла целого. Самые известные хресмологи — Сивиллы, Лисистрат, Даниил, Иоанн Богослов*. (Этнологи заметили, что астрономическая хронология появляется у народов лишь в период их завоевательской активности — полезная информация при размышлении над смыслом жизни и времени.)
* Автор, ничего конкретно не утверждая, допускает, что авторы Откровения (Иоанн Богослов) и Евангелия от Иоанна могут быть разными людьми, на том основании, что темы, затрагиваемые ими, уж слишком разнородны. (Примеч. ред.)
Гадатель (птицегадатель, фимиамогадатель, гадатель по печени животных и т. п.) — носитель не дара свыше, но лишь ремеслапредсказывать будущее по знакам. Гадателем может стать любойчеловек, для этого достаточно одного только усердия. С точки зрения логоса о таланте,Бог гадателя к обучению именно этому ремеслу не призывал. Более того, прозябая без таланта, гадатель всё более и более погружается в сатанизм, так что наблюдаемая повышенная некрофилия выпускников курсов ясновидения, будь то дешёвых или дорогостоящих, далеко не случайна. Однако власть имущие, боящиеся некоторых маршрутов развития событий, в гадателях нуждаются и готовы им платить и к себе приближать. При Понтии Пилате, вернее при его должности, были закреплены двое авгуров-гаруспиков (птицегадателей), наделённых правом «вето» в ряде областей его деятельности как префекта. Кто знает, не стояли ли эти некрофилы-гипнотизёры в день Суда за судейским местом на Лифостротоне, готовые воспользоваться своим правом «вето» в случае оправдательного приговора. Несомненно, оба были людьми Уны…
Прорицатель. Гадатели тоже оставляют детей и внуков, среди них нет-нет да появляется невротик, проваливающийся в ярконекрофилического предка. Этот потомок обнаруживает в себе, среди прочего, способность к предсказанию будущего — вроде бы не ремесленного происхождения. Естественно, мысли о наличии родовой памяти у носителей этого «дара свыше» не в почёте, ведь в таком случае может быть выявлен скрываемый «цвет» их души. Итак, умение предсказывать без специального обучения далеко не всегда свидетельствует о том, что это умение — дар Божий.
Провозвестник — духовная и психологическая противоположность прорицателя, ибо предсказание недалёкого будущего — его талант. В «Деяниях апостолов» мы постоянно сталкиваемся с тем, что апостолам будущее предсказывали другие христиане (Агав — см. Деян. 11:27, 28; четыре дочери Филиппа-благовестника — см. Деян. 21:8, 9; и т. п.). Получается, способность предсказывать будущее — не всеобщее свойство вставших на Путь. Даже апостол Павел оставался в пределах своего таланта и сотрудничал с провозвестниками.
Предсказатель — общее обозначение для провозвестника и прорицателя.
М ` антис — в античных текстах самая загадочная пророческая «специальность». Если верить всем авторам одновременно, то мантис — мастер «на все руки», наподобие «пророка» из нынешних словарей. Однако можно встретить указания, что мантис среди пророков наивысшая и редчайшая «специальность». Тщательное отсеивание смыслов в текстах поздних античных авторов приводит к следующему результату: мантис — духовный концептуалист. Его вотчина — восстановление утраченных людьми основополагающих идей как системы. Мантису даётся осознание смысласобытий прошлых, современных и, соответственно, недалёких грядущих, познание их закономерности. Иными словами, предсказание мантисом ближайшего будущего — следствие не трансовых экзальтаций, как в случае прорицателя (потомка гадателя), не плод особого таланта, как в случае с провозвестником, но плод логического ума (не омрачённого заблуждениями) в соединении с интуицией. Мантисом невозможно стать ни при каких усилиях — это дар Божий, талант,причём редчайший. Его «удостоверение личности» — масштаб идей, ценных для замороченных неугодников.
Пр ` офет (профетес). В греческом массовом сознании его специализация нисколько не связана с его приверженностью к Истине. Профет, в сущности, да простят меня за ныне опошленное слово — пропагандист (высокого уровня). Он не пастор, поскольку «добрый пастор» помогает «младенцам» по жизни скорее конкретным советом, дело же профета — ориентирование вставших на Путь пасторов и учителей. Профет—«разжёвыватель твёрдой пищи», доступной даже не всем посвящённым.Итак, талантпрофета в «пророческой „бригаде”» — донесение части спектра Логоса «учителям», тем, которые способны найти точки соприкосновения с рассеянными в толпе «младенцами». Профетами были апостолы Павел и Иоанн. Были ли ими Матфей, Марк и Лука, зависит от «цвета» их духа, о котором судить не берусь.
Ор ` акул — человек, который может воспринять и огласить оракул, то есть информацию от Земли, которая хранит не только память, но и владеет знанием о будущем. Это противоречит вере толпы и её авторитетов, что Земля есть нечто неодушевлённое. Она — творение Божие, следовательно не мертва. Доступ к этому знанию, естественно, не везде одинаков. Знаменитые по доступу места — Додон (дубравы вообще), Дельфы. Судя по сохранившейся части античной литературы, прошлое не интересовало никого, а предсказывать будущее Земля перестала за несколько веков до нашей эры, что Плутарх объясняет возросшим нечестием населения (отсутствием достойных быть оракулом).
Всякий образованный человек античности знал основные обстоятельства жизни Кассандры. Она была якобы дочерью царя Трои Приама. «Якобы», потому что царских дочерей не только слушают, но и слушаются, Кассандру же не слушался никто. Знатность Кассандры, видимо, плод драматургического профессионализма авторов «Троянского цикла»: толпа любит литературу «про царей». Но сама Кассандра была, и толпа её не приняла.
Тут следует оговориться: если ограничиваться только письменными источниками, то события вокруг Трои изложены в так называемом «Троянском цикле» — комплексе произведений многих авторов, которые писали спустя многие сотни лет после событий в Илионе. Каждый из этих авторов описывает лишь незначительный для глубинного смысла происходящего эпизод, например, Гомер в «Илиаде» описывает всего лишь гнев Ахилла на девятый год осады Трои. Все эти авторы явно опирались на некое произведение — до нас не дошедшее и ни одним словом ни одним из авторов-толпарей «Троянского цикла» не упомянутое. В одной из последующих глав это протопроизведение —
Одними только этими повторениями можно свести с ума и, следовательно, психоэнергетически подчинить подсознание исполнителей воле лидера-некрофила — но речь сейчас не об этом, а о важной для осмысления жизни и, следовательно, овладения ею, многозначности ряда слов.
Весьма поучительно то, что эти пасторы ни словом ни полсловом не обмолвливаются о том, что многочисленные греческие слова, которые в словарях по всему миру переводятся одним словом «пророк», тоже далеко не синонимы. Напрашивается предположение, что, в отличие от подавляющих маятникообразных «размышлений» о пяти видах «любви», знание о специализации пророков каким-то образом приближает человека к раскрепощению, глубинной самореализации, выходу из-под власти иерархии. Потому сектантские пасторы и не знают о специализации пророков, а иерархобогословы и вовсе костьми лягут на пути этого знания. Что не удивительно: они сами такое же стадо, как и их паства.
Но нашёлся человек, который «отбился от стада». Понятно, что это — россиянка, Елена Владимировна Приходько ( Е.В.Приходько.Двойное сокровище. М., Прогресс-Традиция, 1999).
Анализируя античные тексты, она выяснила, что многочисленные «пророки» — далеко не одно и то же.
Потребность древних в целом комплексе слов объясняется просто (хотя этот вывод автором прямо и не сформулирован): Истина от Бога людям передаётся не одним человеком, а целой, если допустимо это слово, «бригадой» пророков, каждый со своей «специализацией».
У многоуважаемой Елены Владимировны в её весьма ценном труде есть некоторые недоработки — она, к примеру, подвержена суеверию, что абсолютное большинство людей отнюдь не некрофилы, но стремятся к благу и к жизни, дескать, они — суверенные личности. Через эту мировоззренческую прореху в результаты её исследования задувает много путаницы. В частности, непонятны причины особой популярности у толпы не пророков, а лжепророков. Систематическое предпочтение лжепророков она объясняет, в конечном счёте, статистической погрешностью — дескать, ошиблись случайно.
Приверженность вдалбливаемой вере в отсутствие родовой памяти не позволяет увидеть генетическую связь «гадателя» и «прорицателя», и становится неясна противоположность их провозвестнику.
Тема талантаи вовсе не затрагивается, что при такой путанице естественно.
И так далее.
Поэтому, чтобы не путать читателя, некоторые выявленные Е.В.Приходько «специальности» переосмыслим с позиций теории стаи —как «специальности» участников «пророческой „бригады”».
Хресм ` олог — это человек, который способен видеть будущие события на тысячи лет вперёд, как правило, до конца мира зла. Всемирная история интересует хресмолога как целое. Он не указывает сроки исполнения череды открывшихся ему событий. Они произойдут, и притом в той самой увиденной им последовательности, а когда — не важно. Безразличие к срокам естественно: хресмолог как бы уже в вечности, будущие события им уже пережиты, детали заслонены грандиозностью смысла целого. Самые известные хресмологи — Сивиллы, Лисистрат, Даниил, Иоанн Богослов*. (Этнологи заметили, что астрономическая хронология появляется у народов лишь в период их завоевательской активности — полезная информация при размышлении над смыслом жизни и времени.)
* Автор, ничего конкретно не утверждая, допускает, что авторы Откровения (Иоанн Богослов) и Евангелия от Иоанна могут быть разными людьми, на том основании, что темы, затрагиваемые ими, уж слишком разнородны. (Примеч. ред.)
Гадатель (птицегадатель, фимиамогадатель, гадатель по печени животных и т. п.) — носитель не дара свыше, но лишь ремеслапредсказывать будущее по знакам. Гадателем может стать любойчеловек, для этого достаточно одного только усердия. С точки зрения логоса о таланте,Бог гадателя к обучению именно этому ремеслу не призывал. Более того, прозябая без таланта, гадатель всё более и более погружается в сатанизм, так что наблюдаемая повышенная некрофилия выпускников курсов ясновидения, будь то дешёвых или дорогостоящих, далеко не случайна. Однако власть имущие, боящиеся некоторых маршрутов развития событий, в гадателях нуждаются и готовы им платить и к себе приближать. При Понтии Пилате, вернее при его должности, были закреплены двое авгуров-гаруспиков (птицегадателей), наделённых правом «вето» в ряде областей его деятельности как префекта. Кто знает, не стояли ли эти некрофилы-гипнотизёры в день Суда за судейским местом на Лифостротоне, готовые воспользоваться своим правом «вето» в случае оправдательного приговора. Несомненно, оба были людьми Уны…
Прорицатель. Гадатели тоже оставляют детей и внуков, среди них нет-нет да появляется невротик, проваливающийся в ярконекрофилического предка. Этот потомок обнаруживает в себе, среди прочего, способность к предсказанию будущего — вроде бы не ремесленного происхождения. Естественно, мысли о наличии родовой памяти у носителей этого «дара свыше» не в почёте, ведь в таком случае может быть выявлен скрываемый «цвет» их души. Итак, умение предсказывать без специального обучения далеко не всегда свидетельствует о том, что это умение — дар Божий.
Провозвестник — духовная и психологическая противоположность прорицателя, ибо предсказание недалёкого будущего — его талант. В «Деяниях апостолов» мы постоянно сталкиваемся с тем, что апостолам будущее предсказывали другие христиане (Агав — см. Деян. 11:27, 28; четыре дочери Филиппа-благовестника — см. Деян. 21:8, 9; и т. п.). Получается, способность предсказывать будущее — не всеобщее свойство вставших на Путь. Даже апостол Павел оставался в пределах своего таланта и сотрудничал с провозвестниками.
Предсказатель — общее обозначение для провозвестника и прорицателя.
М ` антис — в античных текстах самая загадочная пророческая «специальность». Если верить всем авторам одновременно, то мантис — мастер «на все руки», наподобие «пророка» из нынешних словарей. Однако можно встретить указания, что мантис среди пророков наивысшая и редчайшая «специальность». Тщательное отсеивание смыслов в текстах поздних античных авторов приводит к следующему результату: мантис — духовный концептуалист. Его вотчина — восстановление утраченных людьми основополагающих идей как системы. Мантису даётся осознание смысласобытий прошлых, современных и, соответственно, недалёких грядущих, познание их закономерности. Иными словами, предсказание мантисом ближайшего будущего — следствие не трансовых экзальтаций, как в случае прорицателя (потомка гадателя), не плод особого таланта, как в случае с провозвестником, но плод логического ума (не омрачённого заблуждениями) в соединении с интуицией. Мантисом невозможно стать ни при каких усилиях — это дар Божий, талант,причём редчайший. Его «удостоверение личности» — масштаб идей, ценных для замороченных неугодников.
Пр ` офет (профетес). В греческом массовом сознании его специализация нисколько не связана с его приверженностью к Истине. Профет, в сущности, да простят меня за ныне опошленное слово — пропагандист (высокого уровня). Он не пастор, поскольку «добрый пастор» помогает «младенцам» по жизни скорее конкретным советом, дело же профета — ориентирование вставших на Путь пасторов и учителей. Профет—«разжёвыватель твёрдой пищи», доступной даже не всем посвящённым.Итак, талантпрофета в «пророческой „бригаде”» — донесение части спектра Логоса «учителям», тем, которые способны найти точки соприкосновения с рассеянными в толпе «младенцами». Профетами были апостолы Павел и Иоанн. Были ли ими Матфей, Марк и Лука, зависит от «цвета» их духа, о котором судить не берусь.
Ор ` акул — человек, который может воспринять и огласить оракул, то есть информацию от Земли, которая хранит не только память, но и владеет знанием о будущем. Это противоречит вере толпы и её авторитетов, что Земля есть нечто неодушевлённое. Она — творение Божие, следовательно не мертва. Доступ к этому знанию, естественно, не везде одинаков. Знаменитые по доступу места — Додон (дубравы вообще), Дельфы. Судя по сохранившейся части античной литературы, прошлое не интересовало никого, а предсказывать будущее Земля перестала за несколько веков до нашей эры, что Плутарх объясняет возросшим нечестием населения (отсутствием достойных быть оракулом).
Всякий образованный человек античности знал основные обстоятельства жизни Кассандры. Она была якобы дочерью царя Трои Приама. «Якобы», потому что царских дочерей не только слушают, но и слушаются, Кассандру же не слушался никто. Знатность Кассандры, видимо, плод драматургического профессионализма авторов «Троянского цикла»: толпа любит литературу «про царей». Но сама Кассандра была, и толпа её не приняла.
Тут следует оговориться: если ограничиваться только письменными источниками, то события вокруг Трои изложены в так называемом «Троянском цикле» — комплексе произведений многих авторов, которые писали спустя многие сотни лет после событий в Илионе. Каждый из этих авторов описывает лишь незначительный для глубинного смысла происходящего эпизод, например, Гомер в «Илиаде» описывает всего лишь гнев Ахилла на девятый год осады Трои. Все эти авторы явно опирались на некое произведение — до нас не дошедшее и ни одним словом ни одним из авторов-толпарей «Троянского цикла» не упомянутое. В одной из последующих глав это протопроизведение —