человека.
Во времена первобытных людей-охотников человечество еще не знало такого
постоянного ежедневного занятия, которое мы могли бы охарактеризовать как
труд.
Большая часть утомительной хозяйственной работы тогда, вероятно,
перекладывалась на женщин. Первобытный человек не знал, что такое
галантность. Во время постоянных переходов женщины и дети несли на себе всю
имеющуюся у них поклажу, а в руках у мужчин, которые должны были быть
готовыми ко всяким неожиданностям, было только оружие. Забота о детях также
полностью была уделом женщин.
Считается, что именно женщины первыми занялись земледелием. И скорее
всего это было действительно так, ведь женщинам приходилось питаться злаками
и плодами, пока мужчины уходили в поисках добычи. Женщины первыми заметили,
что из семян, оброненных на прежних стоянках, вырастали новые растения.
Наверное, женщина первая придумала сеять зерна (как подношение племенному
божеству) в надежде, что зерно позже вернется ей сторицей.
Самой ранней формой земледелия было собирательство. Люди, занятые
преимущественно скотоводством, высевали злаки, чтобы через какое-то время
вернуться и собрать их. Вероятно, именно в период собирательного земледелия
зародилась тесная связь между севом зерна и человеческим жертвоприношением.
Высеянное зерно злаков оставляли расти и созревать, человека же убивали и
оставляли "присматривать" за посевами.
Самое раннее земледелие почти наверняка было лоскутным, когда вручную,
без помощи специальных орудий возделывали лишь небольшие участки земли
(вероятно, женскими руками). Это занятие еще не могло служить основным
источником пропитания.
Человеку не понадобилось много времени, чтобы заметить, насколько
выгодно было засевать те участки, которые регулярно
затапливались разливами рек. Пуская свой "хлеб по водам", люди были
уверены, что в изобилии получат его обратно. Вероятнее всего именно в Египте
земледелие из побочного занятия постепенно превратилось в основной способ
обеспечения себя пропитанием. Очевидно, не было еще другого такого места,
которое могло бы приучить человека сеять зерно в определенное время года.
Поначалу сев производился на заливаемых землях, а там уже было рукой подать
до орошаемого земледелия, то есть до ирригации.
Однако культивация земель -- это еще не цивилизация. Цивилизация -- это
нечто большее, чем эпизодическое выращивание пшеницы при благоприятных
условиях, это прежде всего заселение территории, где земли постоянно
возделываются и орошаются, где люди живут в домах по общему для всех закону,
в общем городе или крепости.
Необходимым условием того, что человек эпохи неолита перешел к
действительно оседлой жизни (в отличие от просто временных поселений в
местах с обильной пищей) было, конечно же, надежное круглогодичное
обеспечение водой, достаток пищи для людей и корма для скота, а также
строительного материала для жилищ.
Нет сомнения, что подобные благоприятные условия существовали во многих
европейских и азиатских долинах (вспомним уже известные нам швейцарские
озерные поселения). Но нигде не существовало до такой степени выгодных
условий, и нигде они не были настолько надежными и неизменными из года в
год, как в Египте и в верховьях Тигра и Евфрата, а также на северном
побережье Персидского залива. Здесь не было недостатка в воде, а щедрое
солнце давало возможность ежегодно рассчитывать на обильный урожай. В
Месопотамии пшеница, по словам Геродота, давала урожай один к двумстам.
Плиний пишет, что ее убирали дважды в год, и затем оставалось еще достаточно
корма для овец. В этих местах произрастало множество пальм и различных
фруктовых деревьев. Что же касается строительного материала, то в Египте
была глина и мягкий камень, а в Месопотамии из глины готовили кирпич-сырец,
высушенный на солнце.
Попадая в такие края, человек уже не искал лучших мест и сразу же
поселялся на благодатных землях. Племена становились все более
многочисленными, и человек постепенно понимал, что в численности -- сила.
Теперь он мог не бояться случайного нападения хищника. Никогда еще в истории
в одной местности не было такой плотности населения. Жилища людей
становились все более прочными, диких зверей в округе истребляли. Жизнь уже
была настолько безопасной, что человек мог ходить по городу или трудиться в
поле, не беря с собой оружия. Люди, по крайней мере в окружении
соплеменников, стали миролюбивыми. Человек "пустил корни" так, как никогда
прежде до этого.
Месопотамия и Египет оказались наиболее благоприятными местами для
первых постоянных поселений человека. На приведенной здесь карте показано,
как они выглядели примерно шесть-семь тысяч лет назад. К этому времени
долина Красного моря и восточно-средиземноморская долина уже были затоплены,
но берега Аравии, и в особенности земли на юго-западе Аравийского
полуострова, были в те времена значительно плодороднее, чем в наши дни.
Красное море соединялось со Средиземным через существовавший тогда пролив, а
Персидский залив был гораздо севернее, чем теперь.
В это же время на менее плодородных (более подверженных сезонным
изменениям) землях, в лесах Европы, в Аравийской пустыне и на сезонных
пастбищах Центральной Азии развивалось менее многочисленное, но более
активное население. Его образ жизни был непохожим на жизнь первых
земледельческих племен. Это были первые кочевые племена. В отличие от жизни
оседлых земледельцев, жизнь кочевников оставалась полной опасностей и не
была привязана к одному месту. Кроме скотоводства, значительным подспорьем
для них по-прежнему была охота.
За свои пастбища им постоянно приходилось сражаться с другими,
враждебными, племенами. Те новшества, которые появились у оседлых народов
(усовершенствованные орудия труда, умение пользоваться металлами), в свою
очередь появились и у кочевников.
Вслед за оседлыми племенами кочевые племена также перешли от
неолитического этапа развития к этапу бронзы. С лучшим оружием в руках
кочевники превратились в воинственных всадников, способных быстро
преодолевать значительные расстояния.
Не стоит думать, что кочевая стадия предшествовала оседлой стадии
развития человеческого общества. Первобытные племена действительно
постепенно переходили из одного места в другое в поисках добычи. Но затем
одна группа людей осела на облюбованных местах, а другая перешла к отчетливо
кочевому образу жизни. Для оседлых племен основным продуктом питания стало
зерно различных злаковых культур, а кочевники стали больше употреблять в
пищу молока.
Вражда между кочевыми и оседлыми племенами была неизбежна. Кочевники
казались земледельцам неотесанными варварами, а те в свою очередь
воспринимали жителей плодородных долин как изнеженных и беззащитных, одним
словом, как легкую добычу. Очевидно, не прекращались трения между отважными
и выносливыми кочевниками или горцами, с одной стороны, и более
многочисленными, но менее воинственными жителями городов и селений -- с
другой.
По большей части это были всего лишь набеги на пограничные области. За
оседлыми племенами всегда оставался перевес в численности. Всадники могли
стремительно ворваться в их селения, но не могли остаться там надолго.
Взаимная вражда длилась не одно поколение. Время от времени какому-либо
вождю удавалось силой установить некое подобие единства среди кочевников. А
затем сплоченная лавина всадников обрушивалась на ближайшую земледельческую
общину. И жители долин, у которых не было ни оружия, ни умения воевать,
оказывались беззащитными перед этой лавиной. Грабительский набег превращался
в завоевание. Вместо того чтобы только увести добычу из покоренных земель,
победители селились на этой земле, их добычей становилась вся земля вместе с
людьми.
Городским и сельским жителям теперь приходилось трудиться на своих
новых хозяев и содержать их. Вожди кочевников становились царями и
повелителями, господами и знатью. Они больше не кочевали, а перенимали
искусства и утонченный образ жизни у завоеванного народа. Но еще многие
поколения потомков завоевателей не расставались с привычками кочевников. Они
продолжали охотиться и много времени проводили в седле, теперь уже для
развлечения, устраивали верховые скачки и гонки колесниц. Однако
повседневный труд, особенно труд земледельца, воспринимался ими как удел
побежденных, ставших низшим слоем общества.
Все это в тысячах различных вариантов стало одним из основных мотивов
истории человечества, продолжаясь уже семь тысячелетий или даже более. Во
всех регионах, где существовала цивилизация, первая же правильно
расшифрованная древняя надпись сообщала нам о разделении неработающего
класса правителей и трудящегося большинства населения.
Уже через несколько поколений новая знать перенимала образ жизни и
привычки завоеванных племен и начинала поддерживать их покорность племенному
закону (необходимость оседлого существования). Новый владыка -- уже не
прежний кочевник, грубый и закаленный. Он брал в жены женщин из покоренного
племени, следил за тем, чтобы мир и взаимная терпимость установились между
покорителями и покоренными. Он заимствовал у своих новых соплеменников их
религиозные представления и делился с ними своими и в целом жил так, как
этого требовали условия местности и общества. Однако и для былого победителя
история не готовила спокойной жизни. Приходил день, и на горизонте
появлялись новые волны искателей наживы из "внешнего" мира, и все
повторялось сначала.
Настало время вкратце описать, как складывались цивилизации в Западной
Азии (разделы 2а, 2Ь, 2с) и соответствующие им
Этапы развития Египта (3).


Последовательность, с которой чередовались возникновение поселений,
нашествия кочевников, культурный подъем, новые нашествия, новый подъем и т.
д., особенно наглядно можно проследить на примере междуречья Тигра и
Евфрата.
Как принято считать, первым народом, который основал самые ранние
города в этой части континента, были шумеры. Очевидно, они принадлежали к
темноволосой иберийской или дравидской народности. Для письма шумеры
пользовались глиняными табличками. Их язык удалось расшифровать. Он более
всего напоминает языки кавказской группы, чем какие-либо другие из
существующих языков.
Раскопки, проведенные в Эриду во время Первой мировой войны, выявили
следы неолитической раннеземледельческой культуры. Ниже самого раннего
шумерского слоя обнаружены остатки поселения, которое существовало еще до
появления письменности или знакомства людей с бронзой. Колосья в дошумерскую
эпоху жали серпами из обожженной глины.
Характерной чертой облика шумеров были бритые головы и простые одеяния
из шерсти, напоминающие туники. Поначалу шумеры селились в нижнем течении
полноводных рек, а также вдоль северного берега Персидского залива, который
в то время более чем на сто тридцать километров находился дальше в сторону
суши. Шумеры научились орошать свои поля, спуская воду по ирригационным
каналам. У них были коровы, ослы, овцы и козы, но лошадей у шумеров не было.
Скопления глинобитных хижин, в которых поначалу жили шумеры, постепенно
превращались в города. А для своих религиозных обрядов они возводили
высокие, напоминавшие башни, храмовые строения.
Глина, высушенная на солнце, играла очень важную роль в жизни этих
людей. В низовьях Тигра и Евфрата почти совсем не было камня. Из глины
шумеры научились делать кирпичи, изготавливать гончарные изделия и лепить
фигурки, а со временем они стали писать на глиняных табличках. По-видимому,
шумеры не знали бумаги и не использовали пергамента. Книги, памятные записки
и даже письма они писали на глиняных черепках.
В Ниппуре в честь верховного шумерского божества Энлиля была построена
величественная башня из кирпича. Вероятно, память об этой постройке
сохранилась в предании о Вавилонской башне.
Шумеры, по всей видимости, объединялись вокруг отдельных
городов-государств, которые многие столетия сохраняли свою независимость и
постоянно враждовали между собой. Шумеры во-
евали против других шумеров, выступая в плотном строю, их воины были
вооружены длинными копьями и щитами.
Очень долгое время никто из иноземцев не мог покорить шумеров. Но
постепенно они поддались натиску семитских племен.
Первое из всех известных нам царств было основано верховным жрецом в
шумерском городе Урук. Судя по одной из надписей, обнаруженной в Ниппуре,
это царство простиралось от Нижнего (Персидский залив) до Верхнего
(Средиземного или Красного?) моря. Память о том периоде, о первой половине
эры земледелия, погребена теперь среди глинистых равнин долины Тигра и
Евфрата. Именно там были возведены первые в истории человечества храмы и
свои первые ритуальные церемонии совершали жрецы-правители.
Несколько столетий с шумерами торговали, воевали, совершали набеги на
их поселения племена кочевников-семитов, которые в то время обосновались
вдоль западных границ Шумера. Наконец, эти племена были объединены под
властью одного правителя, Саргона (2750г. до н.э.), который не только
покорил шумеров, но и расширил границы своих владений от Персидского залива
на востоке до Средиземного моря на западе. Его народ называли аккадцами, а
царство -- Шумеро-Аккадским. Оно просуществовало свыше двухсот лет.
Со времен Саргона I и до IV--III вв. н.э. продолжалась эпоха господства
семитов во всей Передней Азии. Но, несмотря на то, что семиты были
покорителями шумеров, и их цари правили в шумерских городах, именно
шумерская цивилизация изменила примитивную культуру семитов. Пришельцы
научились шумерскому письму ("клинописи", как ее принято называть) и
шумерскому языку. Собственной семитской письменности они не изобрели.
Шумерский язык стал для этих варварских племен языком знания и власти, как
латынь была языком ученых и правителей варварских народов средневековой
Европы.
Шумерская ученость оказалась очень жизнестойкой. В долине двух рек ей
суждено было пережить многочисленные завоевания и перемены.


Народ шумеро-аккадской державы понемногу утрачивал свою политическую и
военную активность. Новые воинственные племена эламитов хлынули на царство с
востока. Одновременно с запада вторглись семиты-амореи, и Шумеро-Аккадское
царство оказалось словно бы в тисках.
И язык, и расовая принадлежность эламитов остаются загадкой. Их главным
городом были Сузы. По мнению многих исследователей, эламиты были негроидного
типа.
Амореи относились к тем же народам, к которым принадлежали Авраам и
более поздние иудеи. Амореи поселились вначале в небольшом городе на берегу
реки. Он назывался Вавилон. И уже через столетие непрерывных войн вся
Месопотамия была под властью великого правителя Хаммурапи (2100 г. до н.
э.), который основал первое Вавилонское царство.
На некоторое время установились спокойствие и мирная жизнь. Но еще
через столетие на жителей Вавилонии, у которых за это время поубавилось
воинственного духа, обрушились новые кочевники, имевшие лошадей и боевые
колесницы. Это были касситы, установившие в Вавилоне власть своего
правителя.
Выше по течению Тигра, в местности, где было изобилие не только глины,
но и мягкого, пригодного для обработки камня, обосновалось еще одно
семитское племя, ассирийцы. Их города-государства возникли еще в то время,
когда Шумер не был покорен семитами. Среди этих городов главными были
Ниневия и Ашшур. У ассирийцев была неповторимая внешность: длинные носы и
мясистые губы, длинные бороды, длинные вьющиеся волосы. Носили ассирийцы
высокие шапки и длинные одеяния.
Совместно с хеттами ассирийцы постоянно совершали набеги на западные
окраины Междуречья. Саргон I покорил их, но затем они снова стали
свободными. Некий Тушратта, правитель Митанни, государства на северо-западе
Междуречья, захватил и какое-то время удерживал их столицу Ниневию.
Ассирийцы заключали союзы против Вавилона с Египтом, и египтяне
оплачивали их захватнические походы. Со временем ассирийцы достигли высокого
мастерства в искусстве ведения войны, и Вавилон был вынужден постоянно
платить им дань. Наконец, усилив свое войско конницей и боевыми колесницами,
заключив временный союз с хеттами, ассирийцы под предводительством
Тиглатпаласара I захватили Вавилон (около 1100 г. до н. э.) и присоединили
его к своим владениям. Однако им не удалось прочно закрепиться на этих более
древних, более цивилизованных землях. Ниневия, выстроенная из камня, в
отличие от кирпичного Вавилона, по-прежнему оставалась столицей Ассирии.
Много столетий верховная власть царства колебалась между двумя центрами.
Временами ассириец, а временами вавилонянин провозглашал себя "царем четырех
частей света".
На протяжении четырех столетий экспансия Ассирии в Египет сдерживалась
новыми семитскими племенами арамеев. Их главным городом был Дамаск.
Современные сирийцы являются по-
томками арамеев. Кстати, между словами "сириец" и "ассириец" нет
никакой связи. Это случайное сходство.
Через земли сирийцев ассирийцы пытались пробиться на запад, чтобы
расширить свои владения. В 745 г.до н.э. к власти в Ассирии пришел новый
царь Тиглатпаласар III, который распорядился переселить израильтян в Мидию
(они же "десять утраченных колен", судьба которых дала повод для самых
разнообразных догадок). Кроме того, он завоевал Вавилон и правил им, став
основателем державы, которую историки называют Новоассирийским царством.
Его сын Салманасар IV (4 Цар., 27:3) умер во время осады Самарии.
Власть оказалась в руках узурпатора. Тот принял древнее шумеро-аккадское имя
вне всякого сомнения, чтобы польстить вавилонской знати, и стал править как
Саргон II. Видимо, в его царствование у ассирийских войск впервые появилось
железное оружие. Скорее всего именно Саргон II наделе осуществил переселение
"десяти колен", которое затеял Тиглатпаласар III.
Подобные переселения разных народов из одной части ассирийского царства
в другую стали одним из отличительных политических методов нововавилонских
правителей. Население целых регионов, которое сложно было контролировать на
родных землях, целиком перемещалось в новые, неизвестные им районы. Там, в
окружении чужих, враждебных народов их единственной надеждой на выживание
была полная покорность верховной власти.
Сын Саргона Синахериб возглавил поход ассирийских войск к границам
Египта. Но внезапный мор охватил его армию. Это событие описано в Библии в
девятнадцатой главе Четвертой Книги Царств:
"И случилось в ту ночь: пошел Ангел Господень и поразил в стане
Ассирийском сто восемьдесят пять тысяч. И встали поутру, и вот, все тела
мертвые. И отправился, и пошел и возвратился Сеннахирим, царь Ассирийский, и
жил в Ниневии".
Чтобы затем пасть от рук своих сыновей.
Внук Синахериба, Ашшурбанипал, которого греки именовали Сарданапалом,
тем не менее, довел начатое дедом дело до конца и какое-то время удерживал в
своей власти Нижний Египет.


После Саргона II Новоассирийское царство просуществовало сто пятьдесят
лет. Халдеи (еще одно кочевое семитское племя, пришедшее с юго-востока) при
поддержке двух северных арий-
ских народов, мидийцев и персов, объединенными силами взяли Ниневию в
606г. до н.э. Впервые в этой истории появляются арийскоязычные народы. Они
целыми племенными союзами переселялись из лесов и степей севера и
северо-запада. Это были воинственные, закаленные в долгих трудных переходах
племена. Часть из них повернула на юго-восток в Индию и принесла с собой
один из диалектов арийского языка, который впоследствии превратился в
санскрит. Другие племена двинулись на земли древних цивилизаций Междуречья.
Если раньше кочевниками-завоевателями освоенных земель Междуречья были
эламиты и семиты, то теперь на полтора столетия роль завоевателей отошла к
ариям. Эламиты же полностью исчезли с исторической арены.
Халдейское царство со столицей в Вавилоне (его еще называют
Ново-Вавилонским царством) просуществовало при Навуходоносоре II (Великом) и
его преемниках до 538 г. до н. э. и не смогло устоять перед Киром,
основателем великой Персидской державы. Но история на этом не заканчивается.
И уже в 330 г. до н. э., как мы узнаем позже, греческий завоеватель
Александр Великий стоял перед телом убитого последнего из правителей Персии.
История цивилизаций Тифа и Евфрата, представленная здесь лишь в виде
краткого очерка,-- это непрерывная, непрекращающаяся цепь войн. С каждым
новым завоеванием прежние правители и прежние правящие классы уступали место
новым. Народы, наподобие шумерского и эламитского, оказывались поглощенными
другими народами, смешивались с пришельцами, их язык исчезал из живого
общения. Ассирийцы вливались в состав халдейских и сирийских племен.
Утрачивали свои отличия хетты, семиты (которые поглотили шумеров). Они
покорялись новым завоевателям -- арийским пришельцам с севера. На месте
эламитов оказывались мидийцы и персы. Один арийский язык (персидский)
доминировал в новообразованной державе, пока другой арийский язык,
греческий, не вытеснил его из официального обихода.
На протяжении четырех тысяч лет это новое явление -- цивилизация,
пустив корни в долине двух рек, словно дерево, продолжала расти. Пусть
иногда его трепала буря, пусть какая-то из ветвей оказывалась отломленной,
дерево росло и продолжает расти. Цивилизация, как живой организм,
развивается. Может смениться доминирующий народ, может распространиться и
утвердиться другой язык, но в своей основе развитие будет продолжаться.
К моменту, на котором мы остановились (330г. до н.э.), люди уже имели
лошадей и железо, письмо и счет, деньги. У них уже были гораздо более
обширные знания о мире, чем те, что были у шумеров.
Время, протянувшееся между царствованием Саргона I и завоеванием
Вавилона Александром Македонским, приблизительно равно времени, которое
прошло с того момента до наших дней. И по меньшей мере еще столько же
времени до Саргона I люди селились на шумерской земле, основывали города,
поклонялись божествам в храмах, возделывали поля и жили по законам своих
общин. Эриду, Лагаш, Ур, Ларса, Исин, едва возникнув, уже имели за собой
историю, тянувшуюся с незапамятных времен. Половину истории человеческой
цивилизации и ключи к ее основным институциям следует искать во времени до
Саргона I.
События, происходившие в долине Нила, не слишком отличаются от тех,
которыми отмечена история Вавилонии. Но если Вавилония была со всех сторон
открыта для вторжений, Египет был защищен пустыней на западе и морем на
востоке. На юге он граничил лишь с мирными негроидными племенами.
Соответственно, история Египта знает меньше вторжений иноземцев, чем история
Ассирии или Вавилона. Вплоть до VIII в. до н. э. (когда Египет оказался под
властью Эфиопской династии) если какой-нибудь иноземный завоеватель и мог
проникнуть на его территорию, то только из Азии через Суэцкий перешеек.
Трудно судить о том, насколько неолитические племена скотоводов можно
считать предками более поздних египтян (много существенных отличий). Своих
умерших они хоронили, но перед погребением, по всем признакам, разрезали их
тела и съедали отдельные фрагменты плоти. Делалось это, очевидно, в знак
скорби по умершим. Живые надеялись таким образом сохранить в себе частичку
силы и доблести, которой обладали умершие.
Признаки существования подобных диких обычаев заметны и в культуре так
называемых "длинных могильников", разбросанных по всей Западной Европе. А у
отдельных племен черной Африки каннибализм и связанные с ним обычаи начали
отмирать лишь в недавнее время.
Примерно к 5000г. до н.э. следы первобытных народов теряются и на
исторической сцене уже появляются подлинные египтяне. Их предшественники
находились на начальных стадиях неолита и жили в примитивных глинобитных
хижинах. У египтян же неолитическая культура достигла своего расцвета. Они
умели строить дома из дерева и кирпича, обрабатывать камень. Очень быстро
египтяне перешли в век бронзы. У них была своя система письменности,
основанная на схематических изображениях --
пиктограммах. Она была не менее развитой, чем у шумеров, но серьезно
отличалась от шумерской по многим признакам.
Не исключено, что долина Нила могла заселяться выходцами из Южной
Аравии, которые (через Аденский пролив) появились вначале в Верхнем Египте,
а затем проникли к дельте Нила. Но их божества, их письменность, сам уклад
их жизни очень отличались от шумерского. Одно из наиболее ранних известных
изображений египетского божества -- это фигура богини-гиппопотама. Однако
этот образ несет на себе неповторимо африканский отпечаток.
Нильская глина не такая мягкая и пластичная, как месопотамская, поэтому
египтяне не стали использовать ее для письма. Они достаточно рано научились
изготовлять пригодные для этого свитки папируса из стеблей
тростника-папируса. От его названия, кстати, происходит и английское paper