составлять единое мистическое Целое есть, без сомнения, генеральная цель
перекройки страны, которую им не жаль. После достижения ее демстарцу с
мистерами, сэрами и прочими бесподобными можно готовить речь о достижении
вплоть до конца света земного демонического рая..."
Принятие "образа зверя" - это добровольное подключение к той самой
системе антихристианских "тленностей", которую сейчас, прикрываясь именем
Спасителя, обманом навязывают нам устроители нового мирового порядка.
Ну а тем, которые в глубине грешной души все же надеются оказаться
"записанными" в ту самую книгу жизни вечной - им-то что делать? Умирать от
голода и холода, подобно святым мученикам? Но многие ли из нас к этому
подвигу готовы, особенно у кого семьи, дети?
"И дано ему было вести войну со святыми и победить их." Даже святых.
Предсказаны в последние времена и "волки в овечьих шкурах" в церковной
среде, и оскудение духа, и богооставленность.
Может, и нам захватывать олигархов в заложники, присоединяться к
террористическому интернационалу? Но опять же...
"Кто ведет в плен, тот сам пойдет в плен; кто мечом убивает, тому
самому надлежит быть убитым."
Есть ли земной выход из этого глобально надвигающегося рабства у
Мамоны, которое так точно и беспощадно охарактеризовал еще Н. Бердяев, а до
него многие другие представители духа и совести Руси, и не только Руси?
Верующие в Творца или просто в "идею цивилизации", в высший смысл
исторического процесса:
"Буржуа - раб видимого мира, в котором он хочет занять положение. Он
оценивает людей не по тому, что они есть, а по тому, что у них есть.
Устроился, вкоренен, доволен, не чувствует суеты, ничтожества земных благ.
Единственная бесконечность, которую он признает - бесконечность
экономического обогащения...Буржуа - всегда раб. Он раб своей собственности
и денег, раб буржуазного общественного мнения, раб социального положения, он
раб тех рабов, которых эксплуатирует и которых боится... Буржуа имеет
непреодолимую тенденцию создавать мир фиктивный, порабощающий человека, и
разлагать мир подлинных ценностей. Буржуа создает самое фиктивное, самое
жуткое в своей нереальности царство денег"
Любопытно, что и мною, еще понятия не имевшей о Бердяеве, была
высказана в одном из первых очерков далекой советской юности аналогичная
мысль - в адрес американского миллионера Фреда Остена , одинокого среди
сонма верноподданных и мнимых друзей:
"Как бы высоко вы ни поднялись, как бы ни упивались своей властью, вас
всегда гложет страх потерять свой капитал и вместе с ним все" ("Смена", "На
разных языках", 1961 г.)
Прошло много лет, но мне по-прежнему жаль "фредов", теперь уже наших,
бывших совков. Бедолаг, наступивших на чужие грабли. Будто не было в истории
Руси Радищева, Достоевского, Толстого и великих пророчествующих старцев:
"Предложит антихрист человечеству устроение высшего земного
благосостояния и благоденствия, предложит почести, богатство, плотские
удовольствия и наслаждения; искатели земного примут антихриста, нарекут его
своим владыкой. Он удовлетворит безрассудному людскому любопытству и грубому
невежеству. Удовлетворит тщеславию и гордости человеческой: все человеки,
руководствующиеся светом падшего естества своего, отчуждившиеся от
руководства светом Божьим, увлекутся в повиновение обольстителю." (св. Игн.
Брянчанинов).

    Право личности на самоопределение



Речь, в сущности, все о том же - зачем мы? Зачем весь этот вселенский
сыр-бор с сотворением человека, дарованной ему свободой: есть-не есть
запретные плоды? С изгнанием из рая, со сменой поколений - вечной смертью,
когда дети пожирают жизнь родителей, чтобы, в свою очередь, стать
"питательным бульоном" для потомков. И все это "в поте лица и в муках", с
кровавыми войнами и невинными жертвами, включая распятие самого Сына,
сошедшего с небес нам на помощь. Зачем? Ну, взял бы Создатель глиняных наших
прародителей в одну руку, другой пришлепнул, да и лепил нового человека,
пока не получится искомое. Времени для экспериментов навалом - тысячелетия!
В том-то и дело, что "задумана свыше" сама наша свобода выбора, а в
ответе на это "Зачем?" и заключена идея (смысл) цивилизации как
исторического процесса. Чтобы каждый, явившись из небытия "в нужном месте и
в нужное время", с определенными дарами и сверхзадачей, мог своей волей
определить собственную судьбу в вечности, исполнив или отринув
предназначение, выдержав или провалив экзамен на "нового Адама".
Под предназначением мы понимаем отнюдь не гениальность, не мировую
известность и не престижность профессии. Это может быть самый скромный труд,
но он бесценен, если дает хлеб насущный тем, кто сеет "разумное, доброе,
вечное".
Если вы каменщик и вам не все равно, строить ли дворцы, казино и
бардаки ворам и развратникам - лишь бы платили, или же школы, больницы,
дворцы культуры тем, кто лечит, учит и приобщает к прекрасному вас и ваших
детей - вы с нами.
В известной Евангельской притче "о талантах" прямо сказано, что лишь
тот, кто не растратил впустую данные Господином таланты, не зарыл в землю, а
вернул Ему приумноженными, "войдет в радость господина", то есть спасется.
Прочих ждет "тьма внешняя, где будет плач и скрежет зубов".
Когда "мучительно больно за бесцельно прожитые годы" и "жжет позор за
подленькое и мелочное прошлое", - как предостерегал "красный мученик"
Николай Островский.
"Зачем я жил? Для какой цели я родился? А, верно, она существовала, и,
верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы
необъятные... Но я не угадал этого назначения, я увлекся приманками страстей
пустых и неблагодарных", - эти воздыхания лермонтовского героя мы тоже
помним со школы, когда писали сочинения о "лишних" людях.
"Жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери
жизнь, чтобы жил ты и потомство твое."
Союз "Изания" означает: "Исполни Закон Неба". Тот самый, вписанный в
сердца людей, которым восхищался Кант и о котором писал Пушкин, обращаясь к
земным владыкам: "Стоите выше вы закона, но вечный выше вас закон". Речь об
инструкции, приложенной к человеку, задуманному "по образу и подобию", к
человеку - творцу седьмого дня, которому Создатель, "почив от трудов",
поручил землю. Вот мы и "творим".
Этот Закон (Заповедь) - не просто религиозно-нравственный догмат об
отношении к ближнему, "как к самому себе", не просто принцип "разумного
эгоизма" (все за одного, один за всех), но закон Жизни. Не только временной
земной (достаточно рассмотреть устройство дерева, кошки или собственного
тела, где каждая печенка-селезенка работает на весь организм, как и прочие
руки-ноги с ушами и глазами - тоже на всех, а значит, и на эту селезенку),
но и жизни вечной, когда будут "все едино". Награда за исполнение Закона
бесценна - Жизнь. Жизнь всех и вся в Доме Отца, а значит, и твоя - "билет в
вечность", по выражению Достоевского. А на земле - в мире с Богом, другими и
самим собой. Лишь принявшие разумом и сердцем эту истину наследуют Царство.
"Как ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в нас едино." В этом -
Замысел и идея "свободного личностного отбора" исторического процесса -
воссоединение "нового Адама" со своим Творцом, единственным источником
Бытия. Свобода в Боге - свободное подчинение Его Закону, против которого и
восстал князь тьмы со своей ведущей к смерти "свободой от Бога" и девизом
распущенности: "Запрещается запрещать".
Мысль об эгоистическом, "жлобском" спасении - искажение Замысла. Даже
отцы-пустынники молились за весь "погибающий мир". По Закону Неба другой
(другие) - являются как бы частью тебя, твоим дополнением, а не соперниками
и врагами. То есть, обирая другого, лишая его необходимых жизненных соков и
возможности нормально функционировать, ты, в конечном счете, лишаешь себя и
людей его помощи, не даешь реализоваться, обрекаешь на провал бесценную его
миссию, потому что нет для Создателя ничего дороже каждой человеческой души.
А ты сам в таком обществе становишься как бы тромбом, злокачественной
опухолью, пожирающей здоровые клетки и ведущей к гибели всего организма.
Самоуничтожение человечества.
"А такие ветви собирают и бросают в огонь, и они сгорают."
Необходимостью дробления, размножения, смены поколений Творец спас
человека от вечной смерти, которая вошла в мир после грехопадения
прародителей, непослушанием отключивших себя от Источника Жизни. Нам был дан
шанс- рождение, разум, силы, таланты, время жизни и вписанный в сердца
Закон, которым Творец поручил нас друг другу. Чтобы мы в конце времен вновь
воссоединились в единое Богочеловечество (Новый Адам), отвергнув царство
зверя. Гордый девиз "сотвори себя сам" Изания заменяет соборным: "сотворим
друг друга", полагая, что лишь спасая другого, ты спасаешь себя. Не в этом
ли духовно-мистический смысл земного подвига Спасителя, принявшего на Себя
"грехи мира"? Крестным Своим подвигом, сошествием в ад "нашего ради
спасения", Сын искупил падший мир, и именно благодаря этой жертве,
заложенной в Замысел, воскрес, победив саму смерть. Кощунственно даже
помыслить, что Бог думал о каком-то личном спасении. И подвижники, идущие
Его путем, ставят во главу угла победу Его Дела - пусть даже ценой
собственной жизни. То есть воин, кидаясь на амбразуру, думает о Победе
Света, а не о своем спасении. Путь в бессмертие (спасение себя) лежит в
данном случае через собственную смерть - ради спасения Дела.
"Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Меня
сбережет ее."
Призыв Серафима Саровского: "Спаси себя, и вокруг спасутся тысячи" -
подразумевает подвижнический подвиг святой молитвы за весь погибающий мир.
Это процесс интерактивный, обоюдный, диалектический.

    Нужна ли овцам общая с волками свобода?



"Много званных, но мало избранных." Искуплены все, но живущему в
историческом времени человеку дана свобода "избрать" себе господина - Бога
или Мамону, поэтому спасутся лишь "избравшие" спасение. Однако Творцу,
пребывающему вне времени, изначально известен, (хотя и не предопределен)
выбор каждого. "Избравший" Царство в историческом времени ответной
божественной волей становится "избранным" в вечности.
Ветхому соблазну нажиться, реализоваться, чтобы тебе служил весь мир, в
том числе и "сама рыбка золотая была б на посылках", Изания
противопоставляет альтернативный стимул - реализоваться, чтобы послужить
Замыслу. То есть из "двух господ" избрать дело Господина Жизни. Ведь сам
Творец служил собственному Замыслу о мире и человеке, вплоть до свободного
принятия Сыном смертных мук на кресте.
Не обрасти барахлом, а взаимно состояться, согласно предназначению
каждого, спастись для вечности. Путь этот (с-пастись) по сути своей -
соборный. Служение друг другу, взаимное оставление "долгов" и тем самым
оправдание долгов перед Творцом - данных нам молодых сил, талантов, разума,
времени. Оправдание нашей земной жизни.
"И остави нам долги наши, как и мы оставляем должникам нашим", -
заповедано нам просить в известной всем молитве. Речь тут ведь не только об
узко понимаемом "прощении обид". Цель Изании - умножение жатвы Господней,
для чего и Сын сошел на землю.
Возлюби ближнего как самого себя. Для "избранника" любовь к себе
диктует, прежде всего, заботу о спасении в вечности, о бессмертии в Царстве.
"Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей
повредит?" Но "спасение" для него, повторяем, - путь соборный, потому он и
ближнему желает не пиров, не палат белокаменных и даже не всенародной славы,
а спасения.
Христос сказал: "Я есть путь, истина и жизнь". Для Изании "свои" - это
идущие по жизни путем служения Его Замыслу, включая невоцерковленных,
иноверцев и "неразбуженных" атеистов, которые тоже служат Истине, порой сами
того не ведая. "Нет больше той любви, как если кто положит душу за друзей
своих." Повторяем - разве не относятся эти слова к подвигам воинов в
праведных сражениях или к самоотверженному труду первых коммунистов, идущих
к Богу "с черного хода" по выражению Н. Бердяева?
Поэтому цель Изании - добровольное объединение по всему миру всех, кто
исповедует вписанный в сердца Закон, - независимо от национальности,
религии, места жительства, профессии и социального положения. Кто не хочет
отдавать "Богово (высшие ценности) кесарю", поклоняясь Мамоне. Наш
бескровный ответ глобалистам - альтернативная цивилизация через головы
"вампиров", пошляков-либералов и обслуживающих их правительств. Союз
взаимопомощи, возрождения и восхождения всех, кто "от Неба", а не от жадной
похотливой обезьяны. Союз тружеников Земли. Наше единение - не на
религиозной, территориальной или социально-классовой почве, пожинающее
обычно ответные распри, войны и кровавые революции. Указанная Творцом грань
добра и зла проходит "в сердцах людей". Только Ему надлежит на Суде отделить
"пшеницу от плевел": "Дай Мне, сыне, сердце твое". Не случайно Достоевский
назвал именно сердце человеческое "полем битвы".
Никто не плох и не хорош изначально, в каждом сидит дракон-оборотень.
Не внешний раб того или иного диктатора, как в сомнительной трактовке
известной сказки Шварца, а раб собственного первородного греха, образа зверя
в тебе, которого ты должен отвергнуть за отпущенное земное время, свободно
избрав послушание Отцу. "Отдай плоть, прими дух."
Тело подчинить разуму. Разум подчинить духу. Дух подчинить Богу. Изания
полагает, что в этих трех ступенях подчинения Творцу - высшая Свобода, в
отличие от расхожей "отвязанности", которая "чем либеральней, тем пошлее".
Что же касается пресловутых "демократических прав", то разве не волей
большинства сама Истина была приговорена к распятию?
Нужна ли овцам общая с волками свобода? Каннибалы, кстати, тоже любят
ближних - "на завтрак, ужин и обед".
Цель Изании - бескровная революция духа, сознания, постепенное
перетягивание каната на нашу сторону. Тех, кого удастся. Продолжение лучших
духовных традиций мировой, российской и советской цивилизаций, - последняя,
несмотря на внешний атеизм, являлась на протяжении семидесяти лет "великим
противостоянием" царству Мамоны.
Мы считаем, что всевозможные насильственные революции и перевороты с
"благими намерениями", но для всех скопом, потому и обречены, как правило,
на неудачу, что Замысел исторического процесса изначально подразумевает
постепенное отделение "пшеницы от плевел", согласно воле каждого. Право
личности на самоопределение. Учитывая это, Изания образует добровольный союз
лишь тех, кто избрал для себя альтернативную "обществу потребления" шкалу
ценностей.
Мы полагаем, что самоутверждение, "самореализация", диктуемые
сверхзадачей в самом высоком смысле слова, - первейшая потребность у таких
людей по сравнению даже с "основным инстинктом" продолжения рода. Так малая
капля жаждет навеки слиться с Океаном, а не думает гордо: "Океан - это я!".
Величайшей трагедией современного общества и грехом против Творца
являются все те же "лишние люди" - не только униженные и обездоленные бомжи
и безработные, не только увлекшиеся "пустыми страстями" печорины, но и
невостребованные в лучших своих порывах потенциальные изобретатели,
художники, писатели, учителя, врачи. А также те, кто выращивает хлеб, строит
дома, учит и лечит, входя в общее дело обустройства порученной человеку
Земли. В порочном нынешнем миропорядке законы диктуют рабы Мамоны,
захватившие власть и рынок, - с дурными инстинктами и страстями. А
несостоявшиеся кулибины, циолковские, менделеевы, не говоря уже о простом
народе - вынуждены обслуживать чужой грех, тем самым в него впадая и его
умножая.
Изания - союз, где востребован человек "по образу и подобию", то есть
человек-творец, восходящий в связке с другими к Истине. Истина непостижима,
потому и восхождение наше не имеет конца. В этом бесконечном соборном пути к
Творцу (не коллективном, а именно соборном, свободно избранном каждым) -
смысл жизни. Вечная дорога в Царствие, которое "внутри нас", то есть
начинается уже здесь, на земле.
"На земле никто для нас не лишний" - девиз Изании.
До наступления грядущей эпохи подключения каждого к глобальной сети
жизненных благ лишь на условиях принятия ложных ценностей и шулерских правил
игры, а то и игры без правил (печать зверя), мы должны успеть создать свою
защищенную систему единого кровообращения и связи между собой всех "наших".
Напрямую, без всевозможных "вампиров" - от спекулянтов и
посредников-накрутчиков до чиновничества всех уровней.

    "УБОЙСЯ ЗА ЕЛЬЦИНА ГОЛОС ОТДАТЬ"


    (1996 год)



Приближались выборы 96-го. Опять появились какие-то надежды, иллюзии,
втыкалась то в ящик, то в газеты, спорила, агитировала и даже подкупала -
чтоб голосовали за Зюганова. Местных алкашей - деньгами на водку, клиентов -
бесплатными букетами. Перевела традиционно в его фонд энную сумму, выдержала
насмешливо-косые взгляды девчонок из банка, их уговоры "не маяться дурью":
"Что это вы, вроде бы человек интеллигентный..." Заставили предъявить
паспорт и заполнить анкету - разве что отпечатков пальцев не потребовали. Я
отбилась: "Ничего не могу поделать - деньги не только мои, это коллективное
поручение". Что их, кстати, еще больше разозлило.
Опять я расклеивала в электричке листовки и посылала в оппозиционные
газеты стихи:

"Убойся за Ельцина голос отдать,
На Страшном Суде будешь рядом стоять.
Господь отвернется - зови-не зови,
И скажет: "Ты выбрал. Ты тоже в крови."

Это было напечатано в Прохановском "Завтра" накануне выборов под
псевдонимом "Евг. Кречет, Малаховка". В Малаховке жил наш друг-художник, а
Женя Кречет работала в свое время со мной на телевидении в сценарной
мастерской. Евг. Кречет - удобно. Не поймешь, мужчина или женщина. Я
чувствовала себя великой конспираторшей.
Вот невеселые размышления героини "Дремучих дверей" о том периоде:
"Ушел Господь..." - печально думала Иоанна.
Все самое нелепое, невероятное и ужасное сбывалось, доброе и разумное
словно разбивалось о невидимую стену. Свита Воланда, демонократия, захватила
кий и, ерничая, подвывая от наслаждения, подо все эти разудалые
танцы-шманцы, тусовки, разборки, совокупления, оргии, ритуальные и
криминальные убийства, сборища, суды, теракты и пьяные указы катила
обреченный шарик в ту самую роковую лунку.
Куда ни поверни, как ни тасуй колоду - выходила победно ухмыляющаяся
дама пик. Одних упырей убирали, назначали других. А тем временем уже
выколупливались третьи. Да и прежние никуда не девались, снова всплывали,
отдохнув и бодро щелкая голливудскими вставными челюстями. Меченый,
Беспалый, Рыжий, Брюхатый, Пернатый, Чернолицый...Имя им легион, хоть Иоанна
и твердила себе, что и у них должен быть образ Божий где-то на дне
вурдалачьего болота. Да и бедная бессмертная душа, небось, мается там в
грязи под толщей придавивших страстей.
Беспросвет. Народные заступники оборачивались политическими
импотентами, сникали, обрастали жирком. Или скидывали овечьи шкуры,
оказываясь порой позубастее предшественников. А народ...Нет, он не
"безмолвствовал", он непостижимым образом снова и снова голосовал "за". За
"насильников, грабителей, мучителей людей".
Так сберегаемая в отцовском дому невеста, украденная, опозоренная и
попавшая на панель, боготворит своего сутенера и терпит все за кусок хлеба и
стакан бормотухи.
Народ уже не был в послушании, как когда-то при царе, при Сталине или
при "советском тоталитаризме". Нынче народ сам выбирал себе правителей и,
насколько понимала Иоанна, нес ответственность перед Небом за свой выбор и
деяния своих избранников:
"Ты выбрал. Ты тоже в крови."
"Итак, вот царь, которого вы избрали, которого вы требовали; вот
Господь поставил над вами царя. Если же вы будете делать зло, то и вы и царь
ваш погибнете."
Сейчас, когда идет вторая война в Ираке и избранные "цари" втянули
свои, и не только свои народы в такую бездну насилия и убийств, что геенна,
кажется, уже обжигает души и ступни ног каждого, эти грозные слова из 1-й
книги Царств звучат как приговор всему обезумевшему миру.
Но тогда, в 96-м, "краснокоричневые" еще на что-то надеялись, в то
время как "демонократы" праздновали очередной предвыборный шабаш. Особенно
удручали вроде бы совестливые, талантливые... Воистину, когда Господь хочет
наказать, отнимает разум. Ненависть к коммунистам порой достигала у бывших
верноподданных интеллигентов сатанинского уровня:
"Народ за Президента. Страна за Президента. Все мы нуждаемся прежде
всего в стабилизации обстановки. Надо сев начинать, а наш Верховный Совет,
подогреваемый интриганами, рвущимися к власти, сеет смуту вместо хлеба и не
может ее не сеять, потому что среди депутатов больше половины - затаившиеся
и явные коммунисты, всегда бывшие главными смутьянами в стране и в мире. Вот
навязалась на нас нечистая сила! Ее в дверь выгонят, она в окно лезет..."
Это - стенания Виктора Астафьева. А вот что он написал перед смертью:

"От Виктора Петровича Астафьева.
Жене. Детям. Внукам. Прочесть после моей смерти. Эпитафия.
Я пришел в мир добрый, родной и любил его безмерно.
Ухожу из мира чужого, злобного, порочного.
Мне нечего сказать вам на прощанье."

    "ИЗАНИЯ - ВЫХОД"



    Часть 2


(Приложение для тех, кто не в курсе Проекта или не понял.
У остальных автор просит прощения за неизбежные повторы
)

    Ступень первая - взаимное жизнеобеспечение или "хлеб насущный"



Как нам организовать Изанию - союз взаимопомощи, возрождения,
восхождения. С чего начать? Нужна, как минимум, инициативная группа из
нескольких человек для сбора и обработки базы данных о ресурсах,
возможностях и потребностях района, где планируется создать Изанию - систему
взаимопомощи в жизнеобеспечении и разрешении насущных проблем друг друга.
Опрос и агитацию можно вести "от двери к двери", можно расклеить объявления
или дать информацию в местной прессе.
Одни, например, умеют чинить телевизор и водить автомобиль, другие -
этот автомобиль отремонтируют и покроют крышу дома, третьи - могли бы
ухаживать за детьми, больными и престарелыми. Четвертые в изобилии
выращивают на своем участке овощи-фрукты, могли бы и больше, но земли не
хватает и проблемы с реализацией, у пятых - такие же трудности с молоком,
домашней птицей и прочей живностью. Шестой (районный стоматолог) с
удовольствием потреблял бы домашние молочные продукты, яйца, свинину и
телятину, но зарплата у зубного врача не тянет, чтоб парное мясо на рынке
покупать. А о "шестых и пятых" он не имеет никакой информации. Да и проблема
с доставкой. У седьмого и восьмого - мечта привести зубы в порядок. Они бы,
в свою очередь, охотно шоферили, или давали уроки английского, или вели
компьютерный класс, но как бы не нарваться - вокруг столько жулья и
сомнительных посредников! По этой же причине девятый не сдает нуждающемуся
десятому излишки жилплощади, и этот десятый вынужден ютиться у тещи на кухне
под угрозой распада семьи. Ну а у одиннадцатого простаивает пилорама, дача
рушится, участок зарос бурьяном, но сил и здоровья уже нет. Он бы давно сдал
все в аренду дачникам или каким-либо умельцам, чтоб привели в порядок на
взаимовыгодных условиях, но как отличить порядочных граждан от аферистов? В
результате все друг друга боятся, чахнут и пьют с тоски, вокруг все рушится,
а шустрые дяди тем временем набивают карманы на нашей разобщенности и
постепенно прибирают к рукам бывшее "народное достояние."
А между тем, инициативной группе просто нужно на месте собрать анкеты:
I). Что умеем и что имеем? II). Что имеем, но надо "довести до ума"
"умеющим", тем самым обеспечив работой "умельцев"? III) Что не имеем и не
умеем, но в чем остро нуждаемся? И, наконец, IV). "Чем сердце успокоится?" -
то есть заветные мечты, планы и замыслы.
Затем следует внести все данные опроса в картотеку по темам и
обработать (лучше, конечно, на компьютере), получив необходимую базу данных
и определив, какие проблемы можно уже сейчас разрешить на местном уровне (по
системе взаимозачетов), а с чем придется обращаться в соседние изании или в
ее будущий Центр.
Пункты местных изаний можно создать при сельских клубах, библиотеках,
бывших сельсоветах, домах культуры, при ЖЭКах, профсоюзах и первичках
партий, близких изанским идеям. При организациях инвалидов, при школах (для
старшеклассников) и других учебных заведениях - повсюду, где найдется
инициативная группа, угол в теплом помещении со столиком, картотекой и
телефоном (как минимум), компьютером с выходом в интернет - как максимум.
Сбор информации идет по разделам: питание, жилье и ремонтно-строительные
работы, транспорт, служба быта. Дети-молодежь, медицинское обслуживание,
культура и духовное развитие, достойная старость. Экологическая, правовая и
юридическая службы, охрана, горячая линия, ритуальные услуги и т.д. Затем
все сведения заносятся в картотеку и обрабатываются для получения базы
данных
о потенциале и потребностях данной изании. Возьмем для примера раздел
1.

    1. питание



Желающие вступить в Изанию определяют, что они могут вырастить сами в